Сияние цвета свежего мяса

— Аккуратнее, бл***!! - Виктор Андреевич невольно замахнулся на крепко сложенного Толика, и тут же осекся.

Ноги Толика медленно погружались в пузырящуюся грязь, а из рта звучали очередные неуверенные извинения. Синяя пластиковая бочка, плюхнулась рядом, от чего Виктор Андреевич еще сильнее разозлился.

— Да твою мать! Аккуратнее говорю! Скотина! Ты хоть понимаешь, что там может быть? Как же ты меня уже за***л! – Виктор Андреевич злился.

— Ну она правда сама, я обеими руками ее держал…

— Сука! Вот в кого ты такой тупой, а? – ругался Виктора Андреевич. Он хотел добавить что-то еще, но его живот в очередной раз скрутило, и он вновь побежал в кусты.

Свет фар тарахтящего мотором «ЗИЛа», заполненный серым дымом, провожал его до самых деревьев, где, звеня ремнем, мелочью и ключами, брюки Виктора Андреевича полетели вниз. Сидя на корточках, превозмогая боль он в очередной раз за последние полчаса «дрыстал». Отравление коснулось и его напарника, вместо которого сегодня вышел его племянник Толик, именно он и раздражал своей тупизной Виктора Андреевича. Вдали, пробиваясь сквозь звуки мотора, послышалось очередное «бум-бум», а затем сдавленное «Б***ь!». Виктор Андреевич вновь выругался про себя и принялся заканчивать свои дела. Вернувшись к Толику, он хотел как следует проконтролировать что тот делает. Их работа была ответственна и важна.

— Вот эти, синие сливай на землю, ближе к лесу, а зеленые, тащи вниз к воде, и хоть попробуй сука что-то напутать!

— Да понял я, понял. А зачем мы это делаем? Нельзя их все просто слить прям вот тут, зачем такая морока?

Виктор Андреевич усмехнулся и представил, как он будет объяснять тупому Толику всю схему утилизации отравленной почвы и то, как на ней зарабатывают его работодатели, за счет выделенных государством средств и откатов. Толик был настолько туп, что спрашивал это искренне, а не в надежде прикоснуться к известной Виктору Андреевичу тайне и что-то с этого поиметь. Виктор Андреевич вновь пожалел, что его заболевший напарник навязал ему своего тупого племянника. Его же напарник предложил на того свалить месячную норму. И вместо одной либо двух бочек, которые зачастую они сливали совместно, на долю Толика выпала целая дюжина. Отойдя от пыхтящего и вытаскивающего из «ЗИЛа» бочки Толика, он открыл водительскую дверь, достал бутылку воды и сделал несколько жадных глотков. Его замутило. На фоне отравления местами Виктора Андреевича одолевала и тошнота, но годами закаленный спиртом организм тошноту эту словно переваривал, и раз за разом Виктор Андреевич бегал жиденько срать. Побежал он и сейчас, всего через минуту после пары больших глотков воды.

Оставшийся без присмотра Толик, сначала делал все, как перед уходом ему приказал надоедливый Виктор Андреевич. Сливал содержимое синих бочек на землю, а зеленые ставил рядом, чтоб потом их отнести к берегу и слить в воду. Зеленые в отличии от синих были очень тяжелые, и даже такая здоровенная двухметровая детина как Толик с усилиями их отрывал от земли. Катить их с горки Виктор Андреевич запрещал, как не решался он и подогнать «ЗИЛ» ближе к берегу, чтоб не увязнуть в грязи. Один раз Толик спустился к берегу и слил содержимое зеленой бочки туда. За это время он несколько раз чуть не упал, и почувствовал в спине неприятную резь. Ботинки облепила грязь, а штанины до самых колен напитались водой. Толик сплюнул. Пару раз он посмотрел вдаль и не увидев там Виктора Андреевича, взял зеленую бочку и быстро слил ее содержимое под деревья, туда куда до этого слил все синие бочки. Затем по-быстрому под деревья он слил и третью зеленую бочку, и четвертую. На пятой бочке до Толика донесся недовольный крик Виктора Андреевич.

— Ты что там заснул?!

— Нет! – прокричал Толик и с деловым видом потащил последнюю зеленую бочку к воде.

Через несколько минут из темноты показался будто хромающий, еле живой Виктор Андреевич. Он обессилено рухнул на пассажирское сиденье, а Толик сел за руль. «Вези» - приказал Виктор Андреевич. Разворачиваясь «ЗИЛ» их на грязи оставил автограф, после чего медленно пополз к дороге, по неровной и мокрой земле.

**********************

Влажноватый и липкий стульчак мягко опустился на голову, стоящего на четвереньках Андрюхи. От этого почти церковного прикосновения, пестрящего образами «контакта» и завертевшегося колеса «тюремный сансары», Андрюха разразился очередным спазмом рвоты.

«Сука! Контакт!» - с досадой осознал Андрюха, и брезгливо, словно паутину смахнул со своей макушки стульчак. Тот, ударившись о туалетный бачок, снова плюхнулся на голову Андрея, только уже более назидательно, от этого желудок Андрея вновь скрутило и в уже багровую массу под его лицом, медленно опускались лишь вязкие слюни.

Перед глазами застыла одна сцена, вернее ее последние миги. Как еще живой мужик стоял перед столиком пацанов и хотел кого-то набрать. Он даже успел открыть телефонную книжку и вроде как просил потерявшего контроль Олега подождать, а потом случилось это… Андрей вновь обессиленно попытался блевануть – впустую. Теперь он лишь сдавленно кряхтел. Он бы делал это и дальше, но крик из-за двери вернул его в реальность:

— Что там братан, нормально все?

К крику тут же добавился второй, более насмешливый голос.

— Какой-то ты слабенький, никогда «баранов» не видел?

Вместо ответа Андрюха встал, умылся и вышел обратно к пацанам. На полу лежали два трупа. Девушка и мужчина. Рядом ходили Олег с Шухером, его друзья. От запаха крови его вновь подмутило, но он сдержался. Сцена, которая развернулась тут не более пяти минут назад вновь всплыла перед глазами.

Вот он стоит у барной стойки и рассчитывается за их посиделки. Девушка бармен уже погасила свет в правой части зала и выключила телевизор над стойкой. Десятью минутами ранее она закончила мыть и натирать посуду, тогда же и появился хозяин заведения.

— Извините, но уже одиннадцать часов и мы закрываемся, - сказал он, подойдя к столику, за которым сидели Олег с Шухером.

Весь минувший час они играли в бильярд, пили водку и нюхали в туалете кокаин. Просьба хозяина для них звучит как наезд.

— Не, не, не, подожди. То есть ты хочешь, чтобы мы ушли?

— Поймите, у нас нормированный график работы, мы всегда будем рады видеть вас в любое время которое соответствует ему.

Олег повернулся к Шухеру, приподнял брови и оттопырил нижнюю губу.

— Слыхал как?

— Ага, - подтвердил тот закуривая.

— Получается ты хочешь, чтобы мы ушли?

— Мы всегда будем рады видеть вас в любое…

— Слышь, а ты в курсе кто мы? – сказал Олег, указывая пальцем на себя и Шухера. — Ты кобыла еб***ая хоть знаешь с кем ты сейчас базаришь?

Хозяин заведения посмотрел сначала на Олега, затем на Шухера, а после глянул в сторону Андрюхи и барменши. На несколько секунд повисла напряженная тишина, которую нарушил Олег.

— Давай так, мы не можем уйти по твоей просьбе, но если ты подойдешь к нашему другу и уговоришь его нас попросить, то мы уйдем, - сказал Олег, от чего Шухер тут же засмеялся.

Хозяин заведения полез в карман и достал телефон.

— Подождите пожалуйста.

Ну а дальше были вспышки. Все произошло слишком быстро… Рассвирепевшей Олег выхватил ствол, и дважды выстрелил в живот стоящему перед ними хозяину заведения, тот с стоном рухнул на пол. Девушка за барной стойкой закричала и кинулась в сторону выхода, прозвучали еще два выстрела. Помещение наполнилось дымом, голоса пацанов стали высокими и детскими. Андюрху оглушило, он стоял возле стойки и слышал далекое и быстрое «пи-пи-пи» ходящего возле него Олега. Через эти мышиные писки, пробивались такие же писклявые стоны. Человек на полу еще был жив. Олег подошел к нему и сделал два контрольных выстрела в голову. Вновь наступила сопровождаемая свистом тишина. Шухер побежал к входной двери и закрыл заведение. Андрюху почувствовал спазмы и на нетвердых ногах зашагал в туалет.

А теперь выйдя из ступора, он вновь видел трупы.

— Братан, отвечаю, малую случайно завалил, - говорил стоящий возле него Олег.

Позади него ходил Шухер и срывал со столов скатерти.

— Андрюха, иди сюда, помоги мне.

Вместе с Шухером они обернули тело хозяина заведения в скатерти и оттащили к входу.

— Опа, ля сколько на ней «рыжья», - сказал Шухер, когда они с Андрюхой оборачивали тело девушки в скатерти. — А это еще что за херня, - недоумевал он, сорвав с ее шеи девушки напоминающий пасть кулон. — Б** сатанистка какая-то или что? – в момент, когда он срывал с нее цепочку, распахнутая рубашка ее явила ему странную татуировку на теле. Он хотел рассмотреть непонятную и жутковатую татуировку как следует, но появившийся за его спиной Олег тут же на него рыкнул.

— Шухер! «Рыжье» не трогай! Ты для кого его собираешь, для мусоров?

— Та не гони братан, кто там ее искать будет?

— Золото кинь обратно, и «пальцы» с него сотри.

Олег в это время разливал везде водку и раскидывал скомканные салфетки по полу. Делая это, в процессе он сказал:

— Повезло, что отсюда до трассы ни одной нормально дороги. Ни камер, ни незваных гостей. Сейчас закончу, погрузим их в тачку и поедем ко мне в гараж, возьмем лопаты. Есть у меня на примете одно место, где их точно не найдут…

Через пять минут, черный «гелик» с номерами «СПОРТ» стоял у входа. Андрюха и Шухер грузили тела в багажник, пока Олега внутри, чтобы перестраховаться поливал стены бензином из взятой в машине канистры.

Закончив с погрузкой тел, Олег поджег заведение и черный «гелик» направился в сторону трассы.

Сидя в машине, Андрюха думал, как все зашло так далеко. Формально он хоть и был бандитом, но в отличии от пацанов занимался исключительно «решением проблем». Отвезти судьям либо прокурорам несколько миллионов, найти массовку на митинг или заплатить тем, кто разгоняет подобные митинги – это и входило в обязанности Андрея. Махать руками или стрелять ему не приходилось никогда. Как и пацаны, он был человеком Батыя. Иными словами, находился у Бога за пазухой. В этом плане им не грозило ничего. Тому же дорожному патрулю Олег мог, не выходя из машины отвесить «леща» и спокойно поехать дальше. Все в городе знали кто такой Олег и его правая рука Шухер. В отличии от Андрюхи который был по финансовой части, у Батыя они считались боевыми единицами.

Другое дело сам Батый. Наследить и привлечь в город столичных оперов, пацанам было никак нельзя. Поэтому на все том же черном «гелике», нарушая ночную тишину они и мчались за лопатами, дабы тела от греха подальше закопать.

Через двадцать минут они добрались до города. Примерно столько же времени им понадобилось на то, чтоб забрать лопаты, вновь выехать за черту в города, и направиться в место, о котором знал только сидящий за рулем Олег. В дороге он и Шухер периодически продолжали нюхать кокаин, и на случившееся ровным счетом им было плевать.

После того, как все фонари и трасса остались далеко позади, Олег повернул на побитую ямами дорогу. «Гелик» покачиваясь полз. Насыпающий себе на тыльную сторону ладони порошок Шухер, без перерыва ворчал:

— Братан помедленнее прошу, - только он подносил руку к носу, как машина вновь слабо подпрыгивала, оставляя его ноздри без желанного порошка. — Б*****-я-я-я-я…

Так прошли еще пол часа дороги, а затем ямы с асфальтом закончились и началась сплошная земля. Андрюха и не пытался понять куда они едут, он лишь хотел как можно скорее с этим покончить и попасть домой. Наконец Олег последний раз повернул и черный «гелик» остановился.

— Приехали, - сказал он и выскочил из машины.

Шухер и Андрюха поспешили за ним. Как только Андрюха вышел из машины, ноги его тут же стали погружаться в влажноватую грязь. Где-то сбоку была вода – воняло тиной и чем-то еще. Неприятный запах заставил его сморщиться.

— Фу, б***ь, что это за вонь, - шмыгая носом спросил Шухер.

— Не знаю, может аммиак? – поинтересовался Олег.

— Нет, на аммиак не похоже, - с уверенностью проговорил Андрюха. — Это что-то другое, но запах явно химозный.

— Ладно, давайте их подальше от воды закопаем и с***мся отсюда поскорее, - сказал Олег и начала доставать лопаты.

Андрюха и Шухер взяли тела. Сначала отнесли к начавшему копать Олегу мужика, затем девушку. Вскоре они копали уже втроем.

— Да бл***! Что это за вонища?! У меня аж глаза режет, - говорил Шухер и тер лицо об предплечье.

Тоже самое чувствовали и Андрей с Олегом, и если, спасаясь от вони Олег с Шухером каждые пятнадцать минут нюхали кокаин, то Андрею превозмогать ее приходилось самостоятельно.

Меньше часа им понадобилось на то, чтоб вырыть устроившую Олега яму, а затем одно за другим на дно ее отправились тела. И если мужика Олег с Шухером просто пнули ногами в черноту ямы, то с девушкой Андрюху Олег попросил помочь. Андрюха брал ее за руки, а Олег держал ноги. В момент, когда они ее кидали, Андрею показалось, что девушка попыталась ухватиться за его кисть. Он одернул руку и потом, сидя в машине, когда они ехали обратно, долго изучал под светом телефона кровоточащие следы от ногтей на кисти. На пути обратно, уже никто из них не разговаривал. Порошок закончился, а Андрей просто устал.

Домой Андрей попал под самое утро. Стоял под душем, мыл зудящее усталостью тело и разглядывал чуть надувшиеся следы от ногтей на руке. Через час он лег спать и в тот день ему не приснилось совсем ничего.

Последующую неделю, Андрюха был занят навалившимися делами и с Олегом и Шухером пересекался всего раз, в ресторане которым владел Батый. Андрюха резонно посчитал, раз никакого «кипиша» не произошло в первую неделю, то значит боятся и вовсе нечего.

Через две недели его набрал Олег, и сказал, что надо «пересечься». С Олегом они встретились на улице, возле ресторана Батыя и пошли вдоль декоративных прудов.

— Меня начал Батый дергать, тот тип оказался человек Мадьяра. Какой-то его родственник который даже к криминалу отношения не имеет. Его люди сейчас весь город переворачивают вверх-дном. Короче я покаялся Батыру, рассказал тому все как было, ну про «жмуров» и все такое. Есть одна проблема, – сказал настороженный Олег.

— Какая? – Андрюха всеми силами пытался сделать вид, что не испытывает тревоги.

— То место, где мы их закопали, оно по факту Батыя, но они там уже мутят какую-то тему с отходами и утилизацией почвы, понял? Короче их надо убрать оттуда.

— В смысле? – переспросил Андрюха.

— В прямом, нужно как можно скорее их убрать оттуда, в остальном поможет человек Батыя. У них там это на потоке, даже костей не остается, короче сегодня вечером будь готов, и шмотки какие-то запасные возьми, от тех в которых будем копать, в конце нужно будет избавиться.

Договорив, Олег прыгнул в свой черный «гелик» и уехал, оставив ошеломленного Андрюху стоять на улице одного.

Всего через несколько часов Олег с Шухером приехали за ним. Оба были одеты в спортивные костюмы, а салон машины и багажник покрывала прозрачная клеенка. Знакомые лопаты уже были там. В этот раз дорога прошла в молчании. Тишину нарушил Шухер, и то лишь когда они добрались до места.

— Не понял… - сказал он, приближаясь к месту, которое уже кем-то было разрыто.

Нечто близкое к этому произнес и Олег. Он стоял справа от Шухера, светил фонарем в черноту ямы и смотрел на вытоптанную под ногами землю. Тела отсутствовали.

— Может дикие звери, - предположил Шухер.

— Ты что не видишь следы? Какие звери! Их кто-то откопал.

Следов было всего два, и уходили они в черноту леса, за которым на десятки километров раскинулось поле, ну а там уже был и город.

Пацаны еще в недоумении походили вокруг, силясь непонятное себе объяснить, а затем погрузились в тачку и поехали обратно в город.

Неделю они просидели на жесточайшей измене, но затем и она улеглась.

Олег сказал им, что с Батыем вопрос улажен, а большего им и не нужно было.

В очередной из рабочих дней возвращаясь домой, Андрей, поднимаясь по лестнице стал ощущать неприятную и знакомую вонь. На ступеньках были следы грязи и илистой жижи.

«Наверное кто-то их соседей вернулся с рыбалки или охоты» - было первое что подумал он.

На его этаже грязи этой и вовсе были целые лужи. Она была на перилах и стенах. Ею была измазана, как и дверная ручка так и вся дверь Андрея.

— Здравствуй Андрюш, - послышался сзади голос соседки.

— Здравствуйте, - повернувшись сказал Андрей.

— Черри! Фу! Фу! – выходя из квартиры, соседка натягивала поводок своей начавшей обнюхивать вездесущую грязь собаки. — Бомжи какие-то чтоли из своих канализаций повылезали? Ужас какой… Черри! Фу! Черри! – она вновь натянула поводок и потянула собаку на себя, та уже чавкала куском слизанной грязи.

— Теть Свет, вы передайте тем, кто у нас тут убирает, вот, - сказал Андрей и достал из пачки денег три пятисотки. — Чтоб у меня дверь хорошо помыли, ну и наш этаж за одно.

— Конечно-конечно Андрюш. Черри! Фу! Фу говорю! – взяв деньги, она вновь потянула поводок на себя. Собака неохотно оторвалась от поедания зеленоватой грязи и последовала за своей хозяйкой.

Проснувшись на следующий день, Андрей вышел на уже чистый этаж. Дверь была вымыта и от вчерашней грязи во всем подъезде не осталось и следа. На улице за столиком возле дома, пенсионеры играли в домино. Недалеко было футбольное поле, где во всю сражаясь за мяч бегала крикливая детвора. В этот же миг, нарушая уютную тишину двора сиреной, из-за поворота появилась скорая помощь. Проехав мимо Андрея, машина остановилась возле соседнего дома. Из скорой выскочили с марлевыми повязками на лице доктора и побежали в ближайший подъезд.

Андрей сел в свою машину и поехал по делам. В течении дня на его пути постоянно попадались машины скорой помощи. Не один раз ему приходилось перестраиваться вправо, пропуская их. Вернувшись вечером домой, он наткнулся на сидящих под домом на лавочке алкашей. Те друг с другом делились слухами о начавшейся эпидемии. Увидев Андрея, они попросили у того закурить. Сигаретой он их не угостил, но зато вежливо попросил куда-то съе***ться.

Дома он просматривал новости. «Сотни случаев заражения», «Неизвестная эпидемия» - один заголовок был хуже другого. Температура, кашель, кровь из носа. Начитавшись про новый вирус, Андрей и сам начал ощущать легкий озноб. До самого утра за окном звучали сирены скорой помощи. Просыпаясь за ночь несколько раз, Андрей подходил к окну, и глядел на ночной город. Там по пустым улица кроме скорых, теперь мерцая огнями иногда проносились машины пожарных.

Утром на пролете этажа он встретил тетю Свету, она кашляла и вытирала текущие из носа сопли. Играющих в домино пенсионеров не было, как отсутствовала на футбольном поле и детвора.

Во второй половине дня ему позвонил Олег и сказал, что им вновь нужно перетереть.

— Х** его знает, что происходит, но походу нас хотят «хлопнуть». Батый узнал, что с Киева пригнали усиление. Несколько рот спецназа, думаю нас будут брать. Не возвращайся домой, слышишь? Нам нужно залечь на дно. Вот ключи и адрес, езжай туда и не высовывайся. Мы с Шухером скоро подтянемся. Пересидим там пока все не уляжется, а потом Батый поможет нам с паспортами. Тачку свою тут оставь, ее кто-то из наших уберет, а сам возьми такси. Короче дуй туда и нигде не маячь.

Дослушав его, Андрюха тут же вызвал тачку и поехал по полученному от Олега адресу. Адрес этот привел его в район с двухэтажными домами, где и была нужная ему квартира. Она, к удивлению Андрея, оказалась незапертой. Андрей зашел внутрь, включил свет и прошел в спальню. Буквально сразу он понял, что в квартире что-то не так, сильный запах пластика заставил вспомнить салон обтянутого клеенкой «гелика». Нечто похожее было и в квартире. В зале куда он зашел, на стенах и полу была прибита клеенка. Он все понял, но было уже слишком поздно бежать.

— Ты даже не представляешь как я за***лся ее тут вешать, - сказал сидевший в кресле Шухер.

Сбоку на кофейном столике возле него лежал пистолет.

— Забавно да? Знаешь как Олег все порешал с Батыем? Он тупо все бока повесил на тебя. И бабу, и родственника Мадьяра.

Андрей перевел взгляд с Шухера на пистолет.

— Не ссы, я тебя валить не буду, в этом уже нет нужды, - сказал он и закурил. — Я его тут положил для себя. Видел что творится в городе? – поинтересовался он и закашлял. — Я сначала тоже кашлял, а теперь вот, - закончил Шухер и поднял правую ногу.

Андрей в ужасе сделал шаг назад.

— Да, да, я примерно также отреагировал. Но она не болит если что, - ответил на застывший в глаза Андрея вопрос Шухер и сделал затяжку.

Андрей продолжал смотреть на ногу Шухера и пятиться. Часть ноги Шухера так и осталась в ботинке под креслом, пока вторую он держал на весу.

— А теперь вот еще и вторая, - проговорил он и закатил штанину.

Андрей увидел зеленоватую студенистую кожу, под которой просвечивалась мутная кость.

— Слишком быстрый какой-то вирус. Час назад еще обе ноги были целы… Ты это… лучше сваливай из города, сразу. Вот, держи ключи от тачки, она мне уже, итак, ни к чему. Кажется мне не лечится это, - сказал он и кивнул на свою ногу. — Ну а мне и так недолго осталось.

Забрав ключи от машины и посмотрев на сидящего в кресле Шухера последний раз, Андрей начал уходить. Дойдя до двери, он быстро открыл ее и вылетел в подъезд. Спотыкаясь, спустился по лестнице и выбежал наружу. Уже на улице до него донесся глухой выстрел. Все также спеша, он нашел машину уже покойного Шухера и поехал к ближайшему выезду из города.

В дороге он наблюдал десятки лежащих на асфальте без движения тел и в каждом было что-то не так. Везде либо кожа была зеленоватого цвета, либо и вовсе просвечивалась до самых костей. Ближе к выезду из города, навстречу Андрею выехала колонна военной техники. Она промчалась мимо него и понеслась в центр, откуда не переставая звучали сирены. Добравшись до поворота на выезд и заветной трассы, Андрей попал в пробку, образованную из сотен машин.

— Что там? – спросил он, высунувшись из окна у стоящего возле своей машины человека.

— Военные. Никого не выпускают.

— А что за военные? – спросил Андрей, в надежде поехать и договориться.

— Да кто его знает. Все в противогазах и без шевронов.

Позади говорившего человека раздался наполненный негодованием крик.

— Вы слышали? Они только что положили мобильную связь и демонтируют там знак города! Нас никто не собирается выпускать! Это наверняка дело рук правительства! Они ставят на нас эксперименты, а мы значит должны здесь подыхать!?

— Д-а-а-а!!! – прокричал кто-то из толпы.

— Давайте же все поедем на пролом, и снесем их блокпост к черту!

Вдали прозвучала автоматная очередь. Толкавший речи мужик тут же заткнулся. Десятки машин начали разворачиваться и нестись обратно в сторону города. Андрей также принялся сдавать назад. По пути обратно, он проезжал мимо брошенных машин скорой помощи. Вдали горели многоэтажки – пожары больше никто не тушил. За всю дорогу до дома, ему на пути попался лишь один человек, и тот нездорово махал холодному темному небу.

На улице перед домом Андрей вновь встретил свою соседку. Она выгуливала пустой поводок, который волочила за собой удаляясь в темноту. Одинокий пенсионер наблюдал за своей лежащей на столе прозрачной рукой. Лишь алкаши у подъезда горланили песни и были довольны.

— Э-э-э-э-э-э-э! Алле! Смотри куда прешь!

Андрей отпихнул навалившегося на него алкаша и случайно вступил в лужу. Алкаш рухнул на землю и с довольной ухмылкой развел руками.

— Степаныч, бедный! Ты блин! Смотри куда идешь, - синхронно сказала Андрею большая компания и не обращая внимание на того алкаша что упал, они поползли к студенистой луже, которую впоследствии начали гладить и целовать.

Голова Андрея шла кругом.

Поднявшись домой, он зашел в свою квартиру, и так и осел на пол у закрытой двери. Над домом раздался тяжелый гул. Андрей подошел к окну и увидел, как над домами низко пронеслись три истребителя. По пустым улицам позли два «БТРа», на одном был громкоговоритель, который не переставая повторял:

«Уважаемые граждане, не покидайте своих жилищ. Идут плановые мероприятия по устранению биологической угрозы. Уважаемые граждане, не покидайте своих жилищ. Идут плановые мероприятия по устранению биологической угрозы».

За «БТРами» следовала одетая в химическую защиту группа людей. У каждого помимо оружия в руках, за спиной были огромные колбы.

Всю ночь Андрей слушал, как за окном звучат выстрелы. Ближе к утру самолеты начали наносить удары по больницам и общежитиям. Вспышки напалма озаряли предрассветное небо. Телевизор, интернет и мобильная связь – молчали еще со вчерашнего дня. Как вскоре пропало электричество и вода в кране.

Весь следующий день и всю ночь, Андрей лежал в ванной и слушал как каждые десять минут авиация наносит удары по городу. Спустя несколько бессонных ночей, он перестал считать дни. О течении времени Андрей судил лишь по чувству голода, которое на фоне уменьшающегося количества продуктов утолять становилось все труднее. Запасы воды иссякли раньше. Несколько дней Андрею удавалось вскрывать квартиры соседей и добывать воду там. Те давно были мертвы и представляли из себя лужи слизи либо настенную плесень в пределах человеческих силуэтов. В конечном итоге чувство жажды и голода заставили Андрея выйти из дома, и попал он на улице словно в новый, десятый круг Ада. Не узнавая родные дворы, по тлеющим руинам и воронкам от взрывов, он брел неизвестно куда. С неба падали хлопья пепла и крошечные в миг догорающие угольки. Все было серым от дыма и не оседающей пыли. Андрей смотрел вверх, он помнил, что там когда-то было солнце и небо. Что-то тяжелое и большое двигалось в его сторону. Из рычащего мотором существа вывались одетые в химзащиту люди и обступили свалившегося на землю Андрея. Лежа на земле, он рыдал. Ему не верилось, что он выжил. Не верилось, что он наконец спасен и все позади. Военные достали из «БТРа» мешковатую камеру и погрузили туда Андрея. Он был единственным выжившим из всего города, который отныне перестал существовать на всех картах. Андрея готовили к эвакуации, только эвакуация эта была не в больницу. Андрей блаженно верил в спасение, и даже не подозревал, что все самое страшное еще впереди.