Школа Выживания

У Данилы кружилась голова, мутило. Приходилось постоянно сглатывать слюну, чтобы подавить позывы. Стоя на краю крыши, юноша смотрел вниз. Страх сковывал: Данила чувствовал, как холодный пот течет по спине, как увлажняются подмышки и ладони. Избавиться от боли, как и от страха очень просто, он понимал это и, закрыв глаза, шагнул вперед.

Данила закричал и резко вскочил с кровати. Чтобы прийти в себя и смыть наваждение, зашел в ванну. Ополоснул лицо и резко закрыл воду: «Начитался протоколов на ночь, вот и результат»

Данила досадливо хмыкнул и подмигнул отражению в зеркале. На полу в гостиной, среди вороха бумаг, до сих пор лежал включенный ноут. В углу экрана мигал конвертик.

«Братишка, тебя вызывают в Центр. Вылезай из конуры» - Ленка поставила в конце сообщения уйму дразнящихся смайликов. Данила криво улыбнулся и отправил в ответ единственный: красный дьявол, горящий в аду.

Школа Выживания – проект, запущенный министерством. Программа школы направлена на то, чтобы исправить данные в статистике.

«Скрасить цифры с помощью идиотской схемы воспитания бесстрашных самоубийц» - Данила угрюмо хмыкнул и размотал полотенце, повязанное вокруг бедер, скомкал и бросил на пол. Натянув на влажное тело футболку, втиснулся в джинсы, прыгая на одной ноге, поочередно надел на босые стопы спортивные кроссы. Хлопнув дверью, выбежал из квартиры.

Мысли о школе выводили Данилу из себя. А то, что именно его выбрали, чтобы найти изъян в схеме, бесило еще больше. Юноша ускорил шаги, приближаясь к зданию, возвышающемуся над верхушками деревьев. Данила намеренно снял квартиру в том же районе, где работал. Впрочем, слово «работал» было не слишком корректным. Молодой агент нового подразделения - на собственной шкуре испытывал те или иные инновации. Этакая добровольная подопытная мышка, которую юзали, изучая точки соприкосновения мутантов и людей.

Новый век. Людская раса вырождалась. А оборотни, эльфы и вампиры наоборот набирали силу: вымещая и замещая обычных людей. Не только в бытовых сферах, но и в спальне. Как более выносливые и необыкновенные.

Количество смешенных союзов зашкаливало разумные пределы. Но если ранее в подобных семьях появление потомства было нонсенсом. То благодаря подпольно проводимым исследованиям – продолжение рода стало возможным. Но как правило дети от подобных адюльтеров рождались, унаследовав преимущественно людские гены. Общество было вынуждено принять их, узаконить и в связи с низкой рождаемостью обычных людей, легализовать вакцину для рождения мутантов.

Прошло более восемнадцати лет после введения на рынок вакцины. Дети-гибриды показывали хорошие способности, превышающие во многом человеческие. Но, увы, и был один побочный эффект: мутанты боялись своей силы и были склонны к суициду.

Большинство, из-за страха, даже в этом терпели неудачу и хосписы города были заполнены беднягами, у которых не вышло достойно и стопроцентно уйти из жизни.

Чтобы на шее у бюджета висело меньше неудачников, открыли школу, в которую Данилу, после тщательного отбора, распределили на апробацию новой методики.

Спеша на инструктаж, Данила вошел внутрь высокого темного здания. Пройдя через холл, подошел к лифтам. Два крайних предназначались для спуска в нижние ярусы.

Юноша мгновенно вспомнил фотографии с места массового суицида, которые просматривал накануне. Заброшенный ангар, безглавые тела молодых мутантов рассажены по кругу. Рядом в огромной луже крови, валяются головы, с закрытыми глазами, и в центре этого кровавого хоровода, замер, свисающий с потолка маховик.

Маховик с острозаточенным лезвием. Настолько острым, что легко отсек головы всему первому выпуску школы Само. Всем двенадцати юным вампирам и оборотням.

Вчера Ленка заботливо приправив сообщение смайликами, прислала Даниле отчет с места событий. Дотошная журналистка работала в Центре с тех пор, как ее турнули из глянцевого журнала, за излишний негатив.

Данила мутил с Ленкой с первого дня их встречи в Центре. Терять время на конфетно-букетный период оба посчитали глупостью. Поэтому первое свидание состоялось прямо в лифте. Данила невольно перевел взгляд на огромное зеркало за спиной, вспоминая подробности, и первый раз за день улыбнулся.

– Привет, братишка, - Ленка встречала его внизу. – Тебя заждались…

– Да черт с ними, - Данила ущипнул Ленку за ягодицу и, склонившись к зардевшейся девушке, приблизив губы к уху, прошептал: – Может, покатаемся немного…

Ленка, хихикнув, пробормотала что-то неразборчивое и шагнула в сторону. Лихорадочно одергивая юбку, которую Данила успел слегка приподнять, девушка отрицательно замотала головой: – Уймись, у меня и так проблемы после того раза.

– Что за проблемы? – Данила скрестил руки на груди и уперся плечом в стену, изучая подругу из-под челки.

– Камеры, про них-то мы забыли, - Ленка досадливо махнула рукой в сторону лифта. – Теперь секьюрити, что тогда дежурил, требует с ним покататься на досуге.

Данила хохотнул, отступил от стены и, подойдя к раздосадованной девушке, обнял Ленку за талию и привлек к себе.

– Я пообщаюсь с ним перед уходом. А мы с тобой вечерком покатаемся у меня дома, - Данила быстро поцеловал Ленку и мотнул головой в сторону коридора. – Ладно, веди меня на инструктаж.

Школа располагалась за городом. Корпуса окружал сосновый бор. Заброшенный замок прошлых столетий. На реставрацию из бюджета выделяли не так много средств. Место выглядело угрюмо и запущено. По стенам окружающим усадебный участок, вился виноград. Густыми зарослями скрывая старую кирпичную кладку, давно не знающую краску.

– Магистр Геннадий, - Данила вслух прочитал имя директора на табличке. Потертая бронзовая табличка. В темноте коридора отливающая багрово-кровавыми тонами.

– Новенький, заходи, - директор закрыл дверь кабинета и выдвинул два стула, готовясь к беседе. – Откуда к нам?

– Из южного общества, - Данила незаметно ущипнул себя за бедро, чтобы увлажнились глаза и круче получилось «щенячье» выражение на лице: – Надеюсь, я тут ненадолго?

– А что, торопишься куда-то? – магистр улыбнулся. В досье Данила прочел о нем много полезного, и знал теперь, на какие кнопочки лучше надавить, чтобы не расколоться раньше времени.

– Да нет, - Данила обвел ехидным взглядом обстановку кабинета. Старинные вещи, чередовались с современными гаджетами. Пахло сыростью, плесенью и дорогим табаком. Магистр любовно погладил курительную трубку, лежащую по его правую руку. Данила улыбнулся и произнес: – Просто тут как-то скучноватенько, на первый взгляд. У вас досуг какой-то хотя бы имеется?

– Имеется, в комнате отдыха и по режиму, - директор в ответ изучал Данилу, делая свои выводы о новом учащемся. Данила не мешал ему.

– Скоро поймешь, что тут не так скучно, как кажется. Заполни пока анкету абитуриента, и я провожу тебя в группу, - директор открыл дело, которое подготовили для Данилы в Центре, и углубился в чтение.

Судя по тексту, Данила был с детства неуравновешенным ребенком, гибридом, склонным к суициду. Склонность не была истинным желанием, а скорее показухой, чтобы родители больше уделяли внимания. Частично биография была основана на реалиях, о чем Данила не любил вспоминать, но в Центре юношу убедили, что немного правды сыграет в плюс.

– Ты любитель оборот-паркура, как я посмотрю, - Магистр Геннадий отложил биографию и протянул руку за заполненной анкетой.

– Скорее, профи, с некоторых пор, - Данила усмехнулся. – Как-то вылез на карниз и понял, что боюсь высоты. Страх убил желание смерти.

– И ты решил подавить страх, прыгая, как макака, по крышам, - неожиданно резко сказал директор и росчерком пера принял Данилу в ряды.

– Не только по крышам, - Данила улыбнулся, игнорируя тон директора. – Перед тем, как попасть к вам, покоряли мост в восточном округе.

Восточный округ – самый криминальный район города. Заселенный оборотнями-староверами. Группа молодых гибридов взбудоражила не только жителей, но и общественность всего города, бросив вызов завсегдатаям. Об этом писали во всех новостях. Центр решил, что громкая история о батле истинных оборотней и гибридов подойдет как прикрытие лучше всего.

Директор встал с места и спрятал анкету Данилы в ящик, среди множества подобных бланков.

– Пошалили там знатно, но сюда почему-то отправили только меня, - продолжил Данила, наблюдая за директором из-под косой челки. Данила понимал причину, из-за которой директор агрессивно перелистывал его биографию. Дочка директора попала на больничную койку после забега с оборотнями-кошками на небоскреб и уже год лежала с переломанным позвоночником и травмой черепа. Единственная дочь, потомок внебрачной связи с оборотнем.

– Значит, не такой ты и профи, - процедил директор сквозь зубы, пытаясь справиться с эмоциями. – Пошли, покажу тебе новых напарников по несчастьям.

Данилу определили в выпускную группу. Данила стал тринадцатым и «чертовски» был этому рад. Нет, он не верил в приметы, но игнорировать предупреждение, по его мнению, было бы глупо.

При появлении директора группа встала. Кроме пацанов, своих ровесников, Данила увидел трех девушек. Все смотрели на него с явным интересом. Данила знал, что его внешность от смешанного брака производила впечатление на женский пол, и часто пользовался «дьявольским обаянием». Ребенок рожденный от союза оборотня и человека. Генами не унаследовав способность к трансформации, унаследовал только выносливость и красоту матери оборотня-волчицы. От отца Даниле достался высокий рост и наглость. Несмотря на то, что внешне Данила был без мутаций, считался бракованным и не желанным среди оборотней и людей.

Геннадий представил юношу группе и, бросив несколько фраз о погоде, ушел, оставив Данилу осваиваться. Оставшись наедине с ребятами, Данила протянул руку каждому и широко улыбнулся, давая понять, что готов к расспросам.

– Не ждали пополнения в середине курса и перед выпускными, если честно, - одна из девушек, гибрид оборотня и человека, представилась Ольгой. Принюхавшись, вплотную подошла к Даниле. – За какие заслуги в клуб невозвращенцев?

– Что так мрачно? – Данила следил за ней взглядом. – Мне тут рекламный буклетик вручили перед вылетом, там пишут, что школа дает путевку в новую жизнь…

– Вот именно, путевку в жизнь, из которой нам выход уже заранее определен, - Ольга остановилась напротив и скрестила руки на груди. Заостренные кончики ушей задрожали. – Так какими судьбами? Где прокололся?

– Да по ошибке, видимо, - Данила обошел Ольгу, приметив небольшой хвост, торчащей из-под юбки, и присел на свободный стул около окна. Все остальные молча следили за беседой. Данила сделал вывод, что Ольга в группе вроде негласного лидера.

– У нас на мост вылазка была, накрыли на месте всех, - Данила поправил челку, отведя свисающие пряди назад. – В полиции покопались в моей биографии и сделали некоторые выводы.

– И что там? – ожил невысокий рыжеволосый паренек, стоявший к Даниле ближе остальных. Молодой оборотень-лев, Вадим. Данила постарался с первого раза запомнить имена ребят, когда их называл директор.

– В досье? – Данила нарочно лениво потянулся. – Да я малость пошалил в детстве и попал на учет, как неуравновешенный тип, склонный к суициду.

– А сам-то что? – Вадим хмыкнул, встретившись взглядом с Данилой. – Ясно… Значит, тут по ошибке.

– Я бы поспешных выводов не делала, - темноволосая девушка шагнула в сторону Данилы, плавно покачивая бёдрами.

«Зря я Ленке в верности поклялся» - Данила прищурился, оценивая параметры фигуры, что ему так явно демонстрировали. Молодая мутантка, с отливающей серебром шерстью.

Светлана (Данила сразу запомнил имя местной красотки) тем временем продолжила:

– По мостам тоже не от хорошей жизни шляются. Или я не права?

– Почти в точку, - Данила обвел взглядом всех остальных. – Люблю рисковать в последнее время. Борюсь с фобиями.

– Так ты паркурщик… Ясно, чего Гена не в духе, - Вадим встал с места и подошел к темноволосой «кошечке» Светлане, обнял за талию, расставив приоритеты.

«Мммм… Ленка, можешь быть спокойна, телка занята» - про себя рассмеялся Данила.

– Гена – это директор?

– Да… У него дочка из твоих. Год, как растение, - поведал Вадим то, что Данила знал из досье. – Теперь нас учат быть точными.

– Ясно… Покажете, где вещи кинуть? – сменил тему Данила и встал. От группы отделился высокий парень, Сергей (директор что-то говорил о том, что он единственный, кто подает надежды закончить курс без нареканий). Внешне Сергей напоминал обычного человека, как и Данила.

– Пошли, покажу нашу коммуналку, - Сергей шагнул к двери, и Данила последовал за ним, чувствуя на себе взгляды сокурсников.

«Ребята осторожничают, привыкнут – и будет легче»

Мутантов готовили жестко, после первого дня тренировок Данила провел час в душе. Стоя под струями холодной воды, пытался прийти в себя от полученного шока и, чтобы смыть кровь и перья.

«Интересно, в Центре знают, какими методами ребят учат не бояться смерти?»

Сегодня учащиеся весь день перегрызали горло курицам. Мутантов привезли на птицефабрику и отключили конвейер, где птица висела вниз головой, и абитуриенты отрабатывали навыки на кудахчущих жертвах.

– Так каждый вторник, - прошептала Ольга, заметив, что Данила побледнел спустя полчаса тренировок. – А в четверг на разделочный цех.

Данила сдерживал рвотные позывы, но с внезапно вспыхнувшей яростью вновь и вновь вонзался зубами в тонкие шеи. Перегрызая артерию, моментально прекращал навязчивое кудахтанье, которое теперь, он точно знал, будет преследовать его по ночам.

– Я тоже в первый раз долго тут зависал, чтобы стереть картинку из памяти, - услышал Данила сквозь шум воды, и резко развернулся в сторону говорящего. Юный вампир по имени Роман стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на Данилу. До этого момента самый молчаливый член группы не проявлял к новичку интереса. Внезапно вспыхнувший интерес вампира Данилу немного беспокоил.

– Каждому свой способ, знать все не обязательно, - продолжил Роман, не обращая внимания на неловкость ситуации, затем, с легкой усмешкой осмотрев Данилу, добавил: – Когда мне не по вкусу занятия, я предпочитаю прижигать себя серебром. А ты, смотрю, так вообще сторонник не портить кожицу.

– Я пытался прыгать, - Данила выключил воду и потянулся за полотенцем.

– И прыгаешь до сих пор, - Роман понимающе хмыкнул. – Аэрофобия?

– Да, - раздраженно буркнул Данила и привычно обмотал полотенце вокруг бедер.

– Паркур помогает стать настоящим оборотнем?

– Частично, иначе бы меня не поймали, - Данила горестно махнул рукой. – Все перепрыгнули, а я замешкался.

– Ясно, - Роман шагнул в сторону. – Пошли, покажу наш уголок.

– В смысле? – Данила непонимающе уставился на улыбающегося вампира.

– В смысле – ты принят в клуб, пошли, отметим это событие, чувак.

«Уголок» находился в подвале. Небольшой закуток, который ранее предназначался для хранения вин, и был присмотрен и оборудован ребятами под личную территорию.

– Тайное убежище? – Данила осмотрел накрытый в его честь стол и сидящих вокруг ребят. – Спасибо.

– Не совсем тайное, если честно, - Ольга положила на его тарелку пару ломтиков прессованной колбасы. Разработка Центра, утоляющая аппетиты всех жителей города: мутантов, оборотней, вампиров, эльфов, людей и таких метисов, как он. Ольга продолжила: – Кураторы в курсе, но не вмешиваются. Нам нужен собственный мир… даже здесь.

– Ребят, я, правда, тут не совсем по адресу, - Данила проследил взглядом, как заполнялись стаканы. – Но за доверие спасибо.

– Случайно или нет, теперь тебя по-любому не выпустят, а значит, придется пройти весь этот ужас, - Светлана прижалась к Вадиму, что сидел с присущим ему серьезным видом. – Нас учат всем видам, самые изощренные пройдем перед выпуском. Они считают, что тем самым отбивают у нас желание выйти из игры.

– Птичек жалко, - прошептала Катя. Хрупкая и стеснительная девушка-медиум сидела рядом с Данилой и решилась подать голос, смущенно пряча взгляд. – Да и вообще их всех.

– Кого?

– Увидишь. Птички — это самое простое испытание, - Роман поднял свой бокал. – А пока проводим души первого выпуска, они обрели покой.

Данила невольно напрягся, вот, ради чего он здесь. Одним махом выпив содержимое граненого стакана, поморщившись от терпкого привкуса, быстро спросил, чтобы не сойти с темы:

– А кто такие?

– Освобожденные, - Роман набил рот едой.

– Не понял, - Данила обвел взглядом погрустневших ребят. – Расскажите, раз я принят…

– Да это не секрет, - Ольга вновь наполнила опустевшие стаканы. – Программа школы направлена на то, чтобы обучить нас бесстрашию и любви к жизни. Мы, убивая животных и…

Ольга замялась, но спустя время продолжила:

– В общем, по субботам нас вывозят в хосписы.

– Ты хочешь сказать? – Данила побледнел.

– Да, именно… - Ольга подняла руку, подавая сигнал и все, кроме ошарашенного новостью Данилы, подняли бокалы. – Простим нам наши прегрешения.

Группа встала, и все молча выпили, поставив пустые стаканы на стол.

– Ребята первого выпуска прошли все стадии обучения, - Ольга посмотрела Даниле в глаза. – Прошли все круги этого ада, и по тайному замыслу тех, кто создавал программу, должны были выйти в люди полностью излеченными от желания уйти из жизни. Но эти умники не учли, что накопленное в школе толкает в спину почище фобий, что нам внушают.

– С одной стороны, нас учат суициду, чтобы мы, «сорвавшись», могли четко выполнить задуманное, с другой – пытаются отвратить от подобных мыслей. Зомбируют страхом, - Светлана обняла Вадима за шею, садясь к волчонку на колени. – Ребята из первого выпуска нашли выход из этой системы. Они принесли себя в жертву ради того, чтобы привлечь внимание к деятельности школы.

– Это было самопожертвование? – Данила пытался вспомнить фотографии с места преступления. У него вновь возникло ощущение, что на изображении было что-то не так. Додумать Данила не успел, дверь в «уголок» распахнулась, на пороге стоял директор.

– Налейте и мне, - прошептал он трясущимися губами. – Помянем мою доченьку… Ушла, наконец-то, ушла.

Ольга молча разлила оставшейся куриной крови.

Магистра Геннадия нашли утром в кабинете, он висел на крюке люстры. Предсмертной записки не было, только разбросанные на полу фотографии дочери. Вокруг школы засуетились. Прибыли сотрудники из Центра.

Данила сидел на ступенях у входа в общежитие в компании сокурсников. Ребята наблюдали за перемещениями ищеек. Обучение в школе заморозили «до выяснения», но учащихся не спешили распускать по домам, по той же причине.

Данила заметил Ленку. Девушка вошла в ворота и остановилась, чтобы достать многочисленные гаджеты, с помощью которых будет готовить отчет в Центр. Скользя взглядом по аппетитной попке девушки, склонившейся над сумкой, Данила ощущал, как сильно скучал все это время.

Ленка почувствовала его взгляд и резко обернулась, они встретились взглядами и девушка, быстро подняв сумку с земли, шагнула в сторону административного корпуса.

– Красивая… - услышал Данила голос Ольги, та все время наблюдала за пареньком, и, отметив, какими взглядами обменялись журналистка и новичок, не удержалась от замечания: – Я смотрю, ты ни одной юбки не пропускаешь.

– Плохо смотришь, твою же не трогал, - Данила сорвал травинку с земли и, надломив в середине, половинку засунул в рот и хитро сощурился в сторону ощерившейся мутантки.

– Утер, - Светлана, приобняв подругу, хихикнула. – Забей на него, он визуальный бабник, а так типичный однолюб.

– Я смотрю, ты психолог, - Данила перевел взгляд на вторую девушку. – По каким внешним признакам такие умозаключения?

– Бойся ее, - Вадим прервал затянувшееся молчание. – Она редко ошибается.

Данила усмехнулся, но промолчал. Но лишь медиумы советовались с духами и знали кучу секретов.

– Надо было с ним остаться… - подала голос Катя, возвращая ребят к тому, что их тяготило.

– Надо было, но он попросил уйти, - Роман резко встал со ступенек, где они сидели, и зло пнул комочек земли. Садовник с утра привычно обработал клумбы с цветами и растущими по периметру декоративными деревьями. Все вокруг жили привычной жизнью.

– Ты веришь, что он сдался? – Ольга посмотрела на Романа снизу-вверх.

– Мотив был, - вместо Романа ответил Данила. – Но директор давно приучил себя к этой потере, так что…

– Считаешь, его убили? – Ольга наклонилась, чтобы заглянуть Даниле в лицо.

– Рано пока считать, - Данила выплюнул безвкусную травинку и посмотрел в сторону административного корпуса, из дверей которого вышли сотрудники Центра. Среди них была и его девушка. Ленка подняла руку и заправила за ухо выбившийся из прически локон. Сигнал подан, Данила встал с места, отряхнулся и, развернувшись к группе, произнес:

– А не хотите ли вечерком смыться и пошарить по окрестностям? Попробуем вызвать Магистра и спросим, умер ли он или помог кто.

– Тут охрана… - Катя испуганно замахала руками.

– Да, брось, счас все заняты тем, как отмазаться от подозрений. Вон сколько официальных лиц понаехало, - Данила мотнул головой в сторону выходящих на улицу людей. – Путь будет свободен.

– Я не против, - Сергей тоже встал. – Кто еще?

Ребята молча кивнули, одобряя вылазку.

– Я буду держать тебя за руку, - пообещал Кате Данила, чем вызвал румянец смущения на девичьих щеках.

– Бабник… - прошипела Ольга и, встав с места, вошла в здание.

Бор оказался не таким обширным, как показалось Даниле на карте, и через полчаса уверенного шага они вышли на трассу. Еще минут двадцать пешком по дороге, пустующей в ночную пору, и группа подошла к заброшенной гидроэлектростанции, стоящей на берегу местной речушки.

– Есть где разгуляться, - Данила взмахнул рукой, обводя возвышающиеся строения. – Думаю, уроков оборот-паркура у вас еще не было?

– Прыжки, трансформация и полеты в программе следующего года, - Ольга нахмурилась. – Ты что задумал?

Данила расстегнул ветровку и сбросил ее на землю, оставшись в футболке, плотно прилегающей к поджарому телу.

– Свободные вещи снимайте, иначе ветром сдует… - пояснил он ребятам.

– Ты не ответил, - Ольга послушно расстегнула куртку и тихо завыла, показывая готовность к новым приключениям.

– Ах, это женское любопытство, - Данила рассмеялся. – Сейчас все расскажу. А пока подошвы очистите, чтобы не соскользнуть. Или снимите обувь.

Ребята склонились к ногам, а Данила незаметно подал знак прятавшимся сотрудникам Центра. Когда ребята поочередно выпрямились, дал пару рекомендаций: как вести себя при подъеме на отвесные поверхности, и подошел к высокой водонапорной башне.

– Догоняйте. Наверху расскажу, для чего мы тут, - Данила зацепился за ржавые ступеньки пожарного спуска и подтянулся, залезая на нижнюю. Ребята послушно полезли следом.

Когда последний участник ночной вылазки взобрался наверх, Данила предложил всем сесть по кругу, по сути, повторяя расстановку, подсмотренную на фотографиях с места массового суицида.

– Там должен был быть тринадцатый, - прошептал он в тишине, разбавленной порывами ветра, на высоте он ощущался более явственно, чем на земле. – Кто там был из вас?

– Где? – непонимающе посмотрев на Данилу, переспросил Вадим.

– Среди выпускников прошлого года…

– А с чего ты решил, что там был кто-то именно из нас? – Светлана невольно протянула руку к Вадиму, чтобы он ее поддержал. – Ты нас сюда для допроса привел?

Данила промолчал и подошел к краю, где был закреплен пожарный спуск, единственный выход с кровли башни. На днях в Центре позаботились о том, чтобы крепления легко отсоединялись. Лестница с грохотом упала вниз в кучу из строительного мусора, битого стекла и ржавых железяк.

– Нужно будет постараться, чтобы спуститься, и весьма, - Данила посмотрел на ребят. – Тут два выхода: вниз на торчащие железки, и результат не стопроцентный. Или же прыжок на соседнюю кровлю. Если удариться с разбегу, то для части из вас - верная смерть.

Данила показал на соседнюю ГЭС. Допрыгнуть на крышу сможет только виртуоз. Сидящие перед ним эльфы, оборотни, вампиры - не способны раскрыть, заложенную в генах силу, на полную мощь. В школе учились бракованные особи, способности, которых были ниже средней нормы, и Данила это знал.

– Зачем все это? – прошептала Катя, нервно прижимая руки к груди. Девушка-медиум постоянно прислушивалась и озиралась, словно испуганная лань.

– Я хочу, чтобы тот, кто был с первым курсом в тот день, рассказал, какого хрена тут твориться! – закричал Данила, и отголоски затерялись в хаосе развалин.

– Это была я, - еще тише, чем обычно, прошептала Катя, и все двенадцать сокурсников ошарашенно посмотрели в ее сторону. Катя подняла взгляд на Данилу: – А ты, стало быть, из них?

– Из кого? – Ольга возмущенно ударила ладонью о металл кровли, искры от соприкосновения ногтей о металл, на миг осветили лица молодых мутантов: – Объясните, что тут происходит, в конце концов?

– Он шавка Центра… - Катя улыбнулась, не отводя глаз от лица Данилы. – Пришел проводить психологические эксперименты, чтобы раскрыть загадку первого выпуска и заодно прикрыть зад своим.

– Это правда? – Ольга пыталась поймать взгляд Данилы, но тот не спускал глаз с ухмыляющийся Кати, отмечая происходящие перемены в ее внешности. Катя смотрела не затравленным зверьком, а опытным хищником: «Эко тебя разбирает, детка…»

– Правда, - буркнул в сторону Ольги, а потом обратился к Кате: – Давай лучше поговорим о том дне. Меня разоблачать начнем попозже.

– Так, стоп, с меня хватит, - Сергей поднялся, и ветер моментально раздул полы рубашки, которую он так и не снял, надул на спине словно парашют, увлекая к краю. Данила вскочил и попытался схватить парня за руку, но было слишком далеко. Сергей, увлекаемый очередным порывом, сделал два шага назад. Напоследок, успев испуганно посмотреть на ребят, замерших от неожиданности, замотал руками, пытаясь схватиться за что-либо вокруг, напоминая Даниле курицу, что висит на конвейере и истерично бьет крыльями. Вскрикнув «мамочка», Сергей опрокинулся назад. Данила медленно подошел к краю и посмотрел на лежащее внизу тело.

– Стопроцентно, - пробормотал он и развернулся к сидящим ребятам, отмечая на лицах разные эмоции, только одно не выражало практически ничего.

– Он сам? – Катя вновь играла роль испуганной мышки, пытаясь сбить всех с толку.

– Ты же все видела, - зло бросила в ее сторону Ольга, подползла на коленях к краю и глянула вниз. Увиденное вызвало приступ рвоты. Сергей был нанизан на торчащие балки – ржавый остов какой-то конструкции.

– Мы так по одному отсюда спустимся? – Ольга не оглянулась, но Данила понял, что вопрос предназначался ему.

– Нет, в мои планы это не входило, - Данила краем глаза отметил движение среди мутантов. – Не двигайтесь, ибо жертв на сегодня достаточно. И не думаете же вы, что я здесь один.

– Ясно, - прошипела Катя. – С прикрытием приперся, и нас тут как кутят собрал на растерзание.

– Никто не пострадает, если не будет паниковать, - Данила еще раз бросил взгляд на тело внизу, паренька было искренно жаль.

– Рассказывай про самопожертвование, - обратился к Кате, под одобрительный гомон присутствующих. – И нас спустят вниз.

– Стало быть, есть и третий выход отсюда, - Ольга усмехнулась и вернулась на место. – Правда Сереге это уже не поможет.

– Да он еще хорошо отделался, - Катя опустила взгляд на свои руки. – По-любому от вас всех избавились бы, как и от первого выпуска. Носители информации о нюансах обучения никому не нужны. Все мы мышки, на которых ставят эксперименты. Он – тоже мышка…

Катя кивнула на Данилу:

– Только юзают в других целях. Нас, чтобы проверить, как оно работает, его - почему не срабатывает. И мы, и он - давно отказались от жизни, смысл нас выращивать для других целей? Так же как нет смысла в тех, кто доживает в хосписе. А мою судьбу решила одна девочка. Вы ведь в курсе, что я на второй год осталась? Да?

Катя теперь осмотрела лица всех по очереди, ребята кивнули, Данила непонимающе мотнул головой.

– Тебе, так и быть, расскажу, раз не в курсе. Нас с первым выпуском обычно к старикам возили, жалко, конечно, но умом понимаешь, что люди многое уже поведали, испробовали, а сейчас мучаются… Мы вроде как помогаем. Новый заезд, молоденький эльф, девчонка совсем. Еще жить и жить, а ей мешок на голову. Отработка суицида способом удушения. Тогда директор лично показывал, как нужно… Она потом по ночам ко мне приходила и просила отомстить.

– Это ты его? – Ольга невольно сглотнула.

– Ага, - Катя пожала плечами. – Метод-то отработан. Плюс подвернулся отличный повод. Смерть дочурки великого педагога. Только вместо мешка, удавка.

Катя на мгновение замолчала, ребята не сводили с нее глаз.

– Мы выпускных боялись, как огня. Там экзамен сдавать себе подобным, но Истинным носителям гена, - Катя посмотрела в глаза Даниле. – Что смотришь? Думаешь, первый выпуск просто так под раздачу пустили? Нет!

Данила, до которого стал доходить смысл повествования, ужаснулся.

– Нас всех тут готовят только под один раз, стопроцентный. Когда ты должен вместо или вместе с собой утащить на тот свет тех, кто им неугоден. Ну, или ради иных высоких целей. А мы слабенькими оказались. Нас всех собрали и отвели на казнь, как ты нас сейчас привел. Всех в заброшенный ангар и пустили в расход, а мне повезло…

– Я изучал фотографии и мне не давал покоя один момент, - Данила залез в задний карман спортивных штанов и вынул рисунок. – Я тут набросал схематично. Видите, как тела лежат, и тут вот пропуск чуть больше, ровно еще для одного тела, которого нет ни на одном снимке. Незаметно сначала, словно фотограф (тут Данила вспомнил Ленку и нехотя отбросил прочь невеселые мысли) намеренно фотографировал так, чтобы скрыть этот момент.

После его слов Катя встала на колени и присела на пятки.

– Повторите мою позу, я вам объясню, как я выжила.

Ребята подчинились.

– Теперь смотри внимательно…Видишь разницу?

Данила согласно кивнул.

– Я ниже всех, и молох, срезав головы всем, на моей голове срезал всего несколько прядей. Директор потом сказал, что, если скажу кому-то, обвинят меня. Кто я такая и кто они? Вернул на учебу. Я должна была пройти курс заново, чтобы не совершать промашек в будущем. Нес какую-то околесицу о реинкарнации…

– Он тебя спрятал, как я понимаю, а ты его убрала? – Светлана презрительно фыркнула.

– Да мне со всеми умереть тогда хотелось, а не жить в аду, готовясь к главной цели, - повысила голос Катя. – И та девчонка с глазами, выпученными от удушья. Они смотрели прямо на меня и до сих пор она приходит только в таком обличии. Так что директор не меня прятал, а свой косяк… Он тогда нас всех убрать должен был, а меня добить рука не поднялась. В схему самопожертвования не вписалась бы.

– Так, стоп! – Ольга, внимательно слушавшая сокурсницу, остановила ее взмахом руки и кивнула на Данилу. – А его тогда зачем сюда прислали?

– Да чтобы меня вычислить, это же просто. Бояться, что расскажу. Гена, мне на него указывает. Он ко мне после смерти каяться приходит. Умоляет молчать. Хотела бы – давно прессе все рассказала, только уверенности нет, что там не связаны все между собой. Но убирать главных свидетелей – это старый шаблон, его из умов центра не сотрешь.

– Они нас слышат? – Ольга перевела взгляд на Данилу, который встал и теперь смотрел в сторону, где прятались люди из Центра.

– Можешь не отвечать, и так понятно… - Роман, до этого молчавший, подал знак группе и те, уже зная условный сигнал, посмотрели на паренька. Роман беззвучно, но четко выговорил каждое слово. Данила тоже понял, о чем речь. Ребята решили не сдавать Катю живой, а это значило только одно – ему придется как-то вытаскивать ее с этой башни. Хотелось, конечно, вытащить всех, но заданием было – найти и доставить объект в полной сохранности. И Данила обязан завершить дело.

Попытаются убить или сама спрыгнет, тут без разницы, вокруг торчащие балки и стекла, это гарантированная смерть или вечные мучения, да и высота приличная. Ребята решили, что их прослушивают.

– Ок, я вас понял, – кивнул Данила. – Вы решили выйти из игры и убрать ее прежде, чем до нее доберутся. Что самое умилительное во всей ситуации. Какая разница тому, кто хочет умереть, как он в итоге уйдет из жизни. Серега, думаю, не в обиде.

– Тут ты не прав, - Роман вкрадчиво посмотрел Даниле в глаза. – Разница есть. Уйти, как ты задумал, и тебе не страшно, или уйти в муках и испытывать ужас от происходящего, что бы ты выбрал?

– Ок, ок… Резонно. Но чего вам сейчас бояться?

– Постороннего вмешательства… Или ты не понял? – Ольга презрительно скривила рот. – Судьбы, рока или случая, заказа или кары. Чужих рук мы боимся.

– А недоделать свой выбор не боитесь? – попытался с другого конца зайти Данила.

– Предположим… Куда ты клонишь, паркурщик! – Роман начинал злиться.

– Я покажу стопроцентный вариант!

Данила посмотрел на ГЭС, присел пару раз, разминаясь, и, отступив на противоположный край, разбежался, как часто это делал во сне. Так часто, что внушил себе, что ему по силам. Но… Это проклятое «но».

– Дурачок… - прошептала Катя, рассматривая содрогающееся в предсмертных конвульсиях тело выродка оборотней, нанизанное на острые балки. – Посылают сюда идиотов на обучение, а они мнят себя суперменами. А, вроде, подавал надежды. Надеюсь, не явится ко мне, качать свои права.

– Заметь, тринадцатый по счету, - Роман обнял Катю за плечи и подал сигнал стоящим внизу. Лестницу приставили на место, и группа медленно и аккуратно спустилась. – Но я уверен, что ты справишься с ним, как и со многими, детка.

Ольга остановилась около все еще живого Данилы, рядом щелкала фотоаппаратом журналистка, снимая происходящее для отчетности.

– Бабник, - прошептала Ольга. – Мне очень жаль.

Взгляд Данилы потускнел. Скоро тело снимут с насеста и отвезут на переработку в морг. Из тел и костей суицидников, потомков оборотней, эльфов и вампиров – готовили субпродукты для питания, чудесные эли и вина из крови. Очередной романтик, которого Центр выращивал для своих целей.

– Не сожрет система – сожрут его подобные, - пробормотал Роман, с сожалением наблюдая как стекает кровь и впитывается в землю.

– Да уж, опять не учли поведенческие нюансы, - ворчала журналистка. – А думала, что справится.

С балок помогали снять Сергея, тот стонал и корчился от боли. Но способность к регенерации, поможет быстро излечить раны. Даже такие страшные на первый взгляд.

Ленка опустила фотоаппарат и перевела взгляд со стонавшего Сергея на мертвое тело бывшего любовника. Убирая фотоаппарат в чехол, сотрудница Центра, подошла к замершей неподалеку группе мутантов.

– Молодцы, отыграли на ура, - похвалила сбившихся в стаю ребят. – Зато теперь ваши ряды стали чище от выродков, не парьтесь. Да и Центру бракованные мышки не нужны…