Шумак - смысл жизни!

Шумак — смысл жизни!

«Говорят, для одного человека Шумак стал смыслом жизни, ради которого он возвращался сюда 50 раз. Мы не планировали искать смысл жизни, просто хотели пройти новым маршрутом. Но горы решили иначе...»

Глава 1. Выезд из Иркутска

Мы собирались на Шумакские источники в третий раз: первый раз ходили в 2021 году, второй — в 2023.

Я проснулся в 4 утра в Иркутске, в квартире. Открыл приложение Windy, посмотрел погоду в районе Шумака. Прогноз не утешал: сильные и затяжные дожди. Это было плохо, так как наш маршрут пролегал через Хубутский перевал, Усть-Илимцев и Обзорный. Там нас ждали сто бродов через Яман-Гол и Нарин-Гол. В сильные дожди по бродам идти опасно: вода может подняться и зажать в каком-нибудь распадке, или можно не пройти брод из-за его глубины.

Но на данный момент погода была отличная, и настроение — приподнятое. Очень хотелось уже уйти из городской суеты и вдохнуть дух путешествия.

Я встал, помылся, налил кофе и начал собирать вещи в дорогу. Положил еду на сегодняшний день: бутерброды и овощи. Также до собрал свой большой рюкзак, перекрыл воду в квартире, выключил электрические автоматы на всякий случай, взял рюкзак весом 26 килограммов и закрыл квартиру на ключ. Как только вышел из подъезда, ощутил то прекрасное чувство путешествия и свободы.

Машина стояла возле подъезда, приготовленная к поездке. С вечера я упаковал в неё часть вещей, проверил давление в колёсах, все жидкости, залил воду в бачок омывателя. Уложил наши рюкзаки в багажное отделение нашего «Джимни», сел за руль, и мы выехали из Иркутска навстречу путешествию на 11 дней.

Дорога от Иркутска до Ниловой Пустыни заняла 3,5 часа — это путь в 250 километров. Я ехал по трассе не спеша — да и как торопиться? На нашем автомобиле максимальная скорость по трассе — 100 км/ч. Машин на дороге не было. Настя спала всю дорогу, а я ехал и наслаждался музыкой и видом из окна.

Подъезжая к турбазе «Сухой Ручей», я увидел множество машин возле домиков и на стоянке. Я подумал, что на Шумаке, наверное, будет много людей. Остановившись возле деревянного стола и лавочек, мы выгрузили рюкзаки и треккинговые палки, достали ботинки и стали переобуваться.

Я зашёл в кафе. За стойкой стояла молодая девушка и что-то писала в тетрадке.

— Можно поставить машину на стоянку? — спросил я. — Мы уходим на Шумак на 11 дней.

— Да, — ответила она. — Цена 250 рублей за сутки.

— Хорошо. А заброска сегодня будет?

— Не знаю. Всё зависит от туристов, на заброску пока никого нет.

— Понял. Давайте, я оставлю машину, и мы пойдём пешком.

— Аванс за авто — 1000 рублей, а остальное — когда будете забирать машину.

Я отдал 1000 рублей. Девушка что-то записала в тетрадь: дату и номер машины. Я расписался и пошёл загонять «Джимни» на стоянку.

Кстати, если кому интересно: заброска на машине стоит 7000₽, а при полной загрузке получается 1400 рублей с человека. Расстояние — 7 км.

Мы с Настей расположились на лавочке со столиком, достали перекус из бутербродов и стали завтракать перед выходом на тропу. К нам подошёл мужчина с парнем.

— Вы откуда вернулись? — спросил я.

— Мы с перевала Гранатовый, показывал сыну местные окрестности. А я вас знаю: у вас канал на YouTube — «Новые горизонты».

— Точно, — сказал я.

Это была первая встреча с туристами.

Повесив рюкзаки на плечи, мы отправились в путь.

Глава 2. Шумак — это место…

О Шумаке я слышал еще в детстве. «Это такое место, куда невозможно доехать», — говорил кто-то. Мысль посетить его у меня возникла в 2018 году, но в то время я был совершенно не готов к такому путешествию.

До 2018 года мы путешествовали много, но совершенно по-другому: перелёты, дорогие гостиницы, платные экскурсии. В общем, гид всё сделает: приедет, заберёт, увезёт, накормит, напоит, расскажет, покажет, даже веки откроет, если надо. Но в определенный момент времени ты понимаешь, что что-то делаешь не так, не получаешь удовольствия от окружающего мира, ты зависим от ситуации и нет свободы действий.

И тогда мы стали немного менять свой подход к путешествиям и вообще к восприятию. Жизнь тоже стала меняться. Из избалованных туристов, которым требовался комфорт, отель 5 звёзд, перелёт в бизнесе и рестораны Мишлен, мы стали превращаться в путешественников, для которых путь — это не точки дислокации для фотосессий, а сама цель.

Я помню, наш первый поход с группой туристов был на пик Хулугайша. Тогда я еще не понимал ничего, а какие-то моменты мне вообще казались дикими. Это была платная группа. Нас привезли в какой-то дом в Мондах — на краю вселенной, я тогда так считал. Разместили в бараке с одним туалетом на все здание, душ тоже был в этом туалете. Я попал в отдельную комнату от Насти, нас в комнате было четверо. А на следующий день нас загрузили в кузов грузовой машины без сидений и даже лавочек, и повезли куда-то в горы, в неизвестность. Я еще помню еду и думаю: «Доедем сейчас, и нас, точнее, то, что останется от нас, водитель нажмёт на кнопку, и кузов просто выгрузит как гравий на землю…» Вот такое мироощущение было у меня в те времена.

Но это было тогда, а сейчас всё по-другому. И в этом как раз помогло первое посещение Шумака. В 2021 году я понял, что окружающая нас природа и есть красота всех красот и умиротворение, которого нигде и никогда не получишь и не почувствуешь, кроме как в горах, тайге, подальше от цивилизации, а не в отеле 5 звёзд.

Шумакские источники расположены в Республике Бурятия, Окинский район, в Восточном Саяне, возле поселка Нилова Пустынь. Точнее, этот поселок нужно проехать, направляться в п. Хойто-Гол и, не доезжая до него километров пять, отвернуть направо к базе «Сухой ручей». Вот именно с этой базы начинается пеший путь на Шумак.

Глава 3. Первые километры пешком

Только выйдя на лесную дорогу, я почувствовал тяжесть рюкзака на плечах. Это так бывает всегда в первый день пути: тело сопротивляется нагрузке, мозг твердит: «Не нужно идти — вернись», но возврата нет, есть только путь и тропа вперёд. Первые семь километров мы прошли за час двадцать. Это была лесная дорога, по которой ездит большая грузовая машина для заброски туристов. Дошли до беседки, с которой уже начинается настоящая тропа.

Здесь у меня произошла небольшая неприятность: я натер мозоль на правой ноге. Сняв ботинок и носок, я увидел огромный окровавленный волдырь на полпятки. Как так произошло, я не понял: нога не болела, дискомфорта в пути не было, а мозоль появилась. Я достал аптечку и вытащил самые большие пластыри, но они казались такими маленькими, что пришлось наклеить два рядом. Одев носок и ботинок, я понял, что идти не получится. Что делать? А это только начало пути.

И еще проблема: пока я шёл и не видел эту окровавленную мозоль, ничего не болело, а теперь всю ногу пронзила острая боль. Я выпил обезболивающее и начал думать, что можно предпринять. У меня с собой были треккинговые кроссовки, я их взял, чтобы ходить на Шумаке в радиальные походы налегке. Достав их из рюкзака, я одел один на поврежденную ногу и сделал несколько шагов. Дискомфорта нет, значит, можно попробовать идти в них.

Взяв рюкзак на плечи, я прошелся метров 200: на одной ноге ботинок, на второй — кроссовок. Интересное ощущение: в кроссовке оказалось гораздо приятней идти. Остановился и сменил второй ботинок на кроссовок. И чудо — я снова нормально иду, даже ещё удобней, чем в тяжелых ботинках. Вообще эти кроссовки предназначены для бега по пересечённой местности с очень мощным протектором, удобные, производство «ХOКА», так что в них можно продолжить путь, не боясь за ноги.

— Настя шла и причитала:

— Вот, теперь слушать всю дорогу нытьё твоё о ноге стёртой.

А я говорил:

— Нет, я ныть не буду, у меня же всё нормально.

Но это было не так — нога очень неприятно болела.

Настя — это моя спутница по походу и не только, это моя супруга, и мы женаты уже 18 лет. Она очень выносливая, её можно брать с собой в очень сложные походы. Вообще мы путешествуем всегда и везде вдвоем, и в этот раз тоже идем вместе, рядом друг с другом, разговариваем о философских и житейских вопросах.

Мы поднимались по первому подъёму вверх. Дышать было невероятно трудно, у меня перехватывало дыхание.

— Настя, — спросил я, — а мы будем снимать фильм про Шумак на конкурс?

— Дима, не знаю, — нервно ответила она, сама запыхавшись. — Я не могу думать об этом сейчас.

— Тебе нравится красота вокруг нас?

— Я не вижу ничего, мне очень тяжело.

— Тебе нормально идётся? — спросил я. — Может, побыстрее пойдём?

— Ты это специально делаешь? В самый тяжелый момент задаёшь глупые вопросы?

— Конечно, нет, — ответил я.

Но на самом деле, конечно, специально. Я настолько знаю свою супругу и знаю, что её раздражает и радует. А она сразу меня раскусила, что я решил её позлить.

Настя была одета в ярко-ядовитую салатовую футболку, в черные штаны-шорты, на спине висел рюкзак бордового цвета на 80 литров, заполненный под завязку, в больших темных очках, с желтой поясной сумочкой на поясе (в ней лежала видеокамера), а в руках были ярко-оранжевые треккинговые палки.

А я был в желтой футболке, коричневых шортах и теперь уже в кроссовках, с большим зеленым рюкзаком и такого же цвета треккинговыми палками, а еще у меня была синяя кепка — очень удобная, но не красивая.

Мы шли в самом начале пути, по изнурительному месту. Это небольшой, но затяжной подъем. Под ногами то камни, то сыпучий грунт, иногда встречается заболоченность с грязной колеёй вместо тропы.

Мысленно весь путь у меня разделён на участки: первая часть — это от забросочной поляны до Хубутской развилки.

Хубутская развилка — это место, где тропа раздваивается: одно направление идет на перевал Шумакский (классический маршрут), а другое — на перевал Хубутский.

Глава 4. Подготовка. Маршрут в сто бродов

(Воспоминания за месяц до похода)

— Настя, давай пойдём по новому интересному маршруту на Шумак?

— А может, по классике? — ответила Настя вопросом на вопрос.

— Я не хочу повторения маршрута. По классике мы вернёмся назад. Может, через перевал Хубутский?

Я сидел дома за своим рабочим столом и рисовал новый маршрут на ноутбуке. Было два варианта, которые я рассматривал: это по долине Ара-Ошей с заходом через посёлок Хойто-Гол или через перевал Хубутский. Оба маршрута в конечном итоге соединялись в один и проходили по левому притоку реки Яман-Гол. Вот эта часть пути была сложна своими бродами, а говорят, их около сотни. Есть прижимы, и если уровень воды поднимется, то прижимы могут стать опасными для прохождения.

— Или через долину Ара-Ошей? — предложил я.

— Через Ара-Ошей долго, нужно 7 дней, чтобы добраться до Шумака, — ответила Настя.

— Ну, давай тогда через Хубутский?

— А может, всё-таки по классике?

— Нет, давай через Хубутский, — настоял я.

Я открыл на карте маршрут через перевал Хубутский, дорисовал места предполагаемых стоянок, сделал пометки по времени, указал все сложные участки. У меня были два отчёта по прохождению этого маршрута в прошлом. Я их уже давно изучил, поэтому вопросов у меня не осталось. На прохождение по такому маршруту нужно от четырёх до пяти дней в зависимости от погодных условий и физических сил.

Еще на Шумаке мы хотели посетить несколько новых и старых мест, поэтому я тоже указал их на карте и построил маршруты.

Хочу немного рассказать о себе и объяснить, почему я так быстро — буквально в течение часа — разбираюсь с картами и маршрутами. По образованию я геодезист, закончил Иркутский политехнический университет. Долгое время работал по специальности: в полях, лесах и горах, занимался съёмкой и созданием карт. Это была моя работа. Так что ориентируюсь на местности я очень хорошо.

Маршрут я строил на сайте www.nakarte.me. Очень простой сайт с множеством карт, между которыми можно переключаться. Также есть «горячие следы» (это линии, по которым уже ходили туристы) и нанесены множество маршрутов. Также можно проложить свой маршрут с указанием километража, посмотреть высотный профиль, сохранить маршрут с расширением GPX для дальнейшей загрузки в любые навигационные гаджеты.

Я открыл наш старый маршрут, через перевал Надежды, и изменил его, проложив новый через перевал Хубутский, перевал Усть-Илимцев и перевал Обзорный. Просмотрел весь маршрут по спутниковым снимкам и решил для себя, что, не зная тропы, не стоит идти по маршруту в дождливую погоду.

Карта распечатана, маршруты построены, загружены в GPS, а точнее в часы, я по ним иду по маршруту. Можно приступать к дальнейшим приготовлениям, а именно заготавливать еду. Это долгий процесс, и этим занималась Настя.

Глава 5. Поворот ни туда

Дойдя до Хубутской развилки, мы остановились на веранде зимовья пообедать. Здесь стоял большой стол с двумя лавочками и металлическое кресло. Я поставил свой рюкзак возле лавочки и пошел в зимовье посмотреть, что там внутри. Как и во всех зимухах, в нем было сыро и темно, на столе стояли бутылка с маслом, какие-то крупы, сухари. Было прохладно.

Я вышел на улицу, открыл рюкзак и достал мешок с продуктами. Настя вытащила газ и горелку. Мы расположились за столом и начали готовить суп на обед. Резко начался ветер и пошел сильный дождь. А мы сидели на веранде, ели суп с сухариками, и стук капель дождя по крыше действовал успокаивающе.

Поев, мы в очередной раз открыли на смартфоне программу Windy, чтобы посмотреть погоду на ближайшие 4 дня. Прогноз был не утешительный: все 4 дня показывает сильный дождь, град, грозы. Такого количества осадков по прогнозу я еще не видел. Как-то Windy показал 6 мм осадков, и мы попали в этот дождь — лило как из ведра. А сейчас показывал 18 мм — это должно быть как из нескольких вёдер.

— Может, пойдём по классическому маршруту? — предложил я. — А то в такую погоду опасно идти по реке, да ещё и по прижимам.

— Давай, — с радостью согласилась Настя.

Она очень хотела идти по классике, и я это знал. Вот так в целях безопасности за две минуты мы поменяли все наши планы. Мы позвонили в МЧС и сообщили об изменении маршрута.

Дождь резко закончился, и вышло солнце. Я взял свою куртку и пошел в зимуху, постелил ее на полог и лег отдохнуть. Слышу какой-то разговор на улице, Настя с кем-то говорит. В зимовье заходят мужчина, женщина и девочка лет четырнадцати.

— Здравствуйте, — поздоровались мы.

— А вы куда направляетесь? — спросил я.

— Мы на Шумак, — ответила женщина.

— Мы тоже, — сказал я. — А по какому маршруту пойдёте?

— Через перевалы Гранатовый, Надежды и Горных Духов.

— Мы ходили по этому маршруту, — сказала Настя. — Очень сложный и страшный.

— Мы хотим его пройти за три дня, — сказала женщина.

— Мы прошли его за четыре дня, — сказала Настя.

Компания сказала, что они торопятся, собрались и пошли по маршруту.

Мы тоже потихоньку собрали вещи и пошли в сторону Коровьей поляны. Тропа шла в гору, под ногами были большие камни, торчащие из-под земли, местами была отличная ровная лесная тропинка. Мы все поднимались вверх, это был небольшой перевал. Впереди появилась смотровая площадка, сделанная из деревянного настила с перилами, значит, мы уже наверху. Остановившись на перекур, только я снял рюкзак, как начался моросящий дождь, который быстро превращался в ливень. Пришлось надеть рюкзаки и накинуть сверху пончо. В общем, отдых не получился, мы пошли дальше на спуск.

Спустившись вниз, мы попали на большую поляну (Коровья поляна) с зимовьём. Вокруг было установлено много палаток — видно, что очень большая компания готовилась к ночлегу. На веранде зимовья сидели люди. Я зашёл на веранду, поздоровался и снял рюкзак.

— Вы что за группа? — спросил я.

— Мы «Кат…..р», — ответил кто-то.

— А вы здесь ночевать будете? Или дальше пойдёте?

— Мы здесь остаёмся. Зимовье занято, нас и так очень много.

— А где здесь воды набрать? — спросил я, меняя тему разговора.

— Вон вниз тропа до реки. Или можно вон в том ручье набрать, — показал рукой молодой парень.

В лагерь подошла Настя. Я ей сказал, что пошёл за водой на реку, взял две бутылки-полторашки и ушёл по тропе. Спуск вниз был длинный и крутой, я спускался все ниже и ниже, а реки все не было. Река оказалась очень далеко. Набрав воды, я поплёлся обратно не спеша. Пока шел, дождь совсем прекратился.

На поляне недалеко от зимовья располагался большой стол и скамейки. Я взял свой рюкзак и пошёл к столу, Настя последовала за мной. Мы расположились на скамейках, достали горелку, газ, чайник (у нас был небольшой чайничек для двоих), вскипятили воды и налили кофе. Сидим, пьём кофе и доедаем пряники.

Со стороны громкой компании отделился молодой парень и подошёл к нам.

— А не угостите меня кофе? — сказал он, протягивая кружку.

— У нас не рассыпное, а в пакетиках, «три в одном», — сказала Настя. — Можем дать пакетик.

— Давайте, — сказал парень.

— Но я уже сложил все вещи в рюкзак, а оно в самом низу, — сказал я. — Видно, не судьба.

Парень расстроенный поплёлся обратно. Вообще, если разобраться, я не против поделиться продуктами, если человек попал в сложную ситуацию. Но кофе — это продукт не первой необходимости, и он больше для удовольствия. Поэтому я считаю, каждый сам должен заботиться о своём личном удовольствии. Тем более что группа шла обратно и завтра уже будет в цивилизации.

Я очень устал и готов был поставить палатку прямо на этой поляне, но Настя все заладила: «Пойдем дальше, здесь шумно, они постоянно ругаются». И мы пошли дальше. Опять тропа пошла вверх. Не вдалеке появился навес, тоже небольшая площадка для ночлега, но и здесь мы не остановились на привал. Пройдя еще метров семьсот, прямо в лесу появилась очень приятная площадка для ночевки, мы на ней и остановились.

Я достал палатку и начал её устанавливать. На установку мне нужно 12–15 минут, я неоднократно засекал время. Для надувания ковриков, разложения спальников и приготовления всего необходимого ко сну нужно ещё 9–10 минут. Всё готово к ночёвке.

Я натянул гамак между двух деревьев и начал разводить костёр для приготовления ужина и просто чтобы посидеть у огня. Какие-то дрова лежали возле костровища, какие-то я собрал вокруг лагеря. Наломав мелких веток, я положил немного бумаги под них и зажёг её. Ветки затлели, но гореть отказывались. Я начал дуть на них, и наконец костёр загорелся. Подложив в костёр крупные ветки, я достал котелок, налил в него воды и поставил прямо в огонь на камушек. Вода быстро закипела. Дальше эстафету по приготовлению ужина приняла Настя, а я пошёл, лёг в гамак и написал все эти строки в записную книжку.

Первый ужин в нашем путешествии был бесподобен. Макароны с мясом в томатном соусе, потом мы попили чай из собранных по тропе трав, еще посидели у костра, пожгли дрова для удовольствия и пошли сделать несколько вечерних фото нас и нашей палатки.

Подойдя к тропе, на стволе дерева я увидел табличку с текстом и фотографией. Оказывается, именно в этом месте умер мужчина, который посетил Шумакские источники 50 раз. Он пошёл на ручей за водой, и у него случился сердечный приступ, который унёс его жизнь.

Я слышал о нём раньше. Звали его Горностаев Николай Васильевич, родился он 15.07.1937 году. Говорят, что Шумак и был смыслом его жизни. Он каждый год в течение всего времени готовился к походу на Шумак и ждал, когда настанет день выхода, — и шёл. На Шумаке о нём знают многие. Он стал легендой этих мест. Умер он в возрасте 81 года в августе 2018 г.

Глава 6. Утро

Я проснулся, дотянулся до часов: на циферблате было 6:40. Открыл замок палатки, выглянул на улицу — обдало лёгкой холодной свежестью. На улице была ясная погода. Я вылез из спальника, оделся и вышел из палатки. У нас не осталось ни капли воды в бутылках, даже на кофе.

— Настя, просыпайся, пойдём до ближайшего ручья, там приготовим себе завтрак и кофе, — сказал я.

— Да, уже встаю. Как погода? — спросила Настя.

— Погода отличная, вставай, — повторил я. Очень хотелось пить и есть.

Я начал собирать спальные вещи, одежду, палатку. Настя тоже присоединилась ко мне. Минут через двадцать мы уже стояли на тропе с рюкзаками, готовые идти дальше.

— Давай я сделаю фото, как мы выходим дальше по маршруту, утром второго дня, — предложил я.

Я достал фотоаппарат и стал фотографировать Настю, но она была самой унылой позёршей на весь мир — видно, ещё не проснулась. Я сделал несколько фотографий для отчёта, включил запись трека на часах, и мы пошли дальше в путь.

Пройдя около одного километра, мы дошли до полянки, на которой ночевали, когда шли на Шумак в самый первый раз. На ней стояли три мотоциклиста: они поставили мотоциклы на небольшом расстоянии друг от друга, между ними натянули тент и расположились под ним.

— Здравствуйте, — сказал я одному парню.

— Здравствуйте, — ответил он нехотя, видно, что он только продрал глаза.

Когда мы, туристы, идём по тропе, то всегда со всеми здороваемся — так принято в мире туризма. Иногда бывает: с кем-нибудь поздороваешься, а он тебе говорит вместо «здравствуйте»: «А я вас знаю?». И сразу понятно — это не турист или турист начинающий.

Глава 7. Завтрак у водопада

Впереди стал слышен шум водопада, это значит, что скоро будет ручей. Я ускорил шаг. Вижу падающую воду, но само русло ручья еще скрывается за холмами.

— Настя, смотри, вон уже виднеется водопад, значит, скоро будет ручей, очень хочется пить.

— Мне тоже, и еще хочется есть, — ответила Настя.

Я поднялся на холм и внизу увидел бурный ручей, и сразу за ним большую ровную площадку, как раз для нас. Мы перебрались через ручей, перепрыгнув по камням, скинули рюкзаки на траву. Я достал мешок с едой, Настя вытащила газовый баллон, и мы начали приготовление к трапезе.

Ничего особенного и нет в том, чтобы поесть в походе, но…

Всё начинается ещё дома. Настя закупает продукты для питания на всём маршруте: это крупы, сухой картофель, мясо, приправы и многое другое. Так как в многодневном походе главное — лёгкий вес рюкзака, поэтому из еды не берём ничего лишнего (почти не берём), и вся еда — в сухом виде, как сублиматы. Вся еда упакована в пакетики на день и на три приёма пищи: завтрак, обед и ужин.

Завтраки — это молочные каши: рисовая, манная, кукурузная, овсяные и гречневые хлопья, все с сухим молоком. Обеды — это супы. Вот с ними Настя долго возится: нужно суп сварить, а потом высушить его в сушилке, чтобы снизить вес, и упаковать по пакетам. Ужин — это в основном макароны с мясом или каши с мясом. А мясо тоже для этих блюд варится и сушится.

Я вытащил первый попавшийся дневной пакет и нашёл мешочек с завтраком. Ввинтил горелку в газовый баллон, налил воды в кастрюлю и поставил её на огонь. Вода зашипела и начала быстро нагреваться. Настя медленно высыпала содержимое пакета в воду и размешала — это была манная каша. Очень хотелось кушать: у нас первый раз за все походы не оказалось воды для завтрака. Настя разложила содержимое на две чашки, и мы начали жадно есть кашу. На природе она казалась очень вкусной — и вообще вся еда на природе очень вкусная и необычная, как в ресторане. Поев и попив кофе, я собрал все вещи в рюкзак, набрал из ручья воды в бутылки, и пошли дальше — к перевалу.

Глава 8. Перевал впереди

Мы подошли к первой реке.

— Я перепрыгну по камням, снимать обувь не буду, — сказал я Насте.

— Я не смогу, мне страшно, — ответила Настя и начала снимать ботинки.

Я без труда перешёл реку, снял рюкзак, достал камеру и стал ждать, когда Настя пойдёт в брод.

— Снимай меня на видео! — закричала Настя с того берега.

— Снимаю! — приготовился я и включил камеру.

Брод был небольшой, воды — чуть ниже колен, но видео получалось интересное. Настя преодолела это препятствие, надела ботинки, и мы пошли дальше.

Этот участок пути очень мне нравился. Деревьев нет, так как мы вышли из зоны леса и поднялись на высоту, где они не растут. Тропа каменистая и меняется на заболоченную низкорослую траву. Идёт постоянный некрутой подъём вверх. Мы обходим каменную осыпь с правой стороны, и нам открываются прекрасные виды гор. Слева от тропы мы видим озеро прямо среди гор и всю долину, по которой мы только что шли. А справа нам открылся перевал, который нам нужно преодолеть. Виды завораживающие.

Да, вот он перевал Шумакский, каменная тропа впереди, и мы идем вверх по ней. Дыхание частое, подъем вверх — это всегда тяжело. Я иду с постоянными остановками через 30-40 метров, ноги отказываются передвигаться. Настя, как всегда, убежала вперед от меня, и я вижу вдалеке, как она уже поднялась наверх, а мне еще идти половину пути.

Вдали я услышал стук копыт, это шла лошадь с вещами и одним наездником. Я отошел в сторону и хотел их пропустить, но лошадь остановилась возле меня.

— Почему она остановилась? — спросил я у парня, сидевшего на лошади.

— Устала, — ответил он.

— И что, она дальше не пойдет?

— Нет.

Так мы стояли какое-то время вместе, потом лошадь с наездником медленно пошли дальше. Я немного подождал, когда они отойдут, и тоже пошел.

Это был прекрасный подъем на перевал, хорошая погода, светило солнце, я шел в футболке, было очень тепло.

Я уже видел верх перевала, Настю, ходившую с видеокамерой и снимающую все вокруг, лошадей с наездниками, которые тоже преодолевали перевал, развивающийся флаг наверху перевала. Я шел к вершине, медленно передвигая ноги и считая шаги: еще пять шагов — и я наверху, еще шаг — и можно снять рюкзак, положить его, а самому сесть отдохнуть. Такие мысли приходят в голову, когда сильно устаешь.

Все, я дошел до верха, остановился.

— С вершиной перевала, — сказала Настя.

— Спасибо, — ответил я и сел на выступающий камень отдышаться.

Посмотрев на другую сторону перевала, я увидел бирюзовое озеро, оно очень ярко и эффектно смотрелось с высоты. Но еще я увидел надвигающиеся тучи и молнии. И сразу вспомнил…

Глава 9. Перевал «Горных Духов» 2023 год

(Воспоминания)

Мы шли к перевалу «Горных духов». Был ещё день, и погода была хорошая — солнце, тепло. Я не был ещё на этом перевале и знал о нём только из видео и написанных кем-то отчётов. Тропа была широкая, хорошо читаемая. Мы давно прошли зону леса, и дальше путь проходил по камням, торчащим из земли, а где-то и вообще по скальным отложениям. Мы всё поднимались выше и выше.

— Может, сегодня перейдём через перевал? — спросил я у Насти.

— Не знаю. Давай подойдём к нему по максимуму ближе.

Так мы и шли к перевалу. Я повернулся посмотреть, что за спиной, и увидел очень неприятную картину. На соседней горе бушевала настоящая непогода: всё было чёрным, и через каждые две-три секунды била молния в склон горы. Вся эта непогода направлялась к нам.

Мне стало не по себе — я очень боюсь молний. Я стал вспоминать, что делать, если гроза застала на высоте: нужно все металлические предметы положить подальше от себя. В общем, на этом мои познания закончились.

Вокруг стало темнеть, со всех сторон надвигались тучи. Мы поняли, что перевал мы сегодня точно не перейдём — дальше идти было опасно. Мы остановились возле какой-то ложбинки в земле, и я быстро начал устанавливать палатку.

— Нужно успеть до начала дождя, — сказал я.

— Да, если дождь начнётся, хотя бы в палатке спрячемся, не промокнем, — ответила Настя.

— А гроза… Нужно все металлические вещи убрать подальше от нас.

— Если до нас дойдёт такой грозовой фронт, как на тех перевалах, то ничего не поможет — нас смоет с перевала, — сказала Настя.

Мы установили палатку, все вещи спрятали в неё, сами тоже спрятались, залезли в спальники и стали ждать. Время было примерно шесть часов вечера.

Непогода пришла мгновенно. Пошёл сильнейший дождь, потом град, начался сильнейший ветер. Хорошо, палатка была штурмовая и предназначена для такой непогоды, и установленные растяжки тоже отрабатывали хорошо. Палатку колыхало в разные стороны — было ощущение, что сейчас ветер возьмёт и сдует нас вместе с палаткой и всеми вещами. Но это было только начало апокалипсиса.

Начался гром, как будто что-то взрывалось прямо над нами. Молнии сверкали то с одной стороны, то с другой. Гром и молнии были хаотичны и часты — через каждые 5–10 секунд. Так продолжалось примерно около часа, но нам показалось, что это вечность. Находиться почти наверху перевала, ничем не защищённым, только в небольшой выемке в земле высотой около метра…

Настало утро. Я вышел из палатки и не увидел ничего — даже вытянутой руки не было видно.

Мы поели, собрали вещи и выдвинулись вверх на перевал. Шли по навигатору — тропы не видно, утыкались в скалы, обходили их с разных сторон, опять утыкались. Ничего не видно — ни впереди, ни сзади. Так мы поднимались до самого верха перевала. На вершине мы увидели с другой стороны перевала отвесную скалу, по которой нельзя было спуститься. «Это тупик», — подумал я. — Нужно искать спуск.

— Я пойду направо по скальным отложениям, посмотрю, там ли тропа, — сказал я.

— Хорошо, иди, только осторожно.

Впереди был подъём вверх по большим выступающим камням. Я шёл медленно, хватаясь за камни руками. Треккинговые палки пришлось оставить по пути — они мешались. Я пробирался среди острых камней с ужасно глубокими пустотами внизу. Впереди начался спуск ниже по гребню. Я спустился и оказался на тропе, а немного левее стоял большой каменный турик. Тропа вниз была очень крутая, и из-за тумана было видно только начало спуска, а что дальше — невидно, белая пустота, туман.

Немного передохнув, я пошёл обратно тем же путём, нашёл свои палки и спустился к месту, где оставил Настю и рюкзаки. Настя сидела на камнях грустная и даже немного плакала.

— Тебя не было больше часа, — сказала она.

— Мне показалось, что я сходил быстро.

Теперь предстояла дорога по этому же маршруту с рюкзаком. То есть я унёс в первую очередь свой рюкзак, а потом вернулся обратно за Настей и её рюкзаком.

Я надел её рюкзак на плечи, перестроил его под себя и сказал Насте:

— Иди за мной, очень аккуратно, хватайся за каменные выступы.

И так мы выдвинулись по гребню до основной тропы. Переход был очень сложный для Насти — она очень боится высоты, а здесь приходилось перешагивать пропасти, у которых из-за тумана не было видно конца.

Уже почти в конце пути я поставил ногу на камень, но нога странным образом провалилась вниз ниже колена и упёрлась во что-то. Я думал, что нога сейчас сломается — было очень больно и неприятно. Но каким-то образом на автомате тело сгруппировалось, и я резко остановился как вкопанный, уперевшись другой ногой и руками в скальники.

— У тебя всё нормально? — спросила Настя.

— Всё хорошо, — ответил я.

Мы добрались до турика и просто были счастливы, что дошли до верха перевала и нашли тропу.

Я достал газ и горелку, вскипятил воду. Мы сидели на камнях среди густого тумана, в полной безмолвной тишине, и пили чай. Такое чувство, будто ты победил непобедимого и сейчас сидишь в углу ринга, готовясь к ещё одному бою — а именно спуску вниз. Нужно опять погрузиться в белую мглу с видимостью не более пяти метров впереди.

Мы начали спуск. Делаю шаг за шагом по сыпучей тропе. Каждое движение размеренное, уклон очень сильный, ноги катятся вниз. Я каждый раз, спустившись чуть ниже, поворачиваюсь к Насте и смотрю, как она идёт. Мне очень страшно за неё. Расстояние совсем не уменьшается. Кажется, мы идём уже час, а прошли метров двадцать. Спустившись метров на сто, туман стал не таким густым. Впереди появились очертания долины, по пути стали встречаться полянки с низкорослой травой. Я шёл от одного травяного островка к другому.

Ещё немного — и мы оказались внизу перевала, на полянке. На небе появился просвет, но перевал был затянут плотными облаками, и я понял, что мы были не в тумане, а в облаке.

Слева от нас появился небольшой ручеёк. Мы шли вдоль него по прекрасной широкой долине и разговаривали о том, что больше никогда в жизни не пойдём в туман через перевал «Горных духов».

......

Мы приступили к быстрому спуску вниз. Тропа широкая, спуск приятный, в некоторых местах попадаются большие камни, но это не выглядит как препятствие — больше походит на неровность на тропе. Вниз тропа намного длиннее, чем наверх. Она идёт большой петлёй, но при этом уклон маленький.

По пути встретили пару — они поднимались вверх на перевал. Мы обменялись впечатлениями, сделали общие фотографии, пошли дальше.

Погода ухудшается. Кажется, должен начаться дождь, но его нет. Погода даёт нам возможность дойти до привала. Мы спустились до озера и стали искать место под палатку на самом берегу. Подходящего места не было: то кусты, то камни, торчащие из земли, или заболоченность.

Я нашёл место, где можно было поставить палатку между кустов, начал быстро её устанавливать. Настя стала готовить еду, а погода стала пугать грозой, молниями и каплями дождя.

Установив палатку, я расстелил в ней коврики и спальники, перенёс все вещи внутрь.

Настя позвала ужинать. «Мы сидим на берегу горного озера, едим макароны с мясом, пьём чай с травами, собранными в высокогорье, ждём, когда начнётся сильнейший дождь.»

Кто-то скажет, что это ненормально, а для меня это особый вид удовольствия. У меня нет дискомфорта к такой атмосфере. Дождь — в порядке вещей, пойдёт снег — укутаюсь в спальнике, начнётся ветер — спрячусь в палатке или оденусь потеплее.

Здесь, в горах, я остаюсь наедине с собой. Только здесь понимаешь, что есть кто-то, кто тебя охраняет и помогает. Многие называют его богом. Я верю в существование некой силы, которая создала нас и этот мир. И когда я прошу что-то для себя или окружающих, всегда, как по волшебству, мои просьбы исполняются. Значит, этот кто-то слышит и делает всё, что нужно.

(…Так, сейчас немного остановлю дождь, пусть поедят, а потом полью по полной. Примерно так это происходит. Главное — замечать это.)

Мы забрались в палатку в тёплые спальники. Лежим. Дождь пошёл, становится всё сильнее и сильнее, начался ветер. Я установил на палатке все растяжки, поэтому при сильных порывах ветра она только немного колыхалась. Я знал, что она выдержит всё.

Я заснул мгновенно.

......

Наступило утро. Я вылез из палатки и тут же стал мокрым, но дождя не было, был сильный туман и очень влажный воздух, одежда мгновенно напитала сырость. Опять меня преследовал туман в походе. Мы позавтракали, собрали вещи и пошли дальше по тропе. К часам 10 стало разъясниваться, из-за тумана появилось солнышко.

Мы шли по долине, начали появляться деревья, а это значит, что мы подходим к зоне леса. Впереди открылся вид на водопад. Я скинул рюкзак, достал фотоаппарат и начал фотографировать его с разных ракурсов. На небе солнце вперемешку с облаками делало невероятно красивый пейзаж. Я достал дрон и запустил его в небо, сделав несколько фотографий с высоты птичьего полета, подлетел к водопаду метра на три и сделал видео, как из точки водопад превращается сперва в маленькую струйку, а потом заснял весь его облик на фоне гор и облаков. Это получилось ошеломительное видео.

На улице пришла настоящая летняя погода, мы сняли теплые и дождевые вещи и надели шорты и футболки, было немного прохладно, но в пути нормально.

Впереди появилась река и вывеска «брод», висящая посреди русла реки на стволе дерева. Я начал смотреть турики, куда идти, но туриков не было и тропы не видно. Раньше переправа была немного дальше, мы пошли вниз по руслу, пытаясь найти место брода помельче. И такое место нашлось. Я пошел по реке, воды было по колено, течение не очень сильное. Преодолев реку, я снял рюкзак, достал фотокамеру и начал снимать видео, как Настя преодолевает брод. Вообще переход реки оказался простым, так как уровень воды низкий. Дальше мы подошли еще к одному руслу реки, здесь вообще был натянут стальной трос, по которому мы преодолели реку без проблем.

И так нам осталось идти финишные 2 километра, и мы на Шумаке.

Глава 11. Мы на месте

Шумак встретил нас радушно: солнцем на небе и теплом. Мы прошли к нашему месту, но стоянка, где хотели остановиться, была занята тремя палатками. Мы прошли дальше по тропе — и там тоже везде стояли палатки, в зимовье жили люди.

Мы пошли обратно, выбирая место из того, что осталось. Прямо возле тропы была свободная площадка — мы на ней и остановились, стали расставлять палатку.

К нам подошла женщина и сказала:

— Зря вы ставите палатку в этом месте, здесь муравьи.

— Мы с ними разберёмся, — сказал я.

— Ну, как знаете. Мы тоже сначала здесь поставили палатку, но потом перешли вон туда. — И она показала на свою палатку.

— Мы всё равно попробуем, — сказал я, продолжая раскладывать палатку.

Когда женщина ушла, я посмотрел, где проложили свои тропы муравьи. Они проходили мимо палатки — значит, можно ставить её в этом месте.

После установки палатки я начал натягивать тент. Он у нас небольшой — 2,4×2,85 метра, но его достаточно. Вес всего 300 граммов, и места занимает немного. Я натянул его возле костровища, чтобы можно было жечь костёр и сидеть под тентом, если пойдёт дождь.

Установил палку над костровищем, чтобы вешать котелок над огнём и удобно готовить еду. Принёс с русла реки два больших камня — мы использовали их вместо лавочки.

И самое главное: в метрах пятнадцати от нашего лагеря, на берегу реки, стояло два дерева. Я натянул между ними гамак. Получилось превосходно: лежишь в гамаке и смотришь на реку и всю долину Шумака.

В общем, наше уютное место готово для проживания на несколько дней.

Ещё я сходил до турбазы и купил охапку дров.

Глава 12. Есть такое озеро, «Золотое»

Наступил наш первый день на Шумаке и четвертый нашего путешествия. Моросил дождь. Мы сходили попили воды на источниках и приготовили завтрак. Вот сидим под тентом и едим кашу.

— Настя, может, сходим на озеро? Наденем дождевую одежду и пойдём. Чего просто сидеть в палатке-то? — спросил я Настю.

— Но дождь идёт, и видов нет, а там в горах ещё и холодно.

— Мы же готовы к такой погоде на все 100%: и одежда есть непромокаемая, и тёплая тоже есть, хоть в минус можно идти куда угодно, — не унимался я.

— Ну, пойдём, сходим, — согласилась Настя.

Мы начали собирать вещи: взяли тёплые, холодные, дождевые, собрали фото- и видеоаппаратуру, надели рюкзаки и двинулись в путь.

Дорога проходила по бурятской стороне. На ней отдыхали в основном буряты — семьями, они приходили на лошадях.

Мы подошли к одной из зимовий и заглянули внутрь. Никого не было. Аккуратно вещи стояли в углу, на стенах висели куртки, на полках расстелены коврики и на них сверху разложены спальники. Возле стола на стене висели котелки, поварёшки, а рядом на полках стояли мешочки с продуктами. Я бы сказал — идеальный порядок.

Вверху на крыше было окно — как мансардное, но из плёнки, поэтому внутри было светло и уютно.

Но мы всегда останавливаемся в палатке. Если живёшь в зимовье, то приходится подстраиваться под всех. Мы рано просыпаемся, а остальные любят поспать — громко не поговоришь, посудой не постучишь. А в своей палатке мы одни, и нам уютно: во сколько хочешь, во столько и просыпаешься; захотел поспать днём — спишь, тебе никто не мешает. Нас многие спрашивают: почему мы не живём в зимовьях? Мы не отшельники, но в путешествиях хочется не зависеть ни от кого — особенно от мнения посторонних людей. У каждого свой быт, свои тараканы в голове, а у нас — свои доморощенные.

Дальше тропа проходила по лесной чаще. Начался подъём. Тропа маркирована краской. Я поднимался всё выше и выше, и было непонятно, когда подъём закончится.

Впереди открылась смотровая площадка с видом на водопад — это ручей, вытекающая из Золотого озера. Значит, нам идти вдоль его.

Сделав несколько фотографий на фоне водопада, мы отправились дальше, следуя вдоль реки.

Тропа из лесной превратилась в каменисто-заболоченную. Идёшь по курумнику, но как только ноги ступают на траву — там много воды и грязи, видимо, из-за близко протекающей реки. Нам пришлось пересечь ручей два раза.

Мы подошли ещё к одному водопаду. Он вытекал из озера, вода резко падала вниз на камни, но с этого места самого озера не было видно.

Мы поднялись по курумнику ближе к водопаду и сделали фотографии. Дальше я пошёл вверх по тропе к озеру, а Настя отстала, наслаждаясь падающей водой.

Озеро открывается, как только заканчивается подъём. Это не очень большое озеро в горах, на высоте примерно 2100 метров над уровнем моря. В этот раз было пасмурно и холодно, но наблюдалось интересное явление: озеро было отчётливо видно, а над ним — облака и часть открытых гор, а небо совсем не виднелось.

Наслаждаться видом на озеро долго не получилось — даже чай не попить. Температура была около +3 градусов, сильный ветер, руки замерзали. Мы пошли быстрее обратно в зону леса.

Мы дошли до развилки: одна тропа, по которой мы пришли, уходила в лес, а вторая шла вдоль речушки. Мы пошли по ней. Спустились вниз до места, где речушка впадала в реку Шумак. Дошли до палатки. Всё мокрое от постоянного дождя.

Глава 13. Сурхарбан

На следующий день мы не пошли в радиальный выход, потому что буряты устраивали праздник Сурхарбан. Это национальный бурятский праздник, в котором проходят спортивные игры, а всё пропитано их культурой: верой в духов, национальными костюмами, красивыми сказаниями. В общем, мы решили посетить это мероприятие, так как нам очень повезло попасть в это время в это место.

Утро выдалось дождливое. Я проснулся пораньше и разжёг костёр, чтобы стало теплее. Налил в чайник воды и поставил его на огонь. Вода сначала заурчала, а потом быстро закипела. Насыпав в кружки кофе, сахар и сухое молоко, залил смесь водой и размешал.

— Настя, просыпайся, кофе пить! — сказал я, раскачивая палатку из стороны в сторону.

— Нет, я ещё сплю, — сказала Настя.

— Как ты можешь спать, если разговариваешь?

— Ну, я разговариваю во сне.

— Вставай, ты же «жаворонок», — сказал я, раскачивая палатку сильнее, как при шторме.

— Нет, я «сова».

— Вставай, а то кофе остынет.

Спустя минут десять Настя вылезла из палатки — вся заспанная, укутанная в тёплую куртку, в шапке, в шерстяных носках, в тёплых штанах и в тапках. И сразу вопрос:

— А где кофе?

И сама же ответила:

— А вот оно.

Интересно иногда наблюдать, как человек задаёт вопрос и сам на него отвечает.

Мы пришли на поляну и увидели возле ступы множество людей: буряты в национальной одежде вперемешку с туристами. Подойдя к ним, мы присоединились к ритуалу перед Сурхарбаном. Главный произносил молитвы, все их повторяли. Потом нам раздали пряники и конфеты и сказали съесть их в определённый момент. Я ждал, когда же их можно будет съесть, — мне даже как-то стыдно стало: все участвуют в ритуале, а я жду команды на съедание пряника. Вот главный сказал: «Можно есть!» — и все стали поедать сладости. Тогда я понял, что это и есть главное в ритуале.

После ритуала я и Настя пошли к первому состязанию — бросанию бревна: кто дальше кинет. Бревно диаметром около 12 см и длиной около метра, по весу не очень тяжёлое. Его нужно кинуть как можно дальше. Судья объяснил технику броска и сказал, что в состязании может участвовать любой. Я записался в списки и стал участником.

Первым кинул парень — бурят с опытом участия. Его бревно пролетело около четырёх метров. Потом кидали ещё ребята. Наступила моя очередь. Я взял бревно, немного отошёл для разбега, разбежался и кинул. Бревно пролетело довольно далеко — я думал, получится ближе. Последующие попытки результат не улучшили.

Потом вышел парень — высокого роста, жилистый, русский. Видно, что каким-то видом спорта занимается всю жизнь. Замах, бросок — бревно улетело ещё метра на два дальше лучшего результата. Вся толпа: «Вау! Какой бросок!» — аплодисменты. Вторая попытка — и бревно полетело ещё дальше. Он победил в этих соревнованиях.

Начался бег на скорость — сто метров. Я тоже участвовал. Мы бежали по траве: кто-то падал, поднимался, дальше бежал, опять падал… Наконец настал финиш.

Ещё были соревнования: армрестлинг на руках, на ногах, борьба… Всё закончилось пением, но мы это уже не смотрели — начался дождь, и мы пошли в палатку.

Глава 14. Три капитана

Настал день седьмой. Утром, как обычно, прохладно, сыро, моросит дождь. На небе проблескивает синева — это значит, что будет разъясняться и станет тепло. В нашем лагере солнце встаёт рано — его не закрывают горы. Первые лучи уже появились на вершинах.

— Сегодня идём на пик Три капитана, — сказал я Насте, наливая кофе.

— Да, идём, только давай попозже, когда тепло станет.

Решение принято, и мы стали потихоньку готовиться к радиальному выходу.

Взяв с собой тёплые вещи, дождевики, треккинговые палки, перекус, фото- и видеотехнику, мы вышли из лагеря и направились к тропе. Тропа начиналась за зимовьями на правом берегу реки Шумак. Дойдя вдоль реки до развилки, мы повернули направо и пошли по тропе, прямо по руслу сухого ручья. Пройдя зону леса, мы попали в небольшое ущелье. Мне эта тропа не очень нравится, потому что она зажата в ущелье — чувство замкнутого пространства в некоторых местах, а ещё несколько лет назад, проходя здесь, мы были свидетелями камнепада прямо на тропу.

В общем, идём мы по тропе, погода прояснилась, выбираем путь, где проще, переходя ручей то направо, то налево. Кстати, если подняться чуть выше, ручей появляется вновь, и его поток становится сильнее.

Немного не доходя до перевала, есть небольшая цветочная поляна — я её ещё в первый раз заметил. И в этот раз мы остановились на ней передохнуть и сделать несколько потрясающих фотографий. Ещё интересно, что эта поляна находится прямо на склоне, и её не видно, но достаточно сделать десять шагов от тропы в сторону — попадаешь в цветочный рай. А в земле есть углубления, где можно присесть, как в большое кресло, и наблюдать сверху вниз.

Немного передохнув, идём дальше. Заходим на перевал — здесь сильный ветер. Надеваем на себя всё, что есть, даже дождевики. Поток ветра продувает насквозь. Идём дальше к вершине, и вот парадокс гор: буквально через двести метров ветер пропадает совсем, становится теплее.

«Хотел описать одно место при подъёме. Проходя от перевала до гребня, я много где в сети читал, что люди не могут забраться по отвесной стене на гребень. Не нужно забираться по стене — нужно выйти на гребень, взяв правее. Там начинается тропа по гребню. Тропа выраженная, хорошая, хотя немного страшноватая.»

Дойдя до гребня, мы встретили одного интересного человека, путешественника. Я сразу очень захотел снять его на видеокамеру — почему-то он мне показался настоящим путешественником. И я не ошибся: только воодушевлённый человек на камеру может сказать столько красивых слов о путешествиях и о Шумаке, особенно учитывая, что он сначала смущался.

......

Немного хочу рассказать о видео- и фотосъёмке и о себе. Я с детства не любил, когда меня фотографируют, а во взрослой жизни стал панически бояться видеокамер — доходило до того, что я просто от них прятался. Но в определённый момент по работе мне пришлось давать интервью, и тут началась колоссальная проблема. Я даже обратился к психологу, но эффект оказался нулевым. Мне сказали, что это какая-то психологическая травма, и за год мы всё решим. Но у меня было всего пять дней.

Я, конечно, не психолог, но прекрасно знаю по жизни: ко всему новому возникает дискомфорт, и чтобы его побороть, нужна практика. Поэтому я решил, что мне нужно начать ходить на курсы актёрского мастерства. Обратился к одному хорошему человеку с вопросом, не подскажет ли он, кто мог бы научить меня сниматься на камеру. Он дал мне телефон одной прекрасной девушки. Я позвонил ей, и мы договорились о встрече.

Пришёл я по указанному адресу в кафе, встретился с ней, и она повела меня куда-то по тёмному коридору в подвальное помещение. «Ну всё, — думаю, — сейчас или в рабство попаду, или ещё что-то...». Но нет: мы зашли в коридор, она включила свет, и я оказался в небольшом зале с креслами и сценой — мини-театром.

Дальше началось самое интересное: она поставила меня в центр сцены и велела говорить на камеру разные фразы — возможно, из каких-то спектаклей. Сначала было тяжело, потому что я думал только о камере, которая меня снимает. Но в определённый момент она довела меня до такого состояния, что я забыл про камеру и начал говорить, ходить по сцене — в общем, постигать азы актёрства. А после она показала мне запись с камеры, и в этот момент во мне произошёл перелом. Чувство страха ушло, и я почувствовал это всем нутром. Так была выиграна моя внутренняя борьба с самим собой.

......

Пройдя еще небольшое расстояние по гребню, мы дошли до вершины горы «Три капитана». С этой точки открывается прекраснейший вид на долину реки Шумак.

В лагерь пришли вечером около 9 часов.

Глава 15. Озеро Изумрудное

Утро выдалось раннее — поднялись в 5:00, сходили к источникам на водопой, позавтракали и отправились к Изумрудному озеру. Маршрут пролегал мимо зимовий на правом берегу Шумака. Двигались вдоль реки, пересекли первый ручей и, не доходя до реки Перевальной, свернули направо. Отсюда начинался подъём к озеру. Я шагал по тропе — сначала пологий подъём вверх, вокруг кусты голубики. Попадались спелые ягоды — останавливались, лакомились ими. Вскоре вышли к руслу, и дальше путь пролегал вдоль него. Впереди послышался глухой шум водопада.. Мы свернули к нему. Пройдя немного, увидели его полностью: тонкая струя воды низвергалась с пятидесятиметровой высоты и разбивалась о скалу.

Мы приблизились вплотную к водопаду — брызги разлетались во все стороны. Сделали несколько кадров и видео, затем двинулись дальше.

Вернулись на тропу, пошли по берегу вдоль русла, и дорога начала уходить вверх на курумник. Мы преодолевали его, перепрыгивая с камня на камень. Курумник кончился, начались густые заросли. Пробирались сквозь них — каждая ветка норовила зацепиться и оцарапать.

Пройдя так около двух километров, вышли к ручью и увидели небольшой, но живописный водопад, а рядом с ним — каменный трон. Я уселся на него, откинулся на спинку — так удобно, что покидать это место совсем не хотелось, но нужно было продолжать путь.

Зашагали дальше. Лес сменялся поляной, поляна — лесом. Начался подъём по осыпи, неприятные прижимы — и наконец показалось озеро. Мы добрались до него.

Это невероятное озеро — кристально чистое, с бирюзовым отливом. Второго озера видно не было. Я запустил дрон, и с высоты мы разглядели сразу два водоёма. Я осознал всю мощь и красоту этого места.

Подняв глаза на горы, заметили группу туристов, восходящих на перевал «Проясненный». Они двигались по зелёному склону, а снизу казалось, что тропа уходит почти вертикально вверх. Наблюдать за ними было жутковато. Они достигли финишного подъёма по осыпи и почему-то разделились: одна часть пошла правее, другая — левее. Те, кто взял правей, быстро поднялись на перевал, а левым пришлось возвращаться и заходить по той же тропе.

Мы перекусили, сделали снимки и видео и отправились в обратный путь. По дороге повстречали парня и двух девушек — они направлялись к озёрам. У большого водопада я заметил собаку, выглядывавшую из-за деревьев, позвал её, но она скрылась. Дальше по тропе встретили мужчину с двумя собаками — он возвращался на Шумак с перевала Университетский. Пройдя с ним немного, мы отстали. И вот показались первые зимовья. Мы прямиком направились к источникам — нестерпимо хотелось пить. В итоге набралось двадцать километров туда и обратно.

Глава 16. Туристы налетели

Проснулись в 7:00 и сразу пошли на источники. Утро было свежим, воздух прозрачный. Дойдя до магазина, увидели множество людей с сумками и рюкзаками. Они стояли группами, постоянно поглядывая на небо.

— Это люди ждут вертолет для отправки домой, — сказал я Насте.

— Да, видно, что некоторые уже устали, — ответила она. — А нам еще идти обратно пешком.

Я вернулся в палатку за фотоаппаратом, и мы в готовности стали ждать вертолет. Первый скоро появился. Он летел над рекой Шумак, невысоко, над самыми верхушками деревьев. Это был МИ-8, вместимостью 28 человек. Гул стоял такой, что земля дрожала. Когда он начал приземляться, поднялся сильный ветер от винтов. Я пытался снять посадку, но поток воздуха сбил настройку, и я не удержал камеру ровно.

— Дима, придержи фотоаппарат! — крикнула Настя, прижимая рукой волосы.

— Не могу, ветром сносит! — ответил я, но кадр все же удалось спасти.

Вертолет приземлился, из него вышла новая партия туристов, а зашли «старенькие» — те, кто уже отдышался и насытился источниками. Вертолет взмыл в воздух и улетел, оставляя за собой воронку из пыли.

Минут через 10 прилетел еще один. Он привез пятерых человек и продукты для магазина. Мы не стали ждать его взлета, а ушли на источники. Все равно уже на фотографировались.

Сегодня у нас крайний день на Шумаке. Чувствуется легкая грусть. Мы пошли на мраморные водопады — посмотреть, как они там поживают, и сделать несколько новых фотографий на прощание. На водопадах встретили мужчину и женщину из Перми. Они выглядели немного потерянными.

— Вы откуда? — спросил я.

— Из Перми, — ответил мужчина. — Мы всего одни сутки были на Шумаке.

— Как так? — удивилась Настя.

— Не подрасчитали со временем, — вздохнула женщина. — Трое суток на поезде, трое — пешком и сразу обратно.

— Зато впечатлений хватит надолго, — поддержал я их.

Потом мы пошли в дацан. Там было тихо и спокойно. Мы поблагодарили за Шумак, сделали подарки, попросили здоровья и благополучия для себя и близких. Хочется верить, что эти горы нас услышали.

Днем пошли в радоновый источник. В нем оказалось как в бане — жарко и влажно. Я открыл окно, чтобы зашел свежий воздух, но легче не стало. В источнике своя микроатмосфера: растут какие-то растения прямо в воде, плавают пиявки. Сначала Настя испугалась, но потом расслабилась.

— Знаешь, после такого тепла обратно в холодную палатку не хочется, — сказала она, выходя из воды.

— Зато спать будем как сурки, — улыбнулся я.

Приняв ванны, мы пошли в лагерь спать. После радона нужно обязательно отдохнуть, силы покидали тело, уступая место приятной тяжести.

Вечером сходили к соседям, обменялись контактами с отдыхающими. Договорились встретиться в Иркутске, чтобы показать друг другу отснятый материал. Пошли жечь костер, хотели посидеть у огня. Но костра не получилось. Небо вдруг затянуло свинцовыми тучами, налетел ветер, посыпался град, потом начался дождь, и все это сопровождалось молниями.

— Похоже, природа хочет, чтобы мы уходили сухими, — сказал я, глядя на небо.

— Пошли в палатку, — согласилась Настя.

На этом фоне бушующей стихии мы ушли спать. Под шум дождя и удары грома уснуть было легко, ведь завтра нас ждет обратный путь.

Глава 17. Фотосессия на перевале

Проснулись в 5 утра. В палатке было холодно, но подниматься нужно было рано. Сходили к источникам, напились целебной воды на прощание — словно поставили точку в этом путешествии. Вернулись в лагерь, быстро позавтракали и стали собирать вещи домой. На все сборы ушло ровно 45 минут. Мы стояли в сборе, рюкзаки уже были на плечах, тяжелые, набитые под завязку. Попрощались с соседями по стоянке.

— Ну всё, ребята, счастливого пути! — сказал я.

— И вам удачно добраться! — ответили они.

Все мы шли домой. У кого-то впереди был вертолет, а у нас — снова пешком, через перевалы и броды.

Дойдя до брода, пересекли реку. Вода была ледяная. Дальше начинался непростой участок по куруму. В некоторых местах стояла вода, кругом были мокрые кусты, цепляющиеся за одежду ветками. Все это мы преодолели и наконец вышли к водопаду. Здесь немного отдохнули, послушали шум воды, перевели дух. Пошли дальше. Вдали появился перевал, немного пройдя, показалось озеро. Оно сияло в утреннем свете, бирюзовое пятно среди серых камней. Мы очень устали, ноги гудели, но перевал пройти нужно было.

Начали штурм перевала. Было очень тяжело, сил не хватало, я останавливался через каждые 10 метров, ловил ртом воздух. Настя, как всегда, убежала вперед — ее энергия казалась неиссякаемой. И вот я на перевале. Скинул рюкзак, плечи наконец-то расслабились, и что я сразу услышал:

— Дима, сфотографируй меня! Что, не слышишь?

Я не мог отдышаться, сердце колотилось, а тут сразу под фотосессию попал.

— Ну Дима, только чтобы и горы, и озеро, и я в кадр влезли, — инструктировала она, поправляя волосы.

Так и хотелось сказать что-то грубое, но нет — это же моя супруга и спутник моей жизни. Сдержался, улыбнулся. Взял фотоаппарат и сделал фото.

— Не то, — сказала Настя, глядя на экран. — Первые кадры мне не понравились, потому что ты все сделал не так.

Вторые кадры устроили, хотя они были такие же, как и первые. Но спорить не было сил, да и смысла тоже.

— А теперь давай я сфотаю тебя, — сказала Настя.

— Давай, — ответил я, а сам на ногах еле стоял, хотел присеть, закрыть глаза.

Все, фотосессия закончилась. Я наконец сел на камень, выдохнул. А мне:

— Что ты сел? Пойдем дальше вниз.

Пришлось брать рюкзак и идти вниз. Отдых отменялся.

До подножия перевала мы дошли за 17 минут. Пошли дальше, спускались по ручью, перешли две реки. Вода уже была темная, холодная, текла быстро. Дошли до леса и остановились на ночлег. Время было 20:00. День закончился, впереди было еще один день пути до цивилизации, но главное препятствие уже осталось позади. Разбили лагерь в тишине, под шум леса, и наконец-то позволили себе просто быть уставшими.

Глава 18. До встречи, Шумак

Утро последнего дня выдалось тихим. Подъем был ранним, в 5:00, хотя спать хотелось невероятно. За эти дни мы привыкли к ритму гор, но сегодня в воздухе витало особое чувство — чувство завершения. Пока Настя готовила последний завтрак на горелке, я собирал палатку и вещи. Сворачивая спальники, я поймал себя на мысли, что мне немного жаль покидать это место. Здесь, в долине, время текло иначе, но реальность требовала возвращения.

Вышли в 6:00. Рюкзаки казались легче — еды осталось минимум, только самое необходимое. Сегодня мы шли очень быстро, почти бежали. Обратный путь всегда дается быстрее, да и ноги уже знали дорогу. Прошли мимо первой зимухи, потом второй. Узнаваемые места мелькали как кадры в обратном порядке. Впереди показался сухой ручей, который мы переходили в самом начале пути. Перешагнули через него, и вот мы уже на базе.

Цивилизация встретила нас гулом машин и запахами еды. Контраст был ощутимым: еще час назад был только шум ветра и воды, а теперь вокруг люди, разговоры, двигатели. Мы заплатили остаток суммы за парковку. Наш «Джимни» стоял там же, где мы его оставили, немного запыленный, но родной.

Перед дорогой мы зашли в столовую. Ели вкусные горячие буузы, запивая их сладким чаем. Казалось, это самая вкусная еда в мире после недельной сублимированной каши. Настя улыбалась, вытирая руки салфеткой.

— Ну что, довольна? — спросил я.

— Да, — кивнула она. — Ноги гудят, но оно того стоило.

Переоделись в чистую одежду, сложили грязное снаряжение в багажник. Все, конец путешествия. Но не просто конец, а точка в очередном этапе.

Сели в машину и выехали из Ниловой Пустыни. Дорога обратно заняла те же 3,5 часа, но ощущения были другими. Настя, как и в начале пути, уснула почти сразу, стоило машине тронуться. А я вел автомобиль и думал о прошедших одиннадцати днях.

Город встречал нас суетой. Светофоры, пробки, звонки телефонов. Но внутри было спокойствие. Шумак 2025 года стал для нас не просто поездкой на источники. Это было подтверждение того, что мы все еще можем, что горы нас ждут, а природа принимает нас такими, какие мы есть.

Мы уже планировали следующий поход, еще сидя в машине. Может быть, снова классика, может быть, новый перевал. Ведь Шумак — это не точка на карте, куда можно приехать и поставить галочку. Это место силы, куда хочется возвращаться. Как тот легендарный мужчина, бывавший здесь пятьдесят раз. Мы пока не достигли такой цифры, но у нас в запасе есть время.

Я подъехал к дому, выключил двигатель. Тишина.

— Приехали, — сказал я, будя Настю.

Она потянулась, улыбнулась сонной улыбкой.

— Домой?

— Да, домой.

Мы выгрузили рюкзаки, тяжелые, пахнущие дымом и тайгой. Поднялись в квартиру. Включил автоматы, открыл воду, загорелся свет. Городская жизнь начиналась заново. Но я знал, что где-то там, в Восточном Саяне, течет река Шумак, шумят водопады и пар идет от горячих источников. И мы обязательно вернемся.

Мультимедиа

Я геодезист и видеограф по призванию. Текст — это одно, но увидеть горы своими глазами — другое. К книге прилагаются видеоматериалы нашего путешествия. Ссылки на фильмы вы найдёте в профиле автора и в сообществе «Новые горизонты». Там есть и общая хроника 11 дней, и отдельные ролики про озёра, перевалы и праздник Сурхарбан.