Сломленные, но живые.

1.

Вместе навсегда.

Джесс

Жизнь подростка должна быть насыщена красками, где мир прекрасен, а все двери открыты. Но вот незадача: передо мной Джесс Винтерс, 17-летняя девушка, что перешла в выпускной класс. Проклятый класс для меня, хотя осознание того, что это последний год моих страданий, облегчает мою ношу. Жизнь была и есть насыщена только красками боли, ненависти и крови.

Хоть в школу только завтра, я уже за месяц настраивалась на борьбу на два фронта: дом и школа. Хоть за более чем 10 лет я не то, чтобы привыкла, но стало невыносимо. Ещё год в этом проклятом доме, в проклятой школе выводят меня из себя. Всё это время я старалась решать всё мирно, но боюсь, в этом году так уже не получится. Я слишком устала для этого дерьма.

Выдохнув, я уставилась на прекрасный последний летний закат. С самого утра я свалила из дома, лишь бы не пересекаться с грёбаным папашей и не менее грёбаной мамашей.

Внезапно на мои плечи упали чьи-то руки, отчего я взвизгнула и даже почти принялась заносить кулак. Но это всего-навсего была моя единственная лучшая подруга. Хотя не так: она была моей семьёй. Рыжая, кареглазая заноза, но роднее неё у меня некого. Сара Кларк.

— Привет, дуреха!

— Сара, ради бога, не делай так, я же могла...

— Ударить? — она ехидно улыбнулась и встала в стойку. — Ну давай, посмотрим, кто круче.

На ней была одета тёмно-синяя джинсовка и спортивные штаны с чёрными кедами. Хоть она и была одета просто, ей это очень шло, особенно к её вечно небрежному пучку.

— Сара, у нас будет ничья, лучше присядь.

Мы сидели на самом краю «Красных скал», свесив ноги в пустоту. Внизу, метрах в десяти, тяжёлые озерные волны с глухим рокотом бились о гранит, а над ними шумели старые сосны, пропитанные запахом хвои и сырости. Солнце медленно тонуло за Адирондакскими горами на той стороне озера, окрашивая небо в цвет переспелой сливы и грязного золота.

— Дома опять жуть?

Сжав руку Сары, я просто кивнула. От одной мысли, что внутри дома меня буквально окружает боль и ненависть, стало плохо, но я выдохнула и отогнала мысли о доме. Пока.

— Тебя хоть не били, милая?

— Нет, всё хорошо. Я с самого утра ушла, так что сегодня без приключений.

— Можешь остаться у меня, — предложение Сары было заманчивым, но после прошлого раза я не хотела доставлять ей неудобство.

— Нет, не надо, спасибо.

— Слушай, Джесс, как бы трудно в этом году ни было, ты справишься. Ты просто обязана, ведь через год этот ад будет позади.

Я ничего не ответила. Я и не знала, что ответить: горло сжало так сильно, что воздух просто не попадал. Слишком всё тяжело, я держусь из последних сил, чтобы не развалиться.

Почувствовав моё напряжение, она просто обняла меня, и этого хватило, чтобы я задышала.

— Уже поздно, пора возвращаться, а то меня прибьют, — она наигранно посмеялась.

Несмотря на то, что у неё в семье не всё так плохо, всё же есть то, что также на неё давит: отчим, который почему-то не даёт ей проходу. Аж бесит. Но единственное, что радует меня больше всего, — это то, что наши с ней дома напротив друг друга. Поэтому перед тем, как разойтись, мы ещё долго стояли и шутили. Каждая из нас настраивалась на лучшее, но мы знали, что завтра нас обеих ждёт начало нового года, где нам придётся не просто бороться, а выживать.

И вот, стоя у двери дома, я обернулась. Увидев, как Сара входит в дом, я ещё раз вдохнула и хотела уже открыть дверь, как та распахнулась перед носом. На пороге стоял мой чертов папаша, и по виду нетрезвый.

— Пришла? И где ты шлялась?

Я хотела просто пройти, но меня схватили за руку и прижали к порогу. От него пахло алкоголем, его пьяный взгляд был безумен, и я не знала, чего ждать.

— Думаешь, можешь делать что хочешь, соплячка? Тебя не учили предупреждать?

— Я предупредила, — без капли эмоций сказала я, хотя внутри всё скрутило. Но перед этим человеком показывать страх — последнее, что я хочу.

— Свою гребаную мамашу, что тоже слиняла? Вы что, курицы, думаете, что я никто в этом доме?

Его взгляд, полный злости, так и прожигал. И самое ненавистное — это то, что цвет его глаз передался мне. Хотя что уж говорить, я в принципе внешне была его копией, и это меня бесило. Из раздумий меня вывела пощёчина. Не сильная, но и не слабая.

— Отвечай, паршивка!

От его перегара меня начало подташнивать, из-за чего что-либо говорить было опасно.

— Хорошо, хочешь молчать? Тогда иди дальше шляйся! — Толкнув меня с крыльца так сильно, что я почти упала, но удержалась. И только я хотела развернуться, как дверь хлопнула. Я знала, что после этого мне не попасть домой. Не в первый раз, всё же.

Выдохнув, я подошла к дому Сары. Видимо, сегодня я буду у неё. Но не успела я стукнуть в дверь, как услышала крики. И это был голос её отчима. Видимо, вечер не только у меня испорчен.

— Сара, милая, куда ты?!

Ко мне резко выскочила подруга, и её удивлённый взгляд быстро сменился понимающим. Она за секунду поняла, что у меня, как и у неё.

— Мне, мамочка, нет места в этом доме, если я не слушаюсь твоего драгоценного любимого мужа.

— Не говори так, милая…

— А как ещё, мам?

Но не дождавшись ответа, она схватила меня за руку, и мы пошли прочь от двух ненавистных нам мест.

— Ну что же, Джесс, сегодня весь Берлингтон наш. — И как бы это ни звучало, печаль её голоса никуда не исчезла.

— Господи, этот ублюдок тебя ударил?! — Быстро протараторила Сара, касаясь моей щеки.

А я и почти не чувствовала, если только слегка. Всё же это я ещё мягко отделалась.

— Всё нормально, могло быть и хуже, — постаралась я успокоить подругу, но у той уже вовсю был злой вид.

— Да что этот ублюдок себе позволяет?! Милая, это не нормально! Какого черта он вообще взбесился?

Я всего лишь пожала плечами.

— А у тебя что стряслось?

Сара громко выдохнула, взяла маленький камушек и кинула куда-то вдоль дороги.

— Этот придурок начал читать мне нотации, что я не должна так поздно приходить. Да кто он такой, чтобы мне указывать? И вот когда мы начали ругаться, мамочка приняла его сторону. Не, ну нормально вообще?

Потрепав её по голове, я всего лишь могла сочувственно побыть рядом. Слова в нашем случае не шибко что-то решали.

— Пошли в Waterfront Park, — предложила я. Он находится прямо на берегу озера Шамплейн, в самом низу улицы Колледж-стрит.

— Будем до утра там?

— Думаю, к утру мы спокойно попадём домой.

— Джесс, если он начнёт…

— Знаю. Я тут же вылечу из дома.

По времени уже было около полуночи, и на улице заметно похолодало. Чего я не предвидела, из-за чего была всего-то в лёгкой кофте. Ладно хоть не в шортах, а в джинсах. А вот Саре повезло: и куртка, и кофта потеплее моей. Я старалась не показывать, что мне холодно, но, заметив это, она всё же сняла джинсовку и дала мне её. Тут же в нос ударил запах цитруса. Она любила разные духи с этим запахом, из-за чего цитрус для меня теперь только с ней и ассоциируется.

Помимо нас в парке была группа из семи или восьми ребят: три девчонки, остальные парни.

— Джесс…

— Да? — Я резко повернулась к подруге и увидела взгляд, полный боли.

— Как ты держишься? Столько лет терпеть всё это. Я клянусь, сильнее тебя я никого не видела.

— Рыжик, — так я всегда звала её, когда наши разговоры заходили в слишком щепетильные темы. — Честно? Боюсь, я скоро рухну. Это лето было одним из самых худших. Что уж говорить в принципе об остальном, ты и так всё знаешь.

— Да, знаю. Но поэтому и задаюсь каждый раз вопросом: будь я на твоём месте, смогла бы так долго продержаться?

Я тут же её стукнула по плечу.

— Смогла бы, ведь я была бы рядом. Знаешь, это я должна задаваться вопросом. Ведь я никогда не спрашивала, почему, перейдя в наш класс, ты начала дружить со мной, что впоследствии и тебя сделало изгоем.

— Потому что ты мне понравилась. Ты не из тех, кто будет рваться в бой, но ты всегда побеждаешь.

Мы обе засмеялись. Ведь речь шла о том, что все всё равно получали от меня, но за стенами школы.

— Ну что уж поделать, я ненавижу сдаваться без боя.

— Как и я, Джесс. Вместе навсегда. — Она приложила свой лоб к моему.

— Вместе навсегда, Сара.

Это была наша клятва, что, несмотря на препятствия, мы всё выдержим.

И тут на весь парк разразилась музыка. Что-то вроде Linkin Park. Меня словно заволокло. Faint. А в голове уже вовсю текст песни.

— Ничего себе, Джесс, глянь.

Развернувшись, я увидела, как два парня встали в стойку. Один парень — темноволосый и крупный, в свободной синей футболке и шортах. А вот другой, хоть и выглядит меньше, что ли, но благодаря тому, что парень был в майке, да ещё и чёрной, что сочеталось с тату на всю левую руку, а по его мышцам на руках было понятно, что он живёт тренировками. И хоть он был в спортивках также чёрного цвета (видимо, это его любимый цвет), можно было понять, что и день ног он не пропускает. Его светлые полукудрявые волосы так и лезли ему в глаза.

— Что они делают? — Вопрос подруги был глупым, так как и так всё ясно: уличные бои.

Я встала с места и пошла ближе. Сара тут же сорвалась с места и вцепилась мне в руку.

— Ты че удумала?

— Хочу посмотреть.

— Тебе своих драк не хватает?

— Рыжик, нам всё равно нечего делать, так что давай глянем.

Подойдя ближе, я чётче рассмотрела парня. Голубые, как лёд, глаза, острые черты лица, и рост его где-то 180. Для меня, ростом 160, он громила. Но вот что меня больше интересовало, так это тату во всю руку — тяжёлую затейливую плетёнку из тёмных линий, заполнившую каждый сантиметр кожи. Геометрически выверенные петли и узлы ложились точно в рельеф руки, делая её ещё более мощной. В этом застывшем в коже орнаменте чувствовалась странная, суровая гармония, но тату явно было ещё, так как линии уходили под майку, что прилипла к его груди. И вот кто-то объявляет первый раунд между Шоном Джонсоном и Коулом Ридом.

Наконец оторвавшись от тату, я подняла глаза и столкнулась с его ледяным взглядом. Меня словно обожгло, но эти, мать его, глаза так и впились в меня. И вот через секунду парни начали драку. Я внимательно следила и могу отметить: Шон двигался свободно, быстро и уверенно, что явно злило другого. И почему-то, когда Шон победил, я не была удивлена.

— А он хорош. Так двигался. Может, он боксёр?

— Может.

К Шону тут же бросился другой парень и начал его обнимать. Ростом они были почти одинаковы, но Шон всё же был повыше, да и парень был темноволосым в отличие от Шона и в дурацкой ярко красной рубашке.

Они в принципе были словно противоположностью друг друга: один излучал более тёплую атмосферу, когда другой всем видом кричал: «Убью».

— Ладно, Джесс, пойдём дальше сидеть.

Еле оторвавшись от лица парня, что скоро будет покрыто синяком, я случайно столкнулась взглядом с тем, кого не ожидала увидеть. Из-под ног словно земля ушла, а воздух выбили из груди.

— Привет, малышка Джесс и милашка Сара.

Рик, мать его, Вэнс. Человек, что превратил мои школьные годы в ад.

— Не ожидал вас увидеть. — Подойдя ближе, он потянул свою руку и коснулся моих волос. — А ты стала ещё шикарнее.

— Руки от неё убрал!

— Да ладно, Сара, я же с добрыми намереньями.

— Черта с два.

Пока они выясняли отношения, я пыталась прийти в себя. Слишком неожиданно и не вовремя. Всё лето я избегала всех ублюдков, его особенно, и именно сегодня мы встретились. Класс.

И тут мой взгляд снова столкнулся с его. Он просто смотрел, изучал — и всё. Почему-то его взгляд что-то во мне пробудил, если можно так сказать.

Нет, я словно утонула в его глазах, и почему-то страх исчез. Я ведь всегда билась, особенно когда меня загоняли в угол. И сейчас именно тот момент.

Из мыслей меня вытащила Сара, что тянула прочь от того, что может случиться.

— Увидимся в школе, малышка Джесс.

И снова удар, что вышибает воздух, но в этот раз во мне проснулась злость, да такая, что сдержать уже невозможно.

— Да пошёл ты к черту, ублюдок! — крикнула я, развернувшись к Рику и показывая средний палец.

Всё, что я услышала, — это грёбаный смех. Это означает мне конец. Хотя мне было плевать: что может быть хуже наказаний моего бывшего военного отца?

— А знаешь, малышка Джесс, уже наступило завтра, так что давай веселиться. — В его взгляде мелькнул огонёк, и я прекрасно знала, что за ним последует.

— Уж извини, но веселись со своей рукой, — но и я уже не могла отступить.

Вдохнув побольше воздуха, я приготовилась набить морду этому напыщенному индюку.

— Джесс, не надо! — Ухватившись за моё плечо, Сара яростно тянула меня прочь.

Что только рассмешило ублюдка.

— Что смешного, осёл?

— Следи за языком, сука, если хочешь дожить до выпуска.

— О, ну не сомневайся, я ещё твои похороны увижу!

— Ах ты сука! — Он тут же ринулся ко мне, но его пьяные дружки перехватили его.

— Да ладно тебе, пошли веселиться.

Его взгляд не отрывался от меня, но при этом его тело расслабилось.

— Хорошо, Джесс. Увидимся в школе.