Славянск Метро 2033

Пролог

Когда-то давно, в мире, который теперь казался лишь сном, люди смотрели на небо без страха. Оно было бескрайним, синим, наполненным светом и надеждой. Но потом всё изменилось.

Война. Катастрофа. Смерть.

Те, кто выжил, спустились под землю. Метро, которое когда-то было лишь способом передвижения, стало их последним прибежищем. Тоннели, станции, вагоны — всё это превратилось в новый мир. Мир, где тьма стала править, а свет стал роскошью.

Славянск, некогда тихий город на востоке Украины, теперь был разделён на районы, каждый из которых стал отдельным государством. Здесь, в подземельях, люди боролись за выживание, за ресурсы, за власть. Но даже в этой тьме оставались те, кто верил, что где-то там, за пределами метро, ещё есть свет.

Глава 1 «Вечная тьма»

Макс – так звали нашего главного героя – сидел возле костра в тёмном туннеле. Он смотрел на огонь, стараясь не обращать внимания на окружающую темноту. Человек всегда боялся её с древности, ведь неизвестно, какой хищник может скрываться там, в глубине, выжидая удобного момента для нападения.

— Поскорее бы смена закончилась… — пробормотал Макс, не отрывая взгляда от пламени.

Рядом стоял Стёпка – его лучший друг с детства. Тот лениво зевнул и, потянувшись, ответил:

— Потерпи ещё минут двадцать где-то.

Он повернулся к Максу, на мгновение оставив тоннель без присмотра.

Макс взглянул на друга без эмоций, но спустя пару секунд на его лице появилась ухмылка.

— Ты бы лучше следил за туннелем, а то забыл, что случилось на прошлый раз? Другая группа услышала шум за спиной и отвлеклась. А потом мутанты вылезли, утянули их в темноту… — он кивнул в сторону мрачного, влажного, мертвого тоннеля метро. Повезло что нас тогда по сушенный грибы послали.

Стёпа невольно поёжился, и улыбка сошла с его лица. С лёгким страхом и недоверием он снова повернулся к темноте, крепче сжимая оружие.

— Да хватит вам уже! — раздался недовольный голос.

Это был Иван Васильевич – старик, который жил здесь ещё до войны. Он подошёл ближе, бросив взгляд на двух молодых парней.

— И так жить страшно, а вы ещё тучи себе в головы загоняете, будто мутантов заманиваете!

Макс ухмыльнулся.

— Дядь Иван, а что такое «тьму загоняете»?

— Тучи нагоняете, а не тьму, — старик усмехнулся. — Давай-ка лучше чай поставь, а я вам расскажу.

Макс взял закопчённый чайник, налил в него воды и повесил над костром. Через несколько минут вода закипела. Он достал грибной чай – Соболёвский, крепкий, с запахом подземных источников. Здесь, на станции, всегда было сыро и за источников, а недалеко находился старый ставок – идеальное место для роста грибов.

Макс насыпал заварку в три чашки и залил кипятком. Передав одну Ивану Васильевичу, он протянул вторую Стёпе. Тот сначала не отрывался от тоннеля, но потом не много успокоившись взял чашку. Макс поставил свою на старый кирпич рядом с костром – пить почему-то не хотелось. То ли приелось, то ли просто не хотел оставлять воду в чайнике.

— Ну так что, дядь Иванович, рассказывайте, что такое ваши «тучи»? — напомнил Макс, глядя на старика с горящими от любопытства глазами.

Иван Васильевич задумчиво прихлебнул горячий чай, прикрыл глаза, будто вспоминая что-то далёкое, и медленно заговорил:

— Тучи… Вот, допустим, ты стоишь на улице, а над тобой чистое голубое небо. Солнце светит, птички там всякие чирикают… И тут вдруг набегают чёрные тучи, гром гремит, дождь хлещет, как из ведра, и всё — ни тебе света, ни тепла, одно уныние. Так вот, тучи в голове – это когда ты сам себе этот дождь устраиваешь.

Макс большей части не понял, но решил не уточнять, а то ещё разозлит Иван Васильевича.

А, он хмыкнул, снова отпил чай и усмехнулся:

— Хотя вам-то солнце только в книжках осталось, да в старых историях.

Макс и Стёпа переглянулись. Сколько бы они ни слушали рассказы стариков, всегда находилось что-то новое, что-то, что казалось почти сказкой. Голубое небо? Птицы? Дождь, который не ядовитый, а просто мокрый?

— А что, раньше и правда… всё было вот так? — осторожно спросил Стёпа, не отрываясь от темноты тоннеля.

— Ещё как было, — вздохнул Иван Васильевич, покачав головой. — Вот вы, пацаны, тут родились. Ваша жизнь — это костры в метро, мутанты в тоннелях, страх шагнуть не туда… А раньше люди по улицам ходили, в реках купались, хлеб ели тёплый, только что из печи. Да что там — даже врагов себе сами придумывали, чтоб не скучно было!

— Как это — придумывали? — Макс удивлённо приподнял брови.

— А вот так. Войны были. Но не такие, как сейчас, где каждый сам за себя. Государства, армии, целые страны бились друг с другом, хотя могли просто жить. Человеку ведь всегда мало, вот он и искал, с кем бы ещё посоревноваться.

Иван Васильевич усмехнулся, закурил, пустил в воздух сизый дым и продолжил:

— А потом… потом тучи окончательно набежали.

Он замолчал, глядя в огонь, будто снова видел перед собой тот старый мир.

Макс опустил взгляд в чашку. Он пытался представить, как это — жить не в подземелье, не в страхе перед темнотой, а наверху, под этим небом. Но насколько это было реально? Ведь если бы мир тогда был так хорош, разве он бы погиб? И зачем нужно было его разрушать? Глупость же! Но уже ничего не сделаешь с этим… Но всё же Макс решил спросить у Иван Васильевича.

— Но зачем нужно было губить такой прекрасный мир? И ради чего?

Иван Васильевич глубоко вздохнул, задумчиво глядя в темноту туннеля. Его морщинистое лицо осветилось тусклым светом костра, а в глазах промелькнула печаль.

— Ах, Максим… На этот вопрос нет простого ответа. Люди всегда жадничали, всегда чего-то не делили. Деньги, ресурсы, власть… В итоге — всё это превратилось в пепел.

Макс нахмурился, пытаясь осознать смысл сказанного.

— Разве нельзя было договориться? Неужели никто не пытался остановить это?!

Иван Васильевич хмыкнул, поднеся к губам кружку с грибным чаем.

— Были такие, конечно. Только их голоса никто не слушал. Слишком много тех, кому выгодна война, сынок. И в итоге мы получили то, что получили. А ты теперь сидишь тут, в холодных, влажных и тёмных туннелях, и слушаешь старика, вместо того чтобы гулять по улицам, дышать свежим воздухом…

Не желая продолжать разговор на больную тему, Иван Васильевич тяжело вздохнул и сделал глоток чая. Макс, заметив это, тоже взял свою чашку, чувствуя, что напиток ещё оставался тёплым от жара костра. Он отпил немного, наслаждаясь горьковатым вкусом грибного настоя, затем протянул руку и подкинул несколько сухих веток в огонь.

Пламя вспыхнуло ярче, отбрасывая на стены туннеля дрожащие тени. На мгновение всё вокруг показалось живым, словно стены дышали, а сам туннель был чем-то большим, чем просто груда старого бетона.

Стёпа молча следил то за огнём, то за туннелем, потерявшись в своих мыслях. Иван Васильевич откинулся на каменную кладку, прикрыв глаза. На станции было относительно спокойно, но за её границами темнота всё ещё таила угрозу.

Тоннель, за которым они следили, когда-то был частью огромной сети, соединявшей станции их города с подземными линиями Харькова, Луганска, Донецка и даже Днепра. В старые времена, когда люди ещё ездили по этим рельсам, никто не задумывался, насколько важными окажутся эти проходы в будущем. Теперь же всё, что уходило дальше Соболёвки, было лишь бесконечной, зловещей тьмой.

Они находились на 400-метре от Соболёвки, второй блок пост был на 300-метре, а там уже 200-сотые и 100-сотые. В какой в них смысл у эти 100-сотых? Лучшие бы разделили и отправили на 300-сотым и нам.. 400-сотым.

— Может это… рассказать историю что бы время быстрее прошло? — Спросил Макс у ребят.
— А что можешь рассказать, сынок? — Решил спросить Иван Васильевич.
— Ну могу рассказать про… — Макс призадумался, пытаясь вспомнить интересную историю и желательно посвежее, ведь в таком маленько Метро мало что случается интересного.
И наконец, как он собрал список в голове, начал озвучивать их.
— Шепчущий тоннель, Слепые.. или… — Макс призадумался напоследок, но всё же решил добавить эту историю. — Скрипящие.

Иван Васильевич ухмыльнулся, его лицо тускло покрывал свет огня, маленького и слабого, но всё же свет. А, Стёпа краем ухо слушал их разговор но уставши, он повернулся Максу и таким же уставшим голосом как и его ноги, которые устали стоять два часа, сказал что бы Макс его заменил.

— Макс, мне конечно ооочень интересно послушать эти истории ещё раз, но можешь подменить меня? Я уже заколебался стоять два часа.
Макс слегка задело, но он принял спокойно и понимающе.
— Да, конечно.
Макс последний раз прикоснулся губами к чашке и осушив её до конца, он поставил её на камень и поднялся вместе с автоматом Ак-47У. Стёпа пошёл к его месту возле костра, и когда он сел с его губ вырвался вздох расслабления. А, Макс встал на его место, здесь было явно холоднее и темнее, в отличии от места возле костра. Но было здесь то, чего нельзя было увидеть возле костра – можно было разглядеть себя и свои мысли глядя в темноту, и погрузится в себя и свои мысли, это было так же прекрасно, как и мечта о прекрасной жизни, но также и опасно, ведь оно действовало как гипноз и за чего новые хищники могли подойти слишком близко до человека.

Макс пытался представить, что находится там, в дальних тоннелях. Может, за завалами и пустыми станциями ещё теплилась жизнь? Может, где-то далеко тоже были люди, которые, как и они, сидели у костров и сторожили мрак? Или же там давно царила только смерть? Никто не знал. Любой, кто отправлялся исследовать дальние проходы, назад уже не возвращался.

— Думаешь, там ещё кто-то есть? — спросил Макс, не отрывая взгляда от черноты тоннеля.
Стёпа нервно передёрнул плечами.
— Мы этого не знаем… И, честно говоря, я не особо хочу проверять.
Ответил, Стёпа, греясь возле костра и наливая себе грибного чая.

Макс только тяжело выдохнул, понимая, что они никогда не узнают, выжил ли там кто-то или нет. До Харькова было почти 145 километров, и даже если бы кто-то рискнул отправиться в путь, назад он бы точно не вернулся. Мутанты, радиация, завалы и трещины в тоннелях делали это путешествие самоубийством.

К тому же, правительство так и не удосужилось построить гермозатворы по обе стороны перехода. Во всяком случае, у Соболёвки их точно не было. Когда строили метро, никто и представить не мог, что однажды начнётся война. Люди думали о комфорте, о развитии, о будущем… но не о том, что их потомки будут прятаться в этих тоннелях, как крысы.

Макс взглянул на огонь, наблюдая, как языки пламени колыхались в полумраке. Когда-то эти станции были частью огромного, живого организма. Поезда мчались по ним, перевозя сотни пассажиров в школы, на работу, по делам. Сейчас же всё, что осталось — мрак, страх и холод.

И тут к ним пришла сменная группа. Из тьмы тоннеля вынырнули несколько фигур, освещённые слабым светом фонарей. Они двигались уверенно, но настороженно, держа оружие наготове.

— Ну что, парни, как смена? — спросил один из них, скидывая с плеча автомат. Это был Костыль, если Проше говоря Костя. – опытный боец, который прошёл немало рейдов по туннелям. Так же были и совместные рейды со Целинкой и Артёмськой.

— Да, как всегда, — пожал плечами Макс, – мрак, сырость, да ещё и Иван Васильевич пугает нас страшилками про старый мир. Впрочем, как и всегда.

— Это хорошо, если только страшилками, а то может ещё кое чем напугать, — хмыкнул ещё один из пришедших, молодой парнишка по имени Славик. Он выглядел усталым, под глазами залегли тёмные круги. — В Центральном Рынке говорят, будто бы видели каких-то теневых.

— Чего? — насторожился Стёпа, крепче сжимая оружие.

— Да я сам не слышал, но ребята говорят — из дальних тоннелей доносился чей-то шёпот, а потом патруль пропал.

Макс почувствовал, как внутри зародилось неприятное чувство. Он уже слышал подобные истории. Только вот редко когда они оказывались просто слухами… та и в принципе они долго добираются сюда.. эти «слухи».

— Мы присядем с вами, все ровно у вас ещё минут 10 тут.
— Да конечно, Костя.

Ответил Иван Васильевич, сидя возле костра и облокотившись об сырые стены метро.
Костя слегка усмехнулся и подсел рядом с Стёпой, а вот Слава решил присоединится к Максу, когда тот подошёл к нему, Максу стало не комфортно. Они мало друг о друге знали, и стоять стало неловко. Первую минуту они молчали, смотря и светя фонариками в глубь туннеля, пока остальные возле костра обсуждали свежие новости и просто общались за жизнь. Макс было очень интересно послушать, но он слышал не полностью всё, нет, укрепления находились не далеко но на пару метров от костра.. может на метров 3 от него, та и не кто не говорил как раньше, ну точнее не так громко, все стали боле тихими, так как туннель отражал звуки лучше чем воздух раньше, и за чего можно было услышать и дальше.. я про мутантов. Поэтому все начали говорить тише что бы звук доходил им меньше. Это вполне логично.
Так, Макс обдумывал это не первый раз, но тут заговорил Слава.

— Думаешь там кто-то есть?
— Ммм.. не знаю да же, возможно да, а возможно и нет.
— Я слышал, что у них там есть гермозатворы.
— Ну тогда точно кто-то есть. — Макс задумался, если у них есть гермозатворы, то им не нужны блок посты сюда, а значит возможно кто туда и добирался просто умирал от мутантов или истощения разных типов, начиная от возможного загрязнения.. заканчивая едой и водой. И это решил он рассказать Славе.
— Если это так, то у них и блок постов сюда нет, та и ресурсы они скорее всего не тратят на развед отряды к нам. Так они бы давно нас бы нашли, скорее всего они думают, что мы погибли, ну а ещё скорее всего все наши смельчаки погибли возле их гермозатвора.
Слава внимательно слушал умные и логичные слова Макса, поражаясь как такой юноша из метрополитена может быть таким смышлёным.
— Да уж.. Макс, слишком ты уже умные и смышлёный для ребёнка которые вырос в метро.
Макса это слегка задело, ведь он давно не был ребёнком.
— Я уже не ребёнок — отмахнулся Макс, и добавил — А ещё я читаю книги со Стёпой. — Что было правдой, только вот обычно Стёпа читал на украинском, а он на русском. Хотя сейчас язык не имеет значения, главное, что бы понимал, но, как и везде есть свои мнения. Так в метро появились и про украинские националисты, которые хотели украинизовать всех и вся и вернуть Украину. Их было мало, но сам факт, что они были.. а также у них сама большая библиотека на украинском. Так же были бюрократы Централы – сам Центр Гулубовка, Лесной и Строймаш, они верят в честность и справедливость.
Коммунисты –– Химик и Черековка, и недавно объединились и сделали Союз Социалистически Станций.
Были и нейтралы –– Соболёвка, Целинка и Артёмськ, Солнечный, Северный, Восточный и Селезневка, которую красные пытаются себе оттяпать, ну и думаю объяснять, что это значит нейтралы, не надо. Они хорошо дружат и всегда помогают друг-другу, вот планируют сближаться, причём Целинка и Соболёвка.
Ну и куда же без нацистов –– Сухановка, Собачёвка, Мымовка и Былбасовка, идеалисты, которые верят в науку ради силы.
и вот незаметно прошли 10 минут, Костя сказал Стёпе и Иван Васильевичу, те начали собирать свои вещи. Костя повернулся к ним и увидев, как товарищи Макса собираются положил руку на левое плечо Макса и сказал, что их время закончилось. Макс сразу вышел из раздумий и поблагодарив Славу –– Спасибо, Слава. –– Подошёл к костру и подхватив рюкзак одной рукой он быстро нацепил его на свою спину и пошёл догонять своих.

И догнав их, они вместе двинули в сторону станции. Когда вышли на неё, яркий свет ламп, хоть и тусклый по довоенным меркам, конце концов местная кустарная станция из источников слабая. Но всё же ослепил их после долгого пребывания в темноте тоннеля. Прищурившись, Макс и Стёпа помахали Ивану Васильевичу на прощание и направились вглубь станции.

Они подошли к выдаче зарплаты и получив по 50 Солов – местная валюта, сделано из метала которые раздавили и при помощи станков сделали сверх точный рисунок Славянского метрополитена. После получения денежных средств, Макс и Стёпа отошли от выдачи и начал обсуждать на что их потратить.

— Что будем покупать? — Спросил Макс у Стёпы, держа свой мешочек с Солов.
Стёпа призадумался на пару секунд.
— Та не знаю, можем купить нову. Книгу? Та шучу я, впервую очередь нужно купить еды, ну не тупи, я сомневаюсь тчо мы сможем прожить без неё.
— Ну да.. ты прав, ну тогда за едой.

Макс и Стёпа двинулись к часть рынка где продовалась еда, жаренные крысы, грибы сущённые и жареные и да же варенные, и куда же без оружия и патронов. Макс с Стёпой подошли к женщине и попросил её дать 500 грам сушеных грибов, пол литры спирта – и нет, не что бы бухать, а использовать как инцицепикили проадм алкошу.

— Вау, хватает на книгу ещё. — Сказал Макс, уже идя к Лёхе, он тут торгует кнгами из всего метрополитена.
— Ага.. а потом опять будим сводить с концами. — Сказал Стёпа, который не успел моргнуть, как увидел Макса возле Лёхи. — Не когда не слушает.

Макс подошёл Лёхе, Лёха был парнем лет так 30, повидал жизнь, у него есть бородка отличная грязные волосы т старое пальто.

— Ооо.. какие люди, за книжкой пожаловали? — Спросил Лёха ухмыльнувшись и сложив руки.
— Естественно, а зачем то ещё? — Подтвердил Макс на вопрос Лёхи.
Тут уже подошёл Стёпа.
— Оо, и украинский любитель здесь, ну что ж.. для каждого у меня найдётся книжечка.
— Ну так показывай, может и удивишь. — Сказал Стёпа на заявление Лёхи.

Лёха повернулся им спиной и начал активно что-то искать.
— Та где же они.. мм.. помню же сюда ложыл.
Макс и Стёпа посмотрели друг на друга, ожидая что Лёхи им покажет, как дети в детстве когда батя приходил с работы и всегда приносил что-то.
— А вот! — Бодёро сказав, он достал две книги: Злоключения голожопого арийца, и Шеньлонг в преисподней. — Ты, Степан прости уж, но на украинском достать тяжело, эти фанатики на жёлтой станции вообще сдурели, все книги на украинском себе тянут.
Стёпе стало немного обидно что не было на украинском, но не сильно.
— Та не чего, я всё понимаю, так почём они?
— Для вас скидка, две книги по цене одной.
Немного по размыслив, Стёпа и Макс всё таки решили купить их, Лёха взял у них 10 Солов за две книги.

Закончив закупки, они направились в свою палатку. Это был их небольшой угол, где хранились вещи, оружие, да самое ценное — книги. Они собирали их по всем станциям, по брошенным убежищам, или просто обменивали или покупал книги у челноков. Для них книги были чем-то большим, чем просто историями — это были обрывки прошлого, осколки утраченного мира.

Стёпа плюхнулся на свой матрас, потянулся и Шеньлонг в преисподней.

— Я это почитаю, а ты вон.. — Стёпа кинул Максу книгу Злоключения голожопого арийца. — Почитай.

Макс усмехнулся, усаживаясь напротив с книгой в руках.

— Да, без проблем, она мне сразу пригляделась так-то.
— Ну вот и отлично — Ответил Стёпа.

Так они и сидели, листая страницы, уносясь мыслями в мир, который уже никогда не вернуть.
А так же мечтая и внедряя себя в книги, потом делились этим, что бы они сделали, та и просто общались, из полатки всегда был смех и разговоры по душам. Но скорее они оба устали и веи начали опускаться, пожилая друг другу спокойной ночи они легли спать.
–– Спокойной ночи, Стёпа.
–– И тебе.

***