Служба Доставки Пакостей

– Увы, в данный момент мы не можем взять вас на работу, – голос девушки-эйчара звучал мягко, даже участливо, но Юра знал, что это «искреннее сожаление» – всего лишь игра. Эти заученные интонации он слышал уже не раз.

За стеклянной перегородкой мелькали силуэты сотрудников, звенел чей-то телефон, жужжал кофейный автомат. Опен-спейс крупной компании – это замкнутый мирок, и места чужим здесь нет. А он чужой. Юра вздохнул, стараясь подавить нарастающую злость. Как же всё это надоело! Десятое собеседование – десятый отказ. Зачем тогда зовут? Не проще ли отказать по телефону?

Девушка за столом – миловидная, с идеальной причёской, в стильном сером костюме – повернулась к монитору.

– Мы свяжемся с вами, если вакансии появятся, – произнесла она и начала стучать по клавишам, давая понять, что разговор окончен.

– Скажите, девушка, – медленно проговорил Юра, – вы печатаете без ошибок?

Работать здесь он, конечно, не будет, так что сорвать злость ему ничто не мешает. А эйчара не жалко. Вообще.

Девушка подняла взгляд, её пальцы замерли над клавиатурой.

– А в чём дело? – спросила она, слегка нахмурившись.

– Да вот, хочу рассказать, за что меня уволили с прошлой работы, – с усмешкой сказал Юра. – За одну несчастную опечатку.

– Очень интересно, молодой человек, – ледяным тоном произнесла эйчар. – Но, как я уже сказала, вакансий нет.

– Нет, вы дослушайте! – Юра наклонился вперёд и повысил голос. – Я отвечал за печать предвыборного плаката. И допустил в фамилии кандидата в депутаты одну опечатку. Всего одну! Вместо «Р» ткнул в «М», и он из «Рудакова» стал… сами понимаете кем.

Эйчар не сдержала улыбки.

– Я вас понимаю, – сказала она чуть мягче. – Но вакансий нет. Всего доброго.

– Этим проклятым плакатом занимался не только я, – продолжил Юра, игнорируя её слова. – Ещё как минимум трое наших видели макет... и заказчик тоже. И всё было нормально. А когда напечатали, откуда-то появился этот «Мудаков» на полплаката! Прямо мистика какая-то! После чего мне сказали, что я могу валить в свою Вятку крутить хвосты коровам, потому что в Москве...

– Молодой человек, – перебила его эйчар, – уходите. Ваше время вышло.

– Меня никуда не возьмут, даже в драную доставку! – взорвался Юра. – И это, кажется, правда!

Эйчар молча указала на дверь.

– Так что желаю вам никогда не допускать ошибок, – добавил он уже спокойнее. – И, кстати, у «молодого человека» есть имя – Юрий Владимирович Мизгирь.

Он вышел из кабинета, всё ещё кипя от злости. Конечно, эта девушка ни в чём не виновата, но как же всё задолбало! Неудача за неудачей... Словно его прокляли! Впервые в жизни Юре хотелось напиться до беспамятства.

«Может, и вправду вернуться в Киров? – мелькнуло в голове. – Да нет, это не город, а болото... Что там делать?»

Родных нет, знакомые все разъехались... Хотя и здесь после истории с «Мудаковым» он растерял всех приятелей. Такое началось, что пришлось удалиться из соцсетей, сменить номер, завести новые учётки на фрилансерских сайтах... Всё с нуля. И заказов почти не стало.

«Неужели правда – только доставка?» – уныло думал Юра, мотаясь по улицам без цели. Денег, если экономить, хватит на пару месяцев. А дальше – пустота... Но уезжать из Москвы не хотелось. Он привык к ритму большого города.

***

– И меня никуда не возьмут! Даже в доставку! Так и сказал!

– Слушай, Юра, я всё понимаю, но ты мне это уже в третий раз рассказываешь, – раздался рядом спокойный голос.

– А? – Мизгирь вздрогнул, очнувшись.

Он сидел в кафе. Свет горел только над его столиком и барной стойкой, остальной зал тонул во мраке. Напротив – худощавый рыжий мужчина. Собутыльник? Или просто случайный собеседник? А, неважно. Спать охота. Юра зевнул.

– Очнулся? – спросил рыжий. – Где ты, помнишь?

Мизгирь кивнул, потом помотал головой. Он помнил, кто он, но не понимал – где. И когда. Словно после собеседования его, как робота, отключили, а теперь включили. Но не отладили до конца. Сбой системы... Перед глазами всё качалось, язык не желал повиноваться.

– Не... – выдавил он из себя.

«Ха, напился до беспамятства... – подумал он. – Как хотел. С выпускного так не надирался».

Рыжий собеседник вздохнул и побарабанил пальцами по столу.

– Значит, не помнишь... Тогда слушай. Кафе это называется «Тысяча четыреста сорок». Ровно столько минут в сутках, если ты не в курсе. И наш девиз: «Не трать минуты понапрасну». Немного необычно для заведения, куда приходят отдыхать, но уж как есть... И сейчас, прости, ты тратишь не только свои минуты, но и мои.

«Его минуты? – подумал Мизгирь сонно. – Так он... это»...

– Я владелец, – всё так же спокойно произнёс рыжий, откинувшись на спинку стула. – И мы закрылись сорок минут назад. Так что, извини, тебе пора. О своих бедах ты рассказал, и я понимаю, почему ты так налимонился. И даже готов немного помочь. Подожди минутку.

Он встал и направился к бару, зазвенел посудой. Юре вдруг стало стыдно. Наверняка у хозяина «Тысячи» тысяча дел, а тут он, пьяный, лезет со своим «Мудаковым», чтоб тот провалился...

Через минуту перед Юрой появилась чашечка с горячим кофе.

– Вот, держи. Крепкий, чёрный... И не переживай, за счёт заведения.

Рыжий поставил на столик сахарницу.

– Такси вызову, если хочешь – тоже за счёт заведения. Только, пожалуйста, не засыпай тут... Эй, ау! Ты меня слышишь?

Он склонился над Юрой, и тот уловил в его взгляде не раздражение, а сочувствие. Или это спьяну показалось?

– Не... не надо такси... Вы... вы можете взять меня на работу? – заплетающимся языком проговорил Юра, чувствуя себя полным идиотом.

Владелец «Тысячи» развёл руками.

– Прости, дизайнер-верстальщик мне не нужен, разработчик сайтов – тоже, – он на миг задумался. – Конечно, я могу поспрашивать знакомых, но...

– Не надо, – вздохнул Юра. Что он городит-то... Напился в хлам и просится на работу. Да кому нужен такой «работник?» Вообще-то, обычно он не пил. Просто так вышло. – Не надо кофе, я так...

Он приложил банковскую карту к уже лежавшему на столике терминалу, с трудом поднялся и, шатаясь, побрёл к выходу.

– Такси точно не надо? – спросил рыжий.

Мизгирь только рукой махнул. Не нужно ему никакое такси. И сочувствие, пусть даже искреннее, тоже. Сейчас найдёт какой-нибудь сквер, свалится под кустиком и помрёт. Потому что он никому не нужен.

***

Каким-то чудом он добрался до ближайшего сквера – к счастью, в Москве их хватает – не попавшись патрулю. Сентябрьская ночь была свежей, но не холодной – в самый раз, чтобы остудить пьяную голову. Подстриженные «под куб» кроны деревьев и оранжевые фонари качались на ветру – или это сам Юра качался? Он улёгся на деревянную скамейку, положив под голову попавшуюся по дороге спортивную сумку, должно быть, забытую вечерним бегуном. Что она грязная, его ничуть не волновало. Внутри было что-то мягкое – может, ветровка или спортивная форма.

«Хорошо бы там оказались деньги», - мелькнула сонная мысль. Умирать почему-то уже не хотелось. Но смертельно хотелось спать. Глаза сами собой закрылись. Он почувствовал, как мир начинает медленно вращаться... и отключился.

***

Очнулся он от резкого толчка – кажется, кто-то сбросил его со скамейки.
"Патруль?!" – пронеслось в голове, и Юра в панике вскочил, готовый бежать. Но рядом не было ни полиции... ни скамейки.

«Откуда ж я упал?» – подумал он растерянно. Огляделся – и понял, что, во-первых, совершенно трезв, а во-вторых, мир вокруг стал другим.

По-прежнему стояла ночь, но привычный московский пейзаж исчез... Теперь над головой колыхались гигантские стебли... или листья невиданных растений, похожих на широкие водоросли, на верхушках которых мерцали огоньки. Воздух был совсем не городским: густым, наполненным ароматами цветов и ещё чего-то незнакомого, но очень приятного. В вышине медленно плыли два бледных светящихся шара Гигантские светильники? Средства передвижения? Какие-то существа? С земли и не понять, что это.

«Ох, вот это я попал»... – только и подумал Юра, глядя на эти чудеса. Сам он стоял на небольшой, идеально круглой полянке, устланной мерцающим мхом. Словно это место специально подготовили для «мягкой посадки»... кого-нибудь.

– Да что за фигня... – начал было Мизгирь, и осёкся, содрогнувшись от звука собственного голоса: тот был противнее, чем скрип железа по стеклу.

– А-а-а! – завопил он во всё горло, и в этот момент увидел свои руки. Вернее, не свои... Вообще не человеческие. Тонкие, покрытые мелкими чешуйками непонятного цвета, с темными коготками вместо ногтей.

Дрожащими пальцами он ощупал лицо – вернее, то, что теперь было лицом. Чуть выступающая мордочка, лягушачий рот, бугристая кожа, развесистые уши, которыми он теперь умел шевелить... В животе похолодело, ноги подкосились, и Мизгирь плюхнулся на пятую точку.

– Гоблин... Кажется, я превратился в гоблина, – прошептал он ошеломлённо, оглядывая своё тело. Юра только сейчас понял, что одежды на нём нет. Хотя, если честно, она вроде как была ни к чему. Холода он не чувствовал, а то, что в определённых местах имеется у всех людей, почему-то отсутствовало... или было очень хорошо спрятано.

– Да ну нафиг, нафиг, нафиг... – в панике бормотал он, щипая себя за чешуйчатые руки. – Я что, попаданец в гоблина?! Это сон, сон, сон...

Вообще-то, Мизгирь любил аниме и книжки про другие миры, но там герои обычно вселялись в юных аристократов-магов и очень быстро обзаводились толпой девушек. А вот гоблины во всех фэнтезюхах были мелкими противными вредителями, которых убивают пачками. И теперь он тоже... И девушка ему точно не светит. Разве что такая же зелёная. Б-р-р...

Мизгирь тряхнул головой, отгоняя идиотские мысли. Нет, это просто сон! Он напился и дрыхнет на лавочке. Это точно глюк! А если не глюк, то что, он в том сквере помер?!

– Да за что мне это всё?! – запищал он в сердцах.

– Здорово, малыш, – скрипучим, но куда более низким, чем у Юры голосом произнёс кто-то совсем рядом. – Чего ты вопишь?

Мизгирь медленно повернул голову и увидел... гоблина, одетого в драные лохмотья. Тощий, с костяным гребнем на голове и горящими янтарными глазами, он был куда выше нынешнего Юры.

«Неужели у меня такая же кошмарная морда?» – со страхом подумал Мизгирь, отползая назад. Его «соплеменник» своим видом мог напугать кого угодно. Но надо было что-то ответить, и Юра пискнул:

– Здрасьте.

– Ага, привет, новичок. Хватит ползать, поднимайся, – гоблин протянул ему когтистую лапу... нет, скорее, руку с длинными тонкими пальцами и помог встать. – На работу пора.

– На... работу? – ошарашенно спросил Юра. Какая работа? Чем могут заниматься гоблины? Собирать поганки? Воровать? Похищать людей?

– Ну да. Идём. Я... вроде как твой наставник.

Гоблин взял его за руку и повёл, как малыша, по едва заметной тропинке между шелестящих листьев-стеблей. Мизгирь почти не смотрел по сторонам, хотя ему было жутко интересно. Да и просто жутко тоже: он вообще не понимал, что происходит, и ведь даже задать вопрос провожатому было некогда! Все мысли были только о том, чтобы не упасть. Ноги то и дело спотыкались о торчащие корни и камешки – их почти не было видно в мягком мху, пушистым ковром покрывавшем землю. Но кое-что он всё-таки подмечал: высоко над головой насвистывали птицы... или их местный аналог, мерцали светляки, далеко впереди светился зелёным невероятных размеров гриб...

– Нам туда, – указал на него наставник. – Тут недалеко, не бойся. Кстати... ты ведь только вылупился, так что ничего не понимаешь, так?

– Угум, – промычал, споткнувшись об очередной камень, Юра. Конечно, он ничего не понимал! Что это за место? Почему он превратился в гоблина? Откуда «вылупился?» Это растения здесь такие большие или они с наставником такие маленькие? А ещё – почему его спутник говорит по-русски?

Обычно в историях про попаданцев всё было наоборот – герой сразу начинал понимать чужой язык. Но говорящий по-русски гоблин – это что-то новенькое...

– Я беру слова и образы из твоей головы, – сухо сказал наставник. – Можно сказать, читаю мысли. Правда, у тебя они скачут как блохи – трудно ухватить. Ты и сам не знаешь, какой вопрос задать первым, их слишком много. Поэтому я сам начну, а ты слушай... Идёт?

– Угум.

Гоблин вздохнул, всем видом показывая, как тяжко ему с таким бестолковым подопечным.

– В общем, мир, в котором ты э-э-э... очутился, находится... как бы на стыке нескольких. Сама реальность здесь... м-м-м, – казалось, он с трудом подбирает слова, – нестабильна. Почти как во сне. Предметы и существа из разных миров легко проникают сюда, но при этом меняются, искажаются. Здесь рождаются и живут вполне себе разумные тени, кошмары и всё такое прочее. Но есть и вполне материальные существа. Вот только они...

– Стоп! – Юра понял далеко не всё из слов спутника, но решился всё-таки задать первый вопрос. – Выходит, вы знаете, кто я?!

Наставник хлопнул себя по мордочке и снова вздохнул.

– Я... читаю... твои... мысли, – медленно, будто объясняя ребёнку очевидный факт, повторил он. – Ты меня вообще слушаешь? Естественно, я знаю, кем ты себя считаешь! Но мне твоё прошлое безразлично. Для меня ты – детёныш. Новичок. Стажёр.

– Я не детё!.. – возмутился было Мизгирь... и умолк, повесив уши. Ему почти тридцать... было. Там. А здесь? Если он только «вылупился» (узнать бы, откуда), то он и вправду детёныш.

– Ладно, позже доскажу. Мы пришли, – остановился вдруг провожатый.

За разговором Юра не заметил, как они дошли до светящегося гриба – высоченной зелёной поганки с оранжевой «юбочкой» на ножке. Вроде бы только что она маячила где-то впереди, а тут – р-раз, и они буквально уткнулись в неё.

– Вон, смотри, – указал наставник на чёрную сумку-короб у «подножия» гриба. Она была очень похожа на те, с какими ходят курьеры, разве что размер... Сумка была такой огромной, что нынешний Юра мог бы уместиться в ней целиком. И это его, честно говоря, пугало.

– Там твоя форма и кое-какие мелочи, нужные для работы. Как у вас говорят, – гоблин презрительно скривился, – «волшебные артефакты». – Сумка, кстати, тоже волшебная. Наглядный пример того, как изменяются попавшие сюда предметы... Ладно, довольно болтовни, одевайся!

– Вы так и не сказали, что за работа! – воскликнул Юра, с трудом открывая гигантский короб. – Вдруг я не захочу у вас работать? И вообще, вы мой наставник, так, может, хоть объясните, что происходит-то?! Как я сюда попал? Почему я... такой? Я что, тоже «исказился?!»

В сердцах он взмахнул руками, не удержался на ногах и свалился прямо в сумку.

– Какого хоть я роста? – буркнул он оттуда, упав на что-то мягкое.

Гоблин хихикнул:

– Малыш, пойми, объяснять, что да как, я могу двое суток, но ты ничего не поймёшь. Так что сразу поручу тебе простенькое дельце, и ты во многом разберёшься сам: и в своём... э-э-э... организме, и в своих способностях. Как говорят люди в твоём родном мире, «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать» и «опыт – лучший учитель». Могу только сказать, что знания здесь получают не так, как у вас. Это сложно объяснить словами, да и нет в твоём языке подходящих понятий. Грубо говоря, бац – и ты вдруг понимаешь, как колдовать, как летать, или в какой портал не стоит лезть... Само собой всё выходит, понимаешь?

– Не-а, – честно ответил Юра, барахтаясь в сумке.

Гоблин-наставник в третий раз тяжко вздохнул:

– Ох... Ладно, что-то заболтался я, тебя клиенты ждут. Ладно, выполнишь задание – поговорим.

– Клиенты?! Какие клиенты?! Скажите хоть, где я работаю и что мне делать! – взмолился Юра, наконец-то выбравшись из короба. «Формой» оказалась фиолетовая туника, пришедшаяся ему впору. В сумке были ещё какие-то вещи, но он пока не стал их доставать – не до того.

– А я не сказал? – гоблин шевельнул ушами. – В службе доставки, конечно же!

– Доставки? – содрогнулся Мизгирь, вспомнив, как совсем недавно кричал: «Меня даже в доставку не возьмут!» Это что, какая-то издёвка судьбы?! – И-и-и что доставлять?

– Как что? Пакости, неприятности, колдовские штуковины – что ещё мы можем доставлять? – наставник, кажется, даже удивился такому глупому вопросу. – Но ты ещё маленький совсем, так что и пакости будут мелкие. Хотя... всё зависит от желаний клиентов. Мы их как бы исполняем. В общем, что попросят – то и доставишь.

Он рассмеялся своей шутке, по мнению Юры – совершенно глупой.

– Ладно, на месте разберёшься. Ах да, – хлопнул гоблин себя по лбу. – Чуть не забыл. Во-первых, работать ты будешь в родном мире, поскольку с ним знаком. На первый раз послужишь детишкам, они тебя заждались уже... – он снова хихикнул. – Во-вторых, сейчас ты совсем слабенький, даже еду сам добыть не сумеешь, не то что желание исполнить. Поэтому обязательно попроси клиентов накормить тебя! И ещё: чем больше у тебя сил, тем больше возможностей, тем проще получать знания. И следи за языком. Теперь любое высказанное тобой желание, пусть даже неосознанное, может сбыться. Всё, пора! Полезай обратно в сумку!

Его голос вдруг стал таким грозным, что Юра без раздумий сиганул в короб. Вопросов стало ещё больше, но с ними он разберётся потом, в более спокойной обстановке... Если, конечно, она когда-нибудь станет спокойной.

Перед глазами закрутился зелёный вихрь, «стажёр» зажмурился и тут же услышал где-то вдалеке радостный детский вопль:

– Он светится! Пацаны, сработало! Круг светится!

«Вот это я попал», – только и подумал Юра.