Широкие плечи

В своём мире я была самой обычной девушкой. Папа орал на маму каждое утро, а я каждый вечер плакала в подушку, скуля и читая книгу «Не твоя королева твоих ночей. Зачарованная».

Книга, откровенно говоря, кал собачий, но мне всегда нравилось читать по одной причине: можно посмеяться.

И в самые горькие моменты своей жизни я только и надеялась задохнуться от смеха, чтобы не видеть этот мир.

— Да заткнись ты, тварь мелкая! — кричал папа после очередного взрыва хохота.

И вот, слизывая языком слёзы и сопли, я закрыла глаза.

***

Глаза открываю не по своей воле, а по воле стального крика:

— Держать её! Держать, я сказал!

— Чего? — вырвалось у меня, когда я услышала ритмичный стук сапог.

Я стояла в окружении елей. Лунный свет едва пробирался сквозь ветви.

Звуки и крики закрутили меня в водоворот, и тогда я осознала: я в книге «Не твоя королева твоих ночей. Зачарованная».

Но не стоит волноваться! Именно в этот момент с небес должен спуститься Орать (от этого имени мне всегда хотелось орать со смеху). Но Орать нигде не было, а шаги и крики были — причём всё ближе и ближе.

Я уже хотела сорвать какую-нибудь палку (будто она мне поможет), как пространство совсем потемнело от размаха крыльев. На землю спустился он — мужик с крыльями.

Первым делом в глаза бросились его плечи, которые, кажется, занимали собой всё пространство.

Я прижала руку к подбородку, думая: интересно, а сколько колбасы получится из него? На вид вполне мясной.

— Ты в опасности, — в его голосе не было вопроса, только утверждение.

— И?

— Что «и»? — недоумевающе играл грудными мышцами.

— Ну будешь спасать или что?

Он резко прижал меня к стволу, игнорируя грохот поблизости. Я чувствовала себя в клетке.

— А что ты предложишь взамен? — твёрдо прошептал в губы.

— А… Э… Ну… Это… — покраснела до кончиков ушей.

Он вцепился в мою талию.

— Э!

Проводя носом по моей шее (она тоже покраснела), он сказал:

— Я спросил: что взамен?

— Оу…

— Ну же, — томно прошептал Орать. Я мысленно готовилась всю ночь орать имя «Орать».

— Могу анекдот рассказать! — выпалила первое, что пришло в голову.

Крылатый отстранился, выражая глубокое и неподдельное «чё ты несёшь?». Он перекрестился и улетел.

И, не успев помереть со стыда, я просыпаюсь в своей постели.

Минута осознания. И тихий смех сквозь ночную пелену.

От автора

Ирония