Северные острова

Дождь. Его струи пронизывали лес насквозь. Такого сильного дождя Крога ещё никогда не видел. Моравитские степи не отличались обилием воды. Редкие дожди давали мало влаги. Лишь великая река Истра давала жизнь этим землям. Но сейчас Крогу было не до мечтаний или воспоминаний о моравитских землях. Он сидел под большим деревом, крона которого не спасала от дождя. Он промок и замерз.

Проклятый поход к островам. Проклятые коротышки бирги. Раньше он их видел только в клетках. Эти дикие существа, почти животные, не делали никакой работы, не приручались. Поэтому их возили в клетках для увеселения публики. Крога не знал, где его лид. Они разделились: это был единственный шанс на спасение, скрыться в лесу по одному легче. Его отряд насчитывал двенадцать бойцов, закалённых во многих боях. Но биргов было слишком много. Сотни и сотни. Острова просто кишели ими. И эти были не в клетках, а с костяными копьями и ножами.

Слухи о несметных сокровищах островов ходили давно. И вот нашелся капитан, который набирал головорезов на это дело. Жадность. Она губила многих. Крогу не нравилась эта затея, но он понимал, что если не поступит так, как хотят все, ему больше не быть кеннасаем их лида. Три недели в море для жителей степей ещё то испытание. Но Крога не зря был главным. Не раз и не два он замечал силуэты кораблей вдали. И они явно шли тем же курсом. Это не предвещало ничего хорошего. Он подходил к каждому и передавал условный сигнал полной боевой готовности. Никто не поднимал панику, все оставались лениво-вальяжными, но незаметно для других глаз подгоняли экипировку.

И вот он берег. Их лид быстро покинул корабль. К острову причаливали и другие корабли. Крога понял все верно: они не единственные ансуги, прибывшие за сокровищами островов. С ближайшего корабля выгружался лид Кеанн-Олка. Его банда была самой крупной и насчитывала до двухсот головорезов. Крога оглянулся на корабль. Тот отчаливал от берега. И тогда он отчётливо понял, что это ловушка. Новый правитель Визе Ан Чеад не зря слыл мудрым. Вот так одним махом избавиться от самых опасных банд, орудующих на территории его царства. Распустить слух о несметных сокровищах. А потом набрать команды из ансугов. И они сами уплыли, оставив в покое царство Анриохт, которое столько грабили. Велика мудрость правителя.

На берегу сейчас начнется резня. Крога отдал приказ, и его отряд спешно двинулся в сторону лесистых холмов. А на берег уже выгрузились четыре самых крупных лида: Кеанн-Олка, Анжакала, Вольтура и Савага. Уже с холма они наблюдали, как самые крупные лиды Кеанн-Олка и Вольтура объединились и начали уничтожать два других. Все же чтобы управлять лидами ансугов, нужно уметь думать и быстро принимать решения. Если бы Большие лиды сцепились между собой, то некому бы было идти за сокровищами, а вот уничтожить мелких конкурентов при большом числе — очень даже правильное решение. И лид Крога скрылся в зарослях. А дальше бирги устроили им ифренн. В гостях у подземного владыки Кернунка и то не так жарко, наверное. И Крога туда не спешил. И вот сейчас он сидел и обдумывал последствия совершенных шагов и, самое главное, что делать дальше.

Сквозь шум дождя его тонкий слух уловил еле слышные чавкающие звуки. Земля раскисла от дождя, и это явно были звуки шагов, множества шагов. Слева от него задвигались заросли папоротника. Его не заметили. Отряд коротышек двигался мимо него. Он насчитал девятерых. Бесшумно он за ними вряд ли пройдет. Через какое-то время папоротник опять зашевелился. Мимо шел отряд биргов, но над папоротником возвышался Мор. Первое желание перерезать коротышек Крога отмел. Они идут к себе домой. А значит там могут быть его бойцы. В отличие от других кеннасаев, Крога не собирал весь сброд, а выбирал только опытных и надежных бойцов. В его лид было попасть не просто сложно, а очень сложно.

Когда Крога уже собрался следовать за исчезнувшим отрядом, снова раздался чавкающий звук. Он замер в ожидании. Над папоротником проплывала голова Улчабхана. Нет, она плыла не сама собой, ее несли вполне крепкие ноги самого ансуга. Крога издал сигнальный клич:

— Крееее, креее.

Улчабхан обернулся, и глаза их встретились. Они кивнули друг другу и двинулись вместе. Крога замыкал движение, прислушиваясь к окружающему. Его ансуг не умел ходить тихо. Сын степей все время провел в седле. Его обветренное смуглое лицо чужеродно смотрелось в этих краях среди бледных, почти белых его обитателей.

Впереди заросли явно заканчивались, и Крога остановил товарища и двинулся к краю леса. За краем растительности простиралось открытое пространство около двухсот локтей. Посередине возвышалась статуя, видимо, той Матери биргов, что, по слухам, была из чистого золота и высотой пятьдесят локтей. Это был грубо отесанный камень высотой около двадцати локтей, напоминавший женщину, ну, по крайней мере, шесть рядов грудей явно намекали на это. Каменная, а не золотая Мать биргов у подножия имела множество шестов, к которым были привязаны люди. Среди них он увидел Мора и Фалкана. Возможно, с другой стороны могут быть еще его люди. С другой стороны из зарослей вышел отряд биргов. Они вели еще двух людей. Из его лида среди них не было никого.

Когда бирги привязали этих двоих к шестам и исчезли в лесу, Крога дал знак Улчабхану двигаться за ним. Они обошли по кромке леса открытое пространство. С другой стороны статуи к шесту был привязан Окрас. Итого четверо его людей живы. Остальные или умело спрятались, или погибли. Крога давно заметил ручейки лесных троп, стекавшихся к Матери. Вдвоем они расположились подальше от этих путей и стали ждать. Еще несколько раз бирги приводили людей, привязывали к подножию статуи и уходили. Время близилось к вечеру. Кроге очень не нравился вид пещеры рядом с площадкой и статуей матери. Стемнело.

— Пора, — сказал Крога, и они вышли из зарослей на открытое пространство. Люди, привязанные к шестам, радостно загомонили. Если бы они знали, что их не спасут, они бы так не радовались. Кроге не нужен был этот сброд, он пришел за своими людьми. Каждый в отряде знал, что можно рассчитывать на помощь товарищей. Этим и отличался его лид от других. Слух Крога уловил шум из пещеры. Неприятный звук. Как будто тащили что-то тяжелое.

— Улча! Отвяжи Мора! — крикнул Крога, а сам побежал к Фалкану. Когда они разрезали путы собратьям по оружию, из пещеры появилась голова монстра. Ящер, огромный, высотой с коня, но длиннее раза в три, выполз из пещеры. Многоголосый крик ужаса разнесся по площадке. Пленники задергались, пытаясь разорвать путы. Ящер медленно обводил взглядом своих жертв, он не шевелился, только его огромный глаз, направленный в сторону бьющихся в попытке спасения, двигался. Со стороны ящера был привязан Окрас. Крога медленно двинулся мимо привязанных.

— Отвяжи меня, сучий потрох, — в неистовой злобе исходился один из привязанных.

— Тварь ты, а не человек, — вторил ему другой.

— Отвяжи! — умолял третий.

— Крога, отвяжи! — донеслось до него в этом многоголосом хаосе воплей мольбы и проклятий.

— Мразь! — изрыгнул ему в лицо проклятие бившийся рядом с ним в истерике ансуг.

Крога огляделся. На одном из шестов висел Вольтур. Судя по его виду, досталось ему неслабо. И вряд ли он выживет, даже если ему помочь. Но у Крога родился план. Он пошел в сторону Вольтура. Ближайший ансуг плюнул ему в лицо с воплем:

— Выкормыш Кернунка.

Крога равнодушно прошел мимо, они все равно все здесь умрут. А ему надо спасти своих людей. Разрезав путы пленника, Крога двинулся с ним в сторону Окраса. Вольтур еле перебирал ногами от слабости и ран. Когда они вывернули из-за статуи, глаз ящера вперился в них. Да, это был страшный зверь. Даже пустынные ящеры моравитских земель высотой с собаку и длиной до десяти локтей представляли опасность. Хотя и предпочитали питаться падалью, а не нападать. Это же был явно противник не по зубам Кроге. Он резко толкнул вперед Вольтуру, и тот по инерции сделал несколько шагов и упал. Неповоротливый с виду ящер молниеносно среагировал и метнулся в сторону упавшего. Челюсти сомкнулись на Вольтуре, и Ящер начал заглатывать свою жертву, мотая головой.

Вопли ужаса стали еще сильнее. Некоторые не могли уже кричать и перешли на хрип и сипение. А у других от ужаса опорожнился кишечник, от чего вокруг стояла вонь. Крога дошел до Окраса и разрезал путы. Тот был ранен и шатался. Впятером они ушли к тому месту, где Крога с Улчабханом провели весь день. Перевязали раненого и стали ждать. Тварь съела еще троих и лениво двинулась в сторону пещеры.

Утром все возобновилось: отряды биргов приводили новых пленников, привязывали и уходили. Когда солнце поднялось высоко, бирги привели Буйля. А еще через некоторое время из укрытия в том же месте появился Морьед — лучший следопыт отряда. Крога издал клич:

— Крееее, креее.

Морьед тут же побежал в их сторону.

— Дождемся вечера и освободим Буйля, сейчас биргов слишком много, они могут появиться в любой момент, — объяснил Крога Морьеду ситуацию и рассказал о том, что произойдет ночью. Когда начало темнеть, они освободили товарища, не обращая внимания на проклинающие и умоляющие вопли. В основном, это были те, кого привели сегодня. Те, кто пережил ночь, то ли уже не имели сил этого делать, то ли смирились со своей участью.

Так прошло еще два дня. Их было семеро. Больше никого из его людей не привели. Скудные запасы еды подходили к концу, а охотиться и разводить огонь было слишком опасно. Крога решал сложный вопрос. Уйти и попытаться уплыть с этих проклятых островов, на которых ничего не было. Или…

Решение пришло ближе к ночи. Леса кишат биргами, и прорваться и добыть лодку будет ничуть не легче. Они сделали длинные заостренные шесты из местных очень высоких стеблей растения, которое иногда привозили в Анриохт. Бамабука — палки, состоящие из нескольких полых частей. Он отвязал семерых самых слабых пленников. Сами они расположились за статуей с шестами из бамабука. Ночью тварь вылезла из своего укрытия. И инстинкт сохранения жизни сработал у отвязанных — они попытались сбежать. Но ящер догонял их и съедал. Расчет был верен. Для насыщения твари хватало четверых, тут же бегало семеро. Ящер еще смог поглотить шестого наполовину, но пространство внутри кончилось, и ноги торчали наружу. Тогда-то остатки лида Кроги и вышли на охоту.

— Бейте сначала в глаза, — приказал Крога. Но здесь он оказался неправ. Ночная тварь почти не ориентировалась на зрение. Звуки и запах — вот основное, на что она ориентировалась ночью. Выбитые глаза разозлили тварь. Несмотря на то, что ящер объелся и был не так проворен, он сбил хвостом Буйля и наступил на него своей шипастой лапой. Даже без своей пасти, полной острых зубов ящер был очень опасен. Прочная шкура не пробивалась бамабуковыми шестами. Улчабхан взревел и упер в горло зверю свой шест, но тварь дернулась в сторону, и он упал. Раненого Окраса животное сбило хвостом. Буйль так и не встал после удара лапой. Еще удар лапы, и Мор упал, как подкошенный. Битва была проиграна.

Но не для Кроги. Он бросил бесполезный шест, разбежался и запрыгнул на спину животного. Тварь дернулась, но он удержался за костяной гребень на её спине. Пасть твари была занята. А глаза выбиты. Ноздри раздувались. Крога добрался до головы и ударил туда, где раздувались кожистые уловители звука ящера. Ящер резко дернулся, и на этот раз Крога не удержался на звере и полетел в сторону, ударившись головой о камень. Темнота поглотила его.

В сознание Крогу привела политая на лицо вода. Перед ним стояли Улчабхан, Морьед, Фалкан.

— Остальные? — прохрипел Крога. Голова пульсировала болью от удара. Улчабхан покачал головой. Эта битва им стоила троих.

— Нужно отрезать твари голову, — сказал Крога и снова уплыл в небытие.

К утру ему стало легче. Он и остатки его лида стояли с обнаженным оружием возле отрезанной головы твари. Первый отряд биргов в ужасе замер, потом они попадали на колени и что-то лепетали — так повторялось с каждым прибывшим отрядом. К вечеру появилась торжественная процессия богато разодетых биргов, возможно, их знать. Они кланялись перед Крогой и его спутниками и приглашающе показывали им в сторону леса. Крога кивнул, и все двинулись в лес. Скоро они пришли к поселению биргов. На шестах пред поселением было множество нанизанных голов. А поселение представляло из себя норы, сделанные в холмах. Начался праздник с танцами и битьем в музыкальные инструменты. Видимо, смерть ящера очень обрадовала. К Кроге и его соратникам все обращались «Ягна» и угощали. Лучшие женщины были предоставлены почетным гостям. Но Крога лишь с отвращением смотрел на все это. Он вернется и отомстит всем.

Утром они осмотрели шесты и нашли головы всех своих соратников. Больше на этих проклятых островах Крогу делать было нечего. Он указал вождю биргов на себя и своих ансугов и указал на море. На удивление, его быстро поняли. Им подготовили большую длинную лодку, которую загрузили продуктами и питьем. Четверо из тринадцати ансугов лида Крага покидали эти негостеприимные северные острова.

— Я иду к тебе, мудрый Визе Ан Чеад. Ты ответишь за каждого ансуга моего лида, погибшего на этой земле.