Следствие ведёт Агнесса — мать мента

Сегодня мне опять досталось. Мать накрыла меня как раз в то время, когда я производил свой уникальный опыт. Конечно, она ничего не поняла. Посредственность вечно осуждает всё, что выше её понимания...

Она просто отобрала у меня и котёнка, и ворону, и перочинный нож, снова раскричалась, расплакалась, грозя упрятать меня в психушку, отхлестала мокрым полотенцем и заперла в этой пустой кладовке, где обычно запирает, когда я, по её мнению, заслуживаю наказания.

Поэтому я заранее здесь спрятал этот свой блокнот и шариковую ручку. Чтобы и в самом деле не сойти с ума. И не попасть в психушку. Потому что после психушки передо мною закроются двери вузов, а без официально узаконенного получения образования мои великие открытия претворить в жизнь будет очень непросто.

Мой единственный друг — Витёк Воробьёв, он же сосед, одноклассник и даже какой-то там дальний родственник. То ли пятиюродный брат, то ли четвероюродный племянник. Так вот, только ему одному я доверил эту свою тайну. Ну, и ещё его приятелю Максиму.

У меня великая цель! Я мечтаю сделать людей практически вечными. Дать им возможность летать, как птицы, плавать, как рыбы, бегать со скоростью гепарда, но без этих громоздких машин: самолётов, кораблей, подводных лодок. Человек должен летать и плавать самостоятельно и в одиночку в любую сторону по собственному желанию, а не в толпе безвольных пассажиров, полностью зависимых от пилотов и капитанов.

Ну да, для этого просто необходимо развить донорскую хирургию. Для полётов человеку нужны крылья, а для плавания — плавники и жабры. Конечно, кроме вживляемых дополнительных органов человеку также регулярно будут требоваться пересадки новых взамен старых, больных и изношенных. Только так можно добиться его бессмертия.

Вот Витька, друг, меня понимает. И поддерживает. Он так прямо и сказал: «Марк, ты — голова! Талантище!!! У тебя всё обязательно получится!» Да и Максим, приятель Виктора, тоже. Хотя и молча. Но я по глазам вижу: он за меня.