Он жил среди них дольше, чем они помнили самих себя.
Когда первые племена ещё рисовали охру на камнях и боялись грозы, он уже стоял рядом — в тени, в ветре, в отблеске костра. Когда они научились складывать слова в легенды, он стал богом. Когда научились сомневаться — демоном. Когда научились убивать во имя идей — он стал мифом.
А потом — просто наблюдателем.
Триста тысяч лет — смешная цифра для Вселенной. Но для человечества это была целая вечность. Он видел, как они поднимались. Видел, как падали. Видел, как снова вставали, неся в руках огонь… и кровь.
Он не вмешивался.
Так было условлено.
Земля была экспериментом. Медленным. Почти ленивым. Посланник должен был лишь смотреть, фиксировать, оценивать. Не судить. Не направлять. Не спасать.
Он честно выполнял свою роль.
До недавнего времени.
Он стоял над городом, который когда-то называли великим. Теперь это был просто ещё один муравейник из бетона и стекла, в котором миллионы существ жили, не зная друг друга, но ненавидя одинаково.
Ночь не приносила покоя. Она давно перестала быть тьмой. Неон, экраны, реклама, бесконечный шум — человечество боялось тишины сильнее смерти.
Посланник смотрел сквозь здания, сквозь стены, сквозь плоть.
Он видел всё.
Он видел мужчину, который бил ребёнка, потому что мир оказался сильнее его.
Он видел женщину, которая продавала чужую жизнь ради лайков.
Он видел солдата, стреляющего в тех, кто даже не знал, за что умирает.
Он видел учёного, который понимал, что делает, — и делал всё равно.
Он видел миллионы мелких выборов. Каждый день. Каждый час. Каждую секунду.
И всё чаще задавал себе вопрос, который не должен был задавать.
Когда именно вы свернули не туда?
— Вы были интересными… — произнёс он вслух.
Его голос не разнёсся эхом. Он не нарушил тишину. Мир просто принял его слова, как принимает законы физики.
— Вы были слабыми. Глупыми. Жестокими. Но… живыми. Он помнил времена, когда человек убивал из страха — и плакал. Когда крал — и ненавидел себя. Когда ошибался — и пытался исправить.
Теперь же… теперь они гордились этим.
— Вы превратили разум в оружие. Сострадание — в слабость. Истину — в товар.
Он поднял руку, и перед ним развернулась панель Системы. Она не была голограммой и не была магией. Она была решением. Холодным, абсолютным.
АНАЛИЗ ЦИВИЛИЗАЦИИ: ЗАВЕРШЁН
УРОВЕНЬ ОТКЛОНЕНИЯ: КРИТИЧЕСКИЙ
РЕКОМЕНДАЦИЯ: АКТИВАЦИЯ ПРОТОКОЛА ОТБОРА
Он смотрел на цифры, которые знал наизусть.
— Я дал вам время, — тихо сказал он. — Больше, чем вы заслуживали.
Перед его взглядом вспыхивали сцены прошлого.
Горящие библиотеки.
Лагеря смерти.
Ядерные грибы.
Эксперименты над собственным видом.
И — самое страшное — равнодушие.
— Вы перестали видеть друг друга как людей.
Он опустил руку.
— А значит… вы перестали быть ими.
Система не требовала эмоций. Только подтверждения.
АКТИВИРОВАТЬ ПРОТОКОЛ “ОТБОР ЧЕЛОВЕЧЕСТВА”?
ПАРАМЕТРЫ:
— 30% — СООТВЕТСТВИЕ КРИТЕРИЯМ
— 70% — РЕСТРУКТУРИЗАЦИЯ
— Реструктуризация… — повторил он с горькой усмешкой. — Какое мягкое слово для того, чем вы станете.
Он видел их будущие формы ещё до активации.
Те, кто жил ненавистью, станут хищниками.
Те, кто жил страхом, — тварями, скрывающимися в тенях.
Те, кто наслаждался болью, — воплощением кошмаров.
Монстры.
Не наказание.
Отражение.
— Вы всегда говорили, что монстры живут среди вас, — произнёс он. — Вы были правы. Просто не понимали, насколько буквально.
Он замолчал.
На долю секунды — редкость для существа его уровня — он колебался.
Он видел тех, кто войдёт в тридцать процентов.
Обычную девушку, которая каждый день делилась последним.
Парня, который мог убить, но выбирал защитить.
Старика, который не сломался, хотя мир делал всё, чтобы сломать его.
— Вы не святые, — сказал он. — Вы тоже ошибались. Но вы… боролись.
Система уже готова была начать.
— Я не спасаю вас, — добавил он. — Я даю вам шанс доказать, что я ошибся.
Он выпрямился.
— Если вы достойны — вы выживете. Если нет… Вселенная очистится.
В тот же миг мир содрогнулся.
Не взрывом. Не светом. Не громом.
Пониманием.
Каждый человек на планете услышал голос. Не ушами. Внутри себя.
СИСТЕМА АКТИВИРОВАНА.
ПРОЦЕСС ОТБОРА НАЧАТ.
Кто-то закричал.
Кто-то рассмеялся.
Кто-то упал на колени.
А кто-то — начал меняться.
Кости ломались и собирались заново. Плоть текла, как воск. Разум трескался, выпуская наружу то, что он так долго прятал. Города наполнились воплями. И рёвом.
Посланник смотрел сверху.
Без злости.
Без радости.
Без сожаления.
— Я буду наблюдать, — сказал он. — Каждый ваш выбор. Каждую победу. Каждую смерть.
Система зафиксировала его слова как закон.
СТАТУС НАБЛЮДАТЕЛЯ: АКТИВЕН.
— Покажите мне, — прошептал он. — Стоили ли вы эти триста тысяч лет.
И мир начал новую эру.
Эру, в которой человек должен был доказать, что он всё ещё человек.