— Пошёл вон, мужик! — проревел мне в лицо обрюзгший тип и попытался схватить меня за лямку автомата, за что тут же получил по челюсти.
Поймав хорошо поставленный короткий удар правой, мужик киношно закинул руки над головой и завалился спиной на полупустую лавку. Его футболка задралась, показывая всем посетителям годы залитого в себя пива и тонны жареной еды. Позади меня послышались испуганные возгласы. Кто-то в очереди сказал что-то про полицию, а самый смелый так и вовсе положил мне сзади руку на плечо, но я тут же её скинул, обернулся и посмотрел на него так, как обычный человек не будет смотреть. «Смелого» проняло, и он не стал больше лезть, отошёл и поднял руки в примирительном жесте.
— Лёха, ну что там у тебя?! — послышалось в рации, закреплённой у меня на груди. — Долго ещё?
Я нажал на кнопку сбоку устройства одной рукой, придерживая другой тяжёлый ящик, закинутый на тележку.
— Норма, — ответил, продолжая сверлить взглядом «смелого». — Псих какой-то полез драться, дал в табло.
— Он живой?
— Насрать, — сказал я, мельком глянув на валяющееся тело, после чего жестом поторопил молодого кассира, который с испуганным видом сканировал штрих-коды на товаре.
— Принято, торопись давай, — вновь ожила рация. — У Макса не лады с пэпсами, а мы полные, нужно разрулить, там жестяк. Отбой.
— Отбой, — потушив рацию, обратился к продавцу: — А ну давай сюда эту штуку, задолбал.
Вырвав у бедолаги сканер, начал с утроенной скоростью водить им по наклейкам. Думал о том, на кой чёрт мы всё ещё стараемся быть цивильными. Да и бред полный получается: охрану ТЦ, значит, загнали в подсобку и закрыли там. Погавкались с приехавшими ментами, те увидели, сколько нас и что в руках, сели в машину и уехали. И после всего этого расплачиваемся деньгами, а не тупо грузим и вывозим.
Досканировав последнюю телегу, пихнул её к остальным и рявкнул на продавца:
— Сколько с меня? Резче!
— С-семьсот тысяч триста сорок семь рублей...
Выудив упаковку с миллионом рублей из куртки, кинул её на кассу.
— Сдача — твоя. Помоги выкатить.
Парню стоит отдать должное: не растерялся и тут же принялся за подработку, сулившую ему заработок больше, чем за год работы. Он распечатал упаковку с деньгами, схватил куда больше обещанного и перемахнул через кассу. Хекнув, напрягшись, покатил противящуюся и скрипящую от перегрузки тележку в сторону выхода, а я тем временем не отставал от него, толкая свою. Мы уперлись в спину еле плетущемуся дедушке.
— Зовут как? Сколько лет? — спросил я у парня, после чего шикнул на неторопливого дедка и кивком указал тому убраться с дороги. — Семья есть?
— ...дцать семь, — первую часть его ответа я не расслышал из-за ойкнувшего деда. — А вы, ну... из этих? Верите?
— Мы не верим, — я позволил себе короткую усмешку. — Мы знаем и готовимся. Девушка есть? Родители?
Такая резкая смена тона и вопрос смутили его, но он попытался не подать виду.
— Недавно расстался, — грустно вздохнул парень, ожидая, пока автоматические двери разъедутся в стороны. — Родителей не знаю. Сирота я.
— Давай к нам! — тут же предложил я, почувствовав ценный кадр.
Одиночка. Такие, как он, без связей, сейчас очень сильно нужны. Плевать, что он щуплым выглядит и замкнутым, на деле же катит вдвое, если не втрое больше своего веса и ещё общаться умудряется при этом.
Пока подкатили к машинам, «клиент» уже был готов. Бесспорно, без запугивания не обошлось — я свою харю в зеркале видел, но сейчас не до сентиментальностей.
Снаружи сегодня было ужасно, куда ни глянь — туман, ещё и моросит так противно, что даже погода, кажется, на фоне происходящего не понимает, начинать ей дождь или нет.
— Это ещё что за покемон? — спросил высунувшийся из кабины водителя тучный Женя по кличке «Порох», смотря на продавца, которого я привёл с собой. — Бонусом на кассе выдали?
— Шутка не удалась, — огорчил я своего старого друга, после чего окликнул стоящих рядом мужиков в брониках и с автоматами, корчащих из себя чёрт-те знает кого: — Чего стоим, у всех перекур? Грузим, и в темпе!
Парни наградили меня многозначительными взглядами, а я вновь обратился к Пороху:
— Что у Макса там?
— На Каспии, что М-6, встряли, — Порох подкурил и сплюнул в сторону. — Всю колонну щиманули, документы трясут, справки просят. Маски-шоу, короче, устроили там, полный буфет: БТР и спецура. При стволах. Пока что не шмаляли, но дело к этому близится. Макс заднюю не даёт, бычится.
— Ситуация говно... — задумался я вслух. — Ладно, ты, ты и ты, — я потыкал пальцем в грузчиков-автоматчиков. — Идите забирайте три крузака и... пятнадцать тел, готовых к мясу, оформите, я главную машину рулю.
— Ты серьёзно собрался зелёных валить? — удивился Порох, внимательно меня слушавший. — Нас же потом на запчасти разберут.
— Во-первых — это твоё «потом» ещё наступить должно, во-вторых — Макс московских везёт, там баб больше, чем мужиков, так что да, нужно будет — завалим. Честно, не хочу. Ничего из этого не хочу, — я обвёл рукой с зажатым в ней Абаканом парковку и машины. — Хочу сидеть дома и ничего не делать.
— Посидим, посидим, родной... — Порох, как обычно, докурил сигарету в две тяги и запулил бычок в лужу, после чего протянул ко мне кулак. — Не остаться!
— В этой траве, — отбил я его кулак своим и направился к машинам, которые вывели в сторону от колонны.
Парни с решительными и серьёзными лицами уже полностью загрузились. Из приготовлений осталась только открытая дверь у ведущей машины у места водителя, подойти к которому я так и не успел, потому что перед глазами высветилась очередная надпись:
[Программа уничтожения будет запущена через 48 часов]
Выждав несколько секунд, пока она не исчезнет, сел в машину и захлопнул за собой дверь.
— Все видели? — спросил я, проворачивая ключ зажигания и заводя машину, ни к кому конкретно при этом не обращаясь.
Мужичьё отвечало вразнобой, по очереди, протирая глаза и приходя в себя:
— Хрень...
— Думал, брешут, теперь не думаю.
— Значит, не глюкнуло нас, вот же...
— Значит-значит, — я вырулил с парковки, убедился, что от меня не отстают две других машины, посигналил и втопил тапку газа в пол. — Значит, что не зря мутим воду. Всё, слёзы потом, собрались, проверили оружие и помолились, кто в кого верит там.
Пока что работающие карты сообщали, что ехать до места назначения часа два. Всё это время были на связи. Реакция на второе сообщение была куда более бурной, чем на первое, появившееся два дня назад. Полезли всяческие новости, и люди уже в открытую говорили о том, что видели надписи, кричали о конце света. Форумы, чаты, личные сообщения — у меня кипело всё, и не было времени ответить — баранка не отпускала, и лихачей на дорогах сейчас было предостаточно. Основная биомасса пришла в движение. Сомневающиеся если и остались, то теперь их стало в разы меньше.
Чего нельзя сказать о нашей группе. Мы — Выживальщики. Те, кто готов действовать, если случится что-то ужасное со всем миром. У нас очень много обеспеченных людей, прошлых военных, есть даже политики, как и техника, оружие и бесконечное количество как личных, так и общих складов, бункеров, карманная армия, зарегистрированная как охрана...
В стране вряд ли есть группы серьёзней нашей.
Пока я пытался одновременно рулить, общаться, отвечать и держать ситуацию под контролем, проскочили место, в котором базировались. Борисоглебск был выбран из-за своего расположения между четырьмя крупными городами. Сейчас же он превращался в небольшую крепость, где активно возводят заготовленные заранее укреплённые стены, а количество людей в городе продолжает увеличиваться. Всё не так, как планировали. Слишком большой поток родственников и знакомых — все одномоментно потянули сюда своих. Но мы справимся. Должны справиться, что бы ни случилось.
И все наши многолетние приготовления дошли даже до того, что местные дороги облагородили, так что проскочили мы с ветерком, добравшись до места назначения за час.