Следователь Клим Три. Дело №1 Семена зла

Новая Самара. Русскоговорящий сектор,

социальное жилье, капсульная застройка.

20.06.2130 г

05:45

Клим Три проснулся от того, что кто-то дергал одеяло, пытаясь стянуть его. Что? Опять? Рядом с кроватью буйствовал робот-пылесос. Он яростно пыхтел и активно пытался заглотить угол одеяла, дергаясь при этом в разные стороны. Пришлось встать. Время на часах было шесть утра. За окном было темно, стекло заливали потоки дождя. Где-то далеко в небе над городом вспыхивало и грохотало.

— Ах ты мерзкая жестянка. — с тоской Клим посмотрел на робота, который уже вернулся на базу и стрекотал какой-то очередной код ошибки.

Сколько раз Клим пытался сменить время запуска у этого мелкого засранца, но так и не преуспел в этом. Кажется, пылесос жил своей собственной жизнью и в упор не замечал, что в квартире существует еще кто-то. Клим лег обратно в кровать, но злость уже прогнала сонливость. Включил вирт и пол часа листал ленту новостей.

Избранные хештеги: городские беспорядки, социальная программа, новости науки.

«…Сегодня состоялось заседание большого совета о рассмотрении вопроса ликвидации такого объекта социальной программы как «детская деревня». Спикер Андрей Беккер представил совету статистику, по которой видно, что количество изъятых детей последнее время значительно снизилось и продолжает уменьшаться. Социальная программа «Госсупруги» и введение экзамена на «Родительские права» дали свои плоды. Количество больных, морально и физически покалеченных детей стало минимальным. Уже сейчас половина «детских деревень» готовится к реорганизации. Рассматривается вместо них вести службу помощи родителям. В связи с этим отчетом были так же поднят вопрос о правах «Изъятых» и возможности их участия в программе «Госсупруги» и разрешения им становится родителями. Увы, император Владимир III не поддержал рассмотрение этого вопроса, заявив: «Мы не должны забывать, что исключение этих граждан из цикла воспроизводства было не нашей прихотью, а научно обоснованной стратегией. К сожалению эти люди есть и остаются социальными «инвалидами»…»

«…19 июня состоялась акция протеста радикальной партии «Живое для Живых». Несанкционированный митинг прошел около закрытой к посещению оранжереи «Цветущие». Под прикрытием созданных беспорядков, группа неизвестных лиц пыталась проникнуть в хранилище оранжереи…»

«…Группа ученых Новой Британии провела эксперимент по наблюдению за робособаками. Было установлено, что когда хозяев нет дома, большинство из роботов уходит в спящий режим, однако есть те что запускают «охранный режим» и занимают пост у порога жилища…»

Сон так и не вернулся, зато захотелось есть. Пришлось вставать и заказывать завтрак в домовую доставку. Сегодня Клим решил, что это будет английский завтрак. Минут через двадцать звякнула панель доставки и по жилой капсуле разнесся приятный запах жареного бекона и яиц. После плотного завтрака сон вернулся, и Клим уже начал погружаться в приятную дрему, как завибрировал комм.

— Клим Три слушает! — спросонья рявкнул Три по старой армейской привычке.

— Вольно, рядовой, — веселое хихиканье шефа привело в чувство. — Встал уже? Герой! Давай тогда займись делом. У нас кража, поместье «Сосновая роща» по трассе 23. Там старенький профессор, говорит, что пропало что-то ценное, но мы так и не поняли, что. Разберешься?

— Так точно, шеф! — отчеканил Клим уже специально и тоже улыбнулся. — - Отбой! – шефу очень нравилось вспоминать старые армейские деньки, и Клим ему часто в этом подыгрывал.

Трасса 23. Жилой массив «Новые горизонты»

Поместье «Сосновая роща»

20.06.2130 г

09:05

Поместье «Сосновая роща» находилось довольно далеко от города. Когда-то в этом районе был большой лес, но после массовой гибели большей части деревьев, территорию очистили от сухостоя и распродали по частям под жилое строительство. Флаер опустился у ворот поместья, рядом стояли еще два воздушных катера. Клим Три выбрался и осмотрелся - невысокие кованые ворота и стены ограды из красного кирпича. За воротами – траволатор, ведущий к небольшому зданию. За домом виднелись огромные сосны, кажется остатки былого леса, правда умирающими они не выглядели. Заработал домофон на воротах и молодой мужской голос произнес:

— Приветствуем Вас в поместье «Сосновая роща», назовитесь.

Клим открыл удостоверение и сунул в глазок домофона. Ворота тут же разъехались в стороны и заработал траволатор. Клим сошел с дорожки, не доезжая до крыльца, у небольшой поляны с цветами. Очень давно Клим не видел живых цветов, да еще в таком количестве. Последние годы цветы можно найти только в специальных оранжереях, а тут такая красота прям под открытым небом, сколько же трудов и денег было потрачено? Сам дом был не очень большим для поместья. Типовая загородная застройка из недорогих, пара этажей и фасад без особых изысков. Клим видел планы таких домов, на первом этаже большая кухня, столовая и гостиная и конечно кабинет, на втором этаже жилые комнаты, довольно скромное жилье. Входная дверь дома открылась автоматически и все тот же голос произнес:

— Хозяин ожидает Вас в библиотеке, пройдите пожалуйста за Генри.

В коридор выехал маленький бытовой робот, что-то среднее между пылесосом и минибаром на колесах, похоже он и был Генри. Робот шустро поехал впереди, показывая дорогу, иногда распыляя в воздух дезинфектор. Библиотека оказалась довольно большой для такого дома. После Великого Сбоя 2105 многие стали относиться с недоверием к хранению информации на электронных носителях и домашние библиотеки вернулись в обиход. В этом доме под библиотеку отвели бывшую гостиную. В библиотеке на большом кожаном кресле сидел хрупкий старичок.

— Здравствуйте, я следователь Клим Три.

— Доброе утро. Очень приятно, что полиция решила взяться за это дело. Я боялся, что они приняли мои слова за бредни старого человека. — у старичка оказался довольно бодрый голос и внимательный взгляд любопытного мальчишки. — О, простите, я не очень хороший хозяин. Надо представиться сначала, а потом делится с вами своими умозаключениями. Меня зовут Эрик Сарбо, я профессор университета в прошлом и обычный пенсионер на сегодняшний день.

Я запустил вирт-окно и вызвал перед собой досье на Эрика Сарбо. Старичку оказалось сто семь лет, а список научных работ и наград занимал пару страниц. Жена Наталья Сарбо умерла пару лет назад. Из правонарушений лишь участие в студенческие годы в марше-протесте «Нет госсемьям!». Впрочем, жену ему в последствие все-таки подобрало государство.

— Я бы не хотел долго занимать ваше время, изложите что же у вас украли?

— О, надо сначала пояснить. Я коллекционирую семена практически вымершего в наше время Solánum lycopérsicum семейства Solanaceae. Народное название томаты. О, вы не представляете какое это было интересное растение. Впрочем, в старых фильмах его можно увидеть его плоды или блюда, сделанные из них.

— Значит у вас украли семена томата? — решил я перейти ближе к делу.

— Нет! Вот в чем штука, у меня украли семена Chrysánthemum. Понимаете, у меня образовалась довольно большая сумма денег, несколько премий, накопления. Сумма получилась очень приличная и я решил порадовать себя и купить для своей коллекции звезду. Ну знаете самый главный экспонат, чтоб утереть нос всем остальным коллекционерам Solánum lycopérsicum. Но увы ничего подходящего не нашлось в продаже. Зато мне предложили семена очень редкого и дорого цветка. Сам я цветами не интересуюсь, но это было очень выгодное вложение денег. Тем более коллекционеры часто меняются тем что случайно попало к ним в руки, но не подходит для коллекции.

— То есть у вас у крали семена этого цветка?

— Да. Увы, это очень печально. — старик сник.

— Где они хранились? — начал я обычную процедуру опроса.

— В моем хранилище, знаете специальная комната у меня там сейф-шкаф с нужной температурой и влажностью.

— Кто мог туда попасть?

— Кроме меня, только дочь Майя и племянник Ден Кроуг. Все. Ах, нет, я вечно забываю нашего дворецкого Вана. Точнее он конечно не дворецкий, а системный администратор поместья, но это слишком длинно. Ван тут за все отвечает, охрана, роботы, работа умного дома, доставка продуктов, ремонт. Он очень скромный молодой человек, почти не выходит на люди, потому я вечно про него забываю. Наверно он хороший дворецкий, раз кажется, что дома все делается само.

— Что ж, значит мне точно надо с ним поговорить.

— Ван не выходит из своей комнаты на втором этаже. Он там и работает, и живет. Мне кажется он даже ест, не выходя из вирта.

— Хорошо. Ну и последний вопрос. Вы сами кого-то подозреваете?

— Да, я думаю это дело этих группы «Живое для живых». Уже несколько коллекционеров жаловались на кражи, и мы все думаем, что в этом замешаны эти фанатики. Но знаете о них лучше расспросить мою дочь, порой они приглашают ее читать лекции. Она считает, что это полезно, а я считаю, что образованный дурак хуже неграмотного.

— В других кражах удалось доказать участие ЖЖ?

— Нет конечно, никто и не заявлял. Кражи были мелкие, скорее обидные для нас, чем финансово значимые.

— Хорошо, давайте осмотрим место преступления, а потом я опрошу всех остальных.

Хранилищем оказалась небольшая комната на первом этаже, в типовом плане тут находился кабинет. Одну из стен в ней занимал огромный металлический шкаф с рядами небольших дверок. В остальном комната была обычная, журнальный стол с парой кресел, торшер, шкаф с книгами, но все это находилась сейчас в страшном беспорядке. Такое ощущение, что кто-то задался целью разгромить комнату.

— Вандалы, — всхлипнул профессор Сарбо почти по-детски, и Климу стало ужасно его жалко. Навредить такому милому старичку, каким же гадом надо быть? — посмотрите они разбили окно!

Следователь поднял занавеску, окно было разбито чем-то тяжелым. Клим выглянул наружу, под окном на черной вскопанной земле блестели осколки стекла.

— Хранилище закрывается?

— О, да, конечно! Дверь в комнату открывается по сканированию пальцев из базы доступа. Каждая ячейка шкафа открывается при считывание моего отпечатка пальца или моей дочери. Если пытаться взломать сейф, то включится сигнализация. Увы, защита окон показалась мне лишней тратой денег, ведь сейф и так вполне надежен. Моя коллекция не настолько дорогая, чтоб устраивать тут неприступную крепость.

— Так как же тогда они взяли семена цветов, если все они были в сейфе?

— К сожалению виной, тому моя старость. Я стал скудоумен и инфантилен. Я подумал, что коробочка с семенами полдня может полежать и на столе в комнате, пока я выбираю настройки для камеры хранения. А потом я выпил чаю, поболтал с дочерью и забыл об этой коробочке до утра. Понимаете, я не испытывал никаких чувств к этим семенам. Да, они стоили денег, но они совершенно не будоражили меня, как коллекционера. Я так легко о них забыл.

— Значит, кто-то проник в комнату и забрал единственно доступную ему вещь?

— Видимо так, наверно от злости, что добыча так мала, разгромили комнату. Извините, я позову дочь, мои силы на исходе. Все что мог, я Вам рассказал.

— Да, конечно. Только последний вопрос. Говорили ли вы кому-то из домашних о стоимости вашей покупки?

— Нет, они бы не поняли за что я отдал такие деньги. Разве только Майя сама догадалась сколько могут стоит такие семена, все-таки она ботаник и профессионал.

Эрик Сарбо вызвал дочь по комму, и мы вернулись в библиотеку. Майя пришла быстро, поздоровалась и заботливо поддерживая отца повела его отдыхать. Майя Сарбо была красива, старое солдатское сердце Клима Три пропустило удар, когда он увидел ее в первый раз. Ее не портили ни обритая налысо голова, ни отсутствие косметики. Клим знал, что так было принято у тех, кто боролся с «империей красоты» и не хотел загрязнять сточные воды остатками косметических средств. Отсутствие волос заставляло обратить внимание на ее огромные темные глаза и изящную шею, без косметики было понятно какое нежное и цветущее у Майи лицо. Простой короткий сарафан из небелёного льна подчеркивал ее спортивную фигуру и красивые ноги. Впрочем, стоимость наряда из натуральной ткани заставляла задуматься, так ли проста Майя Сарбо, как хочет казаться. Майя проводила отца в его комнату, а затем предложила следователю пройти на кухню. Кухня была очень уютной, было видно, что в этом доме кто-то умеет и любит готовить. Настоящая плита, а не доставщик, множество непонятной кухонной утвари.

— Чаю? — предложила Майя, улыбаясь Климу настолько дружелюбно, что ему показалось, что он старый друг, который наконец пришел к ней в гости. — У нас настоящий чай. Иногда выгодно быть ботаником с огромным количеством друзей.

— Это очень заманчиво, никогда не пробовал настоящий чай, но сначала нужно закончить дело.

Клим вызвал окно вирта с досье на Майю. Сорок семь лет, специализация ботаника, ученый-просветитель, член общества «Живое для Живых». Вот так сюрприз, а отец в курсе?

— Я надеюсь, что это расследование не займет много времени. Отец очень переживает. Мы так давно живем отшельниками, что это внезапное и грубое вторжение совсем выбило нас из колеи. После смерти мамы два года назад я стараюсь, чтобы у отца было как можно меньше волнений, он очень тяжело переживал ее смерть.

— Значит в поместье не бывает посторонних?

— Ну сейчас с нами живет мой двоюродный брат Ден, у него какие-то проблемы с деньгами, как я поняла. Еще есть группа ботаников, которые работают в нашем саду, но они живут в домике для гостей в другом конце поместья. Ах, я совсем забыла про Вана Семь! Милый Ван, он же самый большой наш помощник, он системный администратор поместья, но мы зовём его дворецким. Ему так больше нравится, он увлекается историей двадцатого века. Больше никого. Мы не приглашаем сюда гостей. После смерти мамы отец сильно сдал и ему тяжело дается общение с посторонними. Сама я часто выезжаю по работе.

— Ваш отец считает, что кража — это дело ЖЖ. А какое ваше мнение?

— Понимаете коллекционеры семян почему-то считают, что труд ЖЖ обесценит их хобби. Раньше наверно так же считали коллекционеры драгоценностей, когда поняли, что драгоценные камни можно создать искусственно. Но искусственно выращенные алмазы не повлияли на стоимость и авторитет натуральных. Так и с семенами. Да и ни к чему их красть, просто снимается полная структура семени и создается точно такое же, оригинал возвращается владельцу. Да, ЖЖ часто ищет редкие экземпляры вымерших растений у коллекционеров, думаю это и породило у них мысль, что мы охотники за их сокровищами.

— Хорошо, тогда кто по-вашему украл?

— Не знаю, наверно кто-то узнал, что это очень дорогие семена или просто это досадная случайность, в дом залезли совсем не за этим. — она пожала плечами. — думаю нужно спросить Вана, считается, что он занимается охранными системами поместья.

— Вы сами слышали шум в хранилище ночью?

— Нет, понимаете меня не было в доме. Я уложила отца, дала ему таблетки от бессонницы, после чего уехала в город, вернулась только утром. — Климу показалось, что вопрос о ночевке не дома был Майе неприятен, она перестала улыбаться и взгляд ее стал холоден.

— Не объясните почему на шум в комнате никто из жильцов не среагировал? Вор ведь сильно нашумел там, когда громил комнату.

— Ну это просто, отец после таблеток спит очень крепко, Ден еще с детства любит спать в наушниках, а Ван всю ночь торчит в вирте.

— Хорошо, спасибо за разговор. Не проводите меня к Вану?

— Генри проводит. — улыбнулась Майя, но добросердечности в ее улыбке сильно убавилось. Кажется, ее сильно смутили расспросы.

То, что Клим попал во владения Вана стало понятно еще на подходе к комнате, тут и там в коридоре стали попадаться коробки со сложными аббревиатурами на боках, потом к ним добавились мотки кабеля, обрезки проводов, непонятные инструменты. Перед самой дверью были настоящие баррикады из коробок и техномусора. Следователь постучался, но никто не ответил. Подумав Клим толкнул дверь, и она открылась. Удивительно, но в комнате оказалось очень чисто. Да тут было много непонятного оборудования, но все оно аккуратно крепилось вдоль стен на металлических стойках. Окна в комнату были без занавесок и широко открыты, а на подоконниках в горшках стояла какая-то зелень в странных контейнерах. Ван сидел на офисном стуле посредине комнаты, в ушах у него торчали таблетки наушников, а на глазах вирточки полного погружения. Дворецкий был невысоким мужчиной, полноватым и на лице у него росла давно забытая в нашем веке борода. Чтоб добиться от дворецкого внимания, Климу пришлось как следует его потрясти.

— А, что? — Ван снял очки и растерянно смотрел на следователя.

— Я следователь Клим Три. Мы можем поговорить о краже в поместье?

Но Ван уже смотрел перед собой, его глаза быстро бегали, Клим понял, что дворецкий что-то читает в открытом вирт окне.

Что ж, Три решил тоже пока просмотреть досье Вана, а потом снова попытаться привлечь внимание дворецкого. Досье сообщило, что Вану Семь тридцать пять лет, он выпускник социальной деревни номер семь. Изъят у матери в возрасте трех лет. Специальность у него - администрирование бытовых систем. А так же он был членом клуба исторической реконструкции двадцатого века. Работал он у Сарбо около трех лет. Внизу досье была пометка красным - эмпат второго уровня. Что ж теперь было понятно, почему парень торчит в этой глуши. Эмпатия стала проклятием последнего столетия. Сначала детям с эмпатией жилось очень трудно, никто не понимал почему ребенок кричит, избегает людей и не хочет общаться. Но потом психиатр Пауло Баратаеви стал замечать, что его собственный сын реагирует на его эмоциональное состояние, а потом и вовсе различает четкий мысленный посыл лучше словесного. Он собрал деньги на исследование и скоро выяснилось, что дети вовсе не страдают психиатрическим заболеванием, они слышат эмоции окружающих, некоторые на очень низком уровне, а тем, кому совсем не повезло - яркими образами. К сожалению лечение искали долго. Лекарства помогали плохо. Затем появился вирт и на его основе наконец было найдено решение. Был создан прибор создающий блокаду для эмоц-волн. Увы, такие люди все равно предпочитали одиночество, потому что эмоц-блокатор, как очки или слуховой аппарат, не вызывал желание носить его постоянно. Ван был эмпатом второго уровня, что значило что до него доносились отголоски чужих чувств, обычно только очень сильных. Вполне можно существовать и без эмоц-блокатора, если тебя окружает не толпа народу.

Клим отвлекся от раздумий, посмотрел на Вана, тот успел нацепить очки и быстро водил руками явно увлекшись каким-то делом. Следователю опять пришлось как следует толкнуть Вана в плечо.

— Ван Семь, как Вы объясните кражу в поместье? Почему не сработали защитные системы?

— Так нет почти никаких защитных систем. Я давно говорю, что в хранилище надо поставить сигналку на окна и дверь. Понимаете, доктор Сарбо считает все это ерундой. Мы постоянно спорили на эту тему. Лишние траты, вот как он говорил и смотрите что вышло. — Ван снял очки и смотрел на меня удивлено моргая, кажется он забыл, что к нему кто-то пришел.

— А камеры в поместье есть?

— Тут такое дело. - Ван густо покраснел и глаза у него лихорадочно заблестели. — я в эту ночь их отключал, софт переустанавливал. Прям недолго не работали, полчаса где-то. А потом смотрю, а там!! Окно разбили, все разбросали. Хорошо хоть ничего ценного не украли.

— Разве? — Клим с интересом посмотрел на молодого человека.

— Ну да, только семена эти. Доктор Эрик за ужином говорил, что эти семена полная ерунда, а потом и вовсе бросил их на столе в комнате.

Удивительное дело, один коробку забыл на столе, другой камеры отключил, детский сад, подумал Клим. Впрочем, Ван вовсе не выглядел спокойным. Уши и щеки у него покраснели от волнения и разговор явно давался ему тяжело, хотя это можно было списать и на проблемы с эмпатией.

— Ван, как «изъятый изъятому», может подскажешь, кто бы мог украсть? — решил использовать Три довольно подлый прием. На самом деле выпускники «детских деревень» часто помогали друг другу в жизни. Дети, которых изъяли у социально неблагонадежных родителей чувствовали свою общность и старались протянуть руку помощи тем, кто тоже оказался за бортом этой жизни. Но в данном случае помощь была бы больше похожа на донос, если в этом деле вдруг замешены жители поместья.

Ван стал бледен. Он лихорадочно заводил руками по голове, видимо по привычке искал эмоц-блокатор, чтоб включить. Следователь понял, что перегнул палку с эмоциональным давлением на дворецкого.

— Я считаю что это эти, те что клумбы у нас роют. Подозрительные они, везде нос суют. Может заметили, как я камеры выключил и полезли. — голос у дворецкого был неуверенный и слабый.

Я побоялся, что Ван от избытка эмоций упадет в обморок, решил сменить тему.

— Можно личный вопрос?

--Да, ко-не-чно- чуть запинаясь ответил Ван.

-Эти контейнеры с зеленью, — указал я на окно. — Что это?

— О, знаете, когда живешь в доме с ботаниками сам становишься немного ботаником. Я сам состою в клубе исторической реконструкции двадцатого века, так вот в то время было очень модно выращивать растения на подоконниках. Я решил попробовать, правда пришлось купить специальные закрытые контейнеры с микроклиматом, но мне очень помогает Майя. — тут парень снова покраснел. — Мы часто обсуждаем растения. Майя очень любит цветы.

— Что ж это очень интересно, а можно тогда еще спросить о роботе? — ткнул Клим пальцем в Генри, который в это время смахивал пыль встроенной в корпус метелкой с металлических стоек на стене. — он довольно сообразительный для своей модели, вы им сами управляете? И почему он Генри?

— Генри звали моего далекого прадеда из двадцатого века, он был дворецким, мне показалось это забавным, я тоже в каком-то роде дворецкий. Малыша я немного проапгрейдил. Сменил ему «мозги», поставил от робопса. Там конечно слабенький ИИ, но вполне справляется с простыми поручениями. Он даже помогает мне с зеленью, следит за состоянием параметров.

— Да уж, похоже мне тоже надо сменить мозги у своего пылесоса. — задумчиво проговорил Клим. — что ж, спасибо за помощь, не буду вас больше отвлекать.

Выйдя с Генри в коридор, Клим Три открыл досье на племянника доктора Сарбо. Ден Кроуг оказался интересным типом. В досье было сказано, что он сын Эрика Сарбо, почему же старик и его дочь говорят, что он племянник? Нужно уточнить у Эрика Сарбо этот вопрос, впрочем, к краже это отношения не имеет. Возраст пятьдесят три года, специализация спортсмен, направление легкая атлетика. Безработный, лишен пособия как тунеядец - рецидивист. Ого, красным было помечено игромания, порочащие связи с криминальным миром. Что ж очень подходящий тип для вора. Клим постучал в комнату Дена.

— Войдите.

Комната Крога напоминала свалку. Неубранная постель, раскиданные везде вещи, остатки еды, журналы, спортинвентарь. Сам же Ден был высокий и подтянутый, такой же красивый, как и его сестра Майя, только в мужском варианте. В отличии от сестры у него были густые черные волосы до плеч, можно было представить, как красива была бы Майя, если б отрастила свои. Единственно, что портило безупречный облик Дена - это брезгливое выражение лица. Он немного оттопыривал нижнюю губу, будто ребенок, который раздумывает, а не устроить ли ему истерику, если эти мерзкие взрослые не сделают так как он хочет.

— Я следователь Клим Три. В вашем доме произошла кража, я выясняю подробности.

— Кража, чушь! Не понимаю, чего дядя так раскипятился, ну украли у него какие-то семена, так он сам нам говорил, что они ему ни к чему. Стоило из-за этого шум поднимать.

— К сожалению, может доктор Сарбо и не ценил эти семена, но стоимость их была весьма велика, чтоб искать вора.

— Они дорогие?

— Насколько я понял, ваш дядя потратил на них все сбережения.

— Вот, а он еще меня считает дураком! Потратил кучу денег на бесполезную вещь, да еще и считай выбросил ее. Нет, мне решительно непонятно, почему он считает себя умным человеком.

— Возможно он относится к деньгам слишком легко?

— Мне, когда я просил, он денег не дал! — Ден понял, что сказал лишнее и смолк.

— А чем Вы занимались в час ночи?

— Спал, я рано встаю на пробежку. Знаете, поддерживаю форму, бегаю вокруг поместья три раза в день.

— Ничего не слышали?

— Я сплю в наушниках, в детстве сестра много плакала по ночам и мне одевали наушники, детство прошло, привычка осталась.

— Может быть тогда видели или слышали что-то касаемо этого дела?

— Да! Послушайте, только сейчас вспомнил. В обед я разминался рядом с окнами библиотеки и слышал, как ссорились сестричка с дядей. Она кажется умоляла отдать семена ей, но наш сухарь был неприступен. Не очень то он нас балует, если честно. Вы кстати в курсе, что Майя состоит в этой ужасной секте «Живое для Живых»? Да мало того, притащила в поместье целую банду своих товарищей оттуда. Ходят, роются, постоянно встречаю их на пробежке, весьма подозрительные типы.

— Вы считаете это их дело? Кража?

— Да кто их знает, не люблю иметь дело с фанатиками, но мне кажется они на все способны.

— Что Вы можете сказать про Вана?

— Ван? Рохля и тюфяк. Тут его никто не замечает, для дяди он что-то вроде бытовой техники. Хотя, он кажется влюблен в мою сестричку, когда на нее смотрит, аж чуть слюни не пускает. Но она к такому привыкшая, красотка. Дела ей нет до мужиков, вот будь Ван цветочком, тогда да, она уж бы уделила ему время. — Ден рассмеялся собственной шутке.

— Спасибо за ваши ответы. До свидания.

Пришло время опросить еще одних жителей поместья, энтузиастов из ЖЖ. Домик для гостей оказался пуст, кажется здешние садовые гномы бродят где-то. Первого следователь встретил у сосны на краю участка. Садовник ползал по земле, в руке у него был какой-то прибор, который тихо попискивал.

— Здравствуйте, я следователь Клим Три.

— Тихо, — зашипел этот товарищ не разгибаясь. — видите я работаю, Вы сбиваете показания прибора.

-Да это на счет кражи в доме! — послышался крик сверху, и Клим увидел второго садовника на верхушке сосны. — Майя очень просила с ним поговорить.

— Послушайте, у нас много работы. Мы пытаемся понять можно ли провести полное биокопирование большого живого объекта. Эти данные очень важны. Найдите Стэна, этот бездельник ответит на ваши вопросы, и мы все подпишемся. Потому как мы все одинаково не в курсе, что случилось в доме. — все это прошипел злобный ботаник, не поднимаясь с земли.

Клим решил оставить эту парочку ученых в покое и отправился искать Стэна. Три обошел все вокруг, но третьего садовника нигде не было, он уже решил вернуться в дом и спросить у Майи, но тут с крыши гостевого домика раздался свист. Следователь поднял голову и увидел парня, стоящего на крыше и махающего рукой.

— Не меня ищите?

— Стэн?

— Стэн Фаст! Да! Значит меня, сейчас спущусь!

Через некоторое время рядом со мной оказался молодой веснушчатый парень.

— Извините, люблю лазить на крыши, там чувствуешь себя на свободе и все вокруг как на ладони.

— Может вы сверху видели что-то необычное в день кражи? — спросил я.

— Так Вы следователь? Ничего особенного я не видел. Как обычно бегал этот придурочный Ден. Полный идиот, называет нас садовниками и сектантами. Знаете, Ден постоянно тут шныряет, заглядывает в окна, я даже пару раз видел, как он явно подслушивал у окон первого этажа. Он то меня не видит, я прячусь за дымоходом от профессора Фалька. Больше никого не было, а ночью я на крышу не залезаю, профессор ругается.

— А так сколько вас тут?

— Трое, я, профессор Фальк и профессор Хань. Я то просто стажер, так что профессора меня постоянно гоняют по всякой ерунде, надоело. На самом деле у меня около десятка специализаций, верите? Обожаю учиться. До этого я занимался скалолазанием, еще врачебным делом и мономолекулярной химией. Но все очень быстро становится скучно.

Пока парень болтал, Клим быстро сверился в его досье. Действительно Стэн Фаст тридцати лет, не женат, имеет около десятка специализаций, в основном начального уровня и связанные с химией и биологией, но для такого возраста это было весьма похвально. Также было указано, что Стэн состоит в ЖЖ.

— Скажи, а остальные ученые чем занимались ночью?

— Ну, вроде все спали. — Стэн слегка смутился. — я могу точно сказать, что из дома никто не выходил. Всю ночь был ливень, если б кто-то выходил, то утром бы стояла мокрая обувь и зонт.

— Что ж это верно.

— А интересно быть следователем?

— Ну я не жалуюсь, с моим прошлым у меня не было особого выбора профессий. Впрочем, я не жалею. Спасибо за помощь, думаю мне пора уезжать.

— Так вы уже знаете кто украл? — Стэн чуть не запрыгал на месте от любопытства.

— Это пока тайна следствия.

Клим тепло распрощался со Стэном и подумал, что из него вышел бы неплохой напарник - внимательность, энтузиазм и большой набор знаний на разную тематику.

Вернувшись в дом, в библиотеке Клим нашел Майю, она отложила книгу которую читала и спросила:

— Жду Вас, как наши дела? Что мне передать отцу?

— Я закончил. Результаты будут завтра с утра.

— О, это замечательно, чем быстрее все это кончится, тем лучше.

— Да. Знаете, это дело видится мне весьма романтичным.

— Что же в нем романтичного? — удивилась женщина.

— Вы знаете, в двадцатом веке мужчины часто дарили своим возлюбленным цветы. До свидания, Майя. Надеюсь завтра Вы будете знать столько же, сколько и я об этом деле.

На лице Майи сначала было недоумение, но она помрачнела.

— До свидание Клим, думаю я вас поняла, спасибо.

Новая Самара. Русскоговорящий сектор,

социальное жилье, капсульная застройка.

20.06.2130 г

20:45

Домой Клим Три вернулся через пару часов, застряв в пробках на подлете к социальному жилью. Дома Клима ждал пылесос при смерти. Робот каким-то образом смог уронить со столика на пол коробку салфеток, сожрать их все и подавиться последней и теперь стрекотал, мигая красными огнями. Пришлось, вскрывать, вынимать лишнее, после чего пылесос, понесся на базу, восстанавливать силы и нервы. Клим заказал ужин, решив, что надо побаловать себя итальянской пастой с соусом болоньезе. Увы, доставка разочаровала, Клим получил весьма неприглядное на вид блюдо. Хотя для человека у которого на обед был лишь чай с печеньем это уже было несущественно, тем более на вкус паста оказалась неплохой. В десять Клим сел за отчет для шефа, около двенадцати ночи завибрировал комм. На экране был мрачный шеф.

— Клим, отправляйся обратно в поместье. — буркнул он.

— Что случилось?

— Чип — идентификатор одного из жильцов прислал сообщение о смерти владельца.

— Кто?

— Некто Ван Семь. Я уже отправил туда группу криминалистов. Я понимаю, что это не твой профиль, но ты уже там был и ориентируешься в том, что там происходит. Другой следователь потеряет дорогое время. Давно хотел перевести тебя на расследование смертей, видимо это судьба.

— Не нравится мне такая судьба. Хорошо буду на месте через час.

— Мы смогли связаться с Майей Сарбо, она будет тебя ждать. Отбой.

Трасса 23. Жилой массив «Новые горизонты»

Поместье «Сосновая роща»

21.06.2130 г

01:15

Собрался Клим быстро и был на месте через 45 минут. Ворота поместья были открыты, траволатор не работал. Возле ворот все так же стояли пара флаеров. В доме Клима Три встретила мрачная Майя.

— Со мной связались из полиции и сказали, что Ван умер.

— Вы сами не заходили к нему?

— Я не нашла в себе сил. Не хочу видеть его мертвым. — женщина всхлипнула.

— Вы не видели вашего брата?

— Кажется он в своей комнате, я его не будила, он рано ложится. Прошу Вас не сообщать отцу о смерти Вана, он не переживет этого. Я скажу, что он уехал или еще что-то придумаю. — Маяй закрыла лицо ладонями. — это ужасно, ужасно.

Потом она резко выдохнула и сказала.

— Я так рада, что прислали опять вас! Боялась, что на расследование смерти Вана приедет другой следователь. Я хотела бы поговорить сейчас именно с Вами.

-Что ж. Криминалисты еще не прибыли, думаю у нас есть несколько минут.

— Я вчера вечером уложила отца спать и позвала Вана поговорить в библиотеку. Я рассказала сколько стоили семена отца и намекнула, что Вы знаете, кто их украл. Кажется, я его очень напугала. Я сказала, что мы с отцом вполне можем простить преступника, если он вернет семена. Ван во всем признался и обещал, что утром он лично извинится перед хозяином и вернет семена. Я была так рада, что Вы оказались правы. Но теперь это не имеет никакого значения, бедный Ван. — Майя сжала руками голову. — Простите, но я хочу, чтоб Вы знали, я не дам показания против Вана. Он уже мертв и все это не имеет значение, а пятнать его память я не хочу.

— Хорошо, Майя. Я все понял.

Скоро пришли криминалисты, мы все поднялись к комнате Вана. Клим толкнул дверь, она оказалась закрыта.

— У Вас есть допуск? — спросил Майю.

— Не знаю, нет наверно. Дверь всегда была открыта, когда я приходила.

Пришлось воспользоваться полицейским чипом для вскрытия. Дверь открылась, и криминалисты начали свою работу. Клим зашел следом, Майя отказалась заходить и ушла в свою комнату. Окна были открыты настежь, как и днем. Рядом с металлическими стойками с оборудованием лежал Ван, рядом валялся перевернутый стул. На металлической стойке торчал не до конца вкрученный болт довольно большого размера, он был весь в крови и на нем налипли волосы.

Криминалисты быстро сканировали место преступления, а затем двое с гравиносилками забрали тело Вана.

— Предварительно можно сказать, что это был несчастный случай. Умерший резко качнулся на стуле, колесики поехали вперед, а человек завалился назад и неудачно стукнулся о металлическую стойку, потерял сознание, а потом сломал шею при падении. Отпечатки в комнате только погибшего и Майи Сорбо. Камер в комнате к сожалению, нет. На камерах в коридоре никого нет.

Криминалисты сделали последние сканирования и удалились. Следователь остался стоять в комнате, что-то его смущало. Клим еще раз осмотрелся и наконец понял. На подоконнике не было контейнеров с рассадой. Он подошел и выглянул в окно, под окном оказался навес над дверью в сад. Клим вылез и аккуратно встал на него, навес выдержал. Три заглянул в комнату стоя на навесе, было отлично видно открытую дверь в коридор. В саду было темно, и стоило еще раз осмотреть это место при свете солнца. Клим залез обратно в комнату и еще раз осмотрел стойку, один винт был выкручен полностью, второй завернут наполовину. Вышел в коридор и постучал в комнату Дена, никто не отозвался. Клим спустился в библиотеку, там уже была Майя.

— Спать не могу, оставаться в комнате тоже, стены давят. — пожаловалась она.

— Ваш отец не проснулся, все-таки мои люди работали довольно шумно.

— Он плохо спит, потому перед сном выпивает довольно сильное снотворное, часов до шести его трудно добудится.

— Ден тоже мне не открыл, его сон весьма крепок. — Клим сел на против Майи в кресло.

— Дена я тоже пыталась разбудить, но дверь заперта. Он в детстве любил спать в наушниках, вероятно эта привычка у него осталась. Впрочем, он встает рано, часов в пять. Думаю, можно подождать. Пойдемте выпьем чая или лучше кофе, у нас он тоже не плохой.

— Скажите, а почему в комнате Вана нет камер?

— Он говорил, что ему не нравится наблюдать за собой со стороны.

— Майя, ситуация довольно серьезная. Это не простая кража и стоит говорить начистоту.

— Но, те люди, криминалисты кажется, я слышала, что они обсуждали. Они говорили про несчастный случай, да и дверь в комнате была заперта.

— Увы, я считаю, что это убийство. Так скажите мне Майя, ваши молодчики из ЖЖ могут быть в этом замешаны?

— Нет, конечно! Какая дикость! Мы спасаем живое! Спасаем, а не убиваем! — Майя вскочила и ее глаза метали молнии. — Знаете почему я пришла в ЖЖ? Я устала от смерти вокруг.

Майя выдохнула и снова села на диван, продолжив свой рассказ спокойнее.

— Я помню, как десять лет назад мы приехали сюда, помню - подошла к тем остаткам леса на нашем участке. Я дотронулась до одного из этих лесных гигантов и это стало для меня откровением. Знаете, я видела деревья в оранжереях и даже трогала их, изучала. Но только здесь поняла, все эти оранжереи, просто могильники с остатками когда-то живой природы. А тут были настоящие деревья, могучие! Они умирали, но не сдавались, цеплялись за этот мир и боролись, и я стала бороться за них и за нас. Я хочу, чтоб жизнь вернулась в наш мир, в наши города. Я ненавижу этот биопластик идентичный зелени и деревьям. Он мертвый, смерть вокруг нас. В ЖЖ люди приходят по разным причинам, но главное, что мы все за жизнь и ненавидим смерть в любом ее проявлении.

Майя обессилено склонила голову и замолчала. В библиотеке воцарилась тревожная тишина. Потом женщина подняла голову, лицо ее было уже спокойным, огонь в глазах угас, о былой истерике напоминали только красные пятна на щеках.

— Простите, но я вынужден задавать вопросы. Такова моя работа, но я понимаю, то что Вы мне сказали.

— Да, это Вы меня простите, просто эти события…

— Вы выдержите еще пару вопросов?

— Придется, это же ваша работа. — горько усмехнулась Майя

— Где вы были сегодня ночью?

— Там же где и вчера, я не ночевала дома.

— Может уточните, это ваше алиби. Я знаю, что Вы не покидали поместье.

— Что навело вас на такую мысль?

— Ваш флаер, вчера с утра был дождь, а под ним было сухо, сегодня я еще раз осмотрел его и точно знаю, что он не двигался с места. Конечно я могу запросить сводку вылетов из вашего поместья.

— Хорошо, Вы правы я была в поместье, остальное Вас не касается. Я не верю, что Вана убили, а значит и алиби мне ни к чему. Я знаю всех в поместье и не могу допустить мысли, что среди нас есть убийца. — Майя резко встала и покинула библиотеку.

До рассвета Клим пил кофе на кухне и заполнял протоколы опросов и осмотра. В пять вернулась Майя, налила себе кофе, по-видимому ей так и не удалось заснуть. Полшестого на кухне появился Ден.

-Доброе утро, сестри.- увидев меня он осекся. — Что происходит?

— Ван мертв, — еле слышно сказала Майя, кажется ей пришлось заставить себя это сказать.

— Но… следователь… кража, не убийство — Ден заметно побледнел. — То есть хотел сказать, это ужасно! Я должен подумать.

Он выбежал из кухни и скоро хлопнула дверь на вверху.

— Пожалуй займусь делом, — сказал Клим поднимаясь.

Сначала он отправился в комнату Вана и вновь вылез на козырек, до земли было три метра, довольно высоко, но если хорошо сгруппироваться… Клим прыгнул вниз. Пришлось сделать пару перекатов, чтоб погасить прыжок. Подошел к двери в сад и подергал ее, она была заперта. Клим разбежался и подпрыгнул, с трудом удалось ухватиться за края навеса и подтянутся. Что ж военная подготовка бывает не хуже спортивной.

Следователь вновь залез в комнату и вышел в коридор. Клим отправился к двери Дена, но та вновь оказалась заперта и на стук никто не открыл. Поборов в себе желание воспользоваться полицейским чипом, Клим направился в библиотеку, когда его окликнул Эрик Сарбо.

-О, Вы уже с утра в работе. Как движется расследование?

— Думаю скоро, осталось пару моментов для ясности.

— Это замечательно, пойдемте завтракать. Я что-то не могу найти дочь племянника, очень не люблю есть один за большим столом. — старичок вцепился в следователя накрепко и потащил в столовую. Пришлось составить ему компанию за завтраком.

— Доктор Сарбо, не могли бы Вы уточнить один момент. Вы называете Дена племянником, в то время как по всем документам он ваш сын.

— Бедный Ден, бедный мальчик. Увы, чтоб объяснить придется рассказать длинную и грустную семейную историю. Это началось еще до социальной реформы семьи. Тогда люди довольно часто заводили несколько семей. Мой отец не был исключением. До моей матери он был женат на другой женщине и у него была дочь. Так что у меня была сестра по отцу на десять лет меня старше. Мы стали общаться, когда мне исполнилось двадцать. Лидия, так ее звали, была женщиной очень красивой и очень взбалмошной. Она стала довольно известной актрисой и когда грянула социальная реформа восприняла ее в штыки. Она мне внушила мысли, что государство отнимает у нас свободу, что мы теперь как овцы в разведении. Да, тогда было много возмущений и протестов у молодежи. Конечно от госмужа она отказалась и выбрала себе какого-то мутного типа из творческой тусовки, кажется писателя. Они поженились по-старому в церкви, без официального заключения брака. Потом она родила Дена. На родительские права она не сдавала, так что ребенок оказался под наблюдением службы опеки. После родов характер у Лидии совсем испортился, она теряла роли, а ее муж писатель исчез в неизвестном направлении, похоже эмигрировал. Она пару лет пыталась совмещать материнство и съемки, но увы. Вскоре она стала оставлять мальчика со всеми, кто готов был его нянчить за небольшие деньги. Думаю, жизнь у него тогда была ужасная, вокруг незнакомые люди, которым не было до него никакого дела. Служба опеки вынесла ей несколько предупреждений, а потом вышел закон об изъятии детей. Открылись первые «детские деревни» и у Дена появились все шансы туда попасть. Я был в шоке, слухи тогда об этом проекте ходили самые мрачные. Я в это время женился на Натали. Несмотря на мои страхи, что госжена окажется ужасным человеком, все оказалось не так. Мы почувствовали симпатию с первых минут знакомства и к свадьбе уже были влюблены в друг друга. Я рассказал ей о судьбе Дена и она предложила усыновить его. Мы без проблем сдали на родительские права и у нас появился сын. Первое время все было хорошо, мы старались быть хорошими родителями и очень жалели малыша, который столько натерпелся. Увы, после рождения Майи мы поняли, что такое быть настоящими родителями. Натали полностью переключилась на дочку, а я хоть и старался уделять внимание Дену понимал, что это слишком мало. Потом Ден пошел в разнос, он бросался на Натали, безобразно себя вел и даже пытался выкинуть сестру из кроватки, когда мы не видели. Пришлось вести его к психологу, но ничего не помогало. Все изменилось, когда одна из старых родственниц заявила ему, что такого гадкого мальчишку, родители точно сдадут в детскую деревню, где ему самое место. Мальчику тогда было девять лет и он очень сильно испугался, после это все скандалы закончились и Ден стал образцовым ребенком. Впрочем, когда ему исполнилось восемнадцать лет он уехал от нас и кажется лет десять жил у матери. До нас доходили слухи, что он бросил спорт и ведет беспутную жизнь, но ничего с этим сделать мы не могли. Вернулся он в семью, только после смерти Натали.

Старик тяжело вздохнул и отпил уже холодный кофе. Кажется, эти воспоминания принесли ему боль. Тут в столовую вошли Майя и Ден. Клим обратился к Дену.

— Я хотел бы поговорить с вами после завтрака. Прошу вас не покидать дом.

Пока семья завтракала, Клим решил дойти до гостевого домика и опросить ученых. У двери в сад шебуршил Генри. Похоже включился охранный режим до возвращения хозяина, подумал Клим и решил выйти через главный вход, чтобы не беспокоить верного крошку робота.

Все ученые оказались на месте, они тоже завтракали. Стен приветствовал Клима радостным воплем:

— Наш следователь вернулся! Вы поймали вора? — в нетерпении он посмотрел на Клима.

— Увы, я здесь по более серьезному делу. Не ответите ли мне на пару вопросов?

— Будто у нас есть выбор. — буркнул профессор Фальк, кажется Клим Три ему чем то не понравился.

— Хорошо, выходил кто-нибудь из вас сегодня ночью из дома?

— Нет, все были на месте. Мы засиделись за расчетами почти до трех часов утра, затем разошлись по комнатам. Разве что Стен выбегал около двенадцати на улицу ненадолго, но он точно не успел бы добежать до большого дома и обратно, если Вы об этом. — сказал профессор Хань.

— Стен, а зачем ты выходил? — с любопытством посмотрел следователь на юношу.

— Понимаете, я посмотрел в окно и мне показалась, что у большого дома мелькнула какая-то большая тень. Я и прошлой ночью видел что-то похожее, позвал Майю посмотреть, но она сказала, что мне показалось. Ой — Стен покраснел и смущенно взглянул на Фалька.

— Что ж спасибо за ответы. Думаю, я узнал все что хотел и даже немного больше. Надеюсь это происшествие не помешает вашей работе.

Клим Три попрощался с явно смущёнными оговоркой Стена учеными и вернулся в большой дом. Завтрак уже закончился и в библиотеке Клима ждал Ден.

— Я хотел бы задать Вам пару вопросов.- начал следователь, но его грубо оборвали.

— Нет! Нет! Это я хочу задать Вам вопросы! С какой стати меня удерживают здесь? Мне опротивело это место, я пытаюсь уехать, но мой флаер заблокирован, а у ворот два тупых мордоворота не выпускают меня за ограду. Как Вы это объясните?

— Стандартная процедура на время следствия.

— Какого следствия?! Вы издеваетесь, кража семян и несчастный случай?! — кажется Ден был готов перейти на визг, лицо его исказилось истерической гримасой, нижняя губа затряслась.

— Все не так просто.

— Ах, так! То есть Вы считаете, что это было убийство? Ну в чем же тогда дело? Арестуйте виновного и дело с концом.

— Думаете это так просто? — удивился Клим.

— Проще простого! Моя сестрица явно убедила влюбленного тюфяка выкрасть семена для своих сектантов, а когда тот начал болтать лишнего, убила его и дело с концом. Хотя конечно, она и вас окрутила, что не замечаете таких простых вещей. — кажется, говоря эту речь Ден немного успокоился и пришел в себя.

— Скажите, а часов в десять вечера Вы не выходили на пробежку?

— Я всегда бегаю вечером, но на время не смотрю. Возможно это было в девять или десять. Кстати, вечером Ван с Майей о чем-то шушукались в библиотеке, возможно он начал ее шантажировать, кто знает. — на этой фразе Ден приобрел былую уверенность в себе. — Да, я думаю все так и было. Давайте мне пропуск, у меня срочные дела в городе.

— К сожалению, это пока не возможно, но я постараюсь закончить дело побыстрее.

Ден ушел, а Клим Три задумался, тут из коридора донеслись монотонные удары. Выбежав из библиотеки Клим увидел Генриха. Робот тыкался в дверь в попытках открыть, колесики буксовали, но ничего сделать с закрытой дверью он не мог. Кажется, простое ожидание у двери Генри надоело, и он решил действовать.

— Куда собрался дружок? — следователь открыл дверь и с удивлением наблюдал как робот с радостным свистом вылетел в сад и покатился в сторону гостевого дома. Клим охнул и побежал за ним. До гостевого дома робот не доехал, съехал с тропинки в сторону деревьев.

-Эй! Вы там, на земле, куда собрались?! — услышал Клим знакомый голос с крыши.

— Что там? — Клим указал Стэну в сторону куда катился робот.

— Вы там осторожнее, там яма для компоста! Отвратительное изобретение старины, которое мы возродили! Получаем там органическое удобрение.

Я бросился догонять робота, тот уже скрылся среди деревьев. В спину до меня донеслось:

— Что вы все там забыли сегодня? Придурок из дома тоже сегодня туда бегал.

В последний момент Клим успел поймать Генри перед его прыжком в яму со зловонным содержимым. Держа одной рукой сопротивляющегося робота, следователь включил комм на полицейской волне.

— Группу захвата и криминалистов! Да оцепление на трассу 27, преступник может попытаться сбежать.

Отчет

— Привет шеф, я выслал тебе отчет по делу.

— Так быстро, горжусь тобой! Первое твое дело об убийстве, и ты управился за день.

— Я собой не горжусь. Если б не моя сентиментальность, то вора я бы арестовал еще вчера, и этот юноша Ван остался бы жив.

— Ого, давай рассказывай!

— Все есть в отчете, думаю мне стоит подать рапорт на увольнение за такую грубую некомпетентность.

— Ты же знаешь, я ненавижу отчеты! Все эти обороты: «Подозреваемый номер один, ссылка один приложение один досье, взял с земли предмет ссылка два, приложение два «Палка поликарбонатовая», фото один, ссылка архив улик сто пятьдесят пять…» Выть охота пока поймешь, что мальчишка просто кинул палку в собаку. Да я тебя знаю и сомневаюсь, что там действительно была твоя вина. Слушаю.

— С кражей я разобрался довольно быстро. Осмотрев место преступления я понял, что преступник просто зашел в комнату и забрал коробочку на столе, а потом устроил разгром и разбил окно. Почему я так решил, потому как осколки стекла валялись не в комнате, а за окном, значит кто-то выбил их изнутри, а не снаружи. Да и под окном была вскопана земля, а никаких следов на ней и земли в комнате, как если б кто-то влез в окно не было. Вывод — это сделал один из живущих в доме. После разговора с доктором Сорбо я выяснил, что никто из домашних не знал о цене семян. Зато потом выяснилось, что старичок очень жалел о покупке и все слышали, как он разочарован. После того как доктор Сорбо просто бросил контейнер с семенами на столе в комнате, все окончательно убедились в их никчёмности. Что ж мотив кражи оставался у Майи, как у представителя ЖЖ, ведь она то понимала всю ценность покупки отца. Затем я поговорил с ней и понял, что красть семена она бы не стала, так как старалась не волновать понапрасну отца. Кража ей и не потребовалась бы, достаточно было взять одно семечко и снять в лаборатории его параметры. В итоге стало понятно, что стоимость и редкость семян была похитителю не принципиальна. Я все понял, когда поговорил с Ваном и Деном. Первый был эмпатом. Из всей семьи он общался больше всего с Майей, она помогала ему с его историческим огородиком на окне. От нее он узнал про хризантемы и о том, что Сарбо отказал дочери в снятии биокопии с этих семян. Видимо женщина очень эмоционально рассказывала про эти цветы, возможно Ван понял насколько они ей нравятся. Потом я поговорил с Деном и тот рассказал мне о разговоре Майи с отцом, правда сильно преувеличил и сказал, что это была ссора, рассказал, что группа ученых ЖЖ орудует в их парке и о влюбленности Вана в Майю, что уже было понятно и мне самому. Мне стало все понятно, но я решил дать влюбленному шанс и намекнул Майе перед уходом о традиции двадцатого века дарить девушкам цветы. По моим расчетам семена уже вечером должны были вернуться владельцу. Я не учел, что совершил ошибку, которая приведет к смерти одного из участников. Вечером, когда отец уснул, Майя позвала Вана в библиотеку на разговор и объяснила ему, что его романтический поступок на самом деле весьма серьезная кража и семена стоят очень больших денег. Молодой человек был очень смущен и пообещал вернуть семена к утру, у него возникли некоторые проблемы, ведь он успел высадить их в один из своих контейнеров на окне. Вернувшись в комнату он зашел в вирт, чтобы узнать возможно ли достать семена из земли не повредив. В этот момент в его окно запрыгнул убийца, который караулил сидя на навесе под окном. Ударил стоящего к нему спиной Вана железной стойкой, которую открутил пока дворецкого не было в комнате. После чего инсценировал несчастный случай, вернув стойку на место. Убийца знал про отсутствие камер в комнате и запер комнату изнутри, чтобы было понятно, что никто внутрь не заходил. Забрал контейнеры с рассадой, так как не знал в каком из них нужные ему растения. Видимо надеялся, что никто не обратит внимание на такую мелочь. Полицейские не знали о контейнерах, а домашние отказались входить в комнату и смотреть на труп. Возможно позднее Майя бы и заметила пропажу зелени, но время было бы уже упущено. Убийца не учел, что на расследование снова приеду я, ведь на смерть должны были прислать другого следователя. Боюсь его ждал неприятный сюрприз. Я выяснил, что Майя проводит свои ночи в гостевом доме, скрывая ото всех свою незаконную связь с профессором Францем. Чтоб арестовать убийцу мне требовалось лишь найти достаточные улики. Убийце пришлось срочно избавиться от контейнеров, так как это была единственная улика против него. И если б не Генри — малыш робот ухаживал за контейнерами и у него была с ними прямая связь. Как только контейнеры открыли, а затем выбросили, роботу поступил сигнал тревоги. Генри рванул на помощь, ну а мне повезло в этот момент оказаться рядом и быстро понять, что заставляет робота утопится в яме с отходами. Криминалистам досталась неприятная работенка, перебрать кучу компоста, чтоб найти контейнеры. Хорошо, что у нас был свидетель, который с крыши видел, кто ходил к яме с утра. На контейнерах обнаружились отпечатки Дена, вероятно он не думал, что их смогут найти и не был осторожен, как в комнате Вана.

— Так это был племянник профессора?

— Да, улики позволили получить разрешение на ментальный допрос. Мы выяснили, что Ден Кройг из-за своей игромании задолжал большие деньги криминальным личностям. Так как работать он не желал принципиально, он приехал к дяде и пытался сначала разжалобить его и вытянуть свою часть наследства, но это не удалось. Тогда он решил дядю убить, именно поэтому следил за всеми в доме, ожидая удачного случая, чтоб его не заподозрили. Думаю, от убийства его все-таки останавливала некоторая привязанность к дяде. Но тут я совершил ошибку и сообщил ему о стоимости похищенных семян. Он догадывался кто мог совершить кражу и начал следить за Ваном. Потому вечером, когда Майя и Ван отправились в библиотеку, Ден заранее затаился под окнами, чтобы узнать подробности. Услышав где находятся семена, он отправился наверх, где стал дожидаться Вана. Увы к нему привязанности у Дена не было, и он убил его.

— Почему же он просто не забрал семена?

— Тогда Ван бы сообщил, что семена у него украли и единственным подозреваемым остался бы Ден. А так несчастный случай, про семена никто не знает. Майя ничего бы не сказала, чтобы не очернить память покойного. Нашего убийцу подвело только то, что на место преступления вернулся я, а не другой следователь.

— Слушай, ты винишь себя, но я так и не понял в чем? То, что от тебя Ден узнал о стоимости семян и решился на убийство? Но он и так собирался убить, просто сменил жертву. В нем уже были эти семена зла, не ты Клим их туда посеял. Очень жалко, что погиб этот романтичный юноша Ван. Но он тоже совершил преступление пусть и не сознавал его последствия, и у него были самые лучшие побуждения. Я думаю, что ты слишком строг к себе и слышать не хочу ни о каком рапорте. Думаю, стоит перевести тебя в отдел расследования убийств.

— Значит мне понадобится напарник?

— Есть кто-то на примете?

— Да. Думаю, есть один очень бойкий молодой человек.