Сказание о совиных тропах

День, когда пропала Рада надолго останется в памяти Миры. Ведь это перевернуло жизнь сестёр с ног на голову и начал ту самую тропу, с которой нет выхода в мир людей.

Но это было лишь началом их истории.

Десять лет - достаточно большой срок для юной девочки, чтобы привыкнуть к одному месту жительства. Целая жизнь! Когда отец сообщил, что они переедут и будут жить в деревне, Рада взбунтовалась, а Мира промолчала. Она часто отмалчивалась, когда просходило неприятное и тянущее за душу для её сестры Ну, а что здесь можно поделать? Всё равно от её мнения мало что изменится. Папа решил, значит так и будет. Даже если Рада не будет с ним разговаривать целый месяц. Школу придётся сменить, но вряд ли между деревенской и городской школой была большая разница. Мира считала, что домашки задают гору и там, и там.

Так и переехали они в село Калиновка – с возмущённой Радой и Мирой, которая спокойно восприняла перемены. Поселились в перекошенном доме, где пахло хвоей, сухими травами и выпечкой, которую они пекли в свободное время. Отец сказал, что дом долго пустовал. Теперь это было не так, ведь в доме росли две девочки - Рада, с золотистыми глазами и храбрым сердцем, и Мира, тише ветра, что шепчет у ручья свои сказания. Хоть и были сёстрами, но тринадцатилетняя Рада уже стала красавицей. Помимо золотистых глаз были у неё и светлые как рожь волосы. Когда Мира смотрела на свои короткостриженные русые, то всегда завидовала сестре и сомневалась, что когда-нибудь станет такой же красавицей. Да и чёрные брови, которые были слишком нахмурены для полных десяти лет, не придавали миловидности.

Золотистые глаза всегда были их странной изюминкой. Никогда и ни у кого не видели девочки таких глаз, но надеялись, что у мамы были похожие.

Об их матери отец никогда не говорил. Раньше Рада часто спрашивала, а он лишь хмурился и уходил на кухню или в свою комнату, поэтому спрашивать стала всё реже и реже, пока совсем не перестала. Только в самые тёмные ночи сёстрам снились одинаковые сны - про лес, про перья пепельного цвета и женщину с глазами, как у них.

На широкой полянке, где редко могли пробежать зайцы, да пролететь птицы, они видели, как мерно качаются колосья. Их звал нежный голос, и когда их голые пятки устремлялись вперёд, девочки никогда не могли догнать ту, что звала их. Они лишь видели вдалеке мерцающий золотистый взгляд, а ступни всегда оказывались перед горсткой серых перьев на земле.

Несмотря на протесты Рады, девочки быстро освоились в деревне. Рада нашла подруг среди местной детворы, а Мира часто уходила играть на опушку леса. Компания ей была не нужна. Ей нравилось проводить время с собой. Чаще всего девочка собирала шишки и ягоды, чтобы потом засушить их. Привезти с собой энциклопедию про лекарственные травы было отличной идеей, а иногда Мира просто сидела на траве, слушая шелест листьев и пение птиц. Самым завораживающим звуком было уханье совы. Она словно пыталась кого-то позвать, а может просто рассказывала сказания на своём совином языке, жаль, что узнать точное значение совсем не получалось.

Стоял конец августа, но лето выдалось прохладным. Приходилось даже надевать любимый коричневый свитер в особо холодные дни.

— Мира! Сколько раз тебя звать? — Отец пришёл за младшей дочерью. Хоть и жили они на окраине деревни, но он никогда не подходил к лесу, только хмуро смотрел в его сторону, поправляя круглые очки на носу.

— Иду! — В отличие от сестры, младшая не спорила с родителем. Рада говорила, что просто время не пришло. Тихая Мира ещё покажет свой характер.

Положив в корзинку своего лучшего друга - плюшевого медведя Мишутку, Мира отправилась за отцом домой.

Оказалось, что дома их ждала гостья. Рада сидела напротив пожилой женщины в ярко-красном платочке. Увидев Миру, она широко улыбнулась. От этого девочка так смутилась, что спряталась за папу. Он рассмеялся.

— Ну же, Мира, это всего лишь бабушка Зина.

Появление гости очень удивило девочку, ведь Здесь у них не было знакомых, кто мог бы их навестить.

Отец мягко подтолкнул дочь вперёд.

— А ты, значит, младшая, — голос у бабули был скрипучий, но лился словно мёд с ложки.

Мира неловко кивнула, прижимая к себе корзинку с Мишуткой.

— Ну, садитесь, что же вы стоите, как бедные родственники.

Папа пододвинул дочке стул, и она села.

— А вы правда наша бабушка? — спросила Мира.

Раздался громкий смех Рады.

— Вот глупая! Бедные родственники — это такая поговорка, бабуля, по правде, нам не бабуля вовсе.

Бабушка Зина насупилась.

— Как же это не бабуля? Каждый ребёнок в деревне мне внучек, и вы теперь тоже мне внучки любимые. Вот и пришла спроведать.

Тем временем отец уже разливал чай по кружкам.

— Бабушка Зина -- местная травница, она принесла нам чай. Она много знает про здешние места и про… — он запнулся, — местные традиции.

— Ты хотел сказать про духов, — сказала старушка, не глядя на него.

— Духов? — Рада отхлебнула из своей чашки, пытаясь скрыть появившийся интерес.

Бабушка поразмыслила, стоит ли рассказывать им, но всё же решилась.

— Давно это было, — начала она, — до того, как все стали забывать, духов чтили. Каждый ручей, каждое дерево находилось под защитой духа. А совы, — она замолчала и посмотрела на окно.

Там, за стеклом, уже вечерело.

— Совы были вестниками и стражами. Они не давали живым перейти туда, где им быть не положено, и не пускали духов в наш мир без причины.

Рада прищурилась недоверчиво.

— Сказки любите, бабуль?

— Какие же это сказки? В те годы никто из деревни не пропадал, а теперь, — она тяжело облокотилась на деревянную спинку стула.

Отец сжал губы в тонкую линию.

— Ну, довольно страшных историй на ночь. Мира же не уснёт потом.

Но Мира слушала как завороженная. Что-то в рассказах бабушки о совах казалось ей знакомым, даже родным.

— Кто-то пропал? — Почти шёпом спросила младшая.

Впервые с начала этого разговора бабуля посмотрела прямо на Миру. Глаза её были голубые как вода в проруби, и у девочки побежал холодок по спине. Она сильнее сжала ручку корзинки.

— Лёшка -- соседский паренёк. Говорят, что из дома ушёл. В город сбежал, не хотят правду признавать, что заплутал Лёшка в лесу, сгинул в мире духов.

— Как же ему помочь? — Мира затаила дыхание.

— Завеса, отделяющая мир духов от мира людей, истончилась. Пора бы Хранительнице-сове, выбрать себе помощницу, — очень странно бабуля посмотрела на Раду.

Та, лишь насупилась, но ничего не ответила.

Отец встал.

— Уже поздно, — и правда, на улице заметно потемнело. — возьмите с собой банку кофе, мы из города привезли, — и он достал банку из буфета и поставил перед старушкой.

Она кивнула в знак благодарности.

Отец решил проводить бабушку Зину до дома. Девочки остались одни. Мира заметила, что после этого разговора Раде было не по себе. Да и сама Мира чувствовала тревогу. Связаны ли совы, которых она слышала в лесу с рассказом бабушки или это и правда была всего лишь сказка? С такими мыслями она и уснула.