Штурмуем вершину

Штурмуем вершину. Первая атака не удалась. Разведрота тащит своих мертвецов. Тяжелораненые стонут, раненые легко – радуются. <...> Позиция духов на самой вершине. Мы внизу как на ладони. <...> У меня во взводе двое раненых. Я тоже молча матерюсь. <...> Ноги ноют, но не от усталости. Скоро снова идти вверх. <...>

Два часа тридцать минут. Новый штурм. Приказ:

- Выбить противника во что бы то ни стало! Вперёд!

- Есть!

И роты пошли. Лезем остервенело, не таясь, <...> До позиции духов осталось пятьдесят метров. Они молчат. Мы тоже. Тридцать. Они всё молчат. Двадцать пять. Неужели отошли?! Кажется, пронесло! Двадцать. Тишина. Десять. Нет их, нет! Они ушли! Всё ещё не верится, что это действительно так. Не верится, что сегодня не будет больше крови. Что никто не погибнет. Пять метров. Вытоптанный снег. Пятна крови. Никого. Они в самом деле ушли.

Ура! Духи ушли! Вопросы почему возникнут потом, а сейчас, ура, мы спускаемся вниз, оставив шесть человек прикрытия.

А духи ушли. Может, надоело, может, подошли к концу патроны, может, поняли, что их всё равно выбьют и уничтожат, а может, просто замёрзли и пошли погреться?

Жизнь продолжается! Не нам её осуждать. Как хорошо! Иду вниз.

Без крови не обошлось. Сержант из седьмой роты ещё на подъёме поскользнулся и, упав, сломал позвоночник. <...>

Автомат по-прежнему оттягивает плечо. Грудь дышит. Глаза наполнены светом. Я живу! Я счастлив! Мне хорошо!