Shadows of Gotham

В типичный тёплый и солнечный июньский вечер пятницы редакция Daily Planet скорее напоминала опустевший во время зомби-апокалипсиса офис. Как только стрелки на часах ознаменовали конец рабочего дня, все репортеры куда-то таинственным образом исчезли. Даже Перри Уайт, гроза заголовков и поглотитель неудачных черновиков, ушёл куда раньше, чем обычно. Лейн не заметила, как в одночасье осталась одна в просторном помещении. В один момент она просто подняла глаза и…никого не увидела рядом. Ну, что же. Коллег дома ждали их любимые и близкие люди, а обладательницу Пулитцеровской премии, пожалуй, мог бы ждать кот. Если бы он не остался на продолжительный срок у младшей сестры журналистки, Люси, во время одной из командировок. И простое пребывание не обернулось бы полноценным проживанием. И Лоис не испытывала чувства вины или обиды по этому поводу, скорее облегчение. Какое живое существо сможет выжить в пустой квартире, пока хозяйки нет долгое время? Да и из офиса она по обыкновению уходила позже остальных. И времени на вечернюю рутину оставалось ничтожно мало: выпить бокал вина, принять душ, надеть пижаму и отправиться в царство Морфея.

За окнами разливались алыми красками лучи заходящего солнца, озаряя напоследок полумрак Метрополиса. Стеклянные фасады небоскребов глотали последние блики заката и тут же отражали их на соседние здания. И помещение редакции озарилось яркими лучами. На рабочих столах царил беспорядок: оставленные кружки, наброски статей и даже кое-где флешки. Лоис недовольно хмыкнула, приметив за соседним столом usb-носитель. Ох уж этот стажёр. Новички зачастую грешили тем, что оставляли на видном месте свои материалы для будущих статей. Но стоит один раз потерять флешку в офисе и получить первый выговор от шефа Уайта, который не скупился на выражения (в пределах разумного, конечно), и забывчивость тут же успешно излечивается, как и остальные маловероятные болезни, мешающие работе.

Словом, редакционные сплетни взяли паузу до понедельника. Только Лоис Лейн не спешила уходить. Она собирала бумаги: наброски вопросов, досье, флешку с заметками. Перед журналисткой вновь стояло расследование. Через цепочку подставных компаний городской департамент Метрополиса закупает оборудование для тюрем и полицейских участков по завышенным ценам. И у мисс Лейн уже было несколько вопросов к Арнольду Ричу, исполнительному директору одной из компаний, а именно — Прайм Секьюрити Лимитед, зарегистрированной в Готэме. Встреча с ним должна состояться завтра, в субботу. И журналистское чутьё подсказывало Лоис, что в этой всей истории что-то было не так. Слишком быстро Арнольд согласился на встречу и интервью. Обычно до исполнительных директоров не достучаться. Здесь же он пошёл навстречу, да ещё и был галантен, учтив, вежлив. Лейн могла запросто определить показную вежливость от искренности, и его игру уже чуяла кожей.

Лоис осматривала напоследок своё рабочее место. Решила проверить: не оставила ли чего лишнего? Внезапно из-за её спины раздался мужской голос. Глубокий, низкий. Слишком спокойный, даже ленивый для вечерней редакции:

— Выглядит так, будто Вы собираетесь сбежать, мисс Лейн. А у меня для Вас новости.

Брюнетка в удивлении резко обернулась и едва ли удержалась от вскрика. Зато несколько папок она точно выронила из рук прямиком на стол. Перед нею предстал Брюс Уэйн.

Человек, которого она видела бессчетное количество раз на обложках журналов и два раза на благотворительных приемах, куда Перри отправлял её в качестве «наказания» и вместо выговоров. Легенда фондового рынка во плоти возникла перед нею словно из ниоткуда. Ни шагов, ни шарканья, никаких других звуков, что предвестили бы его появление, журналистка не услышала. Или была слишком поглощена собственными мыслями.

Сейчас же миллиардер стоял перед нею спокойно, ровно, запустив руки в карманы своих дорогих брюк, наверняка сшитых на заказ в именитом ателье Готэма. И, что бесило журналистку сильнее всего, его лицо являлось живым воплощением тщеславия и самодовольной уверенности.

— Брюс Уэйн? Что Вы здесь забыли? — голос журналистки прозвучал суше, чем ей хотелось бы, даже резко. Возможно, если бы он не подкрался столь беззвучно, то его ожидал бы более теплый приём. Может быть.

Уэйна девушка запомнила еще во время первого благотворительного вечера в городской библиотеке Метрополиса, ведь он являлся главным меценатом и благотворителем. И вёл себя так, будто выкупил здание полностью и владел им. В какой-то мере, так и было. И сейчас, будучи в редакции Daily Planet, миллиардер вёл себя точь-в-точь так же. Заметив это, Лейн напрягла взгляд, осматривая фигуру мужчины с головы до ног.

— Если хотите, зовите меня Боссом, потому что я выкупил редакцию. Хотя лично я предпочёл бы «Брюс». Короче и... интимнее, — Уэйн приподнял левый уголок губ в легкой ухмылке. Той самой, от которой обычно теряли головы женщины на светских приёмах. И, если верить бульварному чтиву, подобным жестом оказывались сражены ещё и примы балета.

У Лоис это вызвало лишь тихое фырканье, которое она не спешила показывать, а лишь прищурилась:

— Если это благотворительность, Вы явно не по адресу. У нас тут работают, а не пьют шампанское.

Он приблизился — неторопливо, как кот, который знает, что его сегодняшний ужин всё равно далеко не убежит. И, прежде чем его съесть, можно изрядно позабавиться.

— Иногда инвестиции — это не только цифры. Это вопрос инстинкта. И Вы — единственный человек в этой редакции, кто мгновенно понял, что я здесь не ради цифр, — спокойно и растягивая слова произнес Уэйн.

Брюнетка еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Этого богача нужно было воспринимать как холодную математику — с холодным рассудком и держать свои чувства, какими бы они ни были, при себе, иначе мужчина начнёт управлять реакциями. Он же этого ждал.

— Я поняла, что Вы здесь ради контроля. Власть богачей возбуждает, как некоторых главных редакторов заводит хороший заголовок, — будничным тоном отметила Лоис, развернувшись наполовину к столу. Журналистка принялась собирать папки со стола и аккуратно сложила их в сумку.

Уэйн же, не моргнув, произнёс вкладчиво, но достаточно настойчиво:

— Ошибаетесь. Власть — инструмент. А вот умная женщина, которую невозможно купить — редкость. И, надо признать, чертовски привлекательная.

Лоис вновь повернулась в его сторону и прищурилась. Интеллектуальный флирт? Неужто у мужчины есть досье на неё, и он точно знает, куда метить, чтобы попасть точно в цель? Ведь это оказался довольно хитрый приём, на который трудно не купиться. Или Уэйн просто уже знал таких девушек, как она.

— Вы со мной флиртуете или пытаетесь напугать? Потому что ни то, ни другое не работает, — методично отрезала Лоис, улыбнувшись мужчине. Но в глазах её, как и в голосе, была сталь.

На лице Брюса Уэйна была всё та же лёгкая ухмылка, но взгляд при этом оставался холодным, непроницаемым. Он явно знал цену как каждому слову, так и каждой тишине между строками. Да и в целом не привык тратить время попусту.

— Я никогда не путаю роли. Флирт — это приглашение. Угроза — предупреждение. Сейчас — ни то, ни другое, — произнес мужчина.

«А что тогда?» — подумала Лоис, но не спешила озвучивать свои мысли. — «Контроль? Тест? Или всё сразу?»

Она сжала ремень сумки сильнее, чем надо. Набросив её на плечо, журналистка сделала шаг вперёд и посмотрела мужчине прямо в глаза. Ходили слухи, что мало кто из подчинённых мог снести и выстоять взор владельца Wayne Enterprises. Что же, в таком случае, Лоис открыла этот список своей персоной.

— Тогда дайте мне просто работать. И держитесь подальше от моих текстов, редакций и вообще — от Daily Planet. Занимайтесь своим наследием. Иначе, поверьте, Вы окажетесь на первой полосе. В разделе «Манипуляции и тёмные игры миллиардеров».

Брюс сделал паузу. Журналистка заметила это по взгляду: морщины возле глаз заметно углубились и стали резче очерченными. Мужчина словно взвешивал — не стоит ли восхищаться. А затем, слегка кивнув, произнёс:

— Мне нравятся такие угрозы. Особенно те, которые звучат как вызов.

— Это не вызов. Это отказ, — Лоис продолжала смотреть ему прямо в глаза. Без страха. Без улыбки. Без заигрывания и заискивания.

И в этот момент Мистеру Уэйну не оставалось ничего, кроме как принять сложившуюся ситуацию. Он, наконец, сделал шаг назад. Но при этом всё ещё не сводил взгляда с девушки, словно говоря этим, что еще ничего не закончено. Мужчина повернулся к выходу и собирался было направиться в сторону лифта. Но перед тем, как исчезнуть в коридоре, обернулся напоследок.

— Отказ — это просто другая форма начала, мисс Лейн. Я умею ждать. И у нас теперь много общих... точек пересечения.

Когда за ним закрылась дверь, Лоис ещё несколько секунд стояла неподвижно. В её груди — ни страха, ни волнения. Одно лишь раздражение. Миллиардер играл. Он любил это делать. И, чёрт побери, Лоис каким-то образом уже оказалась внутри этой игры.

Глубоко и тяжело выдохнув, журналистка нажала на кнопку выключения компьютера и дожидалась, пока монитор погаснет. Экран с логотипом «Daily Planet» померк, оставив лишь отражение девушки. Лейн напряженно всматривалась в собственные глаза, заметно уставшие после трудового дня.

Если Уэйн хочет играть, он получит свою игру. И, возможно, пару неожиданных вопросов без разрешения.