Шёпот времени.

Год 1012, день 86 от начала Зари

Песок хрустел под сапогами, и ветер гнал по пустыне пыль — ни звуков, ни жизни вокруг.

Солнце висело низко, выжигая горизонт. Воздух был тяжёлый, сухой, и каждый вдох отдавался болью в горле.

Одинокая фигура виднелась вдалеке. Шаги вязли в песке. Всё казалось одинаковым — песок, небо, жара.

Вдалеке мелькнул силуэт — размытый, дрожащий. Очередной мираж — или тень прошлого, о котором шептались в Лирне? Элерон, изыскатель, уставший от легенд Лирна, искал правду, чтобы понять, кем он станет. Он хотел пройти мимо, но сердце сделало шаг. Потом ещё. Очертания не исчезли. Горло пересохло сильнее, чем от жажды — не от зноя, а от тоски по забытой правде.

— Не может быть… — выдохнул он.

Перед ним стояли руины Каэрна, города, что бросил вызов богам. Молчаливые. Забытые. Камни выжжены временем, трещины испещрены узорами. Теперь — просто шрамы на теле земли.

Мужчина подошёл ближе. Молчание. Только его дыхание и пыль, что стелилась вдоль стен. Путешественник толкнул массивные двери. За порогом пахло камнем и забвением. Воздух стал холодным — и от этого тишина казалась громче. Песок ложился мягко, поглощая шаги.

В стенах — каменные стеллажи. Разбитая посуда. Почерневшие сосуды. Пыльные книги. Он поднял книгу, сдул пыль — и понял: ничего не осталось.

Мужчина двинулся дальше. Стены отзывались гулом на каждый шаг. Где-то сверху посыпались мелкие камешки, будто здание напоминало о своём возрасте. Перешагнул через упавшую колонну, провёл по стене ладонью, идя вперёд.

— Насколько же древнее это место…

Изыскатель стоял, не зная, куда идти дальше. Факел дрожал в руке. Огонь выгнулся вбок, и ветер свистнул — тонко, будто сквозь щель обвала. Подошёл ближе. Щель и дальше — проход. Полуобвалившийся, с трещинами по краям. Он посмотрел на потолок.

— Надеюсь, не свалится.

Поднял камень, бросил вверх. В ответ — тишина.

— Держится.

Мужчина сжал сумку и шагнул. Воздух встретил холодом — будто кто-то вздохнул изнутри. Пролезая вперёд, прожёг паутину факелом.

Воздух стал плотнее, тяжелее. Запах пыли смешался с чем-то ещё — будто с остатком древнего дыма.

Выйдя на другую сторону, стряхнул с одежды пыль, поднял взгляд. Перед ним — знакомые линии, дрожали от света факела. Он подошёл ближе. Камень под ногами хрустнул. Чем ближе, тем отчётливее проявлялись узоры — словно сама стена вспоминала. Он поднял факел выше. На сером камне проступили знаки. Полустёртые. Живые. Мужчина провёл по ним ладонью. Пыль посыпалась. Камень под рукой был тёплым, словно в нём ещё хранилось дыхание прошлого.

Странник не просто смотрел. Он будто шагнул в чужую память.

Из сумки достал записную книжку. Грубая, потёртая. На обложке — камень. Тот же знак, что и на стене. Огонь факела отражался в его глубине. Мужчина смотрел на символ.

— Наконец-то… История мира, которую никто не помнит.

Изыскатель вытер пыль с высеченных строк. Прочитал первые слова — и замер.

Словно кто-то говорил с ним — не голосом, а временем.

В тот день я низверг всех. Даже боги не смели противиться мне. Я изменил всё — магия исчезла. Теперь я оставлю мир людям, тем, кто страдал от сильных.

Шестерёнки будут крутиться дальше. Время пойдёт вперёд.

И пусть потомки не забывают пролитую кровь.

Он провёл рукой по камню.

— Год 3321… Последний год Эпохи Возвышения… День 0… начала Эпохи Людей…

Слова отозвались эхом в разрушенном зале. Факел качнулся. Тишина наполнила пространство. Сейчас — погребённый песком и временем зал героев. Но всё ещё живой. В глазах путешественника. Когда-то — величайший оплот людей. Защищавший их веками. Стоявший гордо в сердце мира.

Первые строки отозвались в голосе — и ожили. Вместо пыли и руин перед ним возник зал, полный света и голосов.
Свет факелов отражался в камнях и золоте, на статуях героев и в глазах людей. Воздух был тёплым, густым — пропитанным вином, железом и свежей смолой, которой ещё недавно укрепляли своды. Люди смеялись, говорили, кричали, спорили. Сотни голосов сливались в один гул.

Я обернулся. Мой друг стоял у колонны, сверкая золотом, что обвивало его плечи, и громко рассказывал небылицу благородным дамам. Его смех перекрывал шум.

— Вот же бестолочь… — сказал я с улыбкой.

На миг стало легче. Я сел на трон, под пальцами — холод камня. Музыка, смех, звон кубков — почти заставили забыть путь сюда.

Почти.

Позже, когда праздник утих, я вышел на веранду. Слуги спали прямо на полу, уставшие от ликования. Факелы догорали, отбрасывая длинные тени на стены. Я встал у перил, вдохнул воздух ночи. Город сиял. Дома — окружённые не стенами, а деревьями, поднимавшимися до облаков. Внизу горели тысячи огней, будто само небо спустилось к людям. Первый день в истории, когда люди одержали верх.

Я вздохнул и посмотрел вниз. Улыбки. Смех. Голоса. Даже ветер, казалось, радовался с ними — шевелил флажки, играл с листьями. Я сжал кулаки. Они радовались… а я вспоминал тех, кого пришлось оставить. Кого сам обрёк. Ради них — или вместо них.

Я вспомнил, сколько крови стоил этот день.

И понял — победителей нет.

Повернул голову к горизонту. За горами поднималось бледное солнце — первое без магии.

В небе раздался пронзительный крик — ястреб прорезал небо. Один. Без магии. Просто сила, просто ветер.

Я проводил его взглядом.

Когда он исчез за облаками, я снова посмотрел на город.

Для всех — новое начало.

А для меня — конец пути.

Конец сражений.

И время для отдыха.

 * * *

Элерон достал свёрток из сумки на поясе.

На старых, выцветших листах были слова — дрожащие, неровные, написанные рукой той, кто вмешалась в судьбу двух эпох.

Девочки, что спасала брата в прошлом — и потомка, спустя века.

Он читал и понял: Атрес, возможно, исчез навсегда.

Но его тень осталась.

В словах. В камне. В нём самом.

Слова отзывались эхом в пустом зале, будто время ещё не отпустило их обоих. И голос прошлого зазвучал — не Атреса, а той, кто хранил его память.

 * * *

Я дрожащими руками взялась за перо.

— Атрес… брат…

Бумага размякла и стала мокрой от слёз.

Ты ушёл. Не сказав ни слова. После того сражения стал другим — и теперь просто исчез.

Я хотела многое ещё сказать… но стук отвлёк меня.

Вздрогнув, я подняла голову и посмотрела на дверь.

Вытерла глаза, встала — и шагнула к выходу.

Надеясь, что это не будут мои последние слова.

 * * *

Из «Хроник Писцов Судьбы», запись 0:

Так нашли последний след Атреса Каэрна.

Того, кто изменил порядок мира.

И стер имена богов.

Элерон — тот, кто открыл его слова.

Он не знал, что с этой страницы начнётся не конец, а новая история.

Потому что судьбы — не линии, а круги.

И каждый, кто услышит шёпот времени, впишет туда своё имя.

…Теперь мы вернёмся к тому времени, когда всё только начиналось.

К первому шагу — мальчика, что однажды изменит весь мир.