ШАМАН

Шаман

Вот уже четырнадцать дней, не зная отдыха, шаман шел по следу зверя.

За время похода кладь шамана значительно убавилась в весе, что позволило ему быстрее передвигаться и сократить расстояние, однако он понимал, что в скором времени отсутствие воды и еды станет для него проблемой. В кожаной сумке, что болталась у него за спиной, еще сохранилось несколько стрел, полупустой бурдюк с водой и пара кусков вяленного мяса. Здесь же покоился изготовленный из дуба, обтянутый кожей буйвола бубен.

Кафтан шамана, цвета мокрого песка, стягивал на груди сыромятный ремень, который удерживал за спиной круглый шаманский щит с перьями небесного хищника. Плечи закрывала накидка, отороченная бахромой из амулетов. К ремню за спиной специальным узлом привязан короткий лук, на котором сами лесные духи вырезали имя шамана. Звали его Ерга.

В тишине прошлой ночи шаман слышал, как воет зверь. Ерга был почти уверен, что зверь – воплощение неземное, ниспосланное духами, а потому чувствует его присутствие за много верст.

Трава у одной из коряг была примята и еще хранила очертания чьего-то следа. Ерга остановился, чтобы лучше рассмотреть находку. След не принадлежал зверю. Шаман осмотрелся вокруг. Кровь. Огромные пятна крови, остатки плоти – очередные свидетельства пребывания зверя. «Кто на этот раз стал его жертвой?». Ерга прошелся по окрестности и обнаружил прогоревший костер. «Человек?». В этих краях, где обитал зверь, он еще никогда не встречал людей. Ерга провел рукой по пеплу, вычертив пальцами незамысловатые узоры. «Еще теплый», - заключил он. Взгляд Ерги вновь остановился на пятнах крови. «Глупец. Костер не мог предостеречь тебя от зверя. У этой твари три души и всевидящее око». Пальцы в пепле наткнулись на нечто твердое. Шаман извлек небольшой предмет и принялся счищать с него пепел. Спустя минуту Ерга держал в руке золотую монету чужеземцев. «Они всегда были невежами и совали свой нос куда не следует».

Ерга позволил себе отпить немного воды из бурдюка и посмотрел вперед. Туда, где, скорее всего, брел зверь. Шаман уже дважды встречался с ним. В первый раз он встретил зверя, когда он, опустошив деревню, удалялся в лес, а второй раз он встретил его неделю назад, когда тот стоял на холме и смотрел в его сторону. Затем он просто сошел с холма и исчез.

Солнце слепило глаза, нагревало одежду, раскаляло амулеты на плечах. Он ненавидел эту жару, от которой мутило сознание, и которая вызывала столь невыносимую жажду. Ерга не выдержал и сделал еще глоток воды. В это время он услышал шорох в овраге. Шаман содрогнулся, но бурдюк из рук не выронил. «Как такое может быть? Неужели зверь замешкался, и я настиг его?». Времени уходить в нижний мир уже не оставалось. Шаман выхватил нож. На смену шороху пришли повторяющиеся глухие удары. Осторожно ступая среди веток, Ерга двинулся к оврагу. По мере того, как он приближался, стук становился всё громче. В голове шамана уже вырисовывалась страшная картина, как зверь раздирает труп чужеземца, переламывая его хребет о какой-нибудь камень. Подойдя к краю оврага, Ерга присел на корточки, наклонился, уперев ладони в землю. Сухая почва подалась вниз и по склону оврага покатились камни. Стук оборвался.

Из ложбины на шамана смотрел белый молодой мужчина, который корпел над тушей животного. Почувствовав на себе взгляд, он так и замер с острым камнем в руке. На чужеземце была серая пропитанная потом рубаха и джинсы. Шаман и чужеземец смотрели друг на друга, не отрывая взгляда. Словно боясь спугнуть кого-то, чужеземец медленно положил камень на землю, после чего так же медленно потянулся в сторону. Шаман проследил за рукой мужчины. Справа лежала отстегнутая кобура с торчащей из неё рукоятью револьвера. Ерга не боялся чужеземца и его оружия, но рисковать своей земной душой, теперь, когда он так близко к зверю, не хотел. Шаман встал и поднял руку в знак приветствия. Чужеземец всё же подтянул кобуру ближе, но пускать в ход револьвер не стал.

- Приветствую тебя, человек из заречья, - произнес Ерга.

Чужеземец выпрямился, пристегивая кобуру к ремню.

- Ты один? – спросил он, продолжая рассматривать шамана.

- Один, - подтвердил Ерга.

Этот ответ, похоже, понравился чужеземцу. Он одобрительно кивнул.

- Что ты делаешь? – спросил шаман.

Чужеземец молчал.

- Что ты делаешь с тушей этого животного? – уточнил Ерга.

- А, с этим, - мужчина указал на тушу. – Всего кабана мне не вынести из оврага, а ножа у меня нет.

- У тебя есть вода?

Чужеземец кивнул.

- Если я помогу тебе, ты поделишься со мной водой и мясом? – спросил Ерга.

Белокожий развел руками.

- Я всё равно не съем всего кабана.

Шаман неторопливо спустился в овраг и приблизился к туше, не выказав при этом и малейшего намека на опасность. Столь быстрое сближение с индейцем, однако, заставило чужеземца попятиться назад. Держась за рукоять револьвера, он подошел к мешку из грубой саржи и едва не упал, когда с ним столкнулся. Индеец был крепкого телосложения, без боевых отметин на лице и одежде, но его взгляд выдавал бывалого война. С такими надо быть начеку. Отвернешься, а он уже тебе скальп срезает. Ерга и бровью не повел.

«Не мое дело. Мне нужно найти зверя» - думал шаман.

Без лишних слов шаман принялся за работу.

«Опытный стрелок», - в свою очередь заметил шаман.

Краем глаза Ерга продолжал следить за движением пальцев чужеземца у кобуры. Большой палец отведен по отношению к остальным. Указательный палец вытянут вниз, как будто уже нащупывал застежку на кобуре. «Хороший стрелок, но быстрый ли?». Испытывать белолицего шаману не хотелось, да и особой неприязни он к их народу не питал.

Ерга очистил тушу животного от остатков внутренних органов и задал главный вопрос, который его интересовал с тех пор как он обнаружил следы белолицего в лесу:

- Ты не заметил ночью ничего?

- А то как же!? Какая-то тварь сожрала моего коня.

Шаман поднял голову:

- Тебя зверь не тронул?

- Медведь что ли, - предположил чужеземец в своей манере, игнорируя прямой вопрос. – Я только отлить отошел, как заржал конь. Прибежал, а там уже только куски мяса и кровь. Чужеземец задумался. – Здоровый такой медведь, наверное. Утащил целого коня.

- Ты его видел? – поинтересовался Ерга.

- Неа. Сначала расстроился, а потом решил, что оно и к лучшему. Так бы тварь еще и меня с собой прихватила.

Шаман потерял интерес к чужеземцу и продолжил свежевать тушу, отделяя кожу от мяса. Спустя некоторое время человек с револьвером снова заговорил:

- Ты индеец?

По внешнему виду Ерги было понятно, что он точно не принадлежал к семье знатных англичан или мексиканцев, однако вопрос не показался ему абсурдным. В последнее время некоторые племена действительно принимали обычаи белых и отрекались от своего народа.

Ерга кивнул. Шаману не нравилось это слово, но он знал, что так люди из заречья называют его народ.

- Послушай, проводи меня до города. Я тебе заплачу, - предложил чужеземец.

- Заблудился? - равнодушно бросил Ерга.

- Выходит так.

- Мне не нужны деньги, на них ничего здесь не купить. Мне достаточно воды и мяса, – шаман прервал свое занятие. – А если есть соль, то будь уверен провожу.

- Есть. Могу дать один полный бурдюк и щепотку соли.

- Половину бурдюка воды, часть мяса, добытого тобой, и немного соли. Я провожу тебя до волчьей тропы.

Чужеземец поднял брови.

- Дальше нам будет не по пути, - пояснил шаман. – А волчья тропа ведет как раз в город.

***

Этот лес, этот редеющий лес, уже стал родным для шамана, и он понимал, что, возможно, здесь будет его последнее пристанище. Ерга не питал иллюзорных надежд о том, что победит зверя, но шел вперед, потому что был должен идти во имя неё, во имя него и всего племени. Исполины – деревья наблюдали с высоты своего роста за безуспешным рвением шамана. Быть может, они смеялись над ним, а может, подбадривали. Да, деревья шептались между собой на древнем языке Верхнего мира, и говорили они о смерти и жизни. Нет, не смеялись.

От хруста сухих веток под ногами становилось не по себе, они могли заглушить другие, более важные звуки, которых так ждал Ерга. Редкий западный ветер пробивался сквозь деревья и едва касался лица. Прохладный ветер. Иногда, он приносил с собой запах зверя и тогда шаман пытался уловить направление и скорость твари. В последнее время шамана не покидало чувство, что он вот-вот потеряет след, упустит свою цель, и тогда все усилия будут напрасны. Горячее, сводящее с ума, чувство отчаяния поселилось внутри и теперь разгоралось буйным огнём. Он обещал ей. «Ты когда-нибудь видел такое небо?», - словно наяву услышал Ерга родной сердцу голос. «Запомни его и….». Комок подкатил к горлу. «… запомни меня». И Егра помнил. Её черные глаза, в которых отражался весь мир, нежные руки. Запах опаленных волос возник в воздухе. Они сожгли её. Тело шамана пробило судорогой, и он едва не повалился на землю. Зверь целый месяц совершал свои кровавые набеги на поселение, а потом они сожгли её. Жертва, принесенная твари, - последняя безнадежная попытка племени избавиться от проклятья. «Запомни меня», - Ерга рванулся к кострищу, но сильные руки воинов сдавили его плечи и грудь. «Ты не помог нам, теперь смотри». Шаман был бессилен, перед лицом безумия, охватившего все поселение. Он просил духов, каждый день молил их о помощи, но безуспешно.

На следующий день зверь вновь пришел. На этот раз тварь не стала довольствоваться несколькими смертями. Он возник из утреннего тумана, пришел тогда, когда его не ждали. Пришел лишь с одной целью и за несколько часов осуществил её. Зверь убил старейшину Анаквада, славных охотников Чи-бинэси и Жигага, и еще многих других, которых знал Ерга. Шаман слышал их крики.

- Ээээй! – послышалось позади.

Крик вырвал Ергу из череды горьких воспоминаний. Еще одно обещание, которое дал шаман: довести человека из заречья до волчьей тропы.

Чужеземец тяжело дышал позади, волоча на спине мешок. Человек с револьвером едва выдерживал обычный темп шамана, но сделка есть сделка. Откуда он пришел, этот человек? Почему оказался не тронут зверем? Ергу посещали мысли, что сам зверь направил чужеземца к нему, чтобы он сбавил ход, заблудился в этом умирающем лесу. Что нравилось шаману, так это то, что человек с револьвером был не многословен. Это качество шаман любил, знал ему цену. Ерга же в свою очередь не задавал вопросов.

Скоро, очень скоро они выйдут из леса и попадут в мертвые земли, где царствуют койоты. «Куда идет зверь? Еды ему вряд ли там хватит. Неужели в город людей из заречья?».

- Я так больше не могу, - произнес человек с револьвером.

Шаман резко остановился, да так, что чужеземец едва не уткнулся ему в спину не сбил его с ног.

- Передохнем.

Чужеземец облегченно вздохнул. Он еще немного помедлил, чтобы убедиться в намерениях своего провожатого, после чего снял с плеча свой мешок и плюхнулся на землю там, где стоял.

Тем временем Ерга прошелся вперед, встал по ветру и широко вдохнул.

«Ты чуешь меня, зверь. Тебе все же придется со мной встретиться», - думал он.

Вокруг, от каждого куста, каждой сухой ветки разило тварью. Шаман достал бубен из сумки и снял со спины щит. Ловец снов, так называли его люди из заречья. С пластикой медведя Ерга сделал выпады к земле. Огонь разгорается. Поочередно поднимая корпус своего тела то в левую и то в правую стороны, индеец ударял в щит бубном. Шаман запел своим немного хрипловатым и одновременно пронзительным голосом. Металлический звон амулетов в накидке сливался с неистовым воплем и ударами бубна, превращая всё вокруг в единый безумный симбиоз звуков. Еще выпад. Шаман ускорился, теперь уже вращался вокруг невидимого древа, воздев свои странные инструменты к небу. В сознание проникало нечто холодное и безжизненное. Перед глазами шамана возникали лица, сотни лиц, может, тысячи. После чего исчезали, глубоко въедаясь в его разум. Среди них было лицо старой ведуньи. «Пусть она ГОРИТ», - смеялась она. Взмах бубна, удар, грохот. Новые лица, новые миры, которые рушатся одним движением бедер. «Ты когда-нибудь видел такое небо?». Прыжок вверх, к кронам деревьев. Вновь звон амулетов. Преграды разбиваются, освобождая путь. Все становится далеким, недосягаемым, ничего уже больше не имеет значения. Шаман стал ощущать слабое едва уловимое присутствие кого-то из вне. Оно прикоснулось к нему. Голова закружилась, уничтожая остатки реального мира. Земля под ногами разверзлась, превратилась в бездну, и шаман провалился в неё. Незримое нечто захватило Ергу в свои объятия.

- Ты тот кого, я звал? – спросил шаман.

Воздух пронзила вибрация далекого голоса:

- Мы те, что услышали твой зов.

- Тогда не трать время впустую и поведай о том, что я хочу знать.

- Мы не можем.

- Тогда открой мне то, что я должен знать, - не отступал шаман.

- Иктоми не желает сражаться с тобой. Отступись от своей цели, сверни с пути. Иктоми должен уйти. Оставь его.

- НИКОГДА! – прокричал Ерга.

Хватка существа ослабла. Шаман едва не выпал из объятий духа.

- Тогда ты умрешь! Умрешь! Умрешь!

- Я это знаю, - безразлично бросил шаман.

- Ты догонишь его. Иктоми не может спешить. Да, у него много дел. Но ты, шаман, погубишь целый мир. Много смертей, много крови. По твоей вине, Убегающее Облако. Остановись.

- Когда?

- Мы не можем это рассказать.

- Тогда, я больше в тебе не нуждаюсь.

Дух выпустил шамана, исчез. Ерга летел сквозь бездну, а под его ногами внизу засияло небо. Он окунулся в него словно в воду и оказался в лесу, на том же месте, где совершал ритуал. Солнце уже уходило за горизонт, когда шаман вернулся к чужеземцу. Ерга, словно завороженный, рассматривал свою тень, которая долго бродила в глубинах небытия. Его верный и единственный спутник за последние четырнадцать дней. Теперь тень казалась чужой и ненужной. Теперь его тенью был человек с револьвером, который по разумению Ерги спал в тени коряги.