Сказка о подснежнике

Журчат ручьи, слепят лучи, и тает лед... В общем, наступает весна. Весна идет! Вы слышали? Все слышали, а вы нет? Вот и принцесса наша не слышала. Встала рано утром, глазенки промысла, одеть себя слугам предоставила, стоит у окна ростового, кофий попивает, напиток такой заморской, горький, природой, стало быть, любуется. Конечно, прекрасно любоваться снегом и морозом, когда стоишь в теплой зале царского дворца. Это у простых людей может быть в доме холодновато, ибо они дрова экономят, но тут всегда тепло, аж до того тепло, что пальмы и зимой цветут.

Стоит, значит, царевна, кофий, напиток такой горький, попивает, с молоком смешанный, через соломинку. Соломинки ей эти дядька самолично отбирает на сеновалах он туда с девками дворовыми специально ходит питьевые соломинки выискивать. Говорит, что с девками это делать куды как интереснее, чем без оных. Девки, правда, об этом только ржут и краснеют, но секретов, как правильную соломинку для коктейля найти не выдают. И видит она как по дорогам еще недавно заснеженным текут ручьи, а это значит что? Правильно. Снег тает.

- Нянька! Нянька!

- Да диточка моя, чего извольте? - тут же прибегает баба в годах.

Баба огонь, такая не только в горячую избу войдет и коня на скаку остановит, а даже дитятко бедненькое у шайки разгулявшихся прохвостов отобьет, кстати, с тяжкими телесными и душевными травмами. Для прохвостов, конечно же.

- Няня, а весна уже наступила? - спрашивает царевна.

- Конечно милая, апрель же уже на дворе, - всплеснула руками баба.

- А в лесу тоже теперь апрель? - захлопала глазами радостно царевна.

- Конечно, а как же иначе дитятко.

- Ура! - захлопала царевна.- Няня, а мишки проснулись?

- Давно уж дитятко, аж в марте ещё, на масленицу медведей будили.

- Отлично! - продолжала хлопать в ладоши девица. - Поедем в лес, медведей смотреть!

- Окстись девка, каких таких медведей в лесу смотреть? У тебя вон отец наш родимый царь-батюшка-ампиратор зоопарк построил, вот туда иди дура и смотри медведя, а в лесу они дикие и опасные.

- Ну, няня, - поджимала губки царевна.

- Я все сказала.

- Ну птичек то прилетевших посмотреть можно?

- Птичек можно.

- Тогда я побежала собираться?

- Кудой? - опешила баба.

- В лес, птичек слушать.

- Какой лес? - сплюнула и тут вытерла баба. - Тебе царь-батюшка-ампиратор соловья в клетке подарил? Вот его и слушай. У лесных птиц голос куда как хуже чем у соловушки.

- Нянька, а пойдем тогда смотреть как снег тает, да ручьями бежит?

- А кто же тебе милая это запрещает зреть отсюда? Вон какие окна поставили, что хочешь, то и смотри.

- А они отсюда мутные, фи на такие любоваться.

- Так они вблизи ещё хуже.

- Но на цветы то можно полюбоваться?

- На какие цветы милая моя ты в апреле любоваться вздумала? - удивилась баба.

- Подснежниками, какими же ещё?

- Ну, если только ими, - вздохнула няня.

- Идем? Я собираюсь?

- А и куда ты милая пойдешь смотреть подснежниками то?

- Как куда? В парк.

Это заявление успокоили няню, она уж думала, дитятко опять в лес проситься станет. В парке то спокойно, никто не обидит, ибо он на территории дворца царя-батюшки-ампиратора.

- Ну, давай прогуляемся.

Вышли нянька с царевной в парк, гуляют, подснежники ищут, но цветов найти не могут. Зато снег сошёл и, оголив все, что в него цельную зиму скидывали. Тут тебе и дерьмо собачье, и не собачье, пакеты разные, кости обглоданные, всякие отходы жизни человеческой. Принцесса шла очень медленно, тщательно глядя под ноги, стараясь обойти или перешагнуть препятствия. Не всегда это получалось и с каждым таким разом мордочка девицы морщились все сильнее.

- Няня что это? Фи как дурно пахнет.

- Это милая моя тоже своего рода подснежники, - вздохнула баба.

- А где тогда цветочки?

- А цветочки, они в диких лесах, где медведи ходят, но к ним мы не пойдем.