Сказочное Бали для школьниц

Пятничное предложение так себе решение

Пятница. Последний учебный день перед долгожданными выходными. Воздух в школе звенел предвкушением отдыха, сравнимый с каким-то особенным, ликующим брожением. Словно гигантская банка с газировкой, которую вот-вот откроют. Сашенька Долькина шла рядом с Леной, и даже ее, уже видавшую виды душу, слегка задевала эта всеобщая легкость.

— Завтра можно выспаться, — мечтательно сказала Сашенька, глядя на клочок синего неба между домами. — А потом… даже не знаю. Может, в гараж к Ухрюку. Или картину доделать.

— Скукотища, — фыркнула Лена, проверяя что-то на своем вечно мерцающем телефоне. — У меня идея получше. Лиза выходит… Лизу выпустят на выходные. Из резервации. Надзорный отпуск, так сказать. Предлагаю отметить это событие. Съездим на Бали.

Сашенька споткнулась о собственную ногу.

— На… на Бали? Это где Индонезия, да? Самолетом? — В голове мгновенно пронеслась череда невозможных картинок: аэропорт, долгий перелет, усталость, смена часовых поясов, и все это впихнуть в два дня. — Лена, мы вернемся трупами. И в понедельник в школу… это же издевательство.

Лена повернула к ней голову, и в ее глазах заплясали знакомые огоньки безумия и превосходства.

— Кто сказал что-то про самолеты? У нас есть порталы. Быстро, комфортно, без джетлага. Заодно познакомишься с моей… гм, рабочей обстановкой. Не той кухней, где мы людей перепрошиваем, а настоящим офисом. Реальной властью, которая отвечает за кусок Питера и наш город N. И Лизу заберем по дороге.

В голове у Сашеньки что-то щелкнуло. Вот оно. Все же не туристическая поездка, наверно что-то вроде служебной командировки. С посещением штаб-квартиры. Подобное звучало уже серьезно и пугающе интересно.

— А мама?..

— Твоя мама считает меня образцовой подругой, дочерью своей однокурсницы и вообще благотворным влиянием, — с легкой усмешкой сказала Лена. — Скажешь, что едешь со мной и моей «тетей» на дачу на выходные. Она только обрадуется.

Так и вышло. После школы Сашенька, слегка покраснев, сообщила Александре Петровне о планах. Та, действительно, только обрадовалась.

— Конечно, солнышко! Развейся! С Леночкой тебе будет хорошо. Только одевайся теплее, на дачах еще прохладно.

«Если бы ты знала, на какой „даче“ мы будем», — подумала Сашенька, собирая в рюкзак вместо теплых кофт, удобные шорты, футболки, крем от загара и, по совету Лены, купальник.

Тварьпром и бесы в вестибюле

Лена пришла за Сашенькой пешком. Сашенька, почему-то ожидавшая черный внедорожник или хотя бы такси, удивилась.

— На метро поедем?

— Зачем усложнять? — Лена прошла в Сашенькину комнату, закрыла дверь и провела рукой по стене, где висел постер с драконами. Воздух затрепетал, и в стене открылся ровный, овальный портал. Однако за ним виднелся не пейзаж Бали. Вместо этого Сашенька увидела просторный, строгий вестибюль из черного мрамора и полированного металла. — Прямой телепорт. Из спальни в холл. Удобно, правда?

Девушки шагнули внутрь. Холл был огромен, пуст и производил впечатление холодной, бездушной мощи. Где-то высоко под потолком висели сложные геометрические светильники, отбрасывающие резкие тени. В воздухе висел легкий запах озона и чего-то… кожного, животного, но приглушенного дорогими ароматизаторами. Как в бане или, прости-не грести, салоне.

Сашенька огляделась и застыла, увидев на стене за стойкой «ресепшн» огромный, стилизованный логотип: «TVAR-PROM». Она прочитала вслух:

— Тварьпром? Это… как «творить»? Творческое производство?

Лена рассмеялась, и ее смех гулко отозвался в пустом зале.

— Милая моя. Tvar — это древнее название нашей расы. Рептилоидов, если грубо. И бесов, кстати, тоже. А «пром» — это понятно. Промышленность. Производство. Наше производство. А вот и местная достопримечательность.

Из-за стойки поднялся человек. Вернее, не совсем человек. Мужчина лет сорока, с темными, аккуратно зачесанными волосами, в безупречном темно-сером костюме. Его лицо было бледным, аристократичным, с тонкими губами и высокими скулами. И за его спиной… были крылья. Но не ангельские, как у Лены в ее истинном облике. Они были серыми, как пепел, и выглядели так, будто их прикрепили к спине вверх ногами — маховые перья торчали вверх, к потолку, а основание крепилось у лопаток. Крылья были сложены, но их неестественный изгиб бросался в глаза. Это был бес. Тот самый, из древних легенд, только в костюме от Hag Boss.

— Лена Бобры, — произнес бес. Его голос был бархатистым, вежливым, но без тени тепла. — Не ожидал вас в выходные. И с… гостьей. Тагай, судя по энергетике. Зачем вы притащили ее в Центральный хаб?

— По моему званию мне виднее, куда и кого тащить, Арманд, — парировала Лена, даже не смотря на него, изучая свои ногти. — Мы здесь по делу. Забрать субъекта Змейкину для временного вывода. И воспользоваться корпоративным порталом до сектора 7-Гамма.

Бес по имени Арманд склонил голову, его крылья слегка дрогнули.

— Как скажете. Субъекта Змейкину уже ведут.

Шарканье. Из лифта на противоположной стороне холла вышли двое. Это были монстры в самом прямом смысле: двуногие, покрытые чешуей существа с крокодильими мордами и маленькими, интеллигентными очками на носу. Создания были одеты в униформу охранников Тварьпрома. Между ними, в легких, но прочных наручниках, шла Лиза Змейкина.

Красноволосая увидела их и широко улыбнулась, обнажив острые зубки.

— Сестренка! И твоя маленькая богиня! Как мило! Вы меня вызволяете? Я тут уже всю обстановку изучила, кстати. Кондиционер дует слишком сильно, портит кожу. Надо жалобу написать.

Лена подошла к ней, и без всякого предупреждения, со всей силы дала ей пощечину. Звук шлепка гулко прокатился по мраморному залу. Лиза только причмокнула, прикусив губу.

— Знай свое место, гадюка, — тихо, но отчетливо сказала Лена. — Не порти нам отдых. Ты здесь на птичьих правах. На моей птице. Поняла?

Лиза кивнула, в ее глазах на секунду мелькнула чистая, животная злоба, но она тут же спрятала ее под маской легкомысленной улыбки.

— Конечно, конечно. Я буду шелковой. Право слово.

Сашенька наблюдала за этой сценой, замирая. Она запомнила это. Жесткость Лены. Ее абсолютную власть. И то, как Лиза, эта опасная хищница, мгновенно скукожилась. «Гадюки всегда лживы, — вспомнились ей слова Лены. — А так они ничего из себя не представляют». Похоже, это была правда.

— Идем, — бросила Лена, направляясь к другому лифту. Бес Арманд молча кивнул охранникам, и те, взяв Лизу под руки, последовали за ними.

Рай с тропическим акцентом ящериных зубов

Портал на Бали оказался целым залом с десятками сияющих арок, каждая из которых вела в разные точки мира. Над аркой с надписью «Sector 7-G: Bali, Uluwatu» висела гирлянда из пластиковых цветов и чучело дракона, явно сделанное в местном стиле. Сашеньке показалось, что чувство чуда никуда не делось. Пусть она с опасными змеями в человеческом обличье, но все же отдых на острове перевешивал.

Шагнув через портал, девушки оказались не сразу на пляже. Вокруг них была просторная, открытая вилла с видом на океан. Воздух был густым, влажным, пахнущим морем, цветами и специями. Сашенька застыла на пороге, пораженная. Все было по-настоящему. Шум прибоя внизу, крики незнакомых птиц, теплый ветерок, шевелящий листья пальм.

— Корпоративный safe-house, — пояснила Лена, сбрасывая куртку. — У нас тут несколько точек по миру. Для отдыха, переговоров и… оперативной работы.

Вечер пятницы прошел как в сказке. Бассейн с подсветкой, ужин из невероятно вкусных морепродуктов, который им подали молчаливые слуги-местные (Сашенька старалась не думать, были ли они обычными людьми или тоже «статистами» под контролем). Лиза, правда, слегка портила идиллию. Она то приставала к одному из слуг на идеальном индонезийском, выпытывая местные сплетни, то переходила на французский, комментируя вино, то на японский, насмехаясь над дизайном вазы в гостиной.

— Знания не отнять, — усмехнулась Лена, наблюдая, как Лиза на чистом китайском объясняет повару, как правильно готовить креветок. — Гадюки очень способные ученики. Им надо было чем-то заняться в перерывах между унижениями тагаев.

Когда Лиза попыталась перенацелить свою ядовитую болтливость на Сашеньку («Ой, а ты так загорела, Сань, прям как деревенская девчонка после картошки!»), та, не отрываясь от коктейля, просто подняла руку, жестом приказывая замолчать. Лиза фыркнула, но смолкла. Ненадолго.

Чуть позже, когда Сашенька рассматривала какую-то резную деревянную статуэтку, Лиза подкралась сзади и прошипела ей на ухо:

— Нравится? Могу рассказать, из какого именно трупа туземца сделали кость для инкрустации. Интересная история…

Сашенька медленно повернулась. Долькина-дочь посмотрела на гибкие, изящные руки Лизы, заломленные в наручниках за спиной.

— У тебя очень гибкие руки, — задумчиво сказала Сашенька. — Интересно, можно ли их завязать в настоящий узел?

Меньше чем за секунду она взяла Лизу за запястье. Та попыталась вырваться, но сила Сашеньки, подкрепленная недавними тренировками и скрытой яростью, оказалась больше. Ловко, почти медитативно, Сашенька начала переплетать ее пальцы и кисти, скручивая в неестественный, но технически возможный узел. Хрустнули костяшки пальцев. Лиза вскрикнула. Не от боли, а от удивления и обиды.

— Эй! Прекрати! Это не смешно!

— А мне разве было смешно про труп туземца? — спокойно спросила Сашенька, затягивая узел туже. — Прошу прощения. Молчала бы.

— Ладно, ладно! Молчу! Отпусти!

Сашенька развязала импровизированный узел. Лиза потерла запястья, смотря на нее с новым, оценивающим взглядом, в котором появилась тень уважения, смешанного со страхом.

— Жесткая ты стала, богиня.

— Обучаюсь у лучших, — кивнула Сашенька в сторону Лены, наблюдавшей за этой сценой с каменным лицом. Однако у Бобры в глазах было одобрение.

Субботняя охота на ящеролюдей — обыденность

Утро. В эту субботу оно началось не с завтрака у бассейна. Уже вставшая Лена вывалила на огромный кожаный диван груду странного снаряжения.

— Отдых отдыхом, но делу время, — объявила она. — Наш сектор не просто так включает Бали. Здесь, помимо прочего, обосновалась колония ящеролюдей. Они не подчиняются Анунакам. Примитивные, но своенравные рептилоиды. И, к сожалению, они начали охотиться на туристов. Не для еды. Для… ритуалов. Наши статисты важнее ящеров. Поэтому нам поручено провести зачистку. Вернее, мне. Но вы поможете.

Лиза засверкала глазами.

— О, наконец-то что-то интересное!

Лена бросила ей на колени комплект легкой, темной кожи, похожей на змеиную.

— Твоя броня. Не ной, что тесная. Одевайся. Я знаю, ты можешь без рук.

Сашеньке достался комплект доспехов из какого-то композитного материала, легкий, но прочный, с элементами, напоминавшими латы Однако с современным дизайном. Примерив его, она покрутилась перед зеркалом.

— Выгляжу как…

— Как Жанна д’Арк, если бы ее экипировали в лаборатории DARTVAR — закончила Лена, проверяя свой щит и короткий меч. — Идем. Лес в получасе езды.

Группа ехала на джипе, управляемом тем же молчаливым слугой. Дорога вела вглубь острова, в сторону джунглей. Лена по дороге объясняла:

— Ящеролюди умеют создавать вокруг своих святилищ завесу, которая блокирует сложную технику. Пистолеты, автоматы — работать не будут. Только холодное оружие, энергия и магия. К счастью, у нас все это есть.

Группа быстрого реагирования оставила джип на окраине деревни и углубились в лес. Лена шла впереди, время от времени щелкая пальцами и разрывая невидимую пелену, которая искажала воздух, делая его вязким. Вскоре они вышли на поляну, где стояло несколько хижин, а вокруг костра сидели люди. Не ящеролюди, а обычные бандиты, судя по виду — местные головорезы с автоматами Калашникова. Они что-то праздновали.

— Наемники, — тихо сказала Лена. — Ящеролюди нанимают их для черной работы. Помеха. Здесь магия отключена чтобы порох работал. Ударим по ним их же оружием.

Бобры снова щелкнула пальцами. На этот раз завеса упала совсем. Бандиты, услышав шум, вскочили, хватая оружие. Но когда они нажали на спусковой крючок, раздались лишь сухие щелчки. Магия заблокировала порох как на въезде его блокировала магия ящеролюдей.

Лена и Сашенька двинулись на них. Лиза осталась сзади, хихикая. Бой завязался, он был коротким и жестоким. Лена работала щитом и мечом, как танк, сметая противников. Сашенька, вспомнив уроки Ухрюка и свою дикую ярость в бою с магом, рубила катаной. Долькина не чувствовала угрызений совести. Это были бандиты. Наемники. Хоть и люди. Они выбрали свою сторону. Ее меч резал плоть, и она думала только об одном: выжить и выполнить задачу. А еще деньги.

Когда последний бандит упал, из самой большой хижины недовольно выполз управитель. Ящеролюд. Ростом под два с половиной метра, покрытый изумрудно-зеленой чешуей, с вытянутой, как у варана, мордой и желтыми, вертикальными зрачками. Он был в лохмотьях, напоминавших ритуальные одежды, и в руках держал посох с черепом обезьяны.

— Анунакская шавка! — прошипел он на ломаном английском. — Ты нарушаешь договор!

— Договор был с твоим вождем, который решил, что человеческие сердца — хорошее удобрение, — холодно ответила Лена. — Он нарушил его первым. Думаю ты сожрал его.

Ящеролюд взревел и взмахнул посохом. Вокруг них засверкали зеленые огни. Оружие в руках у Лены и Сашеньки… ожило. Катана извилась в руке Сашеньки, превратившись в скользкую, шипящую змею. Меч Лены стал огромной, ядовитой многоножкой. Девушки вскрикнули, отбросив оружие.

— Примитивно, но эффективно! — захохотал ящеролюд. — Ничтожества, вы ничто без оружия!

Змея-катана была бы эффективной… если бы ее можно было поймать. Впрочем, была еще одна.

Лиза, наблюдавшая за этим, скривилась.

— Фу, какая безвкусица. Змеи… меня тошнит от своих же собратьев если они не…

Сашенька, оставшись без оружия, огляделась. Ее взгляд упал на Лизу. На ее тонкую, гибкую фигуру. Идея, безумная и гениальная, родилась мгновенно.

Она рванулась к Лизе, схватила ее за ноги, подняла (оказалось, гадюка довольно легкая) и, размахнувшись, ударила ею ящеролюда, как огромной, живой булавой. Лиза вскрикнула от неожиданности, а потом, поняв, что происходит, зашипела и выплюнула струю едкого яда прямо в лицо рептилоиду.

Тот отпрянул, ослепленный. В этот миг Лена, отбросив свою многоножку, совершила быстрый жест руками и крикнула:

— Сашенька, держи! Усиление!

В тело Сашеньки хлынула волна чужой, адской силы. Ее мышцы напряглись, зрение стало острым, как у хищника. Восьмиклассница снова замахнулась Лизой и обрушила ее на ящеролюда со всей мощи. Раздался глухой удар и хруст. На этот раз хрустнули уже не только кости Лизы, но и что-то у рептилоида. Он рухнул.

Лена подскочила, набросила на него какие-то светящиеся путы. Вскоре из джунглей вышли те же двое охранников-крокодилов из Тварьпрома. Прибыли по зову. Они скрутили ящеролюда и поволокли прочь.

Сашенька опустила Лизу на землю. Та лежала, постанывая, но улыбаясь.

— Классно… — прошептала она. — Не думала, что меня можно так использовать… Мои ребра, кажется, треснули. Но это того стоило.

— Молодец, — коротко сказала Лена, подходя. Ее взгляд на Сашеньку был полон одобрения. — Нестандартно. Жестоко. Эффективно. Ты учишься.

Лена наклонилась к Лизе, положила руку на ее грудь. Пальцы светились мягким светом. Хруст послышался снова — кости вставали на место.

— Ты теперь моя лучшая подруга, — слабым голосом сказала Лиза, глядя на Сашеньку. — Правда-правда. Ты… ты меня поняла.

Лена, поднимая ее, фыркнула.

— Не обращай внимания. Ей в детстве какой-то мужик кости поломал. Так она с тех пор ищет того, кто сможет повторить этот «подвиг», как родственную душу. Психология гадюк — темный лес.

Сашеньке было все равно. Ей в тот момент нужен был тот, кого не жалко. А Лизу она не жалела.

Воскресный отдых и договоренности с рептилоидами

Воскресенье прошло идеально. Лиза вела себя тихо, почти кротко, лишь изредка бросая на Сашеньку восхищенные взгляды. Они загорали, плавали, ели невероятную еду. Сашенька ловила себя на мысли, что Бали — это круто. Не просто курорт, а место силы, где можно и отдохнуть, и… поработать.

Вечером, наблюдая за закатом, она сказала Лене:

— Я хочу сюда на каникулы. На все.

Лена покачала головой.

— Не на все. Работа есть. Но… если ты согласишься взять Лизу на пару дней во время каникул… Присмотреть за ней… Чтобы она не устроила геноцид. То я организую тебе сюда бесплатный проезд и проживание. На несколько дней.

Сашенька задумалась. Лиза… это как держать дома динамит. Но…

— Только если вы дадите мне цепь. И право привязать ее к батарее. Я видела, в девяностые так делали. Или к себе, если что.

— Договорились, — улыбнулась Лена.

— Я согласна! — тут же выдохнула Лиза, которая подслушивала. — Цепь… это так завораживает.

Пора было возвращаться. Портал доставил их обратно в холодный, строгий холл Тварьпрома. Лизу, снова в наручниках, увели охранники. Бес Арманд, дежуривший у стойки, проводил их взглядом.

— Субъект Змейкина, кажется, слегка изменился, — заметил он своим бархатным голосом.

— Поломали ей немного психику, — пожала плечами Лена. — Для ее же блага. Или на место вернули, хер знает.

Арманд кивнул и обратился к Сашеньке:

— Вы, юная леди, оказывается, идеальная компаньонка для таких… экземпляров. В вас есть нужная смесь жестокости и понимания. Редкое сочетание.

Сашенька промолчала. Она не хотела быть «идеальной компаньонкой» для Лизы. Долькина просто хотела выжить и получить свой курорт.

На прощание, уже у портала в свою комнату, Лена сказала:

— Мы с Лизой… мы появились из одной кладки. Такие сестры, если хочешь. Но я никогда ее не понимала. Радость от боли, ее любовь к хаосу… Для меня это всегда было чуждо. Но ты… ты, кажется, нашла к ней подход. Пусть и сделав ее дубиной.

Сашенька кивнула. Она и сама этого не понимала. Но это работало.

Долькина шагнула в свою комнату. Портал закрылся. Было воскресенье, поздний вечер. Завтра — последняя учебная неделя перед каникулами. В голове шумело от пережитого: и от роскоши Бали, и от жестокости боя, и от абсурдности всего этого.

«Сказочное Бали для школьниц, — усмехнулась она про себя, складывая броню в шкаф. — С дьявольским уклоном и дополнением виде сестры-гадюки».

Сашенька и не думала жалеть. Она заработала неделю на тропическом рае. И приобрела ценный опыт: даже самого опасного монстра иногда можно использовать как оружие. Главное — крепко держать его за ноги и не бояться замахнуться. Вот зачем у Лизы были те шипастые наплечники. Кто же был столь безумен, что провернул это в прошлый раз…