Шанти, Кора и Рико. Ёлка в перьях

В Ленинградском зоопарке наступили новогодние праздники – время, когда снег уже не кажется диковинкой, а становится привычным пушистым покрывалом. Птицы калао Шанти и Кора, благополучно пережившие первые холода вместе со своим другом радужным попугаем Рико, смогли подружиться с зимой. Они сидели в своем уютном теплом гнезде и наблюдали, как Даша, их любимая смотрительница, развешивает по территории зоопарка гирлянды из шишек и рябины.

— Интересно, это часть нового протокола по согреванию? – спросила Шанти, наклоняя голову с научным интересом. – Декоративное утепление?

— Нет, – с важным видом ответил Рико, чьи радужные перья сегодня отливали блеском под ярким зимним солнцем. – Это подготовка к большому празднику. Я слышал, как Даша рассказывала детям про ёлку, подарки и какого-то дедушку, который летает то ли в санях, то ли в оленьей упряжке. Хм… Олени… Интересно, а они быстрее попугаев?

Кора, доставшая из тайника особенно красивый орех, флегматично заметила:

— Главное в празднике – это вкусная еда. Даша вчера принесла нам какие-то странные ароматные палочки с изюмом. Они пахли… хвойным лесом и мёдом.

Но Рико её уже не слушал. Его творческое воображение, разбуженное историей о летающих оленях, заработало на полную мощность. Он вдруг взлетел на самую высокую жердочку, расправил крылья и торжественно объявил:

— Друзья! Мы, пережившие первый снег и подружившиеся с холодом, не можем оставаться в стороне! Мы должны создать… свою Рождественскую сказку! Не просто пережить зиму, а украсить её! Чтобы даже наш друг белый полярный волк Арктик, эксперт по холодам, ахнул от восторга!

Шанти, как стратег, сразу оценила масштаб замысла.

— Интересная постановка задачи, – сказала она. – Но что конкретно мы можем сделать? У нас нет оленьей упряжки, а мой клюв, хоть и внушительный, но явно не справится с упаковкой подарков для всего зоопарка.

— Мы создадим живую ёлку! – провозгласил Рико. – И устроим праздник общей песни! Ведь самый главный источник тепла – это умение петь свою песню вместе!

Идея была столь грандиозной, что даже практичная Кора отложила орех. Так началось новое приключение пернатых друзей, которое болтливая сорока, главная сплетница зоопарка, позже назвала «Ёлка в перьях».

Первым делом Шанти созвала совет. Помимо основной тройки, были приглашены: белка (главный снабженец), старый мудрый ворон (консультант по традициям) и, после некоторых раздумий, белый полярный волк Арктик – в качестве почетного гостя и критика.

— Местом для живой ёлки предлагаю выбрать центральную полянку у старой ели, – начала Шанти, чертя планы на снегу клювом. – Она уже украшена природой – снегом и инеем. Наша задача – добавить динамики и смысла.

— А кто же будет самой ёлкой? – спросил ворон, склонив голову набок.

— Мы все! – выпалил Рико. – Я буду звездой на макушке! Ну, или гирляндой. Шанти и Кора – красивыми шишками. Белки – мигающими огоньками!

— Я против мигания, – сухо заметила белка. – У меня и так дел полно – последний урожай орехов нужно проверить на пригодность. Но… я могу предоставить материалы для украшений. У меня есть запас блестящих фантиков, разноцветных бусин и одна совершенно круглая стекляшка.

Началась подготовка праздника. Кора взяла на себя логистику и учет украшений. Вскоре возле их вольера выросла аккуратная пирамидка из находок: круглая стекляшка, несколько золотистых оберток от конфет, кисти ярко-красной рябины, принесенные птицами свиристелями в обмен на обещание включить их в хор, и даже несколько настоящих ёлочных шаров, которые «случайно укатились» у Даши, когда она украшала служебное помещение.

Самым сложным было привлечь других обитателей. Ежи, разбуженные шумом, заявили, что согласны участвовать только в роли «спящих под ёлкой украшений», что, в общем-то, вполне соответствовало праздничной эстетике.

Обезьянки с восторгом согласились, но потребовали, чтобы им разрешили развешивать украшения, что грозило превратить всё в хаос и неразбериху.

И тут случился первый кризис. Белка неожиданно устроила сцену из-за неправильного, с её точки зрения, распределения фантиков.

— Этот золотой фантик должен висеть строго на восточной ветке, чтобы ловить первый луч солнца утром! – тараторила она, тыкая лапкой в план, который сама же и нарисовала. – А вы хотите его повесить рядом со стекляшкой! Это же полная дисгармония!

Рико, уже вообразивший себя главным режиссером, вспылил:

— Искусство требует свободы! Импровизации! Пусть фантик висит там, где хочет!

— Тогда я забираю свою стекляшку, – защебетала белка.

Шанти пришлось вмешаться, призвав на помощь всю свою дипломатию.

— Друзья, – сказала она спокойно. – Мы забыли о главном. Мы с вами делаем праздник не ради идеально развешенных фантиков, а ради того, чтобы всем было тепло вместе. Давайте распределим украшения по зонам ответственности: белка отвечает за верхние ветки, обезьянки – за средние, а мы, птицы, украсим нижние и… придумаем, как всё это красиво подсветить.

Вопрос с подсветкой решился гениально просто. Старый ворон вспомнил про светлячков, которые зимовали в оранжерее зоопарка. После недолгих переговоров светлячки согласились поработать «гирляндами» в обмен на обещание поставить им тёплую сказку и проблема была решена.

Но настоящий переполох начался, когда Рико объявил о кастинге в Рождественский хор. Он решил, что каждый участник должен исполнить сольную партию, отражающую его сущность.

Первой на прослушивание явилась стая синичек. Их звонкое «пи-пи-пи» Рико одобрил, но потребовал добавить «драматических ноток зимней тоски». Синички обиделись и улетели репетировать.

Дятел согласился участвовать только при условии, что его партия будет состоять исключительно из ритмичного стука.

— Это будет ударная партия! В прямом смысле, – убеждал он.

Ежи, разбуженные в очередной раз, профыркали что-то невнятное и Рико с гордостью объявил их «партией подземных духов зимы».

Кульминацией прослушивания стал белый полярный волк Арктик. Когда Рико робко спросил, не хочет ли он спеть что-нибудь «про снежную пустыню и северное сияние», Арктик долго и молча смотрел на него своими серыми глазами, а затем… мягко ткнул носом в снег и издал очень тихий, похожий на отдаленный ветер звук. Это было так красиво и так полно спокойной силы, что у Рико на мгновение перехватило дыхание.

— Да, – прошептал он. – Это… это и будет сердце нашей песни.

Вечером перед праздником всё было готово. Живая ёлка – старая ель – сияла в темноте: светлячки мерцали на ветвях, фантики и стекляшки отражали лунный свет, ягоды рябины алели, как крошечные лампочки. Под ёлкой, на аккуратно расчищенной полянке, лежали «подарки» – красивые шишки, обернутые в блестящую фольгу, собранные Корой орехи в «упаковке» из сухих листьев и даже ледяные фигурки, которые сделала Даша, услышавшая о подготовке птичье-звериного праздника и решившая помочь.

Наступил канун Рождества. В лунную рождественскую ночь, когда зоопарк погрузился в тишину, Даша осторожно вышла во двор, укутанная в теплую куртку. И замерла от изумления.

У старой ели собрались все. На верхних ветвях, стараясь не сбить украшения, сидели Шанти и Кора, их клювы были украшены колечками из рябины. Чуть ниже суетились белки, поправляя последние фантики. На снегу, образуя полукруг, сидели и стояли звери и птицы: ежи, синички, обезьянки, дятел на отдельном пне. А на возвышении, рядом с могучим, молчаливым белым волком Арктиком, стоял Рико. Его любимая разноцветная тряпочка была накинута на него как мантия, а на голове красовался венец из еловых веточек с круглой стекляшкой посередине.

Рико взмахнул крылом. Наступила тишина, полная ожидания. И он начал. Не громко, а очень нежно, словно боясь разбить хрустальную ночь.

Он пел не о жарком солнце или тропических ливнях. Он пел зимнюю сказку. В его песне слышался скрип валенок по снегу, радостный визг детей, лепящих снеговика, перезвон новогодних игрушек, потрескивание дров в камине и тихий-тихий шепот падающих снежинок. Это была песня о домашнем тепле, о дружбе, о том, что даже в самую холодную ночь можно найти уют.

Затем к нему присоединился голос белого волка Арктика – тот самый глубокий, ветреный звук, который принес в песню дыхание бескрайних снегов и спокойную мощь природы.

А потом запели все. Синички влились звонкой трелью. Дятел отбивал четкий ритм. Шанти и Кора добавили мелодичные ноты. Ежи зафыркали басовитым аккомпанементом. Обезьянки весело ухмылялись и хлопали в ладоши. Даже светлячки на ёлке начали мигать в такт.

Это было не идеально слаженное музыкальное произведение. Это был живой, дышащий, немного смешной и бесконечно теплый хор дружбы. Даша не могла сдержать слез. Она смотрела на эту разношерстную компанию – тропического попугая, птиц-носорогов, полярного волка, белок, ежей – объединенных одной песней, одним праздником, и понимала, что видит самое настоящее чудо.

Песня смолкла. Наступила торжественная тишина, которую нарушил Рико, важно поклонившись.

— Объявляю Рождественскую сказку открытой! – провозгласил он. – А теперь – обмен подарками!

Началось веселое оживление. Белка получила от ежей идеально круглый камешек для своего запаса (он был хоть и несъедобным, но очень красивым). Синичкам Кора подарила несколько отборных зернышек. Обезьянки, к всеобщему ужасу, пытались «дарить» друг другу украшения с ёлки, но Шанти вовремя восстановила порядок.

Арктик подошел к Рико и, наклонив голову, мягко ткнул его носом в бок – волчий знак высшего одобрения. Затем он посмотрел на Дашу и медленно кивнул.

— Спасибо, – прошептала Даша. – Всем спасибо.

Праздник длился до самого утра. А когда первые лучи солнца позолотили макушку ели, все его участники, уставшие и счастливые, разошлись и разлетелись по своим вольерам и гнездам. Рико, Шанти и Кора вернулись в своё теплое гнездо, унося с собой круглую стекляшку, которая стала их общим талисманом.

— Значит, наше приключение под названием «Ёлка в перьях» завершено успешно? – спросила Шанти, устало укладывая клюв под крыло.

— Более чем, – прошептал Рико, глаза, которого уже слипались. – Мы не просто организовали сказку. Мы сами стали сказкой. Знаете, что я подумал… Когда придет весна нам нужно будет устроить праздник первой проталины! Конечно же, с весенними песнями!

Кора устало вздохнула, но в её вздохе слышалось согласие.

За окном вольера тихо падал снег, укутывая зоопарк в белую, пушистую сказку, которую они сегодня наполнили музыкой, смехом и теплом своей дружбы. А в их маленьком и уютном мире было совершенно не холодно.

Потому что самый главный источник тепла находится в умении зажечь огонек праздника в холодную ночь и найти тех, кто захочет петь, фыркать, стучать и сиять рядом с тобой. Даже если ты – попугай ара, птица-носорог или белый полярный волк.