Сказка про 37-й автобус

Рождественская сказка для детей.

Автор - Марина Муфель

Меня зовут Миша, мне семь лет, я живу в Минске. Я расскажу вам сказку. Мама мне читает сказки, в которых случаются невероятные вещи, но всё это было очень давно. И я решил написать сказку про то, что случается в жизни сейчас. Например, про автобус №37. На этом автобусе мы ездим в гости к моей подруге Лизе. Мы познакомились, потому что моя мама и мама Лизы дружат, и мама берёт меня с собой, когда едет в гости. Я хотел бы видеться с Лизой чаще, но они всё время уезжают отдыхать за границу, и ещё Лиза ходит на танцы и английский язык, поэтому она очень занята. Вообще-то сегодня праздник, Рождество, поэтому нас пригласили в гости. Лиза живёт на Калиновского, а я с папой и мамой – на Захарова, в самом начале пути 37 автобуса, до нашего дома только одна остановка. Самая первая остановка – на станции Восточная, там ходит поезд, и там на стоянке автобус отдыхает. И водитель тоже отдыхает, потому что впереди у него долгий путь. Что-то они долго отдыхают, мы уже давно стоим здесь на остановке, пока я вам рассказываю, мы опоздали на предыдущий автобус, и теперь долго ждать. Наконец едет автобус, и мы заходим.

- Асцярожна, дзверы зачыняюцца, - говорит водитель. Вернее, водитель только нажимает кнопку, и звучит запись, чужой голос. Мама говорит, что раньше водитель сам объявлял остановки в микрофон, но это было давно.

Я не слушаю в автобусе музыку, можно же смотреть в окно и увидеть много интересного! Жаль, что сегодня нет снега, мокро на улице, это же Рождество, должен быть снег. Мама говорит, что на сайте погоды снег обещали, но эти прогнозы никогда не сбываются.

И ещё я люблю рассматривать людей в автобусе и догадываться, о чём они думают. Например, тут стоит старая женщина в длинном пуховике, у неё очень серьёзное лицо, и она сердито смотрит на мальчиков, которые зашли на остановке около школы и шумят. Наверное, она думает: «Ох, уж эта молодёжь!»

Следующая остановка называется «Захарова». Я думаю, что это неправильно, потому что по улице Захарова автобус ехал раньше, а здесь как раз свернул на другую улицу. Я рассказал об этом маме, а она ответила: «Не ищи смысла там, где его нет, в этом мире всё нелогично».

Это остановка Платонова, и тут в автобус зашла женщина с сумкой. Там в сумке кот. Женщина села напротив нас, и я увидел, как кот высовывает голову в окошечко в сумке. Кот серый, а усы у него белые. Интересно, куда они едут. Мама спросила у женщины, кота зовут Барсик, они едут к врачу в больницу для котов и других животных, ветеринарка называется такая больница. Есть ветеринарки, которые работают круглосуточно, даже ночью, если с котом случилась беда, можно отвезти к доктору. Женщина говорит, что Барсик не ест. Ветеринарка далеко, они едут в 37м автобусе до метро. Женщина очень переживает, мне кажется, что она хочет заплакать. Мне так жалко этого кота. Я спросил у мамы: «Барсик выздоровеет?»

- Конечно, - говорит мама, - сегодня же Рождество.

- Наступны прыпынак – станцыя метро Акадэмія навук, - объявляет водитель. Здесь женщина с котом выходит.

- Не волнуйтесь, всё будет хорошо, мы желаем вам удачи, - говорит мама этой женщине.

Остановку Академия наук я знаю. В Академии работает мой папа, он каждый день ездит сюда на 37м автобусе. Когда я вырасту, я тоже стану учёным, хотя Лиза говорит, что это невыгодная работа.

Тут ещё рядом Академия художеств, там учатся художники. Вот идёт человек с большой папкой, он, наверное, художник, в таких больших папках художники носят рисунки. Я художником быть не хочу, мама учила меня рисовать, но у меня не получается. Почему у взрослых всегда получается лучше? Это нечестно, я ведь стараюсь. Мы с мамой ходили на выставку детских рисунков, но мне детские рисунки не понравились, я люблю взрослые картины.

Дальше мы едем мимо ботанического сада. Но тут в окно видно только забор и вход с колоннами. Вы думаете, конечно, что сейчас зима, и неважно, что там за колоннами, цветы всё равно не растут, но я знаю, что в ботаническом саду и зимой есть, на что посмотреть. Мы с мамой ходили в оранжерею, там растут деревья из разных стран, есть даже пальмы. И там в бассейне плавают карпы кои. Карпы кои – это не обычные рыбы, которых едят, карпов кои выращивают для красоты, чтобы на них смотреть. В оранжерее играет музыка, и карпы плавают как будто под музыку. Все они разноцветные, есть оранжевые, есть белые, есть в крапочку, ни одного одинакового карпа. Оранжерея работает зимой, и это так необычно, когда на улице мороз, а заходишь – и можно снимать куртку, и все деревья зелёные.

- Наступны прыпынак – парк Чалюскінцаў, - объявляет водитель.

На этой остановке самое интересное – часовой завод. Многие думают, что завод – это здание с башенкой, потому что на башенке часы, и это сразу заметно. На самом деле это старый корпус, а часы сейчас делают в новом корпусе, он тут недалеко, современное здание. Когда я был маленький, я думал, что на часовом заводе живёт Дух Времени. Папа как-то разговаривал про дух времени, и я подумал, что этот дух – такой джин, и у него на руках, ногах и даже на шее – разные часы. И все они показывают разное время. Потому что я знаю, что в разных странах время разное, допустим, в Минске сейчас 6 часов вечера, а в Нью Йорке – 11 часов утра. Но потом папа мне объяснил, что дух времени – это совсем другое. Например, сейчас все говорят про искусственный интеллект, и это дух времени, то есть модно. А часы сейчас не в моде, мало кто носит часы, обычно смотрят время на телефоне. Можно сказать, что это тоже дух времени. И мода бывает не только на одежду, но и на мысли. А джина не существует.

Пока я вам рассказывал и задумался, мы проехали станцию метро Московскую и остановку Кедышко. Дальше автобус едет по улице Волгоградской. На улице Володарской мне больше всего нравятся маленькие домики, как в деревне. Я всегда хотел узнать, кто там живёт, но дома за забором, и ничего не видно. Я даже спрашивал у папы, зачем такой забор, и он сказал, что это нормально, когда люди не хотят, чтобы вмешивались в их жизнь, но заборы эти некрасивые. И потом он мне показал фотографии всяких красивых решёток в интернете, хотя я думаю, что такие бывают только во дворцах, и ещё зелёные заборы, просто кустики подстриженные. Так что, если у меня будет дом, я сделаю такой зелёный забор.

Вообще мы едем уже очень долго, мама говорит, что лучше ездить на метро, а 37й автобус петляет, но я всегда упрашиваю её поехать на автобусе.

Я думаю, что все люди, которые едут в 37м автобусе – хорошие. Я не видел только водителя, но он тоже, конечно, хороший, он старается для людей, которые едут в автобусе. Мама говорит, что водителю давно надоела его работа, и о людях он не думает, просто делает, что положено.

Какой-то человек очень быстро бежит, наверное, хочет догнать автобус. Я так хочу, чтобы он успел! Водитель ждёт, не закрывает двери, и этот парень вскакивает в автобус. «Ты был прав, водитель хороший», - говорит мама.

На следующей остановке мы выходим, дальше идти пешком. Место, где живёт Лиза красивое, потому что здесь есть река, вернее, канал, и маленькое озеро. Летом мы с Лизой здесь гуляли, на озере живёт парочка лебедей. Я спрашивал, где живут лебеди зимой, но никто не знает, знают только, что каждое лето они возвращаются. Лиза рассказывала, что однажды весной прилетела целая стая лебедей, они отдыхали на озере. И мама Лизы сделала фотографию, а потом посчитали лебедей, и их было 37! Только это нельзя доказать, потому что фотография потерялась. Может быть, вам кажется, что это выдумка, но я, конечно же, верю Лизе.

Лиза живёт на 9 этаже, поэтому из окон её комнаты видно озеро, спорткомплекс и лес. А вот и дом 48.

Я очень переживал за наш подарок для Лизы, потому что у Лизы много игрушек. А мама не покупала подарок, сама связала скандинавского гнома, такого, с надвинутым на глаза колпачком. Гномы закрывают глаза, чтобы люди не догадались, что перед ними гном. Только я думаю, что это и так ясно, потому что гномы маленького роста и этим отличаются от людей. Лиза сразу схватила гнома и старалась снять колпачок, но я объяснил, что скандинавские гномы такие, и Лиза сказала, что прикольно. Я очень обрадовался.

В прошлом году мы с Лизой были маленькими и прятались под столом, пока взрослые ужинали. И мы пытались отличить, чьи это ноги под столом и даже трогали за штанины и тапочки, а взрослые делали вид, что не замечают. Но мама Лизы сказала, что теперь мы должны ужинать вместе со всеми, а уже потом идти играть в другую комнату. Вообще мне нравится слушать, что говорят взрослые, а Лизе – нет. Лиза говорит, что с детьми гораздо веселее. Поэтому она старалась поесть очень быстро, чтобы скорее уйти.

Когда мы остались вдвоём, я спросил у Лизы: «Хочешь, я расскажу тебе сказку? Как мы ехали на 37м автобусе».

- Ничего интересного, - сказала Лиза. – Вы всегда ездите на автобусе. Мой папа меня всюду возит на машине.

На обратном пути мне было грустно, потому что Лиза не захотела слушать мою сказку. И вдруг пошёл снег!

- Видишь, сегодня всё сбывается, - сказала мама. – Загадай желание, оно обязательно сбудется.

Я сначала подумал про Лизу, но не знал, что загадать. А потом я вспомнил Барсика, который с нами ехал по пути к Лизе. И я загадал, чтобы у Барсика всё было хорошо.

И тут в автобус зашла женщина с Барсиком! Мама помахала ей рукой, и они сели рядом с нами. Оказалось, что у Барсика просто зубной камень, наверное, зубной камень царапал десну, поэтому Барсик не хотел есть. А может быть, он испугался шума, на Рождество ведь всегда фейерверки, коты боятся фейерверков. «Были фейерверки? – спросил врач. – Вот видите!» Потом врач надавил пальцами на этот зубной камень, и он отвалился. Врач сказал, что всё, можно идти домой.

За окном снег повалил хлопьями, и уже плохо видно дома на улице и непонятно, где мы едем. Мне показалось, что автобус едет быстрее, набирает скорость, как самолёт, когда бежит по взлётной полосе. Я услышал свист ветра и только успел подумать, что это, наверное, опасно. И тут автобус взлетел! Сначала за окном было видно только хлопья снега, а потом мы поднялись выше, и уже видно было весь город с огнями, и стало тихо и спокойно, а автобус парил в воздухе. Я удивился, что у автобуса не видно крыльев, как у самолёта, но, может быть, крылья были видны с других сидений, у самолёта тоже не видно крыльев, когда сидишь впереди. Потом я хотел рассмотреть наш дом или дом Лизы, но дома внизу были слишком маленькие, я не смог сориентироваться. Мы поднялись ещё выше, и стало видно только ярко-жёлтые прямые линии, там, где освещённые улицы. И тогда я услышал мелодию, такую красивую, как будто кто-то играл на дудочке. И я подумал, что, наверное, это играет ангел.

И тут что-то толкнуло меня в плечо. Я испугался, что мы столкнулись с другим автобусом в воздухе, а потом услышал голос мамы:

- Просыпайся, мы выходим.

Мы вышли на улицу, но я не мог поверить, что это неправда, и ангела не было.

- Я видел огни на улицах сверху, весь город, как на картинке, - сказал я маме.

- Мы просто рассматривали с тобой вчера ночные фото Нью-Йорка с воздуха, - сказала мама. – Вот ты и увидел.

- А Барсик? – спросил я. – На обратном пути заходила женщина с Барсиком?

Я так испугался, что мне это приснилось, и на самом деле Барсик не выздоровел.

- Барсик был, - ответила мама. – Это правда.

И я подумал, что тогда всё в порядке.

***

На следующий день Миша пошёл в школу, а вечером позвонила учительница и жаловалась, что Миша не слушает на уроке и всё время что-то рисует в тетрадке. Мама попросила Мишу показать тетрадку. Там было написано: «Меня зовут Миша, мне семь лет. Я расскажу вам сказку про 37й автобус. На этом автобусе мы ездим в гости к моей подруге Лизе. Мы познакомились, потому что моя мама и мама Лизы дружат»

- Что это у тебя? – спросила мама.­

- Я сочинил сказку, - сказал Миша, - мне нужно скорее записать, чтобы не забыть, но мне очень трудно, потому что я медленно пишу.

- Я помогу тебе, рассказывай, - сказала мама.

И они записали всё, что вы уже знаете.