Он был несчастен в своём горе,

Когда процессию встречал.

Взывал к пощаде в песнях в хоре –

Никто, как он, так не страдал.


Он приказал собрать весь ладан,

Чтоб упокоить её дух.

Приказ в сердцах был отпечатан,

Но бог к нему, увы, был глух.


Собрали ладана так много,

Как будто скорбь шла десять лет.

Лежал у гроба в грязной тоге –

Была ему как амулет.


Народ жалел беднягу-мужа,

Что хоронил свою жену,

Но шёпот вился словно стужа,

Что затыкал рот крикуну:


«Печаль его так велика,

Как гнев, что в сердце его был.

Спроси любого дурака –

Все знают, он её убил.


А аравийский ладан здесь

Для нас не более как фарс.

И для покойницы не лесть

Лежать в гробу при нём сейчас.


И пусть он плачет и жалеет,

О том, что всё же сотворил,

Но плоть её уж холодеет,

И виноват во всём тот змий…»


Разросся шёпот до мужчины,

Шумела хладная гробница.

Пронзала весть души глубины:

«Все знают, кто ты. Ты убийца…»

Загрузка...