Сквозь время

Воздух за толстым стеклом летающего автобуса дрожал от полуденного зноя, но внутри царила приятная прохлада. Город внизу, растянувшийся на десятки километров, жил своей обычной жизнью: по магистралям скользили вереницы машин, а высоко над ними, словно рыбы в аквариуме, маневрировали такие же, как наш, рейсовые аэроавтобусы.

Но я смотрел не на город, а на Алину. Солнечный блик скользил по её волосам, когда она поправляла прядь за ухо, в сотый раз перечитывая что-то на голографическом экране своего коммуникатора.

— Алин, — начал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и убедительно. — Это же полная авантюра. «Хроно-Институт», «испытание оборудования», «высокий риск». Серьёзно? Это же пахнет даже не жареным, а горелым за километр.

Она подняла на меня глаза. В них была та самая решимость, которая мне в ней так нравилась и которая сейчас пугала меня больше всего.

— Я всё проверила, Дань. У них есть все лицензии, государственная аккредитация. Это не подпольная лаборатория, а серьёзный научный центр.

— Научный центр, который платит студентам бешеные деньги за то, чтобы они просто постояли в какой-то капсуле? — не сдавался я. — Если это так безопасно и легко, почему они не наймут профессионалов? Лаборантов, аспирантов, в конце концов?

— Потому что там нужна статистика, — терпеливо, как маленькому, объяснила Алина. — Люди разного возраста, пола, здоровья. Обычные люди. Это же испытание добровольное. Для чистоты эксперимента.

— Чистота эксперимента... — фыркнул я. — Алина, послушай себя. Там написано «побочные эффекты не изучены». Это значит, что у тебя может вырасти третья рука или ты провалишься в пространственно-временную аномалию.

Она улыбнулась, но улыбка вышла грустной.

— Зато заплатят столько, что закроют почти половину суммы за операцию Лизы. Ты же знаешь, стандартная страховка не покрывает такие сложные случаи. А новые методы лечения... они стоят как крыло от космического истребителя.

Я замолчал. Спорить с этим было невозможно. Её младшая сестра, Лиза, была тем самым якорем, который держал Алину в этой реальности, заставлял её разрываться между учебой, подработкой и больницей. Я знал это, но от мысли, что она сейчас войдёт в эту дурацкую машину, у меня внутри всё сжималось в тугой узел.

Я открыл рот, чтобы сказать ещё что-то, но в этот момент динамик автобуса объявил: «Остановка „Технопарк-Юг“. Выход направо».

Алина встала, поправила ремень старенькой сумки и взглянула на меня.

— Всё будет хорошо, — сказала она. — Пожелай мне удачи.

Я встал следом, чувствуя, как от волнения вспотели ладони.

— Удачи... нам, — поправил я её. — Я иду с тобой.

— Что? Дань, нет! — в её голосе впервые за день проскользнули живые эмоции, похожие на испуг. — Это мои проблемы, не впутывайся. Тебе оно надо?

Я не ответил. Просто положил руку ей на плечо и легонько подтолкнул к выходу.