Сказка о волшебной книге и Микуле, крестьянском сыне

В тридевятом царстве, тридесятом государстве жил был Царь, и был у него секрет великой мудрости и всезнания – что ни вопрос, всегда знал ответ. Царствование было его мирным и спокойным.

А меж тем глядел на это Черт, и было его сердце полно едкой злобы. И решил он разузнать секрет великой мудрости Царя. Перевоплотился Черт в богатого купца и пришел во дворец к Царю с дарами, вошел с земным поклоном и сказал:

– О великий Царь, земля твоя богата, поля твои широки и изобильны, мир ты держишь с соседями земли своей. Прошу, поведай, не утаивая, в чем же секрет твоей великой мудрости?

И рассказал Царь свой секрет: есть у него книга, да не простая, а волшебная. Каждый вечер читает он ее и находит ответ на все вопросы.

Отблагодарил Купец Царя и ушел восвояси.

Тогда Черт решил украсть книгу, все знания себе забрать, чтобы не досталась она ни Царю, ни простому народу.

День коротается, к ночи двигается. Как солнце за гору зашло, полетел Черт ко дворцу и заглянул в окно палаты царской: сидит Царь и книгу читает в переплете красочном, златом и серебром украшенном, такой славный, что ни вздумать, ни взгадать, только в сказке сказать. Так пуще прежнего сердце Черта загорелось злобой и едкой завистью.

Обратился Черт в черного кота и вошел в палату Царя, тот же его не заметил. Подошел к нему Кот, потерся о ногу, хвостом взмахнул, и почувствовал Царь, как нашла на него дремота, не устоял он, так и заснул.

Черт же взял книгу из рук Царя и полетел по небу звездному: над крышами, над трубами дымоходными, над реками широкими, над лесами темными…

Проснувшись утром на рассвете, Царь не мог книгу найти. Позвал к себе людей служивых и сказал:

– Послать по стране, по городам, по селам! Людей опросить, свидетелей найти! И книгу немедля разыскать!

И поехали служивые люди по стране. Заехали в одну деревню, стали людей спрашивать, о книге выведывать. И собралась толпа на улице, начали люди обговариваться, шептаться, но никто не знал, куда книга делась.

Тут выходит из толпы один молодец, сильный, удалой, и говорит:

– Видел, куда книга делась! Черт ту книгу выкрал.

– Как звать тебя? – спрашивали служивые.

– Микула я, крестьянский сын!

Привели молодца во дворец и рассказали Царю, что говорил Микула.

– От куда знаешь ты, Микула, что книгу-то Черт выкрыл? – спрашивал Царь.

– Так глазами своими видел, Царь-батюшка, – отвечал Микула, – шел тогда я в поле, тут на! Ветер как засвищет, как завоет, глядь, а это Черт по небу летел с книгою драгоценною в руках.

– Поручаю Черта разыскать и книгу волшебную возвратить, – говорит Царь, – справишься – озолочу и приемником моим назначу.

А поодаль стояли Министр и Генерал и слышали все, что говорит Царь. Не обговорив друг с другом, решили: не быть крестьянину на престоле!

– Отыщу я Черта, Царь-батюшка, и книгу возвращу, – говорил Микула.

И, поклонившись напоследок, удалился.

Не знал Микула, где Черта искать, решил пойти по дороге в сторону, куда тот ночью летел. Шел Микула далеким-далеко, высоким-высоко и тут глядь: у обочины стоят два брата-близнеца, одинаковых с лица, и о чем-то жарко спорят, кулаком друг другу грозят, драку завести намереваются.

Подходит к ним Микула и говорит:

– Здравы будьте, что ж вы тут, братцы, ругаетесь?

– Будь здрав, путник, – отвечают братцы хором.

– Уж который день мы здесь стоим и спор наш решить не можем, – добавил первый.

– Спорим, кто ж из нас сильнее, – добавил второй.

И вновь начали братья ругаться, кулаками махать, друг на друга злословить.

– Знаю, братцы, как спор ваш решить, – остановил их Микула, – поборемся за вороток, кто меня победит, тот и сильнейший.

Усмехнулись братья:

– Кто ж ты будешь, путник? Думаешь выстоишь, уж силой мы обладаем неведомой!

– Микула ж я, крестьянский сын, – отвечал им, – не один уж год в поле работаю, землицу сырую знаю.

И решили бороться. Взялись Микула и первый братец за воротки друг друга, и начал братец тянуть Микулу, а тот стоит, не шелохнётся, не мог близнец Микулу сдвинуть, и тут молодец потянул братца на себя и ударил с носка, так и упал братец на землю сырую.

Взялся второй братец бороться с Микулой. Взялись за воротки, тянет братец и сдвинуть Микулу не может, тут Микула потянул браться на себя и ударил с носка, так и упал братец на землю сырую.

– Что вы, братцы, спорите, время попусту тратя, если меня, пахаря, не поборите? – говорил тогда им Микула. – На что же вам сила, коль тратите ее друг на друга? На что вам сила, если вместе не победите общего врага? Брат брату не враг, а друг, поддержка и крепкое плечо.

Поклонились тогда братья до земли и сказали:

– Спасибо тебе, Микула, что нас ты примирил и на дурость нашу указал.

– Скажите, братцы, знаете ли, где Черта мне найти? – спросил их Микула.

– Знаем, – отвечали, – отсюда пять верст на север течет Пучай-река, на берегу той стоит древо мертвое, и на том-то древе и сидит Черт.

И тогда братцы дали Микуле огниво со словами:

– Не простое это огниво, а волшебное, чудо совершает и нас на выручку призывает.

Попрощался Микула с братьями и отправился, как они и говорили, на север на пять верст к Пучай-реке. Дошел Микула до реки: и вправду стоит на берегу древо мертвое, а на верхушке Черт сидит.

– Черт! А Черт! – Крикнул Микула. – Слезай сюда по-хорошему!

Тут со свистом слетел Черт с древа и предстал перед Микулой.

– Кто ж ты будешь, молодец? – злорадно сказал Черт.

– Микула я, крестьянский сын, – отвечал тот, – а ты взял чужое, пришел я чтобы это вернуть! А-ну, отдавай книгу волшебную!

– Не отдам я тебе книгу! – сказал Черт.

– А давай тогда, кто громче свистнет, того и книга! – предложил Микула.

– А давай! – согласился Черт.

И тут он как свистнет, что волны на Пучай-реке подыматься стали и птицы, летевшие в небе, замертво упали.

– Хорошо свистишь, – сказал Микула, – мой черед! Ты бы глазки свои закрыл, выкатятся еще!

Черт так и сделал, а Микула как вдарил ему голове, что в ней звенеть не переставая стало.

– Ох, ох, ох, – держался за больную голову Черт, – забирай ты книгу, в сундуке она, на дне Пучай-реки.

А сам Черт улетел, куда глаза глядят.

Подошел Микула к Пучай-реке, достал огниво и чиркнул. Тут вода забурлила, заволновалась, да и расступилась. Микула глянул: на дне сундук лежит, достал его со дна. Попытался открыть – не поддается.

Тогда взял Микула огниво и чиркнул, и появились перед ним два брата-близнеца, одинаковых с лица. Показал Микула на сундук со словами:

- Выручайте братцы.

Взялись они втроем за сундук, потянули, да и открыли его. Достал из него Микула книгу, поблагодарил братцев и пошел к Царю.

Явился Микула во дворец.

Но тут вошел Генерал и заявляет:

– Царь-батюшка, не верьте злому обманщику: книгу вернул я! А он напал на меня и отобрал книгу!

За Генералом входит к Царю Министр и заявляет:

– Царь-батюшка, не верьте злым обманщикам: книгу вернул я!

Увидел Царь, что непроста ситуация, и решил проверить спорщиков. Открыл Царь книгу, прочитал некоторые строки и говорит:

– Кто книгу вернул, тот прочитать ее мог!

И загадал Царь троим загадки, Генералу:

– Семь выходят, а девять заходят, двое наливают, а один пьёт?

Министру:

– Буря ходит по верхушкам его и стонет, и вопит горестно; глава его словно тростник; для богатых почёт, а для бедняков — позор; для мёртвых почёт, а для живых — позор; птицам радость, а рыбам горе. Что это?

Микуле:

– Из земли исходит, землёю питается, льётся как вода, а разливает свет. Что это?

Дал им время, ровно день, чтобы дать ответ. Явились трое на следующий день, поутру, а Генерал и Министр в ноги пали Царю, говорят:

– Не вели казнить, Царь-батюшка! Всю ночь мы думали над загадками, а ответа не нашли!

Тогда говорит Микула:

– Ответ первой загадки: семь — это дни уединения, девять — это месяцы беременности, две груди смешивают, а один, грудной младенец, пьёт, ответ второй – это лен, третей же – масло каменное.

Тогда повелел Царь судить Генерала и Министра за обман, а Микулу озолотить и сделать своим приемником.

– Не надо мне ни золота, ни трона царского, – отвечал Микула, – прошу лишь не казнить их, а к временному труду призвать, они-то уж еще нужны будут в делах государевых.

Удивился Царь таким словам Микулы, но согласился: Генералу и Министру поручено полгода работать в стайке, а Микуле вольную дали, коней, земли, и стал с тех пор он жить-поживать – добра наживать.