Сила Тьмы

В одной из комнат, погружённой в густой сумрак, за массивным столом собралось высшее тёмное правительство. Без имён, без ликов — лишь тени, перетекающие друг в друга. Они оживлённо обсуждали мирские увлечения, ехидно посмеиваясь.

— Скучновато живут, — протянул один. — Нужно это поправить. Добавить драйва. Пару литров самогона и пачку сигарет. А лучше две.

— Да, — подхватил другой. — Ходят хмурые, никакого кайфа по жизни. Для чего? Ведь конец у всех один.

— Правильно. Кого пошлём?

— Политика?

— Ты что?! Он тебе твой самогон знаешь куда засунет.

— Может, танцора?

— Танцоры не пьющие.

— Поэта?

— Нет, поэты были. Их в каком‑то году на костре сожгли.

— Понял. Музыканта?

— А что он будет петь?

— О мирских смешных увлечениях.

— Думаешь, зайдёт?

— Конечно. Вот, как раз одна семья пополнения ждёт. Как раз и батя поющий. Я думаю, наш вариант…

— Посмотрим…

Далеко за городом, в селе Тополь, рождается мальчик по имени Саша. Ничем не отличающийся от других детей — разве что любознательностью. Ему нравилось мастерить что‑то своими руками, играть в танки, коллекционировать фигурки. А ещё — каждую пятницу вечером ходить с отцом в сельский клуб.

Там местные устраивали музыкальные вечера: песни, танцы, смех. Отец Саши был чуть ли не главным заводилой: писал песни, брал гитару и исполнял их посреди зала. Всем нравилось — и Саше тоже. Он мечтал быть как папа.

— Научи меня, — просил он.

Но у него на сына не было времени. Саша решил справиться сам.

Однажды в школе ему понравилась девочка. Не зная, как признаться в чувствах, Саша взял у отца гитару, набросал текст и пошёл на закате играть ей под окном. Пара аккордов, пара четверостиший — и вот окно распахивается.

— Ты что, больной? Места другого не нашёл? Иди в другое место брынчи!

Саша расстроился и больше пяти лет не брал в руки гитару.

Потом местные парни решили создать музыкальную группу. Саша загорелся:

— Возьмите меня!

Но ему отказали:

— Смазливый. Папенькин сынок. И играть не умеешь.

Саша разозлился:

— Да пошли вы! Не нужна мне ваша группа. У меня будет своя — и покруче!

Мальчишки лишь посмеялись.

А Саша всерьёз взялся за дело. Купил книгу с аккордами, изучал их с утра до поздней ночи, раздирая пальцы до крови. Теорию освоил. Осталось написать песню.

Подошёл к отцу:

— Помоги.

— Сам пиши, — отрезал тот.

В дурном настроении Саша отправился в магазин — развеяться. Возле магазина стояла газель, гружённая коробками, диваном, шкафом и торшером. Переезжал городской парень со своей семьёй. Его друзья стояли за магазином, затягивались сигаретами. С виду — панк‑рокеры.

— Эй, ты знаешь, где улица Цветочная, дом 13? — окликнули они Сашу.

— Да. На соседней улице, возле клуба.

— У вас клуб есть?!

— Конечно. Там очень весело по пятницам. Сегодня как раз пятница. Все собираются к 18:00. Приходите.

— Ну, окей. Придём.

Вечером у клуба толпился народ. Через толпу едва пробрались те самые парни — посмотреть, что за веселье в сельских клубах. Постояли, развернулись к выходу.

Саша догнал их:

— Вы что, уже уходите? Это же только начало.

— Ты извини, но нам такая музыка не заходит. Это больше для местных.

— А какая заходит?

— Ты приезжай лучше к нам в город, в ДК «Народный». Там и увидишь всё.

Парни вышли во двор, сели в машину, закурили. Один приоткрыл окно:

— Ты приходи. Тебе понравится.

И уехали.

Саша подумал над их предложением. Нашёл в шкафу все свои модные шмотки, взял у отца деньги на проезд. Он не знал, что его ждёт и к чему готовиться. Взял у отца гитару, отрепетировал перед зеркалом одну из его песен. Для него это был абсолютный хит. Собрался с мыслями, лёг спать. И следующим долгожданным утром уже стоял на остановке, ждал автобус.

Город встретил его нерадостно. Только вышел с автобуса — видит тётку, орущую на весь вокзал. По форме — кондуктор. Хватала подвыпивших мужчин за шиворот, гнала их шваброй. Саше, просто проходившему мимо, тоже досталось.

Он сел в маршрутку, отправился к ДК «Народный». Выписал расписание концертов, купил билет. Пошёл в парк неподалёку — отрепетировать. Но это была плохая идея: двое парней решили, что он хочет подзаработать, и чуть ли не силой вытолкали его.

Саша зашёл в кафе, переждал несколько часов, отправился к ДК. До концерта — два часа. Сел на лавку у чёрного входа. За час до начала там собирались местные артисты.

Один из них окликнул Сашу:

— Ты новенький? Тоже выступаешь?

— Нет, концерт жду.

— А что с гитарой пришёл?

— Вдруг пригодится.

— Ты забавный. Заходи к нам в гримёрку.

В гримёрке на столе громоздились закуски и крепкий алкоголь.

— Зачем это? — спросил Саша.

— Для поднятия духа. Будешь?

— Я не пью.

— А надо. Ты на концерт пришёл или куда? Мы тебя в гримёрку пригласили, а ты с местными музыкантами выпить не хочешь.

— Мне чуть‑чуть тогда.

— Другое дело.

Музыкант налил полный стакан самогона.

— Я же просил чуть‑чуть!

— Это и есть чуть‑чуть. Давай залпом.

— Нет, уж, извините.

Саша направился к выходу. Музыкант выкрикнул:

— С гитарой он пришёл. Музыкант! А выпить стакан самогона не может. Значит, не музыкант вовсе. Иди где‑нибудь в деревне брынчи, здесь тебе не место.

Саша вернулся, взял стакан, через силу выпил залпом.

Шум в ушах. Потеря сознания.

Музыканты перетащили его на диван, переговариваясь:

— Ты опять за своё? Это у тебя ритуал такой — притаскивать кого попало и спаивать?

— Ну а что. Пусть хоть раз самогон попробует.

— Не в таком же количестве!

— Всё нормально. Пошли на сцену.

Пока музыканты выступали, Саше снился странный сон.

Он сидел за большим столом в чёрной комнате. Рядом — безликие сгустки, то ли люди, то ли чудовища. Они обсуждали его:

— О, это же этот. Музыкант. А где же твои песни?

— Не написал ещё?

— Как же так. А мы на тебя большие ставки ставили.

— Печально, конечно. Ну да ладно. Бери ручку, записывай. Я тут набросал кое‑что.

Один из безликих протянул листок и ручку. Саша не мог сказать ни слова — только водил ручкой по бумаге.

— Итак, песня называется «Автозак». Смешная до усрачки. Я недавно побывал в очень странном месте, вёз меня туда вонючий автозак. Записал?

Саша кивнул.

— Дальше. Песня «Весна». Весну я ждал, когда листы позеленеют. А когда дождался, чёрт меня побрал. Записал?

Саша кивнул.

— Давай только в стиле рока, чтобы до костей пробрало.

Саша кивнул.

— Ну раз записал, вали отсюда. Ждём хита.

Концерт закончился. Саша резко проснулся. Перед ним лежали два листа с текстами. Он взял их, гитару и, пробормотав «спасибо», выбежал из ДК «Народный».

На последний автобус до села он не успел. Позвонил отцу, сказал, что задержится. На вокзале пусто и темно. Саша взял гитару, подбирал аккорды к текстам, улавливал мелодию.

Вдруг — шорох из‑за угла. Саша подумал, что его опять хотят выгнать. Поднял голову — идёт бездомный. Сел на тротуар:

— Ну что ты не играешь? И вообще, ты сфальшивил. Другую ноту нужно было брать.

Саша посмотрел на него как на дурака, но послушал совета — и сработало.

— Ну вот видишь, уже конфетка получилась. Во второй песне другой аккорд возьми.

Так они написали музыку к двум песням. Выпили кофе.

Как оказалось, раньше он руководил ансамблем, но всё изменилось, когда жене понадобилось срочное лечение. Работа на заводе не спасла — предприятие закрылось. После смерти жены и пожара он остался без крыши над головой. Саша дал ему денег и отправился к автобусу.

Только он сел в автобус, из окна он увидел мужчину, который расклеивал объявления. Там было написано: «Ищем новые таланты. Мероприятие проходит 30 апреля в 18:00 в ДК „Народный“. Запись по телефону: 8 930…». Он достал блокнот с ручкой, написал половину номера. Дверь закрылась, автобус тронулся с места — Саша не успел дописать последние цифры номера. Он побежал в конец автобуса, чтобы рассмотреть поближе, но увы.

— На, я записал, — протянул ему блокнот парень из автобуса.

— Спасибо. Меня Саша зовут.

— Антон. Я вижу, ты с гитарой. Музыкант? В какой группе играешь?

— Да я только группу собираю. Песни есть, а группы нет. Ты откуда сам?

— С села Бренного.

— О, совсем рядом. Я с Тополя.

— Круто. И как ты собрался на мероприятие без группы? Один на гитаре будешь играть?

— Думаю, да. Если группу не соберу.

— Ну удачи.

Саша вернулся на своё место, погрузившись в мысли. Сможет ли он за месяц найти людей? Да ещё с инструментами… «Что будет, то будет», — решил он наконец.

По приезду домой Саша получил от отца нагоняй за опоздание, но молча выслушал и пошёл составлять объявление: «Ищу музыкантов в группу со своими инструментами. Обращаться по адресу: улица Вишнёвая, дом 35».

Первый день — никого. Второй — тоже. На третий Саша уже отчаялся и собрался срывать объявления. В этот момент мимо проходил дядя Толя.

— Привет. Это что такое? — спросил он, указывая на объявление.

— Объявление о наборе группы.

— Уже набрал, что срываешь?

— Нет.

— В твою группу нужно? Какое название? Что за песни?

— В мою. Ещё не придумал. Что‑то в стиле рок.

— Понятно. Песни уже есть?

— Конечно.

— Ну, давай так. Я привожу тебе людей вечером в клуб, а с тебя — текст песен.

— Хорошо.

Саша не мог дождаться вечера. Наконец‑то у него будет своя группа! Но когда он пришёл в клуб, его ждало разочарование.

Дядя Толя стоял с баяном, рядом — какой-то Владимир с балалайкой, отец с гитарой и баба Нина на пианино.

— Саш, ну как тебе составчик? — с гордостью спросил дядя Толя.

— Классный… Но это не то, что нужно было.

— Как это не то?! Отличная группа будет. «Сельский кайф» назовём!

— Дядь Толь, ну это не то!

— Заладил: «не то, не то». Давай свои песни исполняй. Может, это самое то.

Саша взял гитару, положил перед собой текст «Автозака»:

— Я недавно побывал в очень странном месте, вёз меня туда вонючий автозак…

— Так, стоп. Другой песни у тебя нет?

— Есть.

Он взял текст «Весны»:

— Весну я ждал, когда листы позеленеют. А когда дождался, чёрт меня побрал…

Отец был в шоке:

— Ты что, меня позоришь? Что это за песни?

— Хорошие песни. Сейчас многие такое слушают.

— Не знаю, как многие. Но здесь ты их точно петь не будешь.

Дядя Толя понял, что ничего не выйдет, и вывел людей из клуба. Отец молча вышел. Саша остался один, репетируя свои песни.

— Да, с группой не получилось. Но песни‑то классные. Это в деревне они не заходят, а в городе, думаю, зайдут ещё как.

Саша достал блокнот, набрал номер для записи на концерт.

— Алло. Здравствуйте.

— Здравствуйте. Запишите меня на мероприятие «Ищем новые таланты».

— Имя? Группа?

— Александр Чубов.

— А группа?

— Группы нет, я один.

— Понимаете, все группами будут. А вы один. Не думаю, что выбор будет сделан в вашу пользу. И вы останетесь в тени.

— Ничего, переживу. Записывайте.

— Хорошо. Ваш номер 32. Будете выступать последним. Мероприятие состоится 30 апреля в 18:00. Приходить за час до назначенного времени.

— Хорошо, спасибо.

За этот месяц Саша слышал множество упрёков, недовольств и насмешек. Но желание выступить было сильнее. Он репетировал без остановки, зачёркивая числа в календаре. Когда дата приблизилась, его охватило нешуточное волнение. Но он собрался.

День концерта. Саша взял у отца деньги на проезд и направился к остановке. В автобусе он встретил Антона с группой «Дракула».

— Какая встреча. Что, всё‑таки один? — спросил Антон.

— Да…

— Ну не отчаивайся. Это же у тебя первый опыт?

— Первое выступление в моей жизни.

— Всё будет окей. Дай жару.

— Как ваша группа называется?

— «Дракула».

— Круто.

— Давай выпьем для храбрости? Я знаю в городе один хороший бар.

— Ну, можно.

В баре музыканты «Дракулы» заказали пиво, а Саша лишь только подышал над кружкой.

— Чего не пьёшь? — удивился Антон.

— Да что‑то настроения нету.

— Ты ещё не выступил, а уже настроения нету. Пиво отменное, а ты не хочешь.

Группа «Дракула» была уже немного под шафэ, но на репетиции — абсолютно трезвая. Время поджимало, и Саша не успел отрепетировать на сцене. Другие группы смотрели на него вопросительно.

Зал был полон. Большинство — рокеры в косухах. Каждая группа играла лучше предыдущей: крутые наряды, модные причёски, дорогущие инструменты. А Саша — в простой рубашке и брюках, с папиной пошарпанной гитарой.

«Может, я действительно останусь в тени», — подумал он.

Ведущий объявил:

— И так, поаплодируем последнему участнику — Александру Чубову!

Зрители смотрели на пустую сцену. Саша вынес стульчик, поставил микрофон. Кто‑то в зале выкрикнул: «Давай, жги!» Кто‑то засмеялся.

Саша перебрал аккорды и запел «Автозак». Зал затих, вслушиваясь. К середине песни публика уже «пошла в разнос»: припев подхватывали все, а в конце кричали: «Давай ещё одну!»

Саша взглянул на ведущего — тот кивнул.

Он заиграл «Весну». Что творилось в зале — словами не передать. Стало ясно: здесь родилась новая звезда.

Наград Саша не получил, но завоевал народную любовь. Зрители не хотели его отпускать. Он обещал: «Как появятся новые песни — вы их услышите».

Организаторы уже подсчитывали, сколько смогут на нём заработать.

После концерта большинство музыкантов остались отмечать. Саша спешил на автобус, но не дошёл. За углом клуба его подловили разъярённые музыканты и сильно избили.

Он очнулся в карете скорой помощи с черепно‑мозговой травмой. А затем, три часа он не приходил в сознание — и за эти три часа написал целый альбом.

Снова та комната, те же безликие существа.

— Молодец, Александр. Мне прям зашло. Не хватает только хорошей музыки и драйва. Чтобы люди при виде тебя пищали от счастья и кайфовали от твоего творчества. У меня тут альбомчик назрел. Я положил его тебе в сумку. Ты только послушай…

Песня «Дембель»: «Дембельнулся я позавчера, с друганами разнесли мы хату…»

Песня «Мозгошторм»: «Мозгошторм в мою башку постучал нежданно…»

— Что ни песня — то хит. Согласись?

Саша кивнул.

Всю ночь он слушал разговоры безликих и их песни. Они впечатляли, но казались чужими. Ни характер, ни образ жизни Саши не сочетались с их содержанием.

Врач позвонил отцу. Тот приехал вечером вместе с участковым.

— Вот до чего довели твои песенки. На сцену ему захотелось. Для кого пел — от того и получил. Нет бы сидел в своей деревне и писал нормальные песни. Что за автозак? Ты что, в тюрьме сидел? — гневался отец.

— Это просто стечение обстоятельств, обычные хулиганы.

— Обычные хулиганы… Они могли тебя убить. В этом году будешь в институт поступать. Чтобы голову всякой хренью не забивать, а учиться. Один знакомый посоветовал правовой институт в Москве. Так что, всё. Конец твоим песням.

Саша подумал: «Может, он и прав». Но энергия и чувства, пережитые на концерте, забыть было невозможно.

Выйдя из больницы, Саша с отцом и его другом поехали в село. Всю дорогу они обсуждали, как из «хорошего мальчика» получилось «это».

— Почему? Зачем он стал их исполнять? — сокрушался отец. — Я пожалел, что отказал написать ему песню.

— Сын, давай я тебе песню напишу. Хорошую. Такую, чтобы все гордились тобой.

— Ты извини, но когда я хотел, ты отказал. Теперь у меня свой путь. Меня полюбили с этими песнями — и других мне не надо, — твёрдо ответил Саша.

Напряжение висело в воздухе, словно грозовая туча.

Следующие дни Саша почти не вставал с кровати — голова раскалывалась. Отец заходил, качал головой:

— Это всё твои песенки. Вот до чего довели…

Саша не хотел ссориться, но порой ловил себя на мысли: «А не уйти ли куда‑нибудь?» Но куда?

Решив проветриться, он отправился в магазин.

У магазина снова те парни — помощники переезжавших горожан.

— Ну, здравствуй. Ты что такой побитый? — спросил один из них.

— Да вот… в город ездил. В ДК «Народный».

— А что ты такого сделал?

— Песни пел.

— Что, такие плохие, что побили?

— Нет, такие хорошие, что не выдержали конкуренции.

— Ну‑ка, спой.

— Я пока не в форме.

— Да брось. Хоть кусок напой.

Саша спел отрывок из новой песни — той, что написал в больнице.

Парни переглянулись.

— Круто. Я бы хотел быть в твоей группе. Таких песен я ещё не слышал.

— Серьёзно? Я как раз веду набор.

— Вот и отлично. Когда репетиция?

— Пару недель мне надо отлежаться, и тогда уже можно начать.

Они обменялись телефонами, договорились о встрече. Саша почувствовал прилив сил.

Но как сказать отцу о репетициях? Тот принёс стопку книг:

— Если не поступишь в институт, будешь трактористом в поле или навоз убирать на ферме. 25 июня — вступительные экзамены. Будь готов.

Саша кивнул, но мысли были только о группе.

Назначил дату первой репетиции в местном клубе в час ночи. Чтобы никто не знал, что он снова репетирует. С утра он — примерный парень, который проводит целые сутки за учебниками. А ночью он — озорной хулиган.

Так началась история группы «Сила Тьмы».

В этом коллективе Саша обрёл тех, кто не осуждал его творчество, а кайфовал вместе с ним. Они стали надёжными союзниками, никогда не бросали в беде.

Саша сменил стиль: чёрная одежда, небрежная причёска. Начал курить, иногда выпивал — но только вне дома. Перед отцом он оставался тем, к кому тот привык.

Через месяц клавишник группы принёс афишу:

«Группа „The Hilz“ ищет коллектив для разогрева!

Выступление в ДК «Народный» — 25 июня.»

Саша замер. 25 июня он должен быть в Москве — обещал отцу. Но выступить с «The Hilz»… Это шанс всей жизни.

— Давай так: у нас есть неделя. Не пройдём конкурс — поедешь в свою Москву. Для чего тогда это всё? Зачем репетиции? — сказал барабанщик.

— А если нас выберут? Тогда что?

— Может, и пытаться не стоит? Распускаем группу?

— Стой. Хорошо, давай попробуем. Записывай на прослушивание. На завтра, — решил Саша.

На следующий день он предупредил отца:

— Мне нужно в город.

Тайком протащил гитару в комнату, собрался, пошёл на автобус. Там, как всегда, встретил группу «Дракула».

— Рад встречи. Опять один придёшь покорять местный ДК? — улыбнулся Антон.

— На этот раз с группой. Они городские, ждут на вокзале.

— Ого, уровень. Какое у вас название?

— «Сила Тьмы».

— Мощно. Новые песни будут?

— Конечно. Целый альбом.

— За месяц ты написал целый альбом?

— За день.

Коллектив «Силы Тьмы» и «Дракула» вместе отправились к ДК. У входа — огромная очередь из групп. Каждые пять минут подходили новые музыканты.

После двух часов ожидания они наконец попали на прослушивание.

В зале сидели четверо: строгие лица, ни тени эмоций. Перед ними — стол с бумагами, диктофоном и стаканами воды.

— Ваша группа? — спросил один, глядя в список.

— «Сила Тьмы», — ответил Саша.

— Время — пять минут. Начинайте.

Саша взглянул на своих. Все кивнули. Он взял гитару, ударил по струнам — и мир сузился до звука, света и слов.

Я видел сны, где тени говорят,

Где музыка — как нож, а правда — яд.

Мы — искры в ночи, мы — голос тьмы,

И если ты с нами — не бойся мечты.

Зал молчал. Потом — первый хлопок. Второй. Третий. Четверо за столом переглянулись, что‑то отметили в блокнотах.

— Достаточно, — сказал один. — Ждите результата. Объявление — завтра в полдень.

Всю ночь Саша не спал. В голове крутились фразы: «Мы — голос тьмы», «не бойся мечты». Он смотрел в окно на звёзды и думал: «Что, если это конец? Или начало?»

Утром телефон завибрировал. СМС от клавишника:

«Нас практически взяли! Завтра второй отбор».

Он, не раздумывая, поехал в город. Вечером был уже на вокзале. Его к себе пригласил клавишник — на ночёвку. Они с ним стали хорошими друзьями.

Следующим утром у ДК уже собрались три группы. Одна из них — мы.

В зале — те же четыре человека с умными лицами и председатель группы The Hilz. Они объявили: чей репертуар им больше понравится, те будут выступать на разогреве у группы и поедут с ними в тур по городам и странам.

Сначала выступила одна группа, затем вторая. Потом мы поднялись на сцену. С первых аккордов — прямо в сердце. Представитель The Hilz сказал, что очень рад, что нашёл «клад» в этом городе. Предложил нас продюсировать.

Мы были без ума от счастья. Тут же появилась куча фотографов и журналистов. В журналах — миллион заголовков: «Группа „Сила Тьмы“ выступит на разогреве у The Hilz!», «Группу The Hilz покорили парни из небольшого городка!», «У группы „Сила Тьмы“ появился продюсер!».

Все поехали по домам с этой новостью. Саша сел рядом с отцом и всё рассказал. Сказал, что учёба пока отложится.

Это сильно задело отца.

— Какие выступления?! Ты нормальный? Ты поедешь учиться! Это не обсуждается!

Саша не стал это терпеть. Позвонил клавишнику. Тот приехал за ним на машине — и Саша ушёл из дома.

Все оставшиеся дни до концерта в ДК «Народный» он жил у клавишника. После выступления группа отправилась в тур — сначала по городам, потом по странам.

Саше отец ни разу не позвонил. Он и сам не хотел слышать упрёков и осуждений.

Фанбаза группы росла. Песни «Силы Тьмы» знали все. Продавали миллионы CD‑дисков. Образ жизни стал более развязным. Появились деньги — сняли квартиру в центре Москвы.

Когда продюсер потребовал новых песен, участники начали употреблять запрещённые вещества. Саша без них не мог писать: он ведь никогда не писал их сам. Однажды он попробовал — и снова попал к тёмным сущностям. Потом ещё и ещё. Получал от них новые песни — потому что другие методы не действовали, даже алкоголь не помогал.

Со временем всё исчезло. Осталась лишь зависимость.

Группа просуществовала шесть лет — и оказалась на грани распада. Новые песни не писались, на сцену выходилось всё труднее. Последней каплей стал разрыв контракта с продюсером: он нашёл «более интересных персонажей».

Участники вернулись к прежней жизни, не заработав на будущее — все деньги ушли на ненужные вещи.

Саша вернулся в свой маленький городок — полностью изменившийся. Он даже не понял, как пролетело время и сколько всего произошло. Возвращаться сюда он не хотел.

Он решил начать с чистого листа, забыть все, как страшный сон. Он вернулся в ДК «Народный». Его взяли на должность звукорежиссёра. К его прошлому отнеслись с уважением. Зарплата была хорошая — он начал копить на собственное жильё. Всё шло, вроде бы, отлично. Наверное, именно так он и хотел жить.

Но затем ему начали сниться странные сны.

В одном он стоял посреди сцены с гитарой в руках — зал ревел, аплодировал, ловил каждое его движение. Но когда он подносил микрофон к губам, то вдруг замечал: вместо него на сцене — безликий силуэт. Саша словно растворялся в полумраке кулис, бессильный и невидимый.

Потом — резкая смена обстановки. Он оказывался в тесной комнате напротив того самого безликого. Стены давили, воздух был густым, как смола. Безликий смотрел на него немигающим взглядом и тихо, но твёрдо говорил:

— Ты должен продолжить дело. На тебя много чего положено на кон.

Саша пытался возразить, но слова застревали в горле. Вместо голоса — лишь хрип, будто кто‑то сжимал ему трахею.

Эти сны не отпускали и днём. Вдруг, посреди рабочего дня, он чувствовал: тело становится чужим — руки не слушаются. Перед глазами плывёт, контуры предметов размываются, будто он смотрит сквозь мутное стекло. В голове нарастает шум — не музыка, не речь, а глухой, монотонный гул, который постепенно складывался в один приказ: «Пиши…».

Он хватался за блокнот, начинал выводить строки — но потом с ужасом понимал, что не хочет этого. И бился в истерике. Он говорил: «Я ни разу этого не делал. Что я могу написать?»

А безликий всегда был рядом. Иногда — в отражении зеркала. Иногда — за спиной, когда Саша настраивал звук в зале. Иногда — в тенях, что дрожали на стенах при выключенном свете. Он хотел, чтобы Саша был самостоятельным в творчестве, прекратил ему писать песни и требовал от него хитов.

И каждый раз тот же шёпот:

— На тебя много чего положено на кон. Ты не можешь остановиться.

В одну из ночей он проснулся от собственного крика. На полу — разбитый стакан, на столе — раскрытый блокнот с одной фразой, написанной чужим почерком: «Мы ждём».

Сердце колотилось о рёбра, будто пыталось вырваться. Он провёл рукой по лицу — ладонь оказалась мокрой от пота. В ушах стоял тот самый гул, что преследовал его и во сне, и наяву.

— Хватит… — прошептал он, сжимая край стола. — Просто дайте мне отдохнуть.

Но тишина не приходила. Вместо неё — шёпот, нарастающий, заполняющий череп изнутри: «Пиши… Пиши…»

Он метнулся к шкафу, дрожащими руками достал то, что давно оставил на чёрный день. Чтобы забыться и не слышать этого больше. Но не рассчитал с дозой.

На столе — недопитый кофе, открытая гитара, блокнот с исписанными страницами. Рядом — пустой пакет, последний след его отчаянной попытки заглушить голоса.

Он лежал на полу у кровати, глаза полуоткрыты, будто всё ещё смотрели куда‑то за грань этого мира. На губах — застывшая гримаса, смесь облегчения и ужаса.

В тот момент, сердце Саши остановилось.

Оказавшись за круглым столом с тёмными силами, они кладут перед ним зеркало.

— Посмотри в него. Видишь? Ты теперь один из нас.

Он посмотрел в зеркало и увидел такую же сущность, как и те, кто вокруг него.

— Всё кончилось. Это мы создали эту группу. Это мы писали тебе тексты. Их услышали миллионы людей и будут слушать десятилетиями.

— И зачем это всё было?

— Чтобы жизнь скучной не казалась. А теперь возьми гитару и спой нам. Мы подыграем.

Тёмные сущности встали сзади Саши с инструментами. А Саша, опустив голову и смотря в зеркало, с грустным лицом начал петь.

Теперь группа соответствует своему названию и их создателям.

Тёмный берёт Сашу за руку и говорит:

— Пойдём, будем песни писать. Нам нужен новый альбом и новая группа. А вы, тёмные, ищите другого человека. Разбавим эту серость.