Серьёзное испытание

Последним в десантную капсулу вошёл сержант Стикс – облачённый в стандартный штурмовой бронескафандр воин с предельно суровым выражением лица, короткой стрижкой и рыжей бородкой.

Встав посреди остальных десяти бойцов, уже успевших закрепиться в магнитных фиксаторах, Стикс заложил руки за спину и критическим, с некоторой долей презрения, взглядом осмотрел подопечных.

– Слушайте сюда, – он ухмыльнулся, – доблестные воины непобедимого имперского флота. Это ваше первое серьёзное испытание! Именно здесь и сейчас выяснится, кто достоин службы в космических войсках, а на начальное обучение кого только зря потрачены ресурсы! Итак. Нам поставлена задача: высадка на Таурин и удержание позиций до прибытия основных сил. Враг имеет мощную эшелонированную противокосмическую и противовоздушную оборону. Так что не надейтесь, что спуск будет похож на легкую прогулку по весеннему парку. Вопросы есть?

– Никак нет, сэр! – прогремели по внутренней связи солдаты, лица которых скрывали тёмные визоры шлемов.

– Вот и славно. Отстыковка капсулы ровно через одну минуту!

Стикс занял отдельное место недалеко от шлюзовой двери. Спустя обозначенное время звонко лязгнули клешни стыковочных захватов и мерно загудели маневровые двигатели. Затем находящиеся внутри почувствовали несильную – единицы полторы – продольную перегрузку.

– Теперь пути назад нет. Избавившись от балласта – да, это я вас имею ввиду – носитель вернётся под защиту флагмана, – пояснил происходящее сержант. – Сопровождение нам обеспечат группы завоевания превосходства в космосе, ну а в атмосфере... там мы будем предоставлены сами себе.

Какое-то время – достаточно продолжительное – ничего не происходило. Некоторым из бойцов даже стало скучно, а один и вовсе захотел вздремнуть. Как вдруг…

«Началось!» – такая мысль посетила, наверное, каждого из парней.

Добавившаяся вертикальная перегрузка вначале не сильно беспокоила. Направленная к ногам, она лишь незначительно увеличивала массу тел и не доставляла много дискомфорта. Однако вскоре вектор её действия словно поплыл вбок, а затем вверх, и снова вниз и… Кое-кому стало нехорошо.

– А вы как думали? – язвительно заметил Стикс. – Компенсаторы уменьшают воздействие перегрузок, но не избавляют от них полностью. Да, к слову, сейчас мы очевидно совершаем манёвры уклонения, а значит по нам работают средства ПКО. Работают они, как вы могли заметить, «по-тихому». Думаю, объяснять почему, никому не нужно?

– Так точно, сэ... У-у-у... Как хреново…

Внезапно один из солдат – не тот, кому принадлежали последние слова – ударил по кнопке разблокировки магнитного захвата и, упав на палубу, пополз на карачках к выходу.

– Ты что вытворяешь, боец?! – раздражённо рявкнул сержант. – Ну, и?

Медленно и неуклюже, словно из последних сил, цепляясь за поручни, воин встал.

– Не могу, выпустите!

– Солдат, – в голосе сержанта слышался металл, – ты дурак? Ты в курсе, что за шлюзовой камерой открытый космос? Конечно, ты не умрёшь сразу, но тем для тебя только хуже. Или ты считаешь, что тебя кто-то будет спасать? А хрен там летал! Через пятнадцать минут мы все войдём в атмосферу, только у нас ещё есть шанс остаться живыми, а ты, если покинешь капсулу, позавидуешь курам гриль – те хоть дохлыми в духовку попадают.

– Неважно! К чёрту ваш флот, к чёрту всё! Я требую! Немедленно откройте шлюз! Я хочу выйти!

Стикс молчал, внимательно глядя на облаченного в безликий, песочного цвета, бронескафандр бойца. Сержант помнил его личное дело – хорошие оценки, хорошие рекомендации, вроде бы приемлемые физические параметры. И чтобы вот так, в первые минуты трудностей и такой поворот... Это и удручало и заставляло задуматься – чем там вообще занимается медицинская комиссия, раз не в состоянии отсеять даже таких негодных к службе добровольцев? Видимо, им важнее количество, а не качество...

– Что ж, – нахмурился сержант, – это твое право и последствия, я полагаю, ты осознаёшь. Так что...

Стикс отдал голосовую команду на открытие переходного шлюза и створки, прогудев сервоприводами, разъехались в стороны.

Не дожидаясь особого приглашения, парень тут же юркнул внутрь и шлюз закрылся.

– Аминь, – глухо произнёс Стикс.

А после, без всякой прелюдии, капсулу сотряс чудовищной силы удар. На мгновение воздух превратился в белёсую дымку и хаотично меняющие вектор перегрузки навалились с ещё большей силой.

– В нас попали. Разгерметизация десантного отсека, – пояснил спокойным тоном сержант, – и выход из строя компенсаторов. Так что крепитесь, ребята!

– Так точ... я щас блевану... – мертвенно поникшим голосом доложил один из солдат – тот самый, который уже сетовал прежде на плохое самочувствие.

Но следующим не выдержавшим жестокой болтанки снова стал не он.

Второй попросившийся наружу боец повторил путь, проделанный предыдущим, но сделал это с горазло большим трудом. Несколько раз его швыряло на переборки, на солдат, подвешенных в магнитных держателях, и даже вверх, почти до самого потолка. Так или иначе, вскоре и он покинул капсулу, чем вызвал неподдельное раздражение Стикса.

– Тьфу на вас! Туда и дорога! Сопляки! Чем вообще думали, когда в космофлот собирались вступать? Это вам что, пансионат для инвалидов? Такими темпами к высадке я один здесь останусь.

Словно в подтверждение сказанного третий новобранец попросился наружу, и на этот раз Стикс вовсе не стал разговаривать с бойцом, а просто открыл шлюз.

После чего все услышали по внутренней связи знакомый, преисполненный страданий голос:

– Сука… сдохнуть проще... я щас точно... – далее раздалось какое-то невнятное то ли рычание, то ли стоны, перемежающиеся с бульканьем. Благо на случай таких инцидентов в скафандрах предусматривался специальный приёмник рвотных масс.

Сержант уже ждал, когда некрепкий здоровьем вояка с позором проследует на выход, однако к его удивлению тот не проявил абсолютно никаких признаков желания прекратить мучения.

– Сейчас будем входить в атмосферу.

Капсулу снова тряхануло, отчего несколько ламп освещения рассыпались яркими снопами искр, но затем болтанка вдруг прекратилась.

Правда, проблемы на этом отнюдь не закончились – следом существенно возросла направленная вниз перегрузка, а кроме того датчики скафандров зафиксировали резкое увеличение внешней и внутренней температур. Пребывание в бронированных скорлупках стало совсем некомфортным – на грани потери сознания. Очередной боец ударил по кнопке разблокировки фиксаторов, но, упав, не смог даже приподняться.

– Идиот!.. – выругался Стикс, после чего сказал остальным пару слов по делу, поясняя сложившуюся ситуацию: – Подобные прелести во время десантных операций – не редкость, а скорее закономерность. Совокупность двух основных факторов – неоптимального угла входа в атмосферу и нарушения герметичности обшивки. Но есть и хорошая новость – десантные капсулы достаточно прочные и не разрушаются в соответствующих условиях. Обычно...

Но вот перегрузка снова уменьшилась до нормальной и валявшийся на полу солдат, в сопровождении примкнувшего к нему товарища из дальнего угла, пополз, наконец, к шлюзу.

– Мы тоже, – попросили они разблокировать выход.

– А парашюты надеть не забыли? – съязвил сержант и отдал команду на открытие.

Двое молча удалились, створки снова сомкнулись, а в капсуле находилось, между тем, ещё пять новобранцев.

– Надеюсь, эти были последние? – сержант окинул взглядом бойцов. – Вы далеко зашли, продержитесь ещё немного.

Следующие несколько минут капсулу снова начало будто бросать из стороны в сторону, но не так интенсивно, как это происходило прежде. Зато удары – мощные и резкие – сотрясали корпус почти безостановочно, отчего создавалось впечатление, что вот-вот вся эта «прочная» конструкция развалится.

Однако пять оставшихся новобранцев выдержали последний этап десантирования. Почувствовался сильный толчок, гул двигателей сошёл на нет, а затем наступила странная, завораживающая тишина.

– Молодцы! – нарушил молчание голос сержанта. – А теперь живо все на выход! Враг не станет ждать, когда вы очухаетесь!

Не то чтобы бодро, но достаточно уверенно бойцы разблокировали магнитные держатели бронескафандров и двинулись к выходу. Стикс заблаговременно отдал команду на открытие шлюза, и когда штурмовая группа покинула капсулу...

– Так-так, – хмыкнул встретивший их мужчина в белом халате. – Всего половина из взвода...

Ожидая дальнейших приказов, бойцы построились в шеренгу. Они стояли на решётчатом мостике, под сводчатым потолком просторного и светлого ангара. Позади громоздилась установка тренажёра с большим количеством закреплённого на ней навесного оборудования и разномастными кабелями, образующими замысловатые переплетения.

– Пять бойцов, значит... – продолжил задумчиво сотрудник центра подготовки. – По результатам симуляции я допускаю к дальнейшему обучению вас всех, но... – он взглянул сначала на планшет, а затем на парня, вестибулярный аппарат которого вызывал наибольшие опасения. – Вам, уважаемый, придётся скорректировать планы. Скажу прямо, о десантуре можете забыть. Однако, учитывая успеваемость, характеристику и феноменальное упорство, могу порекомендовать вас для службы на крейсере или линкоре.

– Возражений не имею, сэр! – тут же вытянулся в струнку боец. – Хоть на шлюпку, лишь бы в космофлот!