Сказ о лесной бабушке

За покрытыми зеленью холмами, в глухом лесу, окружённом зыбкими болотами, приютилась древняя избушка. Там, вдали от людской суеты, обитала бабушка Лесная – седая, но крепкая, с мудрыми глазами. Её руки, испещрённые морщинами, помнили тысячи добрых дел. Окрестные старожилы знали о её существовании. Кто-то считал отшельницу колдуньей, кто-то не верил, что она ещё жива, а кто-то рассказывал сказки о хозяйке леса своим внукам и правнукам.

Много лет назад, ещё будучи молодой, Лесная, в те годы – Настасья, разом потеряла всю свою семью и, охваченная горем, ушла за холмы в дальний лес. Слыхала, что есть там лесное озеро – решила утопить свою боль в его водах, подальше от поселений, чтобы никто не нашёл её там. А если в болотах на подходе сгинет, то ещё лучше…

Настасья вошла в озеро, окунулась, как одеялом с головой укрылась, но вдруг услышала голос:

– Не ищи смерть. Ищи силу.

Странные слова в голове, непонятно кем сказанные, заставили её вынырнуть и выйти на берег. И удивительное дело: кожа её засияла нежным светом! Пока она удивлялась, свечение пропало, а взамен его в ушах зазвучало множество голосов, будто передающих чьи-то мысли: о том, как бы не растрясти колосок, о том, что новая норка не слишком удобная, о том, что мышь затаилась, но её непременно надо отловить… А в траве тут и там вспыхивали ярко-зелёным какие-то растения. Наклонившись и дотронувшись до ближайшей такой травы, Настасья поняла, что это подорожник, и откуда-то она знала, в чём его польза для лечения.

«Это что же такое? – изумилась женщина. – Я понимаю мысли зверей и целебную пользу растений? За что мне такое умение?» И вновь услышала тот же самый голос, что остановил её, только сейчас он был не внутри головы – с ней говорило само озеро!

– Прими дар мой. Он – не лёгкая ноша, а скорее – испытание. Теперь ты – посредник между людьми и природой. Пока ты будешь помогать тем, кто нуждается в твоей помощи, дар будет с тобой. Если закроешь сердце – он исчезнет.

С тех пор минули десятилетия. Настасья нашла кем-то построенную в давние времена избушку и поселилась в ней. Она медленно взрослела, потом старела, но сохраняла ясность ума и силу тела. Давно перестала считать свои года, пережив и ровесников, и их детей. Одиночество не сломило её – она нашла новую семью среди лесных обитателей. Изредка кто-то из людей забредал за болотный барьер, удивлялся, встречая лесную жительницу, которая получила в народе прозвище Лесная. Она умела слышать, о чём поют и переговариваются птицы, о чём рассказывают звери, лечила их травами и ласковыми руками.

Как-то давным-давно, когда ещё не все обитатели этого леса знали её в лицо, собирая поутру целебные травы, Настасья заметила рыжую лисицу – первую свою пациентку. Зверь приволакивал заднюю лапу, шерсть вокруг раны сбилась и потемнела.

– Ах ты, красавица, – тихо сказала Лесная, медленно приближаясь. — Что с тобой случилось?

Лисица настороженно приподняла ухо, но не бросилась прочь.

– Ловушка… человеческая… – проскулила она, но отшельница слышала её голос в своей голове.

– Знаю, милая. Сейчас помогу.

Настасья достала из кармана передника мягкую ткань и пузырёк с травяным настоем.

– Больно…

– Потерпи немного. Это снадобье снимет жар и облегчит боль.

Она осторожно промыла рану, приложила прохладный лист подорожника и обвязала лапу чистой тканью. Лисица дрожала, но не кусалась.

– Через три ночи приди сюда снова, – успокаивающим голосом прошептала Лесная. – Принесу тебе мёд, чтобы силы вернулись.

В следующий раз лисица оставила у порога избушки свежесловленную рыбу – не как плату, а как знак благодарности.

Потом подобные истории случались нередко – то кабанчик ногу сломает, то волку пулю из хребта удалять придётся, то у ёжика нарыв на голове приключится после грубого обращения какого-то «отважного» грибника, осмелившегося забрести в опасный лес… Лечила пораненных зайчат, а уж сколько птичьих крыльев срастила – не сосчитать. Она делилась с пришедшими за помощью животными своей едой и разделяла их горести. И звери, чувствуя доброту, оберегали её: белки приносили щедрые дары орехов, лисы, бобры и даже медвежья семья делились добычей, птицы предупреждали об опасности, а волки отгоняли чужаков от поляны, где стояла её изба.

Однажды в хмурый день, когда ветер гнул деревья, а тучи над головой всё больше наливались тёмной тяжестью, Лесная вышла на крыльцо и увидела ворона, сидящего на заборе. Птица нервно хлопала крыльями.

– Что тревожит тебя, мудрец? – спросила бабушка.

– Буря грядёт… сильная… – каркнул ворон.

– Знаю, но избушка крепкая. Чего боишься?

– Не за тебя… за человечьего детёныша, – ворон махнул головой назад. – Болото прошёл. Плачет.

Бабушка напряглась:

– Откуда?

– Из‑за холмов. Идёт сюда. Нужен огонь твоего очага.

Бабушка тут же затопила печь, приготовила чай и сухие вещи. Тем же вечером, когда после проливного дождя тьма сгустилась, как ночью, в дверь постучала девочка лет двенадцати – продрогшая и испуганная, с заплаканными глазами.

– Я заблудилась и вышла на свет вашего окна. Он был как звёздочка в темноте, – прошептала гостья. – Меня зовут Настя.

Бабушка пригласила её внутрь, укутала тёплым пледом, напоила ароматным травяным чаем. Настя рассказала, что ушла из дома после ссоры с мамой – хотела доказать, что может жить самостоятельно, но быстро поняла, как ошибалась. Да ещё телефон свой нечаянно утопила.

– Не бойся, – мягко сказала бабушка, не понимая, что это за телефон, но спрашивать не стала. – Лес не всегда страшен. Он учит нас тому, чего не понять в четырёх стенах.

Утром за окном всё ещё шумел дождь. Настя, примостившись у печи, разглядывала вышитые узоры на старинном полотенце. Бабушка помешивала в котелке травяной отвар и вдруг задумчиво произнесла:

– Имя у тебя хорошее, девонька. Моё имя.

Настя удивлённо подняла глаза:

– Правда? А я и не подумала спросить ваше имя… Вы тоже Анастасия?

– Да. Только – Настасья. Старинное имя, нынче редко кто так детей нарекает. А тебя мама почему так назвала?

Девочка смущённо улыбнулась:

– Она рассказывала, что в детстве слышала от бабушки сказку про Настасью – ту, что в лесу жила и зверей лечила. Маме так понравилось, что она решила: если будет дочка, назовёт Настей.

Бабушка замерла, ложка звякнула о край котелка. Она медленно повернулась к девочке:

– Сказка?.. Про лес и зверей?

– Да! Там ещё ворон помогал, и лисица с раненой лапой приходила. Мама говорила, это её любимая сказка была.

Настасья тихо села на лавку, глаза её блеснули непривычной слезой.

– Вот оно как… Значит, до сих пор помнят. А я‑то думала – всё забыто давно.

– Вы… вы знаете эту сказку? – Настя придвинулась ближе.

– Знаю. Потому что это не сказка, – бабушка погладила девочку по голове. — Это про меня. Видать, та девочка, что когда‑то давно пришла ко мне в избушку, выросла и рассказала своей дочке. А та – своей… Так и дошла легенда до тебя.

Настя широко раскрыла глаза:

– Получается… я тоже часть этой истории?

– Получается, так. Два имени, две судьбы, а корень один, – Настасья улыбнулась. – Видишь, как мир плетёт узоры?

– Бабушка Настя, а вы проводите меня к выходу из леса?

– Провожу непременно. Но после такого ливня сразу идти нельзя, тропы через болото размыты. Сегодня – верная погибель, – сказала она. – Надо ждать, пока вода сойдёт.

Следующие дни Настя провела в избушке. Бабушка учила её слушать лес: различать голоса птиц, понимать знаки природы, находить целебные травы. Девочка помогала ухаживать за зверьками, училась готовить простые лесные снадобья и даже разговаривала с обитателями леса – сначала робко, потом всё смелее.

Однажды Настя спросила:

– Бабушка, как вам удаётся так хорошо понимать зверей?

– Сердце должно быть открытым, – ответила бабушка. – Когда ты перестаёшь думать только о себе, мир начинает говорить с тобой. Звери чувствуют доброту, а лес делится мудростью с теми, кто умеет слушать.

На третий день Настя наблюдала, как бабушка раскладывает на пеньке орехи и сушёные ягоды.

– Для кого это? – спросила она.

– Сейчас увидишь.

Через минуту на пень прыгнула белка с двумя малышами. Детёныши суетливо тыкались в угощение, выбирая самый крупный орешек.

– Это моё! – пищал один, хватая орех.

– Нет, моё! – толкал его братец.

Бабушка мягко улыбнулась:

– Поделите поровну. Тогда всем хватит.

Бельчата, послушавшись, разложили орехи на три кучки и дружно захрустели вместе с матерью.

Бабушка присела на корточки:

– Слышишь, Настя? Даже зверьки учатся делиться. Если каждый возьмёт столько, сколько нужно, никто не останется голодным.

Девочка не поняла разговора бельчат, но слова Лесной бабушки проникли ей в душу. Она задумалась, а потом тихо сказала:

– Я… я не делилась с сестрой. Всегда забирала её конфеты.

– Теперь знаешь, как исправить, – кивнула бабушка. – Доброта – как орех: если расколешь её на двоих, внутри окажется вдвое больше.

Настя не против была бы ещё пожить рядом с бабушкой Настасьей и почти ручными животными, но сильно беспокоилась за маму, зная, как та переживает из-за её пропажи.

Несколько дней они наблюдали, как уровень воды медленно падает. Бабушка учила Настю распознавать безопасные места по особым приметам: где растёт осока, где торчат старые пни, как меняется цвет мха.

Только когда болото начало подсыхать и появились первые твёрдые участки, Настасья согласилась проводить девочку. Но не просто так – она по дороге учила её запоминать путь, читать следы и ориентироваться по солнцу.

Наконец, Настя вышла из леса и вместе с бабушкой перешла через все болотистые места, а на прощание Лесная дала девочке маленький мешочек с сушёными травами и сказала:

– Когда тебе будет трудно, вдохни их аромат. Вспомни, что даже в самом густом лесу есть тропа, а в самой тёмной ночи – звёзды. И знай: дом – это не только стены. Это любовь, которая всегда с тобой, даже если ты далеко.

Настя вернулась домой. Её уже искала полиция. С мамой они долго обнимались, разговаривали и обещали друг другу больше слушать и меньше обижаться. И на сестрёнку посмотрела совсем другими глазами: и соскучилась, и почувствовала ответственность за неё. Девочка часто вспоминала бабушку Лесную и её уроки. Она научилась замечать красоту в мелочах, помогать тем, кто в беде, и верить, что даже после самой сильной бури наступает тишина.

А Лесная продолжала жить в своей избушке, зная, что посеяла в сердце девочки доброе зерно. И когда вечерами она сидела у окна, вокруг неё собирались звери и птицы, словно напоминая: мир держится на тех, кто умеет любить и заботиться.