Шаман - Попутчик.

Прошло уже несколько часов с тех пор, как Шаман и Психолог выдвинулись с места, где разбили лагерь, и всё это время психолог не выполнял свои профессиональные обязанности… Он молчал и всячески игнорировал своего товарища и по совместительству клиента.
— Ты так и будешь молчать?
— …
— Брось… Тебе не на что обижаться! Подумаешь, нас чуть не убили! В нашей с тобой ситуации мы можем погибнуть абсолютно от чего угодно, а так могли хоть уйти весело, борясь с дикарями.
— Дело не в этом.
— А в чём же тогда?
— В том, что ты хоть и научился контролировать своё раздвоение личности, и вы оба теперь знаете друг о друге, но ты всё равно не понимаешь саму суть… Я не разговариваю с тобой не потому, что я обижаюсь на тебя, а потому что я не смог утащить твою тушу с этой бессмысленной потасовки без урона. — Приподнимает плащ и отодвигает слегка в сторону защитный щиток, выполняющий роль самодельного бронежилета, показывая свежую рану, прижжённую и зашитую на скорую руку.
— Почему ты мне не сказал, что ты ранен?!
— А толку от этого?! Ты всё равно умеешь только убивать и ловить пограничные состояния, общаясь со всяким…
— Тем более я тогда не понимаю, чего ты расстраиваешься и обижаешься не важно на себя или на меня… Ты ведь понимаешь, что от меня толку нет. Да и к тому же ты сам себе помог и вылечил себя.
— Я не вылечил себя… Я лишь заштопал рану. Эти дикари хоть тупые, но разбираются в способах убийства… Я тебе даже сейчас расскажу, до чего они додумались, чтобы твой мозг убийцы, который не в состоянии перестроиться, вспомнить и понять, к сожалению, кто ты такой, возликовал…
— Я ничего не понял! Я опять у тебя не такой, кем себя считаю!
— Я и не ожидал, что ты поймёшь в нынешнем своём состоянии. Я просто расскажу! Так вот, они увеличили размеры пуль, сделали их двухсоставными и вовнутрь залили яд. Проще говоря, пуля попадает в мягкие ткани, раскрывается на две части, и оттуда выливается дрянь, о существовании которой ты не сможешь узнать до тех пор, пока тебе не станет хреново! И нет разницы, вытащил ты пулю, точнее её половины, или нет, ты уже медленно отправляешься к праотцам.
— Это действительно круто! Прикинь, ты умрёшь от чего-то инновационного посреди абсолютного днища цивилизации!
— Вот про это я и говорю! Ты настоящий никогда бы так не сказал!
— А что бы я сказал?!
— Ничего бы не сказал… ТЫ ужасно неразговорчивый! Ты бы искал противоядие, и ты настоящий никогда бы не взял оружие в руки! ТЫ ненавидишь оружие и тупых людей!
— Мне кажется, у тебя защитная маска повреждена. Надышался токсинами и несёшь бред!
— Заткнись уже! У меня сутки, чтобы вправить тебе мозги! Потом можешь искать себе другого помощника!
Я тебя и не искал! Ты сам припёрся и не дал мне сожрать ту гнилую деревяшку! Ты даже не представляешь, каким она была шикарным гамбургером в моих глюках, когда я её кусал… Или картошкой! В общем, я уже не помню чем точно, но чем-то прикольным и вкусным!
— Останови!
— Что?! Зачем?!
— Я сказал, останови! — Дал подзатыльник Шаману.
Машина, забуксовав по песку, остановилась. Психолог сошёл на землю и принялся разминать затёкшее тело.
— Да что с тобой такое?!
«Бум, бам, бам» — один удар кулаком в голову и два удара в корпус прилетело говорливому шаману от своего спутника, и удары были на удивления такой силы, как будто были нанесены бревном, а не кулаком.
— Кхе! Кхе! — Шаман сидел на корточках, оплёвывая подступившую слюну, стараясь восстановить резко парализованное дыхание. — За… Что…?
— Если ты забыл, что мы с тобой вместе путешествуем уже тридцать два года, из которых ты помнишь только двадцать пять и вовсе не помнишь меня, то твоё тело не могло забыть моих кулаков, ведь оно умней твоей тупоголовой башки!
«Бах» — удар сапога с металлической накладкой, переходящей в герметичное соединение стыков элементов костюма, настиг лицо, отбросив Шамана на несколько метров.
— Ай! Ты сказал «кулаков», а это нога! Ты сам себе противоречишь!
«Бах» — ещё удар, только на этот раз руки.
— Не придирайся к словам, слабак! Я буду бить тебя, пока ты не поймёшь!
— Кто тебе сказал, что я буду мешком для битья?! Я буду защищаться!
— А кто тебе сказал, что ты сможешь?! ТЫ не боец, ты тактик и прочее бла-бла-бла, которое обычно тешит твоё эго! А я боец!
— Посмотрим! Нападай!
Спустя некоторое время.
Шаман лежал на песке, пуская слюни, и не мог встать. Он чувствовал вкус металла на зубах.
— У меня вкус крови даже во рту!
— А чего ты хотел чувствовать после удара по лицу?! Вкус конфет и газировки?!
Психолог приближался и замахнулся для очередного удара.
— Нет, Генрих! Не надо больше! Остановись!
Психолог остановился и присел рядом с телом друга.
— Генрих… Ты вспомнил моё имя. Значит, всё не напрасно. Зафиксируй в своей больной башке моё имя.
— Я интуитивно сказал, даже не знаю, откуда у меня это имя в голове взялось…
«Бах» — удар в живот.
— Я понял! Понял! Тебя зовут Генрих! Не полицейский и не психолог, а Генрих!
— Ты делаешь успехи!
— Оу! Народ! Не хочется вас отвлекать, но вы закончили своё бессмысленное валяние в грязи? — донёсся незнакомый голос со стороны одиноко возвышающейся над песками скалы, которая была похожа на брошенный ради шутки камушек посреди песчаной равнины.
— Ты кто ещё такой?!
Мужчина достаточно внушительных габаритов в кожаной байкерской куртке с металлическим робо-протезом руки стоял и изображал улыбку, по-идиотски скалясь. — Я тот, кто хочет отобрать у вас вашу машину и доехать куда ему нужно.
— И я тоже такого же мнения, как и он! — Прокричала девушка, выбежав из-за скалы, поправляя штаны.
— Вс больше не попросишься по нужде?! Чем тебе вообще не понравился туалет внутри? Созданы же ведь все условия.
— Условия?! Ты издеваешься?! Ты сам-то хоть раз ходил в твои эти самые условия? Твои дружки там всё загадили и бегают каждые две минуты за мной подглядывать!
— Они старые, у них уже фляга свистит! Попробуй сама просидеть внутри непонятно кого два года. Без обид, Бу-у! Там один год равняется двадцати нашим! Полезай во внутрь!
— Бу-у! Не смей! Откроешь пасть, я тебе туда навалю…!
Раздалось раздражённое поскуливание…
— Прости, не хотела тебя обидеть. У твоего хозяина совести нет. Похитил меня и теперь ещё указывает мне.
— Ты вообще хотела мой байк угнать!
— У нас тут вообще-то конец света! Остолоп! Магазинов нет! Кто угнал, тот и ездит!

— Дерьмовая логика…
— Как и ты, и наша жизнь, и обстановочка вокруг.
— Но вот с этим не поспоришь. Я хотел бы напомнить о том, что мы собирались у этих недотёп угнать их багги. Не время ссориться. Я тебя знаю двадцать минут до того, как тебя сожрал Бу-у! И четыре часа после того, как он тобой срыгнул, слишком много ты для не очень хорошо знакомого человека мозг выносишь. Не стоит ссориться.
— Я соглашусь, но чтоб ты знал: пошёл ты…
— Хорошо, спасибо за понимание. Так вот, господа сумасшедшие, дерущиеся на обочине, хотя тут нет дороги, тут везде обочина… Начнём с начала. Господа сумасшедшие, дерущиеся вон там, в сторонке, друг с другом, мы вас грабим.
— Я… Я Шаман… — кое-как поднявшись на ноги, пробормотал парень. — Я сам кого хочешь обворую.
— А, ты из банды недотёп, курящих всё, что поджигается, оккультисты, исследователи и прочая хрень. Я тебя не боюсь. Ваша банда сама по себе жуткая и странная, но в плане жестокости, планирования и убийств вы не страшные. Вот если бы передо мной был ваш предводитель, господин Зеркало, вот тогда бы я уже бежал отсюда со всех сил, но не смог бы всё равно убежать. Хотя… Учитывая события моих последних нескольких дней, я и его бы завалил…
— Ты думаешь, если можешь ходить, как я, без противогаза, то ты особенный?! Нет, это не так, просто ты менее восприимчивый, и когда твой организм, как губка, впитает в себя все яды и излучения, ты сдохнешь в страшных муках.
— Бу-у! Родной, будь добр, дай, пожалуйста, мне зеркало, господину посмотреться. Тонкая лапка, похожая на ветку, протянула карманное зеркало. — Спасибо большое.
Незнакомец подошёл к Шаману и сунул ему под нос зеркало. — Смотри, ты не без экипировки ходишь. На тебе костюм последнего поколения с мега-крепкой и непробиваемой бронёй, кучей примочек, системой жизнеобеспечения и режимом ведения боя.
Шаман посмотрел в зеркало, шлем странной формы, похожий на квадрат, смотрел в ответ ему со стеклянной поверхности.
— Эй, психолог! Это что…? Почему я не осознавал и не знал до этого момента, что я в одежде?
— Ты псих, к тому же временами просто безбашенный. Ты как наш господин Зеркало, не можешь разобраться в себе. Ты действительно был в костюме. Ты не бессмертный, это всё костюм тебя защищает...

— Хм… Псих я, значит… - достаёт из машины винтовку, заряженную 2 последними патронами. — Всё верно. Я псих, а ты психолог. Какого лешего тогда ты всё это время не личил и не пытался меня вывести из этого состояния, а подыгрывал и позволял мне верить в свою уникальность? Я ведь как мальчик, застрявший в мультике, бегаю весёлый и всем морды бью, а ты стоишь и веселишься, рассказывая мне что-то о принятии второй личности, когда обе уже свихнулись.
— Потом выясните свои отношения. Мы забираем багги, и неважно, что вы на это скажете. Можете меня теперь называть Пассажир.

— Рот захлопни! Будешь сейчас вторым трупом, и будете вот с этим«посетителем шапито» «вальтом» в могилке лежать.

— Эти угрозы…

— А что, не страшно? А хотя да… Самое страшное уже с тобой случилось. Наверное, интересная порнушка была, если у тебя рука загорелась… Страшней и не придумаешь…
— Да… Демоны были правы: «Люди всё решают сами, и они неисправимы». Бу-у! Лови этих идиотов.
Из-за спины выглянуло довольное нечто, смотря огромными жёлтыми глазами на путешественников…