Сказочные лабиринты

Максим аккуратно поднялся с кровати и, стараясь не шуметь и не сопеть, крадучись направился на кухню. Юля еще спала, завернувшись во все одеяло, которое смогла отвоевать, будить ее парень не хотел. Вообще Юля-сан в его постели смотрелась как парадокс — это с ее-то одержимостью Германом. Но факты — вещь упрямая. Макс, как мужчина опытный, понимал, что тут имеет место некий внутренний кризис, однако самому догадываться, что там случилось у гильдейских боевиков, что Сакамото ринулась в объятья другого мужчины, презрев свои принципы, он не хотел.

Лень.

А еще: всегда лучше спросить, а не придумывать самому. Весь этот доморощенный психоанализ работает, к сожалению, по тому же принципу, как и вероятность встретить динозавра на улице — пятьдесят на пятьдесят: либо встретишь, либо нет. Либо поможет, либо нет. А вот дать человеку выговориться — идея всегда хорошая.

Максим порылся в кухонном шкафу и извлек оттуда полулитровую джезву и банку с кофейными зернами. Подумав пару мгновений, добавил к этому набору тканевый мешочек, из которого приятно пахло специями. Налил в джезву воды, зачерпнул рукой из банки горсть семян, поднес к горлышку, сжал — в воду посыпался коричневый порошок, наполняя окружающее пространство ароматом свежемолотого кофе. Парень всегда старался найти разное применение своим навыкам, а Техника Дрожащей Ладони из Пути Силы могла не только наносить внутренние повреждения противнику, а еще и молоть кофе… или крошить камни на публику, подавляя у окружающих волю к сражению путем тупой демонстрации силы. Именно этот пример, вычитанный в описании техники, привел Макса к мысли, что так можно не только камни крошить, но и кофе молоть.

Джезва отправилась на плиту, а сам Максим удобно устроился на диванчике, прикидывая в голове, чем сегодня придется заняться. Выходило два важных дела: объясниться с Юлей и зачистить еще одну демоническую каверну, координаты которой ему указал Эрледэ. Это было необходимым условием, чтобы старый сидхе все-таки призвал Великого Духа Пустоты и помог его прибить. А дальше на горизонте маячили бесконечные демоноборческие рейды и таинственное «расследование», про которое старейшина упоминал при каждой их встрече.

« — Пойми, Максим, это зараза, которую надо истреблять! — поучал сидхе, расхаживая перед скептически рассматривающим его охотником туда-сюда с неумолимостью метронома. — Твоих сил вполне достаточно, чтобы справляться сейчас с одиночными вторженцами, однако для закрытия серьезных каверн ты еще не готов. Чуть-чуть не дотянул до нужного уровня после изгнания Эмиссара.

— Так, может, как-нибудь в процессе дотяну? — терпеливо спросил Максим, всеми фибрами души уже жаждущий получить наконец третий дар и избавиться от части гнетущих его опасностей.

Стыдно осознавать этот факт, но Макс реально устал ходить под дамокловым мечом. Не физически, а психологически. После открытия дара он только и делал что танцевал под дудку ныне покойного ван Либенхоффа, потому что альтернативой была мучительная смерть от деградации и разрыва духа. Бил хаоситов, принимал эссенции, снова бил хаоситов, попутно отмахиваясь от не в меру агрессивных одаренных, спешивших присвоить себе ценный человеческий актив, сражался с Эмиссаром, даже с двумя, фактически постоянно балансируя между жизнью и смертью. Даже тот факт, что благодаря подобному стимулу парень крайне быстро вырос в силе и умениях, и то особо не радовал. А тут остался последний шаг, последний элемент — и Добби наконец будет свободен! Не сразу, конечно, но в обозримой перспективе. А нудный старый хрыч твердит что-то там про готовность и не дает тебе вожделенный носок, оттягивая радостное событие.

— Три демона, — коротко ответил Эрледэ. — Именно столько тебе нужно, чтобы выйти на минимальную планку силы для принятия третьего дара. И чтобы убиты они были именно охотничьим ритуалом, ножом. Безо всякой этой твоей расчлененки и сдачи органов артефактору!

— Да я и не собирался, — обиженно проворчал Макс, который на самом деле собирался. — Нажива подождет, думается мне…

Сидхе подошел к парню почти вплотную, внимательно вгляделся в лицо. Макс вопросительно приподнял бровь. В следующее мгновение Эрледэ резко вскинул руку и ткнул собеседника в лоб указательным пальцем, сопроводив это импульсом духовной силы.

— Вот так точно трех хватит! — довольно резюмировал старейшина, осматривая плюхнувшегося на пятую точку Максима. — Вот так — другое дело.

— Что это вообще было? — спросил охотник, поднимаясь и потирая лоб. — Воспитательный момент?

— Нет, поправил кое-что, — отмахнулся сидхе, выращивая себе сидение и устраиваясь поудобнее. — Заставил твой дух вспомнить, как эффективнее распределять и двигать внутреннюю силу с учетом незапланированных добавлений. А то наприживлял себе всякой дряни, а нормально подружить ее со всей совокупностью организма и тонких тел не удосужился. Поморозит тебя пару дней, зато резерв вырастет немного и скорость восполнения. Ну и усваивать внешнюю энергию будешь эффективнее.

— Так что там про трех демонов? — поинтересовался Макс, уже придя в себя. — Где искать, кого мочить?

— Есть такие участки в сопряжении — каверны, — начал вещать старый сидхе, — встречаются они ближе к выходу в Междумирье. В них-то и любят обосновываться эти исчадия Хаоса. Копят там силу, чтобы попасть внутрь, хотя бы на Изнанку. Каверны бывают разные. Вот зачисткой самых маленьких ты и займешься пока, а я подготовлю для ритуала необходимое. Как убьешь трех демонов, усвоишь их силу, так и призовем тебе Великого Пустого, я его спеленаю, а ты уничтожишь.

Максим кивнул.

— Но! — продолжил дед, поднимая указательный палец вверх. — После — на тебе как минимум два десятка больших каверн под зачистку. Минимум! И одно расследование.

— Что за расследование? — устало переспросил Макс, слышавший этот пассаж уже не раз.

— Вырастешь — узнаешь, — глупо хихикнул сидхе, спрыгивая с корня. — Позже найду тебя и объясню, как добраться до каверн.

И исчез, распавшись роем блеклых огоньков».

Макс встряхнулся, выныривая из воспоминаний. Кофе закипал, парень достал из мешочка пару мелких листиков духовитой травы, сочетающей в себе ароматы корицы, гвоздики и еще каких-то приятных, но неопределяемых приправ, и раскрошил их в кофе. Дав трижды пене подняться, он снял джезву с огня, достал две чашки и аккуратно разлил по ним темную жидкость. Аромат свежесваренного напитка к тому моменту стоял уже абсолютно умопомрачительный, а Чувство пространства и Биение Жизни, которые парень с недавних пор применял постоянно и абсолютно неосознанно, сообщали, что Юля проснулась и идет на разбудивший ее запах.

— Доброе утро! — поприветствовал Макс заспанную девушку. — Завтракать будешь?

Юля, уже каким-то волшебным образом раздобывшая и одевшая футболку Максима, что-то невразумительно промычала и присела за стол. Ухватила одну из кружек, с удовольствием зажмурившись, втянула аромат горячего напитка и сделала небольшой глоток. Макс невольно залюбовался забавной картинкой: сонная барышня в футболке с надписью, утверждавшей, что секс без дивчины — признак дурачины, и с соответствующими поясняющими рисунками.

— У тебя есть какой-нибудь йогурт? — спросила она и добавила: — Нечасто завтракаю. Надо чего-то легкого.

— Есть творог, кефир и персики, — невозмутимо ответил Максим, подходя к холодильнику, — в совокупности должно сойти за йогурт.

— Давай, — согласилась Юля и нахохлилась с кружкой кофе в руках.

Нарезая фрукты и смешивая их с творожной массой, хозяин украдкой оглядывал гостью: Юля была симпатичная брюнетка, в которой азиатские корни не сильно-то и угадывались. Только чуть-чуть в разрезе глаз, придавая взгляду хитрый лисий вид. Даже сейчас, мучимая одновременно какими-то тяжелыми думами и легким похмельем, со следами от подушки на щеке, она смотрелась очень мило.

Явно чувствуя себя не в своей тарелке, Юля протянула парню бутылку кефира, которую тот ранее достал из холодильника.

— Открой, пожалуйста.

Тот невольно усмехнулся: просящий открыть бутылку кефира боевик, который, в теории, мечом может бревна рубить с одного удара, а на практике вытворяет вещи и покруче, — зрелище презабавное.

Кефир Максим, конечно же, открыл.

— Слушай… — начала девушка нерешительно.

— Погоди минуту, — остановил ее Макс, ставя перед ней пиалу с творогом. — Сейчас полечу немного, потом поговорим. Вижу же, что тебе не очень хорошо.

Будь благословен Харитон и его самодельные медицинские конструкты! Вот уж действительно этот мужик точно знал, что в жизни важно, а что — суета сует. Антипохмельный конструкт скользнул с руки парня на Юлину макушку, направляя волны целебной энергии по всему телу.

— Ну вот, теперь у нас есть пятнадцать минут на обсуждение неловких вопросов, а потом тебе срочно понадобится в уборную и душ, — с удовлетворением заключил Максим.

— Спасибо! — девушке явно полегчало. — Слушай, по поводу вчерашнего… Мне как-то стыдно. Я как будто бы тобой воспользовалась…

— Ага, прям гений манипуляций! — прыснул парень. — Там всем окружающим было понятно, что ты немного не в себе, так что кто тут кем воспользовался — большой вопрос, надо сказать.

Юля покраснела. Макс взял свою кружку и присел рядом, придвинув стул.

— Давай договоримся так, — спокойно сказал он, отпивая глоток, — никто никого не использовал, просто два взрослых человека совместно решали свои проблемы. Такая формулировка несколько лучше, не находишь?

— Словесная эквилибристика, — уныло ответила девушка. — Какая разница, как называть, если суть одна и та же?

— Хотя бы потому, что коннотация разная, — возразил Макс. — В твоем варианте мы как какие-то злодеи без стыда и совести, в моем — просто два человека. Второй вариант ближе к истине, на мой вкус…

Повисло молчание. Максим прихлебывал кофе, Юля поглощала творог с внезапной жадностью. Ночка выдалась бурной. Парень и так был не дурак покувыркаться в постели, а, стимулируя себя и партнершу Жизнью, и подавно побил все рекорды. Впрочем, вся эта акробатика — лишь следствие новизны и желание произвести впечатление. В регулярной половой жизни сжигание около восьмисот калорий за один секс, скорее, исключение, чем правило.

— Ладно, согласна, — нарушила молчание Юля, — мы решали свои проблемы.

— Вот и славно! — улыбнулся Макс. — Но, насколько я вижу, не решили, так?

Девушка уныло кивнула.

— Я к тебе вчера не лез с расспросами, — продолжил парень, — однако подумай: может, стоит рассказать, что тебя гложет? Я не психолог и вряд ли дам какой-то дельный совет, но, исходя из моей практики, выговориться — хорошее дело.

— Да было бы о чем говорить, — досадливо дернула щекой Юля. — В нашем болотце только слепой, тупой и глухой не в курсе того, что мне нравится Герман…

— И что случилось? — поинтересовался Максим.

— Да увидела вчера его опять с женой и детьми… Шли куда-то, веселились. А я опять, как дура, на это смотрела и не знала, куда себя девать.

— Да, уж…

— А я ведь не глупая, на самом деле! — продолжила Юля, чуть повысив голос. — Я прекрасно понимаю, что мне там ничего не светит. И с Германом мы разговаривали про это. Просто… я думала, что если буду рядом, то он как-то оценит, поймет мои чувства, придумает что-нибудь…

— Ну, тех, кто в таких случаях что-нибудь придумывает, — задумчиво произнес Макс, — вон там, за окном, четверо на десяток. И я бы их не квалифицировал, как хороших людей. Адепты ложной мужественности и гипертрофированной маскулинности в целом — довольно жалкое зрелище, если присмотреться. Не думаю, что ты обрадовалась бы, если бы Герман превратился в такого типа.

— Да понимаю я… — снизила тон девушка. — Просто охота и себе какого-то счастья, а тут он. Идеальный, прям как мой отец!

Макс молча посмотрел на Юлю. Та снова смутилась.

— Если ты ждала сейчас сентенций по поводу эмоционально холодных родителей, то это не ко мне. Это вон, через дорогу, тысяч за семь за сеанс тебе расскажут, — усмехнувшись сказал он, допивая кофе.

— И туда схожу. Уже один раз собиралась, но постоянно что-то мешало, — поделилась Юля.

— Знакомо, — пожал плечами Максим. — Когда надо решать неприятную проблему, то постоянно дел наваливается откуда-то. Сам такой.

— Вот и не подкалывай, раз сам такой, — огрызнулась охотница. Помолчала немного и продолжила. — В итоге прорвало меня с этой сцены, пошла в гильдию в туалет, прорыдала там час. Решила, что выйду и сделаю что-нибудь, чтобы перестать про Германа думать. И наткнулась на тебя.

— Ага, — довольно кивнул Макс, — Максим Медведев — краса и гордость Гильдии Охотников на Хаос. Утешитель страждущих и вообще хороший парень.

— А еще у тебя проходка в «Наливайку» есть, — тихонько призналась Сакамото.

— Ого! Меня применили не только как случайного сексуального партнера, но и как проходку в закрытый клуб! — удивленно вскричал парень. — Как меркантильно! Я чувствую себя использованным.

Юля покраснела еще больше и спрятала лицо в кружку. Максим рассмеялся.

— Не парься, красавица, — примирительно сказал он, — все это фигня. Ты хотела напиться и забыться, желательно в мужских объятиях. Никакой крамолы, все очень по-человечески. Тем более я вообще не в накладе.

От ушей девушки можно было прикуривать.

— Понравилось хоть? — заговорщицки поинтересовался Макс.

— Ой, ну тебя! — буркнула Юля из-за кружки, но потом ответила: — Очень понравилось.

— Вот и славно, вот и хорошо! — хлопнул в ладоши парень, вставая. — Так что заканчивай переживать и марш в ванную. Тебя сейчас ждет пятиминутка экзистенциальных приключений — как плата за снятое похмелье и нанесенный вчера организму вред.

— Сильный вред? — поинтересовалась Юля, покидая свое укрытие за кружкой.

— Существенный, — солидно ответил Максим. — Легкая интоксикация, небольшой удар по печени и почкам, охапка отмерших мозговых клеток, сильная натертость определенных слизистых оболочек и пять глубоких царапин на попе.

Девушка, только вернувшая обратно свой нормальный цвет лица, опять начала краснеть.

— Кстати, — деловито поинтересовался Макс, — я думал, моей спиной повреждения ограничатся, зачем себя-то так тискать?

— Мне так нравится… — почти прошептала Юля и быстро ретировалась в ванную, оставив смеющегося парня на кухне.

— Полотенце, которое бежевое! — крикнул он вслед. — Его бери!

Юля вернулась спустя полчаса, посвежевшая и пришедшая в себя. Максим уже успел переодеться и листал новостную ленту на телефоне.

— Ой! — воскликнула она, заходя в комнату. — Я сейчас тоже оденусь, ты собираешься уже куда-то?

— Не торопись, я никуда не спешу, — ответил парень, — но да, планы на сегодня есть.

— Тогда я сейчас! — девушку как ветром сдуло. Спустя пять минут она, уже одетая, вышла из спальни.

— Вот это скорость! — поразился Макс. — У вас в Японии так принято было?

— Не знаю, как в Японии, а в клане Огненного Махаона на сборы давалось две минуты, — буркнула Юля. — Я ту Японию видела пару раз из окна самолета, а в основном только наш храм и додзё. За территорию нас как-то и не выпускали особо.

— Прям армия, — уважительно прокомментировал парень.

— Шестьдесят взмахов, ученики! Опоздавшие будут наказаны! — явно процитировала девушка кого-то, создавая красивую огненную бабочку на кончике указательного пальца. Махаон медленно двигал крыльями, оставляя за каждым движением легкую огненную дымку.

— Ничего такое животное, — оценил Максим.

— Слышал бы тебя отец, — усмехнулась Сакамото, развеивая бабочку, — вызвал бы на тренировочный бой и отвозил мордой в пыли.

— Ну вот прямо так — вряд ли, — ответил Макс немного уязвленно. — Я так-то дважды Мастер и вообще заслуженный ветеран сражений со всяческими супостатами.

— Да нет, конечно, — отмахнулась Юля. — Отец сильный, но против твоих фокусов с перемещениями ему противопоставить нечего. В чистом фехтовании да, он бы тебя уделал, а в полный контакт — я бы на него не поставила.

— Ну не самурай я, что поделать, — развел руками Максим. — Я из этой восточной темы разве что иайдо под свой стиль приспособить смогу.

Они тем временем выбрались в коридор, надели обувь, парень открыл дверь. Юля немного замялась, а потом спросила:

— Макс, слушай… ты не против, если мы как-нибудь повторим?

— Разумеется, не против, — ответил тот, не задумываясь, — только есть одна просьба.

— Какая?

— Давай — это не будет лекарством, хорошо? — Максим посмотрел на Сакамото внимательно. — Давай, это будет просто желанием хорошо провести вечер.

— Договорились, — Юля вдруг весело подмигнула Максу и быстро упорхнула в сторону лестницы. Парень хмыкнул и закрыл дверь.

Предстоял еще длинный и насыщенный день.

Когда никто не пытается тебя убить, жизнь становится на редкость размеренной и удобной. Такой своеобразный эффект новизны на фоне закончившегося хаоса и непрекращающегося марафона наращивания силы. Можно не впахивать ежедневно, пытаясь предугадать все на свете и придумать, как убить вражину, замыслившую тебя изжить со свету. Можно, например, прогуляться ради разнообразия пешком, наслаждаясь редким уральским солнышком, полюбоваться хороводом младших духов непонятно какой стихии, совершенно неизвестным образом заруливших в материальный план и не имеющих больше силы выбраться назад. Парень отвлекся от расслабленных мыслей и помог малышам свалить восвояси, просто выбросив в упорядоченную кутерьму треть своего резерва: с такой подпиткой потусторонние создания быстренько свалили в родные края, оставив Макса слегка недоумевать, откуда такие аномалии.

Можно еще взять мороженого, прогуляться до «Наливайки», сгонять в новый магазин свитков, который открыл недавно переехавший в Екатеринбург одаренный — Василий Соломонович, специализировавшийся исключительно на бумажных одноразовых начертаниях и являвшийся в каком-то смысле коллегой Максима. И потенциальным конкурентом. Парню-то это было побоку, карты конструктов уже давно не имели подавляющей доли в его доходах, однако сам Василий Соломонович про этот маленький бизнес знал и к Максу, забегавшему оценить новинки начертательного ритуального искусства, относился с настороженностью и даже легкой агрессией. Впрочем последнего это мало задевало. Ситуация насквозь жизненная, значит и гундеть не о чем.

И ничего бы не омрачало этой пасторали, если бы не один остроухий дед, странные разговоры про борьбу с демонами, заключенное соглашение, по которому Макс уже получил больше, чем сделал, а также стремная пелена недоговоренностей над всей этой ситуацией, напрягающая побольше, чем необходимость валить рогатых тварей. Парень твердо доверял своей интуиции, которая, хоть и с поздним зажиганием, но вопила, что тут есть какие-то непонятные и не факт что безобидные мотивы, о которых он знать не знает. Бесила невозможность спрыгнуть с этого мероприятия. Эрледэ хоть и производил внешне исключительно благодушное впечатление, существом являлся опасным. Об этом инстинкты вопили как оглашенные. Стоило Максиму только подумать, что можно было бы и послать хитрозадого сидхе его любимым лесом, как он сразу ловил внезапную паническую атаку, отрезвляющую похлеще ледяного душа. Проделки Глаз, не иначе. Никакие другие части совокупности Максимова организма предсказывать не умели. Даже пятая точка, признанная в народе основным источником негативных пророчеств.

Вот и приходилось терпеть и общение с этим мистическим сталкером, выловить которого, кроме как расфокусированным Познанием, никак не получалось, и необходимость демоноборчества, и невозможность выключить голову и просто погулять, не заморачиваясь всеми этими высокими материями. Вот даже сейчас, щурясь под солнечными лучами, не получалось. Да еще маячила на горизонте угроза деградации духа, если не приживить себе еще один фрагмент от потусторонней гадости. Последний, слава всем богам, покинувшим этот сумасшедший мир!

Максим тихо выругался под нос и переместился в Башню, чтобы экипироваться к очередному забегу по поручению сидхе.

Добираться до каверны — приключение то еще. Вообще этот элемент сделки с Эрледэ Максиму представлялся каким-то событием из ММОРПГ, данженом, если характеризовать его игровой терминологией, благодаря однотипности, повторяемости и фактической заскриптованности. Во-первых, чтобы найти вход, приходилось использовать специальный поисковый одноразовый артефакт, которых Макс получил от сидхе три: по количеству заказанных демонов. Использовать этот деревянный октаэдр, исписанный рунами, нужно было, перейдя в Иномирье. Первый этап — подать чуть-чуть духовной силы в одну из граней октаэдра, активируя тем самым своеобразный компас: тонкий язычок серебряного блеклого пламени, вырывающийся из артефакта и указывающий в сторону необходимого Сопряжения. Следуя этому немудреному фокусу, пользователь находил нужный вход. Далее, уже в самом Сопряжении, парень подавал более мощный импульс духовной силы в другую грань. В итоге Макса перетаскивало в ту часть тоннеля Сопряжения, где располагался вход в каверну. Но вход, собака, был неразличим в общем фоне! Тут охотнику требовалось активировать Глаза и обшаривать в поисках сочащейся энергии хаоса до полукилометра тоннеля, что тоже было крайне небыстро.

Еще в области рядом с входом в каверну никогда не бывало пусто. Поэтому, переместившись с помощью артефакта, охотник первым делом вступал в энергичный конфликт с местной фауной, порой крайне многочисленной. И вот, уже зачистив территорию, можно было приступать к поискам. Немного спасало Чувство пространства. Максим на второй раз догадался активировать его на полную, уловив некие колебания мерности в стороне, что в итоге привело его близко ко входу.

И вот, заветный вход найден! Казалось бы, заходи и причиняй добро в промышленных масштабах, ан нет же. Пелену, скрывающую каверну, еще предстояло взломать, использовав простой ритуальный круг, созданию которого его научил сидхе.

Проделывая все эти муторные процедуры, Макс тихонько матерился, призывая громы и молнии на голову хитровыделанного древнего деда, однако делал это без особого задора. Эрледэ как-то между делом поделился с охотником конструктом Сопряжения пространства. Эта магия эффектом напоминала Смещение, перенося пользователя на десять-пятнадцать метров в любую сторону, просто принцип использовался несколько другой: не пробой пространства, а как бы создание складки, позволяющей сделать один шаг, вместо условных двадцати.

Максим сначала не понял, зачем ему этот эрзац уже отточенной техники, а потом подумал, оценил и как понял! Старый сидхе дал ему в руки ни много ни мало, а ключ к использованию своего дара еще одним способом. А, совместив Сдвиг, Смещение и Сопряжение пространства в единый комплекс, получилась вообще универсальная техника перемещения по полю боя. Парень просто не представлял, что на самом деле все эти способы — аспекты одного и того же процесса, суть которого заключалась в относительности пространства и его собственного тела. Стремясь выразить это понимание словами, Максим сломал весь мозг, а потом решил не мучиться. Вот станет старым и мудрым, научится выражать мысли емкими афоризмами — тогда и подумает, как объяснить данный феномен.

Сейчас же никто не мешал пользоваться практической стороной вопроса. Пришедшее к нему глубокое понимание процессов привело к тому, что все три конструкта просто стали не нужны. Точнее, был нужен только Сдвиг. После использования этого навыка, охотник не просто уходил в параллельное пространство, становясь на несколько секунд неуязвимым, пространство в представлении Максима обретало дополнительные измерения, становилось слоеным, и он мог по собственному желанию менять свое положение в этих слоях. Не Смещаться, а просто шагать. А еще некоторые слои были короче, а некоторые длиннее. Шагая через них, парень оказывался за мгновения в другой точке пространства основного слоя, тратя при этом сущие крохи духовной энергии. Правда работало это только с самим Максом. Пырнуть Клинком кого-нибудь в ста метрах от себя, не открывая Окна, не получалось. Сбоила механика, как будто для Клинка или ножа в его руке было нужно какое-то свое понимание.

Уже перед вторым походом «по демонам» Макса все-таки доконало любопытство и он, пребывая в Башне, решил изучить артефакт более пристально с использованием своих Глаз. И понял две вещи: во-первых, Эрледэ откуда-то имел у себя образцы демонической духовной силы, так как пять из восьми Рун, располагающихся на гранях артефакта, были заполнены именно ей.

Спутать такое, убив первого своего демона, Максим уже не мог. От этой духовной силы ощутимо тянуло Хаосом, но она была как будто бы многокомпонентная, где Хаос играл хоть и большую, но не всеобъемлющую роль. Во-вторых, оставшиеся три руны были буквально смысловыми. Одна означала «Поиск», вторая — «Преследование», третья — «Перемещение». Логика простая — поиск по образцу, локализация и перенос к образцу. Во втором случае образцов несколько больше, видимо, в связи с затратами. В итоге охотник у цели, а артефакт рассыпается в легкий пепел. Дерево, из которого были выточены октаэдры, было явно непростым и очень энергоемким, но таких грубых перегрузок не выдерживало.

Как у любых смысловых Рун, наполнение энергией сопровождалось вкладываемым посылом: визуальным или иным образом, что заставлял Руну работать строго определенным способом. Ну, то есть в Перемещение можно вложить образ полета, быстрого бега, скольжения или телепортации, но вот образ новогодней елки или бокала игристого уже никакого эффекта не даст. Считать образ из готовой нанесенной Руны непросто, но парню это и не требовалось. Даже первое перемещение с помощью «Эрледэ-экспресса» дало уже столько новых ощущений для его дара, что Максим не сомневался, что сможет повторить эффект. Вопрос только в демонической духовной силе, запасти которую шансов было маловато.

Наполнение у обоих оставшихся артефактов не отличалось ничем, а простота реализации заставила Макса плотно задуматься о том, что он все еще полнейший профан в этом ремесле. В его голове артефакты, способные на подобные манипуляции, выглядели куда как более сложными.

Третий свой визит в каверну Максим провел по уже сложившейся схеме. Прибыв в Башню, переоделся, захватил стандартный комплект расходников, последний оставшийся артефакт сидхе. Проверил наполненность накопителей духовной энергии и энергии Порядка. Поглотил одну Эссенцию, чтобы начавшие опять проявляться приступы не застали врасплох во время охоты. Перешел из Башни в Иномирье и начал уже устоявшуюся последовательность действий: активация компаса, переход до Сопряжения, использование артефакта.

В этот раз было жарко: Макс с ходу напоролся на капрагина с небольшой свитой. Пока выкосил всю мелочь, пока уворачивался от дальнобойных атак козлоголового, пока смог создать конструкт Призыва к порядку, прошло минуты две. Далее уже все понеслось как по маслу: обездвиженный капрагин был заколот и поглощен ножом в считанные секунды. Ножик после изгнания Юдиной прокачал свою скорость поглощения духовной энергии раза в три. Капрагина он высосал за несколько мгновений, одарив Макса огромной порцией энергии и сильным жжением от татуировки. Парень не знал, радоваться таким изменениям или горевать, но в целом факт увеличения пропускной способности оружия был положительным. Он уже пробовал колдовать через нож различные энергоемкие конструкты, и получалось крайне недурно.

Закончив с врагами, Макс приступил к поискам. Определил направление, где пространство откликалось какими-то флуктуациями, активировал Глаза и начал внимательно осматривать стену тоннеля, метр за метром, стараясь ничего не пропускать. Вход нашелся быстро — сказывался опыт подобных упражнений — легкая рябь на изломе стены, из которой ощутимо тащило Хаосом. Парень поморщился от неприятного ощущения и приступил к созданию ритуала для взлома.

Маленькие каверны — это просто спрятанные в складках пространства пещеры три-четыре больших зала, когда смежные, когда раздельные. Никакой логики размещения, просто такое вот природное (кхм-кхм) образование. Проникнуть сюда могли любые хаоситы, Максиму даже довелось в первый же заход найти абсолютно пустую каверну, вход в которую был никак не замаскирован. Три помещения, идущих друг за дружкой следом. Отметины когтей на камнях: тут явно ранее была стая урсидаев, следы этих тварей Макс читал как заправский следопыт. В целом — ничего интересного.

Однако все менялось, когда в Сопряжение приходил Демон. Именно так, с большой буквы. Сколько бы охотник ни искал, какого-то специального названия и описания в доступной литературе не нашлось. Тот же Кристофф в своих дневниках их именовал просто Демонами, а тварь, которую он завалил ради имплантации себе сердца, — Высшим Демоном. Удивительная практичность в выборе названий!

Чудовище имело шестой класс опасности, и это было все, чем могла похвастаться гильдейская библиотека. В библиотеке Коллегии вообще нашлось только упоминание о совокупности тварей рангом выше, чем капрагины. Скорее всего, фиксировались и другие сведения, но тут парню не хватало уровня допуска. Коллегия хорошо умела диверсифицировать информацию. В итоге Макс для себя решил, что, раз это просто демон, то все, что слабее, можно отнести к разряду низших демонов. Эрледэ его не поправлял, Иезекииль на это тоже только рукой махнул, высказавшись в духе: «Как дерьмо ни называй, пахнуть не перестанет!»

Демоны были разумны. Более того, они вполне спокойно обустраивали пещеры под свой вкус, а также имели свиту, состоящую из каких-то карикатурных уродцев, похожих на сильно уменьшенных капрагинов с очень короткими рогами и какими-то несерьезными крылышками за спиной. Убивались эти твари элементарно, чего не сказать об их главном. В первом же столкновении Макс обзавелся шикарной дырой в груди, которую ему пробил внезапно выросший из земли раскаленный сталагмит. Только тот факт, что парень держал наготове уже запитанный конструкт Призыва к порядку, спас его от дальнейшей атаки. Он тогда еще долго корил себя за неосмотрительность, заживляя не предусмотренное природой отверстие, пока атаковавшая его тварь ворочалась, пытаясь освободиться из сияющих оков.

В итоге Демон был выпит Ножом, мелочь Макс покрошил в несколько движений, благо было их меньше десятка. Покопавшись в вещах и не найдя там ничего полезного, парень, как учил его сидхе, нашел в пещере помещение с мутноватым красным кристаллом, вплавленным в стену, разбил его Клинком и был таков. Как итог — три потраченные искры: одна в Восстановление, две в Призыв к порядку, выполненная миссия, все довольны!

Вторая миссия прошла еще быстрее, так как Макс не пожалел искр и сразу ворвался с массовыми конструктами, навесив на себя защиту попрочнее. Пока колдовал свой ультимативный спелл, Демон успел почти полностью пробить защиту, но после срабатывания Призыва все вернулось на круги своя. В третий раз парень тоже не собирался рассусоливать: этот Демон был последней преградой, отделяющей его от следующей ступени развития, и Максим совершенно не хотел задерживать свой рост.

От автора