Шок. Книга 4

1

Серое Северное море плескалось внизу. Сквозь большие фронтальные окна командной рубки, были прекрасно видны редкие белые буруны пены, перечеркивающие серую гладь по диагонали.

Впереди, там, где на горизонте садилось Солнце, виднелась полоска земли. Уже можно было разглядеть Портовый город Ден-Хелдер, с его еле видными отсюда высокими трубами заводов и факторий, с массивными причальными кранами, для огромных паровых кораблей-грузовозов, один из которых сейчас проходил как раз под ними. Огромный, вытянутый, словно веретено, с десятком огромных труб, он скользил по водной глади с обманчивой легкостью, оставляя за собой черный дымный след.

Полковник втянул ноздрями воздух и, хоть этого не могло быть, но ему показалось, что запах дыма и гари стал сильнее.

Промелькнуло воспоминание, когда он выбегал из горящего дома, в который только что попал снаряд вражеской артиллерии. Он спасал важные документы, которые дали бы им тактическое преимущество на фронте…

Зажмурившись он попытался отогнать от себя тяжелые воспоминания. Левая рука в белой, парадной перчатке, бессознательно дотронулась до левой части лица, обезображенной ожогом.

- Что, Полковник, беспокоят старые раны? – усмехнулся седовласый капитан, стоящий рядом и сжимающий в руках большой колесообразный штурвал дирижабля, с латунной плашкой Эффингем.

- Все нормально, кэп, - привычно ответил мужчина с ожогом, поправляя полковничьи аксельбанты и одергивая парадный мундир.

- Оделись, как на парад, - продолжал подначивать старого приятеля седовласый седобородый капитан. Он ходил на этом дирижабле класса тяжелый крейсер рабочим объемом более пятидесяти тысяч кубических метров, уже больше семи лет и прекрасно знал Полковника. Поэтому мог позволить себе общаться с ним не по уставу.

И хоть их отношения уже давно переросли в дружеские, манкировать своими обязанностями никто не собирался. Все поверхности командной рубки дирижабля блестели, натертые специальным составом. Все медные детали, переключатели и манометры были начищены. Также, как были начищены все пуговицы экипажа, капитана и самого полковника.

Толстое стекло фронтальных окон было чистым без единого скола или трещинки. Паркет под ногами тщательно вымыт и начищен.

- Нервничаешь, кэп? – Полковник смахнул невидимую пылинку с рядка медалей, выстроившихся на груди.

- Конечно, - усмехнувшись в бороду, ответил капитан дирижабля. – Такого важного гостя доставляю.

- Следи за тангажом, старый лис, - в тон ему ответил Полковник, заложив большие пальцы за ремни портупеи.

- Поверьте мне, Полковник, - хитро прищурился капитан. – Старина Эффингем настолько мудреный аппарат, что дойти до причальной мачты может уже почти сам. Я здесь нужен только для красоты и для нештатных ситуаций.

- Типун тебе… - начал было Полковник, но тут гондолу ощутимо тряхнуло, да так, что у него лязгнули зубы. В одно мгновение, выхватив из кобуры на боку свой Mauser C96 от Construktion 96, он сделал шаг в сторону, уходя с предполагаемой линии огня и уже хотел было осведомиться, что случилось, но замер. Недоверчиво глядя на своего старого приятеля капитана, с трудом сдерживающего смех. – И что же это было?

- Наверное воздушная яма, - пожал плечами седобородый, уже взявший себя в руки. Его лицо снова ничего не выражало, а из глаз пропали смешливые чертенята, которые только что плясали там кадриль.

- Какая яма? – переспросил Полковник, пряча оружие обратно в жесткую кобуру, что висела на боку.

- Воздушная, - пояснил капитан. – Знаете, как на ярморочной площади, когда мальчишки вытаскивают один-другой камень из мостовой. Вот так и в воздухе. Если внизу хорошо прогретый участок, значит на нем есть восходящий поток, это, как кочка, на нем воздушное судно может подбросить вверх. А если участок охлажденный, то поток на нем нисходящий и это, как яма, об него судно спотыкается.

- И почему же раньше ничего подобного с тяжелым крейсером Эффингем не происходило? – уточнил Полковник, уже понимая, что его заманивают в очередную ловушку.

- Так в Новом свете и улицы получше, и температура распределяется более равномерно… - начал было отвечать капитан.

- Смотри, приятель, на воздушной колдобине может так тряхнуть, что не удержишься за штурвал, - Полковник посмотрел на капитана, в надежде поймать отблеск страха или неуверенности, но тот оставался спокойным. Они иногда подшучивали друг над другом, что выходило за рамки, но оба же прошли огонь, воду и медные трубы, поэтому были уверены друг в друге, как в себе.

- Я, так понимаю, господин Полковник, вас уже тряхнуло? Раз вы высаживаетесь в этом порту? – глядя прямо перед собой и, продолжая делать вид, что ему все равно, осведомился капитан.

- Не знаю, - Полковник вздохнул и перевел взгляд на силуэт приближающегося города. – Пока, вроде бы, появилось важное дело. Как закончу – посмотрим. А ты куда?

- А мы со стариной Эффингемом, после этого уютного порта, пойдем на юг. Думаю, для тренировки и, чтобы не забывались навыки, уговорить руководство и махнуть в кругосветку.

- В кругосветку? – переспросил Полковник.

- Вот именно.

- Да кто ж тебе разрешит? – он недоверчиво нахмурился.

- Ну, если я скажу «кругосветка» - никто не разрешит, - капитан огладил бороду. – А если – патрульный рейд, вначале к Южному морю, затем Вест-Индийский порт, после на Обратный материк, кенгуру погонять. Ну и домой, только не тем же путем, а через Мыс Горн. Так кто ж мне откажет?

- Хитер ты братец, - усмехнулся Полковник.

- А у вас, если не секрет, что за дело? – уточнил капитан.

- Да, пока не понятно, но поговаривают, что в портовом городе Ден-Хелдер начали пропадать дети.

- Жуть какая.

- И не говори… Расскажешь потом, чем кругосветка закончится.

- Непременно, господин Полковник, непременно.

2

Высокое угловое здание из серого камня больше всего напоминало пожарную часть, только вот отсутствовала пожарная каланча. Высокие окна, сводчатые на высоком втором этаже и забранные решеткой на первом.

Брифинг по приезду назначили в местном полицейском участке, на базе которого планировалось организовать новое подразделение, занимающееся этим сложным и темным делом.

- Нико ван Кампен, - с кивком представился глава местного регионального подразделения Korps Nationale Politie. Высокий и статный, с широкими плечами он больше походил на моряка, чем на главу полиции города. Непохожесть дополнялась высокой трубкой, которую он курил и шрамом через правый глаз. Еще немного и на глаз пришлось бы накладывать повязку, что придало бы морскому виду полицмейстера пиратский вид.

Так они и стояли посреди кабинета с дорогой мебелью, топча дорогой ковер форменными сапогами. Полковник контрразведки с боевыми медалями на груди и Полицмейстер, курящий трубку. Лицом к лицу. Обожжённое фронтом у контрразведчика и пораненное криминальным элементом – полицейского.

- Эдвард У. Бок, - представился Полковник. – Прибыл по просьбе Генерала…

- Да, я знаю. Это я попросил помощи в этом странном деле, - Нико дернул себя за ус и, сделав пару шагов, сел в кресло, стоящее у его рабочего стола. – У меня у самого племянник, славный мальчик Герард, - доверительно сообщил Полицмейстер, делая приглашающий жест Полковнику на второе, свободное кресло. – Сейчас, в связи с этими событиями, направили его в Гаагу. Ему и для учебы полезно, да и вообще… Как представлю, что это он пропал, мне становится плохо.

- Много детей было похищено? – деловито осведомился полковник Эдвард, присаживаясь и, на манер Нового света, закуривая модную сигару.

- Всего около десятка, все, почти, сироты. Если бы не отчет приютов, то мы бы и не узнали. Никто не бил тревогу, никто не производил следственных действий. Но сейчас, когда они принесли свои годовые отчеты, тайное вскрылось.

- Почему вы думаете, что это не обычные смерти детей? Сейчас после войны подобным никого не удивишь. Мрут целыми деревнями.

- Ну, во-первых, мы – не деревня, - глухо проговорил Полицмейстер. – Во-вторых, тел никто так и не нашел.

- Хорошо, будем считать, что их все-таки похитили. Тогда у меня другой вопрос: кому нужны слабые, не очень обученные дети? Каков мотив у похитителей? – Полковник нащупал взглядом пепельницу и пристроив на нее сигару, вынул медные пузатые часы, цеплявшиеся за его жилетку красивой цепочкой. – У нас не так много времени, прежде чем мы пойдем на брифинг с вашими дуболомами.

- Отборными бойцами, - поправил его Полицмейстер, но Полковник отрицательно покачал головой. – Если нет свидетелей, которых ваши люди могут схватить и выбить из них признание, то они становятся бесполезны. Мы оба это прекрасно знаем. Итак, Нико, какой мотив у похитителей?

- Ну, первое, что приходит в голову, - Полицмейстер выбил трубку в пепельницу. – Это противоестественный… мотив.

- Пропадали дети одного пола? – заинтересовавшись, быстр задал вопрос полковник Эдвард.

- Нет, разных полов.

- Возраст?

- Абсолютно различный. Друзья? Родственники? Вы кого-нибудь опрашивали?

- Кого? Это же сироты! Родственников нет, наставники в приютах – ничего не знают.

- А дети? Вы опрашивали детей?

- Боже правый, Полковник, за кого вы меня принимаете? Что могут сказать эти отбросы? Неужели вы думаете, что в этом будет какой-то смысл?

- Не знаю, - Полковник остановил вопросы полицейского жестом руки. – Я ничего не знаю. Нам нужно пробовать любые варианты.

- Какие, например? Опрашивать светильники, собак и детей? Вы еще предложите опросить женщин, - Полицмейстер прикрыл лицо рукой.

- Я не заставляю вас заниматься глупостями. Нам нужно узнать, что происходило до того, как ребенок исчезал. Как вы думаете, Нико, почему я здесь?

- Ну, дети… я же попросил помощи… Я не понимаю, что именно вы хотите услышать?

- Почему именно я?

- Наверное, решили, что вы лучше всех справитесь с ситуацией? – вопросом на вопрос ответил полицейский. Он принялся чистить трубку, стараясь не смотреть в глаза Полковнику. Ему, почему-то, стало стыдно. – Так какой правильный ответ? Почему именно вы?

- Потому, что у вас в городе до сих пор находится военно-морская база… - контрразведчик взял полуистлевшую сигару и затянулся.

- Наш город самый северный в регионе. Здесь только Северное море и…

- И «врата в ад», - подхватил Полковник. – Хватит прибедняться. Вы прекрасно понимаете, что ваш порт – запирает и Эйссельмер и Маркермер и еще несколько заливов и устьев рек. Ваши укрепления видны с воздуха. Когда подлетал на дирижабле, я по началу принял их за заводские территории, а пушки, за трубы. Хватит бредить, стратегическое расположение вашего города не может быть забыто. Поэтому мы должны исключить любые случайности!

- Я так долго здесь живу, что перестал замечать «врата в ад», - примирительно выставил вперед руки глава полиции. – Знаете, ко всему можно привыкнуть. В какой-то момент начинаешь думать, что подобные сооружения есть везде.

- Не везде.

- Думаете, это кто-то из… - полицейский недоговорил. Он достал красиво расшитый золотой ниткой кисет и начал размеренно забивать трубку. – Но война закончилась. И потом, сам Генерал-Губернатор… - он осекся, глядя прищурившись на Полковника.

- Война войной, но никто не отменял, что в обоих государствах остались криминальные элементы. Люди, недовольные миром. Различные фракции и тайные общества, как грибы, выросшие во время войны.

- Но как? – Нико ван Кампен раскурил трубку и, не дожидаясь, пока спичка потухнет, кинул ее в пепельницу. – При чем здесь похищение детей? И кому нужна наша база?

- Вот для выяснения этих причин меня сюда и послали, - удовлетворенно кивнул полковник Эдвард У. Бок и, вопреки всем обычаям, затушил сигару в пепельнице, словно сигарету. – Докуривайте и идем. Будем знакомиться с личным составом.

3

Мелкий противный дождь, смешиваясь с сажей в воздухе, падал на закопченные улицы города.

Полковник, вместе с десятком выделенных ему бойцов, стоял у дверей небольшого пакгауза. Дождь сбегал по серым стенам, оставляя темные подтеки, размывал вездесущую сажу и, смешавшись с грязью, стекал в небольшую, позеленевшую от влаги, решетку ливневой канализации, под ногами.

- Сержант? – спросил Полковник, перехватывая удобнее небольшую полицейскую дубинку.

- Слушаюсь, - ответил огромные, необхватный детина с редкими седыми усам. А затем, развернувшись, скомандовал своим людям. – И-и, начали!

Двое здоровяков с хэканьем ударили в небольшую калитку в основных воротах. Двух одновременных мощных ударов было достаточно, чтобы снести ее с петель.

Бойцы ринулись внутрь, послышались крики, шума, из провала дверного проема вылетели какие-то щепки в вперемешку с пылью.

Полковник сделал шаг назад, чтобы лучше видеть при сером свете дневного солнца, еле пробивающегося сквозь дымный смог и серые тучи.

Изнутри раздался крик фальцетом. Что-то среднее между «спасайся», «нападай» и «осторожней». И тут же, в стенах открылись невидимые ранее лазы и из всех этих лазов, как тараканы из щелей, начали разбегаться маленькие щуплые фигурки, одетые в обноски.

Выбежавшие из пакгауза трое полицейских хватали всех, до кого моги достать. И, несмотря на то, что взрослые мужчины были медленнее и менее ловкими, их улов все-таки составил пару десятков беспризорников.

- Ну как? Довольны? – брезгливо осведомился Сержант, вытаскивая за ухо из дверного проема пакгауза вопящего почем зря рыжего мальчишку. Он дал парню легкий подзатыльник и отправил его в общую массу пойманных детей.

- Не ворчи, Михельсон, - одернул подчиненного Полицмейстер, стоявший здесь же. – Веди всех к фургону, на месте разберемся, кого отпускать, а с кем господин полковник захочет переговорить.

Когда все пойманные были без всякого разделения засунуты в два фургона, которые направились в сторону полицейского участка, Нико ван Кампен подошел к контрразведчику.

- Считаете, что мы зря тратим время? – без обиняков осведомился Полковник, поправляя дождевой плащ, прикрывавший его от противной холодной мороси дождя.

- Не важно, что я считаю, - пожал плечами, похожий на моряка полицейский. – Я пробовал решить эту задачу и у меня не получилось. Надеюсь, получится у вас.

- Хорошо, - кивнул человек с обожженным лицом и, зачем-то, оглянулся. – Куда ведут вот эти ворота?

- Эти? – полицмейстер оглядел ряд пакгаузов, находившихся у самого грузового перрона. – Это частная собственность нескольких торговых домов.

- И вот этот? – полковник Эдвард безошибочно указал на небольшой заброшенный склад, у которого были выбиты некоторые стекла, а часть прохудившейся крыши, явно сорванная ветром, валялась у стены.

- Этот заброшен. Не знаю, кто и когда им владел, но, судя по всему, сейчас им никто не пользуется, - поежившись от прохладного ветра ответил полицейский.

- Так уж и никто? Могу поклясться, что видел вон в том разбитом окне отблески лампы, - сварливо заметил Полковник.

- Уверяю вас, там нет никого, кто был бы нам нужен, - снова поежившись ответил похожий на моряка мужчина.

- С чего вы так думаете? – не сдавался Эдвард У. Бок.

- Это склад… одного моего знакомого… Я его уже опросил… - нехотя признался полицейский.

- Контрабанда? – уточнил Полковник.

- Честные, частные бизнесмены, - ответил Нико ван Кампен. – Они точно не воровали никаких детей.

- Допустим, но возможно они что-то видели или слышали.

- Я могу познакомить вас с их главным, если бы что-то было, мне бы уже доложили…

- Хватит, - Полковник прервал Полицмейстера жестом руки. – Там, в участке, вы были совершенно правы. Если бы похищали не сирот беспризорников, вы работали бы эффективнее. Мы должны проверить любые варианты. Эй, сержант, - мужчина обратился к огромному детине с седыми усами. – Стройте людей, нам стоит заглянуть еще в одно место. Сделаем это сразу, чтобы потом не пришлось возвращаться.

Сержант посмотрел на Полицмейстера.

Тот отрывисто кивнул и отвернулся.

- Мать… - ругнулся сержант, а затем развернулся к своим людям и прикрикнул. – Становись!