Служили два товарища

Служили два товарища.

(Давай уедем, Дим

Давай уедем в Крым)

Они оба утверждали, что не помнят как познакомились. Ведь для каждого из них знакомство выглядело по-разному, отсюда, наверно и неопределенность в самом моменте, моменте который повлиял на жизнь каждого из них.

Илья только пришел на работу в большую организацию и не понимал, как тут все устроено. Все бегают с загнанным видом, слегка озлобленные на происходящее и недоумевающие от действий руководства. Он пытался влиться в эту хаотичную систему, постичь броуновское движение и уловить тот неведомый смысл от происходящего каждый день.

И вот в один из летних дней, хотя времена года носили в организации абстрактный характер, в коридоре он заметил в коридоре Михаила, который был одет с иголочки, эдакий денди среди серых офисных работников. Цветная рубашка, брюки со стрелками, пиджак, начищенные до блеска туфли не выдавали в нем работника этой организации.

Но работники, пережившие последний год, радовались завидя его, спрашивали как у него дела, и было видно, что ранее он являлся частью этого сумбурного коллектива. Особенно радовалась его возвращению соседка по кабинету, которая сохранила ему рабочую верность и никому не уступала его место, свято веря в его возвращение. Даже руководитель организации широко улыбаясь жал ему руку и говорил о том, что очень ждал его возвращения. Но улыбке руководителя доверять не стоило, у него было свое экстравагантное понимание организации рабочего процесса, а улыбка, хоть и добродушная, впоследствии могла смениться визгом.

Не сказать, что Илья удивился новому работнику, ведь работники в организации менялись часто, но Михаил располагал к себе размеренным темпом работы и пока еще не загнанным видом, хотя работы ему сразу навалили с лихвой. По началу они не особо общались, просто здоровались, обменивались стандартными фразами, становились свидетелями одиозных выходок руководства.

В работе же Михаил улавливал свой, ведомый только ему, смысл работы организации, верил в то, что делает и в то, что приносит реальную пользу. У Ильи эта грань начала стираться и удовлетворение приносило только решение конкретной проблемы, которое все чаще решение приходило за счет налаженного конструктивного взаимодействия.

Первое близкое общение произошло на дне рождения Михаила в конце лета. Была пятница и многие работники спешили домой, но часть задержалась на работе, том числе и руководитель, чтобы поздравить Михаила с днем рождения.

- Илья, как ты надоел со своими документами, зайди лучше с Михаилом познакомься, он сегодня за день рождение стол накрыл – улыбаясь сказал руководитель.

- Да мне последний документ подписать надо, головная организация срочно просит очередную информацию об успехах на бумажном фронте– пошутил Илья.

- Ну хорошо, давай подпишу, «первый после меня» смотрел?

- Да, вот его закорючка.

- Ну все, давай отправляй и приходи.

После того, как с отправкой печатной проституции было покончено, Илья зашел в кабинет Михаила. Людей в нем было не много, все пили, закусывали, улыбались, царила семейная атмосфера. На стенах висели рукописные картины, документы и книги были упорядочены, на столе была семейная фотография, ручка «Parker» и несколько благодарственных писем. Кабинет был небольшим, уютным, в нем царил порядок и отдавало прагматизмом, что было несвойственно для работников организации.

Илья поздравил Михаила с днем рождения, пожелав ему стандартный набор жизненных радостей, пытался осторожно шутить. Он, как бывший работник глубинки вообще не понимал разобщенности коллектива и пытался общаться со всеми коллегами и факт того, что он посетил сие мероприятие, вдохновил его на более масштабное празднование своего дня рождения в будущем.

После дня рождения Михаила ребята стали общаться больше, чаще пили вместе кофе, узнавали друг друга, делись целями и мировосприятием. Ну как вместе, обычно Михаила не оставляла одного его соседка по кабинету, которая потом все же переехала в кабинет напротив, очень уж она боялась оставить Михаила одного. Как показало время, во взаимоотношениях с соседкой у Михаила было все сложно, точное у него было все просто, он любил семью, а вот чего хотела соседка – оставалось загадкой. Эти взаимоотношения всегда были на грани фола, пока она скоропостижно не вышла замуж.

Свое день рождение Илья устроил с размахом, позвал весь коллектив, руководство оценило и обрадовалось такому событию, но в дальнейшем не взяло его на вооружение при праздновании своих дней рождений, хотявсегда ратовало за сплочение коллектива. Михаил не остался в стороне от организации праздника, помогал с покупкой алкоголя и продуктов, накрывал на стол, включал музыку и конечно же произносил тосты, полные патетики.

Илья в тот день практически не ел и водка с колой сделали свое дело очень быстро, свое тридцатилетие он вспоминал по рассказам коллег, которые не пренебрегали закуской и никуда не торопились, особенно после того, как ушло руководство. Илья уснул на диване радом с кабинетом руководства, бережно укутанный в плед, который давным-давно валялся в подсобке одного из кабинетов. А еще в первый рабочий день уборщица очень ругалась на сильно испохабленную неизвестно кем уборную.

С тех пор дни рождения Ильи были одним из самых значимых праздников в организации, несмотря на огромную кадровую текучку, и Михаил был на них обязательным гостем. Свои же дни рождения Михаил предпочитал проводить на своей загородной даче с родными и близкими друзьями, в число которых вошел и Илья, но на той даче ему удалось побывать лишь однажды и тому были веские основания.

Не смотря на все дружелюбие и видимую доброту Михаила, человек он был сложный, иногда очень жесткий и принципиальный.

В один из вечеров, когда ребята по обыкновению пили кофе, Михаила вызвал к себе руководитель. Он ушел, оставив на компьютере открытый документ, и Илья решил пошутить над другом. Думая, что по возвращению Михаил еще будет работать с документом, он внес туда смешные, на его взгляд, правки: «Привратник ада, рассмотрев такой то документ, приходит к выводу о том, что находящиеся в подчинении псы ада не до конца провели проверочные мероприятия», а подписать документ было предложено «заместителем Сатаны».

Как позже выяснилось, Михаил не проверив измененный документ, распечатал, подписал его у руководства и отправил «псам ада». В тот вечер в организации ребята посмеялись над произошедшим, руководство об этом не узнало, но на следующий день Михаил перестал здороваться с Ильей.

Илья пытался извиниться за произошедшее, но Михаил был непреклонен, они не общались полгода, и уже тогда казалось, что тех теплых дружеских отношений уже не вернуть. Но потепление пришлось на очередной день рождения Михаила, когда Илья отправил смс с поздравлением и получил в ответ сухое «Спасибо». Это было первое слово за полгода отсутствия общения и с тех пор отношения стали налаживаться, ребята опять стали проводить больше времени вместе, пили кофе, обсуждали женщин, занимались спортом и продолжали приносить пользу организации, если печатный мазохизм можно было назвать пользой.

Второй раз они не общались около года, Илья так и не понял, почему это произошло, но наученный горьким опытом он понимал, что Михаил за что-то был на него зол. Ситуация разрешилась сама собой и внезапно для Ильи. В один из зимних вечеров они стали общаться как и прежде, но причин Илья так и не узнал, а друг всегда говорил, что не помнит почему так произошло.

Стоит отметить, что Михаил всегда стремился сделать карьеру и для этого он не гнушался самой неблагодарной работы в организации. Поэтому, когда руководитель организации поменялся, Михаила заметили и в дальнейшем он последовательно рос в должностях, но его душа хотела большего, она хотела, чтобы деятельность организации была осмысленной и нужной.

Видя беспросветную бесполезность в работе организации, Михаил всегда хотел стать руководителем, хоть и низового звена, чтобы поменять сам принцип работы организации. Илья как мог помогал ему на этом пути, делился своим опытом работы, давал ценные советы, которые может быть, иногда, влияли на решения Михаила в служебной деятельности, но в большинстве своем Илью об этом в известность не ставили. Таким уж человеком был Михаил, он не любил, когда на его мнение воздействовали и очень редко признавал, что воздействие было положительным.

- Приезжай ко мне работать, Илюх, у меня тут аквапарк, денег больше платят раза в два, на пенсию раньше выйдешь, опять же море тут – радостно делился впечатлениями Михаил с нового места службы – тут мы сможем делать так, как правильно, а не биться в служебных конвульсиях от принятых руководством решений. Тогда он еще не знал, что служебные конвульсии обязательный атрибут.

Илья был реалистом и он прекрасно понимал, что очередная авантюра друга могла обернуться фиаско, но он настолько устал от рабочих будней, которые все чаще походили на изнасилование разума, что, подумав, согласился. Служебные приключения Михаила всегда преподносились им с помпой, как что-то из ряда вон выходящее, но, зачастую, не приносило ему желаемого и Михаил не любил это признавать. Он вообще очень редко признавал неправильность принятых им решений.

Аквапарк, конечно же, не работал, денег платили не на много больше, да и пенсия была также недосягаема. Илья никогда не мог подумать, что море может быть настолько ненавистно. Да и делать свою работу правильно, а по абсурдным требованиям организации тоже получалось не всегда, что неизменно печалило обоих друзей.

Единственное, что они приобрели в этом приключении – бесценный жизненный опыт, опыт взаимодействия с людьми, понимание, что дно для одних – это потолок для других, и хуже всегда может быть. Да, они завели пару-тройку друзей, но дружба, как мы знаем, не всегда познается за пару лет. Они стали ценителями алкогольных напитков, свидетелями совершенно абсурдных поступков взрослых людей, участниками интриг и сплетен, их ожидания относительно возможных рабочих идеалов не оправдались. Розовые очки всегда разбиваются стеклами внутрь и их очки не были исключением.

У обоих сложилось впечатление, что на новом месте службы коллектив собрался исключительно с негативным опытом работы в организации и этот негативный опыт хотели внедрить абсолютно все. Никто не хотел строить светлое, чистое, правильное и адекватное восприятие работы организации, которая должна была заниматься важным делом, а занималась только проверкой информации по принципу «Одна бабка сказала». Руководство же всячески потворствовало разладу в коллективе и ни коим образом не способствовало его сплоченности.

Но работа у моря подарила им и много положительных впечатлений. Шум морских волн, небольшие путешествия, бесподобное звездное небо и взаимная поддержка слегка спасали от постоянного негатива. Но больше всего их угнетала разлука с близкими людьми, с семьями. Даже в «век современных технологий» ни одно общение не заменяло им живого общения с близкими, с детьми и женами, которые вроде бы все понимали, но легче от этого понимания не становилось никому. Даже шерстяной собачий друг Михаила, своеобразная «ядерная ракета сдерживания» от негатива не спасал его от щемящей тоски по семье.

И вот наши друзья вновь стоят на распутье. У одного впереди замаячила столь долгожданная пенсия, а второй, волею судьбы, вновь попытает счастья на новом месте службы. Михаил, как бы ни била его судьба, все также думает, что может сделать работу отдельно взятой организации – идеальной. Получится ли у Михаила? Возможно, но это не точно. Сможет ли Илья жить без столь привычной работы в организации? Возможно, но это тоже не точно. Пересекутся ли их судьбы в дальнейшем? Вопрос риторический.

PS

Давай представим жизнь как в советском кино
Чтоб все за одного и чтоб один за всех стеной
И когда у близких намокли глаза
Пусть это радость всему тому виной