Шаманка-2. Жена слепого мага

Тело гудело от долгой скачки верхом. Дарга спешился, бросил поводья подбежавшей служанке и пошёл к юрте. Соскучился страшно. Будто год не видел любимую женщину. Слуги путались под ногами. Кто-то чуть не врезался в него с кувшинами в руках. За спиной рассыпали хворост. Извинения летели криками испуганных птиц. Нет времени оборачиваться.

— София? — он звал её, ныряя под входной полог. Сапоги сбросил с ног и побрёл в полумраке. Фонарь висел в глубине. Над головой любимой женщины. — Я здесь, я вернулся.

Дым от горящих трав застилал юрту. Шаманка что-то бормотала, склонившись над чашей. Но от его голоса встрепенулась.

— Дарга.

Корону надела. Чёрный головной убор из конского волоса. Золотые птички-украшения запутались в фальшивых прядях. На лице мазки сажей, голые до плеч руки в татуировках. Работала. Ждала его и работала.

— Можно?

Он спрашивал у духов, но кивнула шаманка. Да, присесть рядом можно. А в груди уже тесно от невысказанных слов. Он летел к ней, скакал, торопился.

— София…

— Я беременна, — она подняла взгляд и застыла. Начала превращаться в восковую куклу. — У нас будет ребёнок.

Он потянулся обнять, но врезался в невидимую стену. Кукла омертвела. Глаза пропали, рот зиял провалом. Дарга силился разглядеть ребёнка, но вместо живота у любимой женщины крутилась чёрная воронка. Звала за собой в бездну.

— Я беременна. Сделай что-нибудь.

Во рту пересохло, язык не хотел двигаться. Он не понимал, откуда столько страха? Почему перед ним мумия?

— Мы уедем. Слышишь, София? Собирайся прямо сейчас. Где мешки, где вещи?

В юрте было пусто. Всё давно провалилось в темноту. Осталась только корона на мёртвой кукле. И голос. Её голос.

— Помоги, Дарга. Помоги мне.

Лёгкие болели, сколько он не дышал? Проснулся с громким “пха-а-а” и заметался в кровати. Проклятая слепота, где он? Дома? Мгновение потратил, чтобы успокоиться, и заметил фиолетовое сияние эссенции. Дверь справа. Закрыта, судя по кресту внутри проёма. Дома он.

— С чего вдруг ты улёгся спать посреди бела дня? — насмешливо спросила ведьма. — Перегрелся в оранжерее?

Франко медленно выдохнул. Только очередных разборок от ревнивой стервы ему и не хватало. Улёгся, потому что силы внезапно кончились. София сказала, что так бывает после серьёзной шаманской работы, и отправила отдохнуть. Возражать он не стал. Откуда-то появился Анри, нырнул под руку и довёл хозяина до спальни.

— Ты принесла эссенцию? — слепой маг решил сменить тему. — Не вижу пузырёк.

— Потому что я завернула его в твой камзол, — фыркнула Лианна. — Опасно, знаешь ли, светить последней порцией эссенции под носом у разведчиков клана. За моим бывшим домом до сих пор следят. Я рисковала, между прочим.

— Ты отдашь его или нет? — разозлился Франко, но тут в темноте вспыхнула фиолетовая искра. Яркая, мощная.

— Возможно, отдам, — протянула ведьма. — А может, нет. Передумаю. Неприятно вообще-то возвращаться к тебе после в высшей степени опасного задания, а вместо горячей ванны и вкусного ужина получать порцию слухов о том, что тут появилась хозяйка. Будущая лина Гвидичи. Серьёзно? Бессалийский аристократ решил жениться на деревенщине? Или тебя опять безумие захватило?

После сегодняшнего кошмарного сна, видений Софии и Дарги такая мысль уже мелькала. Однако нет. До сумасшествия всё-таки далеко. Хотя с книгами о древних кочевниках он явно переборщил.

— Возможно, женюсь, — Франко скопировал интонацию Лианны. — Ты же не хочешь рожать будущего дракона. А женщины из кочевых племён воспитаны не как ведьмы. Они детей любят.

— Я согласилась родить ящерицу, если отцом будешь ты, — зашипела она. — Нашего ребёнка я буду любить. А вот от кого родит твоя воспитанная в лучших традициях кочевница — ещё неизвестно. Думаешь, ухватил приличную девицу? То-то она с Линнеем в лес бегала. Грибы, наверное, собирала, да? И в доме кланового мага, конечно, его к себе не подпускала. Берегла себя, ага. Да я не удивлюсь, если она и на Этане поскакала, и на Линнее. И старика Анри порадовала. Больно нежно он на неё смотрит.

С одной стороны, от желчных выпадов ведьмы становилось смешно. “Этому дала, этому дала. Такая гулящая, что куртизанки глаза закатывают”. А с другой, проблема с Линнеем никуда не делась. Сколько дней обманутая им София считала, что нашла Даргу? Что боевой маг позволял себе в это время?

Кровь в голову ударила, в висках застучало. Вселенная издевалась над ним. Предлагала второй раз делить понравившуюся женщину с другим. Но нет. София не Амелия. Её он никому не отдаст.

— Не тебе рассуждать о потерянной невинности, ох, не тебе, Лианна, — выцедил сквозь зубы слепой маг. — Что за истерика? Я поклялся тебе в вечной любви? Нет, дорогая, у нас сделка. Ты помогаешь мне — я усаживаю твою задницу на трон Фитоллии. Всё. С кем я буду спать, и от кого воспитывать детей — не твоя забота. Клади пузырёк с эссенцией на стол. Молча.

— Одумайся, дорогой, — не унималась Лианна. — Ты зря мечтаешь о свадьбе с Софией. То яблочко давно надкушенное, правду тебе говорю. Да и зачем тебе кочевница? Что у неё есть, кроме сомнительного прошлого? А мне мало короны Фитоллии. Мну нужен ты на соседнем троне. И если тебе так хочется быть первым, я знаю ведьму, которая восстановит меня за одну простую операцию. Могу каждый месяц к ней бегать зашиваться. У всех свои причуды, я понимаю. Будет кровь на простынях.

Франко глухо зарычал в ответ.

— Не испытывай моё терпение, ведьма! Эссенцию! На стол!

— Зануда, — вздохнула она и подтолкнула пузырёк, чиркнув по столешнице. — Ладно, обойдёмся пока без шитья. У меня для тебя ещё один подарок.

Она явно чем-то махала в воздухе, но слепец не видел. Пауза затягивалась, Франко нервничал сильнее.

— Что там?

Ведьма наклонилась к нему с тихим шорохом нижних юбок платья. Руку обожгло болью. Неожиданно, без предупреждения. В груди словно пружина распрямилась. Он дёрнулся назад, затряс кистью и так выругался по-элезийски, что у самого Плиния от удивления глаза полезли бы на лоб.

— О, знакомые фразы. Буду рада, если исполнишь то, что только что пообещал. А ты затейник, оказывается, — хмыкнула ведьма. — Я уколола тебя иглой, если ещё не догадался. Той самой, которой кочевники делали свои знаменитые татуировки. Знаешь, где я её нашла? В убежище клана. Не поверишь, вместе с дневниками предшественников Этана. Самого кланового мага помнишь? Он разрисован с ног до головы. В жизни свои узоры прячет, но на клановых праздниках раздевается. И тогда, напитавшись магией, татуировки горят в ночи белым светом. Эффектно выглядит.

Франко потёр лоб, пытаясь вспомнить, видел ли в чьей-то памяти праздники Клана смерти. У Кеннета точно копался, и там что-то мелькало. Да, на свадьбе с Хельдой. Толпа полуголых мужчин, танцующая в темноте. Но тогда Франко подумал, что Этан просто разрисован той же краской, которой помечены браслеты, серьги и подвески. “У всех свои причуды”, если цитировать Лианну. Однако клан и тут отличился. У тривиального, на первый взгляд, украшательства, обнаружился тайный смысл.

— Допустим, когда-то у всех были общие предки, и традиции перекочевали, — пробурчал он. — Но тебе-то какой прок? Чего ты вцепилась в иглу?

— А такой. Я читала дневники. Татуировки по сути — магические метки. Те же артефакты. Они открывают связь с памятью предков. Если София настоящая кочевница, то мы через татуировку достанем из неё сведения о драконах.

Слепой маг тихо присвистнул. Судя по возобновившемуся шороху ткани, Лианна приосанилась и сидела с видом триумфатора. Волны удовольствия от неё расходились, как жар от камина.

— Мысль интересная, — вынужден был признать Франко. — Но я уверен, что София не согласится. Татуировка не рисунок краской. Её нельзя будет потом смыть. Как ты собираешься её уговаривать?

— Просто предложу помочь тебе. Если откажется, значит, я права. Она тебе не подходит. Я рву задницу из-за пророчества, а она сидит сложа руки.

“И правильно делает”, — заметил внутренний голос.

Но Франко зацепился за идею достать что-то из памяти предков Софии. Ведь именно там хранится то, что им нужно. Да и не даст шаманка себя в обиду. Если вдруг Лианна задумала какую-то пакость, София разберётся. С её-то знаниями и опытом.

— Хорошо, давай попробуем. Поговорим с ней за ужином. А теперь уходи, пожалуйста. Мне нужно поспать.

— Ты забыл сказать, что я молодец, — пропела ведьма. — Но я подожду. Как выяснилось, я очень терпеливая.

Она вышла и прикрыла за собой дверь.

***

После шаманской работы пришлось отсыпаться полтора часа. Давно я так много через себя не пропускала. И аппетит проснулся зверский. Вернувшись в спальню, я съела почти все фрукты из вазы с комода, а приглашение на ужин ждала с особым нетерпением.

Повариха обещала солянку. Лимон, маслины и три вида копчёностей найти оказалось проще, чем свёклу на борщ. Так что я записала любимый рецепт и передала его на кухню.

Вивьен вернулась. С порога успела поскандалить со слугами, но в трапезном зале сидела с довольной улыбкой. Да, по правую руку от Франко, тут ничего не изменилось. Мне передали сплетню, что из постели его подняла и почти заставила идти на ужин. Бездна, как раздражали наглые женщины! Все, начиная от хамок в поликлинике, заканчивая разодетыми в шелка ведьмами. "Ачётакова? В жизни, если локтями не работать, ничего не добьёшься. Учись, милочка".

— София, — обратилась она ко мне, склонив голову набок. — Мы не совсем удачно начали, я хотела бы исправить первое впечатление. Не знаю, говорил ли вам Франко, но я в его доме осталась погостить не просто так. Помогаю с толкованием пророчества и его осуществлением. Можно сказать, это моя специализация. А вот в вашей магии я разбираюсь плохо. Нет, немного почитала о ней на досуге. Попали ко мне в руки любопытные дневниковые записи. Шаман одного из кочевых племён подробно описывает, как бывают полезны рисунки на коже. Вы слышали об их особых свойствах?

Солянка поварихе удалась. Ела я сосредоточенно, на Вивьен старалась обращать поменьше внимания, а потому не сразу сообразила, что речь о татуировках.

— Читала в книгах. Говорят, нужен мастер с даром. Без особых ритуалов рисунки не работают.

А так я давно набила бы оленя себе на плече, как у принцессы. Ничего не имела против татуировок. О них действительно ходило множество легенд. Например, что скифы с плато Укок через них связывали себя с богами.

— Мастер с даром, значит? — кузина Франко отложила приборы. — О даре там ничего не было. Но сами ритуалы описаны подробно. Древний шаман утверждал, что с помощью рисунков можно, например, пробудить память рода в одном из потомков. Если он достаточно силён, чтобы её принять. Понимаете, почему меня так заинтересовала эта магическая техника? Ах, если бы вы могли достать из памяти своего рода знания о том, как возродить драконов!

У меня холодом потянуло между лопаток. Духи утверждали, что специально ничего из прошлой жизни забирать не нужно, оно само придёт. Но тут стоит иметь в виду шаманскую специфику. Если тебя ведут, показывая дорогу, то знаки на пути желательно не просто замечать. Им обязательно следовать.

— Что за дневник? — спросила я у Вивьен. — Можно почитать?

— Конечно, — легко согласилась она. — Я думаю, мы все одинаково заинтересованы в том, чтобы пророчество сбылось. Если изучение дневников поможет вам решиться на проведение ритуалов, я буду рада.

Ведьма жестом фокусника достала потрепанную тетрадь прямо из воздуха. Украла там же, куда ездила за эссенцией? Значит, информация действительно ценная.

— Вот, — Вивьен открыла дневник примерно на середине. — Прошу вас.

Франко вздрогнул, услышав шелест страниц, но продолжал молчать. Странно, что не вмешивался. Он ведь знал, что я из другого мира и не совсем та кочевница, которой меня считали. Предоставил возможность самой выкрутиться из непростой ситуации? Или слепой маг с ведьмой что-то задумали?

Я машинально потянулась за яйцом-артефактом, но тут же себя одёрнула. Уж если Вивьен смогла прочесть древний текст, то я, как потомок, по умолчанию должна разбираться. К счастью, витиеватых оборотов не было. Автор записей был так щедр и предусмотрителен, что вместе с техникой нанесения упомянул рецепт краски. Сажа от сожжёных семян, бараний жир. А для белого пигмента три совершенно незнакомых названия.

— Игла есть, — улыбнулась ведьма, — флакончик с краской тоже. Осталось найти мастера, и можем попробовать.

— Этан откажется. Он будет в ярости из-за кражи, — холодно заметил Франко. — А другого человека с магическими татуировками я не знаю. Да, София, вы держите в руках дневник мага из Клана смерти. Вивьен пробралась в убежище. Подлинность документа Анри уже подтвердил. Думайте. Колоть иглами будут ваше тело.

Теперь мне казалось, что он против. Почему-то позволил ведьме вручить мне дневник, но помогать с уговорами не собирался.

— Есть Фредерико Гвидичи, — Вивьен не сдавалась. — Он член совета, посвящённый и, насколько я знаю, регулярно общается с предками клана прямо в бездне. В ритуале говорится о создании связи. Уж если кто и способен прочертить серебряную нить из прошлого в будущее, то это твой брат, Франко.

— Решать Софии, — повторил он. — Процедура весьма болезненная, а результат никто не гарантирует.

Да, не гарантирует. Но есть нюанс, который знала я, Линней, и, возможно, Кеннет с Фредерико, если боевой маг им доложил. У принцессы Укок, моего воплощения из прошлой жизни, один род с Кланом смерти. Должно получиться.

— Если Фредерико возьмётся за иглу, я согласна.

Лицо Вивьен озарила неподдельная радость.

— Франко договорится с братом о свидании вчетвером, — промурлыкала она. — А в том, что Сокол справится с задачей, я даже не сомневаюсь. От него ещё ни одна женщина разочарованной не уходила. Эх, даже жаль, что снулая рыба Амелия его на себе женила. Такой красавчик не должен принадлежать кому-то одному. Это несправедливо. Вы согласны со мной, София? Или вам по вкусу другой воин клана?

Надо же, не удержалась. Изо всех сил старалась уломать меня на татуировку, а Линнея припомнила. Война за Франко продолжалась? Да, я сама виновата. После похищения из дворца ведьм кричала на весь особняк Гвидичи, что командир боевых магов — Дарга и мой суженый. Франко поэтому мрачнее тучи? Вивьен наговорила обо мне гадостей?

"Дарга ревнив, — вспомнила я предупреждение принцессы. — Он не хочет тебя ни с кем делить".

Что же делать со щитом? Духи запретили прогонять Линнея. Но если он будет рядом со мной, то Вивьен рано или поздно докажет слепому магу, что напророченная ему невеста — гулящая девка.

— Татуировку будем делать на плече, — ушла я от опасной темы. — Оленя с перекрученным телом и ветвистыми рогами. Люди непосвящённые считают, что на концах рогов цветы. Но археологи уверены, что там головы грифонов. Есть художественное толкование смысла татуировки. Разумеется, его не включили в текст "Всадников Укока". Доказательств нет. Но вроде бы древние кочевники говорили об уровне развития души, сравнивая человека с овцой, оленем или грифоном. Овцы — рядовые соплеменники. Оленями называли элиту, и лишь шаманы могли приблизиться к состоянию грифона. Коснуться кончиками оленьих рогов мудрости иных миров.

— Красиво, — тихо сказал Франко. — Рисунок с таким смыслом не жалко на себя нанести.

Я прикусила язык, чтобы не ляпнуть: "А ведь у Дарги тоже были татуировки. Давайте набьём вам лошадь на груди и спине. Надо же как-то и вашу память будить". Нет, рано. Слепой маг должен сам дозреть. Я надеялась, что процесс обретения себя после шаманской работы в оранжерее уже запустился. Нужно время, чтобы уцелевшая частица души Дарги достучалась до своего нового воплощения, как до меня достучалась принцесса. Торопиться нельзя.

— Ну раз все согласны, тогда назначим день, — ведьма хлопнула в ладоши и забрала дневник. — Когда Сокол свободен?

— Послезавтра, — уверенно ответил его старший брат. — Кеннет в отъезде. Быстрее Фредерико с навалившимися на него делами не расквитается.

— Превосходно, — ведьма зачерпнула ложкой ещё тёплый суп. — А где баранина? Что происходит с меню в особняке Гвидичи?

— Приятного аппетита, Вивьен, — оборвал её Франко. — Жди десерт, если тебе не нравится суп.

Ведьма зыркнула на него, но промолчала.