Шарф с йольской звездой

Сванехольд сверкал магическими огнями, менявшими свой цвет в такт сполохам северного сияния. Ледяной дворец королевы Зимы готовился к балу самой долгой ночи – главному событию для всех альвов Зимнего Двора. Даже сама Мёб вернулась на остров, как водится, тогда, когда её никто не ждал.

Впрочем, на случившийся переполох королева не обратила никакого внимания: каждый год одно и то же, пора бы уж и привыкнуть. Доклады советников она выслушала внимательно, но не узнала ничего нового. Подготовка к балу – такая скука… И охрана острова из года в год повторяла, что с приближением самой долгой ночи поднимает голову вся снежная нечисть. Но альвийская магия не впускала на Сванехольд порождения мрака. Иное дело земли смертных и столь любимый королевой Старвейс.

- Ледяные дисы снова откочевали к Фьолхольму?

- Как обычно, ваше величество, - склонил вечно юную голову один из советников.

- Устроим зимнюю охоту? – предложил второй.

- Зеркальное письмо, ваше величество, - перебила слова третьего юная Эльслин, протягивая на ладонях трепещущую бархатистыми крыльями бабочку пёстрой южной расцветки.

Мёб взглянула на посланницу, протянула тонкую руку к ледяной стене рядом с троном и приподняла безупречную бровь. Подданные тут же исчезли. Осталась лишь Эльслин, передавшая бабочку королеве.

Та развернула золотисто-зеленые крылья, и вместо зеркальной стены появилась… появилось… появились бесконечный морской простор и кромка белого песчаного пляжа. Волны набегали на песок с неумолчным шумом, но присевшая на камень смуглая альва в полупрозрачной лилово-голубой тунике заговорила, и остальные звуки тут же стихли.

- Здравствуй, Мёб.

- Сестрица Тантинит, - губы Мёб тронула едва заметная улыбка.

- Скоро зимний бал, - пропела королева Лета, - потому я не стану отрывать тебя надолго.

- Да чего уж теперь, - хмыкнула Мёб, - говори, что хотела.

- Моя просьба может показаться странной, - чуть замялась Тантинит, - но видишь ли, к тебе отправился один смертный, судьба которого мне небезразлична.

Бровь Мёб выразительно поползла наверх.

- Нет, не прямо в Сванехольд, - поспешила с объяснениями Летняя Королева, - к тебе на север, хотела я сказать.

- В Старвейс? – уточнила Мёб. – И что я должна для него сделать?

- Он ищет свою любовь, а найдёт погибель, - с сожалением произнесла Тантинит. – Но если ты присмотришь…

Между королевами повисла пауза.

- Присмотрю, - наконец нарушила молчание Мёб, - но в ответ…

- Да-да, буду должна, - быстро кивнула её собеседница.

- Договорились, - Мёб улыбнулась чуть шире.

В тот же миг стена снова стала обычной ледяной стеной, а бабочка рассыпалась цветными искрами. Зимняя королева с довольным видом взглянула на Эльслин и сказала:

- Придётся двору готовиться к балу без меня. Сообщи подданным весть, что Мёб выполняет просьбу Тантинит, и пусть хоть один выступит против.

Она шагнула к ледяной стене и исчезла.

***

Хелебьорг, как нарядное йольское деревце, сверкал «волшебными огоньками» и гирляндами, украшавшими каждую дверь и почти каждое окно. Приближалась самая длинная ночь в году, после которой дней на пять жизнь в городке замрёт. А пока до Йоля ещё оставалось время, все стремились отогнать тьму и привлечь удачу венками из липомеллы, перевитыми красными лентами, гирляндами из блестящей мишуры и яркими игрушечными фигурками.

Наш магазин тоже украшали «волшебные огоньки», но венки и гирлянды по традиции были сделаны из вязаных шаров, красно-белых и бело-красных. Некоторые из них вязала еще сама бабуля Сигридюр, её птичек на ветке и йольское дерево ни с чем не перепутаешь. Но со временем некоторые вещи, как бережно с ними ни обращайся, приходят в негодность. Поэтому часть шаров, где на белом фоне вывязана йольская звезда, моя и мамина работа.

Белые кораблики на красном фоне тоже вяжем мы с мамой. Мой отец был моряком, и однажды его корабль не вернулся. Мама едва не умерла от горя, почти перестала разговаривать, и тогда бабуля Сигридюр, не слушая никаких возражений, забрала нас домой, в Хелебьорг. Мы до сих пор ждём папу и готовим к Йолю шарики с кораблями и йольскими звёздами, чтобы он знал, где нас искать.

Конечно, наш магазин не просто так украшен вязаными шарами. Мы делаем вещи, в которых людям будет тепло в любой мороз, даже в самую долгую ночь в году.

Не помню дня, когда бы бабуля Сигридюр не держала в руках спицы. Не помню дня, когда тетя Ани бросала свою прялку. А ее муж, дядя Йонс, привозил самую лучшую шерсть со всей округи. Конечно, наша пряжа была не такой известной, как «Фрейдерин», зато в Хелебьорге она всегда на первом месте.

А когда маме пришло в голову вязать из нашей пряжи модные столичные модели, из маленькой лавочки на окраине бабуля Сигридюр перебралась в новый магазин на центральной торговой улице.

Шапки и свитера, вязаные пальто, тёплые пледы и цветные палантины пошли на ура, их разбирали, как горячий глёгг на вечеринках. Носки и варежки (самое простое) вязали мы, дети. Зимы на севере Старвейса лютые, да и лето теплом не особенно балует, так что иметь про запас пару-другую толстых шерстяных носков и рукавиц нужно всем. Мы с кузиной Эгиль ходили в один класс, это было очень удобно: я вязала, она читала заданный урок. Потом менялись.

Теперь мы выросли, а бабуля постарела. Все изменилось, хотя она по-прежнему твёрдо управляла магазином. Эгиль уехала учиться, младшие дети тети Ани ещё не были способны вязать сложные вещи, поэтому скрепя сердце бабуля наняла столичного мага. Теперь овечья шерсть сама вычесывалась, прялась и окрашивалась, надо было только обновлять заклинание после каждого Семхайна.

Маг был немолодым мужчиной, одетым дорого, но… не по-нашему. Его свитер толстой вязки был холодным даже на вид. Захотелось сделать для него что-то действительно тёплое, но приближался Йоль, времени не было, и я отдала ему только что связанный белый шарф, украшенный традиционной йольской звездой.

Он очень удивился, когда взял мой шарф в руки. Внимательно посмотрел в глаза и спросил, не было ли в нашем роду одарённых. Я уверенно ответила, что одарены мы все. Многие женщины вяжут, но не у каждой так получается. То ли умения не хватает, то ли души. Маг кивнул (больше своим мыслям, чем мне), поблагодарил и ушёл.

Бабуля рассказывала, конечно, что ставить на наши вязаные вещи волшебную руну научилась у самой Зимней Королевы, но кто в наше время верит в альвов? Они ушли так давно, что теперь живут лишь в сказках. Вот и бабушкины слова – всего лишь вымысел. Сказка для внуков, которые ещё верят в чудеса.