Скорпион: владыка Незерелма

Незерелм... проклятый мир. У него много имён. Но в большинстве других мест он известен как преисподняя – пристанище проклятых душ, конечная точка бытия. Место сочащейся лавы, огненных озёр, острых высоких скал, красного неба и кровавого моря. Место, где само пространство и время искажаются, порождая причудливые пространственные водовороты и всевозможные явления. Обитателями же этого кошмара являются злобные, страдающие души, а хозяевами – многочисленные демоны и чудовища потустороннего мира, призванные вечно пытать вверенных им заключённых.

Но даже здесь существует крохотный уголок, где можно хоть на секунду, но скрыться от вездесущего ужаса. Это сны, что являют душам обрывки их прошлой жизни. Это единственное, что оставлено несчастным.

Сейчас Ханзо спал.

Видения были спасительным маяком и одновременно пыточным механизмом. Они показывали всю радость моментов былого и одновременно всю боль от того, что это утеряно навсегда. Для некоторых душ эта боль даже превосходила физические страдания, и они предпочитали никогда не спать. Для Ханзо же сны были единственным, что позволяли ему оставаться собой, сохранять толику себя прежнего, помнить своё имя и имена жены и сына: Харуми и Сатоши. В остальном же для попавших в Незерелм грешников не было надежды, кроме одной единственной.

Ханзо открыл глаза. Взрыв очередного вулкана огласил бесконечные каменные своды. Где-то вдалеке потоком хлынула лава. Не смолкающие крики преисподней на секунду усилились и снова приобрели своё монотонное звучание.

Воин некоторое время лежал, уставившись вверх. Это было даже приятно – проснуться от жуткого грохота, а не удара палицей по голове или пронзённого насквозь плеча. Обычно после такого пробуждения он сквозь боль наблюдал перед собой ухмыляющуюся зубастую рожу погонщика рабов, таркатана Крикса. Этот ублюдок не любил, когда «жалкие душонки отлынивают от работы».

За этими мыслями чёрный камень базальта, на котором лежал воин, начал раскаляться и нестерпимо жечь спину. Мужчина встал и, с хрустом размяв мышцы, судорожно посмотрел на свои руки. Он помнил их: смуглые, сильные, покрытые мозолями и шрамами от бесконечных тренировок и сражений. Такими они были когда-то.

– Неплохо, неплохо. – Пробормотал Ханзо.

Сейчас его предплечья были заметно тоньше, чем при жизни. Однако, с момента последней смерти в этом мире прошло достаточно времени, чтобы нарастить плоть, а главное, хоть какие-то мышцы. Он был духом, слабой, пустой оболочкой, проклятым. Смерть же в этом мире была обыденным явлением. Сильные и жестокие погонщики рабов, призраки-ревенанты, могли схватить любую душу и запытать до смерти за малейшую провинность или просто так. А уж попасть в лапы демона Ханзо не мог пожелать даже злейшему врагу. Мучительная смерть могла растянуться на дни, а то и дольше. Но после ты все равно возродишься в виде иссохшего, обтянутого серой кожей скелета. Пройдут дни, даже недели, прежде чем ты снова примешь подобие человеческого облика.

Подняв глаза, Ханзо привычно оглядел лежащую перед ним выжженную долину. Надо же, сегодня тут были и другие. Группа таких же как он поднимались с каменной поверхности земли и разминали мышцы. Как ни странно, практически у каждого из присутствующих состояние было куда как лучше, чем у самого Ханзо. Их последняя смерть явно произошла не вчера.

Оттянув край набедренной повязки, Ханзо извлёк под тусклый свет выступающей магмы скомканный листок. На сером, выцветшем пергаменте был нацарапан символ, точнее часть символа – пламя, посреди которого виднелась клешня, тонкие лапки и заостренный хвост членистоногого. Скорпион – символ чего-то, некоего клана, к которому сам Ханзо принадлежал при жизни. Но это все, что он помнил. Этот листок, неизвестно откуда взявшийся в этом мире, являлся его единственной собственностью.

Пора было идти. Нагнувшись и пошуровав в покрытой пеплом поверхности, Ханзо поднял крепкую заостренную палку – его оружие – а затем сделал пару искусных взмахов. Сносно. Хотелось бы восстановиться больше, но не было времени. То, ради чего они все тут собрались, начиналось.

К этому моменту все проклятые также пришли в движение. Их было не много, порядка двадцати. А могла бы ведь быть и сотня, но большинство узников этого мира отчаялось окончательно. Ещё не скоро они наберутся смелости, чтобы попробовать пойти на что-то рискованное, а может не наберутся уже никогда.

Ханзо до хруста сжал палку. Но он будет пытаться, будет делать это сколько угодно раз. Пробовать осуществить пусть безнадёжную, но единственную надежду, что ещё осталась в этом мире. Надежду возвыситься и стать одним из них, одним из демонов Они или хотя бы ревенантом. Ревенантами называли невесть каким образом возвысившиеся души. Они обладали огромной силой и их существование в Незерелме можно было назвать вполне сносным.

Скала впереди задрожала, её щербатая поверхность осыпалась, обнажая ровную гравированную стену. Посередине стены красовались огромные, отливающие красным светом ониксовые врата.

Подобные двери были частым явлением в хаотичном мире Незерелма. Скорее всего, это была шутка владык, вознамерившихся всё же добавить в свой мир толику той самой надежды, являвшейся, по сути, издёвкой над здравым смыслом. Появляясь и исчезая по собственной прихоти, врата являлись проходом в жуткие недра преисподней.

Правда или нет, но по легенде, тот, кто сможет войти в эти врата и затем выйти обратно, получит силу, трансформирует свою проклятую душу в одного из демонов Они или, на худой конец, в полнокровного ревенанта. Оставалось лишь пройти их. Ханзо, как и остальные, прекрасно понимал ничтожность подобных шансов. Даже если счастливчик избежит ловушек, зубов и когтей тварей, что короются за зловещими дверями, то всё это будет лишь затем, чтобы в итоге встретиться с хозяином врат и быть уничтоженным ещё более жестоким способом. Шансов просто не было. Ханзо не помнил, чтобы кто-либо, когда-нибудь убивал стража врат, однако существование демонов Они и рассказы надсмотрщика ревенанта Крикса, вроде как прошедшего врата, вселяли хоть какую-то уверенность.

Ханзо покрепче сжал оружие и снова посмотрел на рисунок у себя в руке. Скорпион. Будучи окружённым толпой неприятелей, маленький жук не сдавался никогда, продавал свою жизнь как можно дороже и вырывал победу в безнадёжной ситуации. Эта картина вдохновляла Ханзо. Он сам раз за разом следовал примеру этой маленькой букашки и сегодня последует вновь.

Выставленные по периметру гигантской двери факелы начали вспыхивать один за другим. Звон цепей ознаменовал скорое открытие страшного прохода, за которым его ждут жуткие страдания и смерть. Сколько раз он входил в подобные врата? Десятки, сотни?

Шедшие впереди души внезапно остановились под взмах руки самого первого. Ханзо остолбенел, не веря своим глазами. Они что, вместе?! Одной из основных черт душ, что страдали в этом мире, была их полная разобщённость. Погонщики и демоны пристально следили, чтобы среди проклятых не образовывались союзы. Правда и сами души были теми ещё мерзавцами и не желали сотрудничать ни с кем. Вот у Ханзо и возник вопрос: как столь многочисленная группировка могла сформироваться и оставаться незамеченной всё это время?

Воин судорожно сглотнул, осознавая открывающиеся возможности. Обычно бессмысленный рейд вдруг заиграл новыми красками. Совместно действующие силы это совершенно иные перспективы в прохождении врат, попытки становились уже не столь безумными. Он и сам неоднократно пытался объединять другие душы. Всё бестолку, но, кажется, кому-то это удалось.

К этому моменту он практически поравнялся с остальными. Вся толпа резко расступилась, когда их лидер вышел навстречу Ханзо.

– Остановись, проклятая душа! За этими вратами тебя ждут только страдания и смерть!

Ханзо скептически уставился на командира этого отряда. Высокий рост, точёные черты лица, длинная чёрная борода и волосы. Тяжёлый и яростный взгляд голубых глаз довершал лидерские качества проклятого.

– Я войду в эти врата чего бы мне это не стоило. – Холодно промолвил Ханзо.

– Безумец! Ты даже полностью не восстановился.

– И тем не менее, если вы отказываетесь дать мне пройти, то я готов сразиться с любым из вас, хоть лично с тобой!

Внезапно один из воинов, особенно пристально вглядывавшийся в Ханзо, охнул и, подбежав к своему предводителю, начал что-то нашёптывать тому на ухо. Ханзо терпеливо ждал, то и дело поглядывая на готовые уже вот-вот раскрыться врата.

– Так ты Ханзо?!

Надо же, кто-то из присутствующих узнал его.

– И что с того?

– Это ты сломал ногу Драмину в ходе поединка в яме?

Среди воинов пробежал восхищённый шёпот. Ханзо прикрыл глаза. Отлично. Слава о том эпизоде дошла даже сюда.

Дело в том, что демоны и призраки, как ещё называли ревенантов, вовсю издевались над падшими душами, когда не заставляли их работать. Одним из развлечений было устроение турниров по образцу тех, которые были популярны в мирах живых. Только вот турнирами это могло называться только пока демоны заставляли души сражаться друг с другом, а уже когда на арену выходили призраки или сами демоны, это превращалось в натуральную расправу.

В тот злополучный день Ханзо пережил битву со своими собратьями, но только затем, чтобы «иметь честь сразиться» с Драмином – чудовищным демоном Они. Монстр представлял собой почти трехметрового великана с телом, с которого как будто сняли кожу, и огромной палицей, служившей монстру в качестве правой руки. Лицо Драмина закрывала жуткая маска, а о его жестокости ходили легенды.

Не то, чтобы Ханзо бегал от подобных сражений. В них он находил новый опыт, столь необходимый для дальнейшего исследования появляющихся врат. В общем, в ходе той битвы Ханзо сосредоточил свои атаки на ногах демона, а затем в результате подвернувшегося камня и неверного центра тяжести Драмина, сумел сломать ему лодыжку. Конечно, Ханзо не победил и был убит демоном, но прецедент стоил того.

– Да, это был я. И следующий раз я вырву ему сердце! Всё ещё есть желание сразиться?

– Разреши, мастер!

Вперёд вышел здоровенный детина. Ханзо цокнул языком. В этот раз проблемы начались ещё до входа во врата. Ну и ладно, плевать. Ханзо повидал таких в ямах.

– Давай. – Ханзо положил палку и поманил воина рукой.

Уж лучше выяснить всё так, чем с оружием в руках. Так и покалечиться недолго, что не желательно перед походом во врата.

Под молчаливый кивок предводителя бой начался. Видя задор в глазах противника, Ханзо изначально ушёл в глухую оборону. От большинства ударов он в основном уворачивался, а немногочисленные действительно резкие выпады он свободно принимал блоком.

– Давай, паскуда, дерись. – Орал противник, всё более распаляясь.

Ханзо был абсолютно спокоен. Пару раз он позволил себе в моменты уворотов сделать оппоненту подножку, что ещё более разъярило последнего. Ярость атак возрастала, но вот точность... Через минуту Ханзо уже знал все атаки своего врага, коих было не так уж и много. Дождавшись широкого замаха, Ханзо ушёл в сторону и коротким, резким ударом зарядил бугаю чуть ниже солнечного сплетения. Глаза парня вылезли из орбит, он явно начал задыхаться. Далее последовали удар локтем в челюсть, а затем добивающий сверху по пригнувшемуся противнику. Детина распластался на земле словно пыльный мешок.

– Довольно, Ханзо. Ты победил. Продолжать тратить силы просто так было бы глупо в преддверии того, что нас ждёт. Тут и так всё понятно.

Пара коллег уже поднимали контуженного воина.

– Мудрое решение. – Промолвил Ханзо.

– Хм, разреши узнать. На чем основывалась твоя тактика? Мне показалось, что ты мог бы победить ещё в первые десять секунд.

Ханзо внимательно посмотрел на предводителя этого странно отряда, а затем холодно улыбнулся. А ведь его тактика была проста до нельзя. Он действительно мог бы уработать бугая за первые десять секунд, но тогда, не зная противника, был риск нарваться на внезапную ответку. Как-то не очень хорошо будет отправиться во врата с разбитой рожей. Это ещё сильнее уменьшило бы его шансы. Нужно было сделать всё чисто, наверняка.

– Я так и понял. – Кивнул предводитель, услышав объяснения Ханзо. – А ещё ты не стал его калечить. Я предполагаю, что ты рассматривал возможность присоединиться к нашему отряду?

Закатив глаза, Ханзо также кивнул.

– Чтож. Единственным условием является выполнение моих распоряжений. Я не могу допустить самоуправства в столь тяжёлом бою. Иначе идёшь один.

Выполнять распоряжения? Ханзо сжал зубы, пытаясь задавить свою гордость. Пусть он и сильнее каждого из этих воинов, а возможно и их предводителя, но упускать такой случай было нельзя. Работа в команде как минимум позволит узнать что-то новое, выработать тактику, а как максимум – серьёзно увеличить практически нулевые шансы на успех.

– Что же. Я обязуюсь следовать твоим военным приказам пока мы будем находиться внутри врат. И покуда нахожу их разумными.

– Это честь для меня. – Произнёс глава отряда, а затем протянул руку. – Мой имя Джеррод. Добро пожаловать в отряд Эрмак.