Скитарий по имени Энтони Хоуп

Энтони Хоуп — самый свободный среди скитариев и самый безвольный среди людей

Фиракон - аграрный мир великого Империума человечества. В конце 41 тысячелетия в руинах древних городов Фиракона на глубине 100 метров были обнаружены артефакты со времен ужасного предательства — Ереси Хоруса. Генерал-фабрикатор мира-кузницы Стигия VIII издал указ отправить на Фиракон исследовательскую группу. Через 150 лет на планете были обнаружены гнезда тиранидов. В целях защиты священных артефактов от уничтожения ксеносами советом было принято решение отправить на орбиту аграрного мира военно-промышленный корабль Меинкор с передовой техникой и легионом скитариев. На текущий момент Фиракон уже больше 200 лет находится под покровительством Культа Механикус — служителей Омниссии.

— Итак, по результатам имперского тестирования и тщательной проверки вас, предателей, на отголоски верности Богу Императору, путь к искуплению приоткрыли пять отродий, — громко возвестил смотрящий, переступая порог камеры, где томились тридцать бесправных.

— Однако не спешите радоваться. Омниссия дарует шанс лишь самым стойким.

Речь господина показалась Энтони странной. Все давно знали, что прошло уже больше полувека с тех пор, как Механикус в последний раз обращались к тюрьме за новыми кадрами. Даже если предположить, что Меинкору вдруг понадобились слуги, шанс для обычного заключенного попасть на борт гигантского космического лайнера был ничтожен – один на миллион. Скорее всего, это был лишь предлог для испытания новых смертоносных пыток. Впрочем, это уже не имело значения. Энтони, известный среди узников как Эхо, выполнил свое предназначение. Убить своего хозяина было самым правильным решением за всю его короткую, полную болью и страданиями жизнь.

— Со мной отправляются номера: 223, 34, 9993, 126, 6358, — раздался железный голос из коридора, холодный и безжалостный.

Энтони не удивился, услышав свой номер 6358. Он чувствовал, что конец близок. Пятеро заключенных медленно поднялись с ледяного каменного пола и направились к выходу. Выйдя в коридор, они ослепли от яркого света, отражающегося от алых доспехов священных воинов Бога-машины. Их железные тела сияли, словно воплощение божественной воли. Энтони на мгновение потерял самообладание и, будто под тяжестью невидимой длани Омниссии, рухнул на колени.

— Эй, быстро поднялся! Слепой что ли?! Господа ждут! — крикнул смотрящий. Но Энтони уже не слышал его. Его взгляд был прикован к сверкающим металлическим рукам священных воинов. Возможно, его бы пристрелили на месте, если бы кто-то из заключенных не помог ему подняться. В тот момент Хоуп ощутил нечто, чего никогда прежде не знал. Это была любовь с первого взгляда – не к человеку, а к идеалу. Ему захотелось жить так сильно, как собаке, которой впервые дали кость. Стать железным воином — вот высший дар! Величайшая возможность, истинная цель существования!

Вскоре на всех пятерых надели наручники и повели в другой корпус. На лицах заключенных читалось волнение, но только не у Энтони. Его мысли витали в мечтах о величественном космическом корабле, где нет рабов и феодалов, где правят сверкающие железные рыцари — защитники Бога-машины, для которых не имеют значения твое происхождение или статус.

Тем временем преступников завели в сырой, мрачный подвал. Помимо стандартной для таких мест мебели, в глаза бросались пять металлических кресел, увешанных кожаными ремнями. Один из скитариев, судя по небольшой короне на голове – Альфа, шагнул вперед и четко, без лишних эмоций объяснил суть столь неожиданного мероприятия.

— Прямо сейчас вы пройдете испытание воли. Через вас пропустят энергию самой Омниссии. И если Бог-машина сочтет вас достойными, вам выпадет честь вступить в ряды наших братьев.

Заключенные начали догадываться, какого рода испытание их ждет. Один из них, отчаявшись, откуда-то достал ножовку и попытался покончить с собой. Двое других упали на колени, начав молиться то ли самому Императору, то ли еще невесть какому божеству. Лишь Энтони и заключенный под номером 9993 сохраняли спокойствие. Энтони не удивился стойкости товарища по судьбе. О 9993-ем ходило много слухов. В основном говорили, что он якобы убил десять крестьян и их феодала. Однако сам заключенный никогда этого не подтверждал. Да и какая уже разница.

Через пять минут всех силой усадили в кресла и затянули ремни так туго, что дышать стало почти невозможно. Альфа подошел к старому, ржавому рубильнику, украшенному выгравированной эмблемой Adeptus Mechanicus. На несколько секунд воцарилась тишина, прерываемая лишь всхлипываниями отчаявшихся узников. В комнате быстро нарастало напряжение, будто где-то под полом была зарыта бомба с отсчетом всего в несколько секунд. Альфа жестом дал понять, что испытание можно начинать. Было заметно: даже у смотрящего пробежала по телу легкая дрожь. Наконец, скитарий под номером 322 резким движением опустил рубильник.

Нет, никто не закричал. Наоборот, заключенные чуть ли не сразу перестали подавать признаки жизни. Смотрящему показалось, что их слабые тела мгновенно пронзили механические руки духов, обитающих в этих креслах. Картина напоминала древние обряды жертвоприношения, когда несколько человек, выстроившись в ряд, одновременно отдают жизни стихийным богам.

Прошло ровно десять секунд – десять секунд мертвого безмолвия. Самый маленький скитарий, держа в руках устройство, напоминающее циферблат, поднял указательный палец вверх. В тот же момент остальные железные воины опустились на колени и, устремив взгляды на кресла, словно пытаясь пронзить их своим взором, начали читать молитву. К сожалению, Энтони не мог услышать их мелодичных слов, так как был мёртв уже больше двух секунд.