Смертельное замечание

Две кнопки горели на стене красным светом.

Два лифта уже давно должны были идти вниз на первый этаж, но они не торопились выполнять свою обязанность. Рядом с кнопками вызова подъёмников стоял молодой человек. Он посмотрел на цифровое табло, расположенное над правым лифтом. Над левым тоже было табло, но оно уже давно не работало. Его до сих пор так никто и не удосужился починить.

Табло над правым лифтом показывало число «16». Это был самый верхний этаж дома. Но вот лифт пошёл вниз, и число «16» сменилось на «15». Потом на «14». Здесь цифровое табло замерло и больше не двигалось.

Открылась и хлопнула входная дверь на первом этаже. К лифтам вышел ещё один человек. Это был пожилой мужчина.

«14» сменилось на «13» — лифт снова направился вниз.

Старик посмотрел на молодого человека, затем его взгляд перешёл на две кнопки, горящие на стене красным светом. Лицо пожилого мужчины исказилось, как будто он только что съел целый лимон без крупинки сахара.

— Ну разве так можно? — спросил он.

Вопрос явно был обращён к молодому человеку. Однако тот никак на него не отреагировал. Парень взглянул на цифровое табло. Оно показывало «10». Лифт остановился на этом этаже и не спешил двигаться дальше вниз.

Пожилой мужчина тоже посмотрел на табло. Потом он подошёл ближе к молодому человеку.

— Ну зачем же вы вызвали сразу два лифта? — снова спросил он, но уже более громким голосом.

Очевидно, он подумал, что парень просто не расслышал его первого вопроса-замечания. Молодой человек вздохнул. Некоторые люди не понимают, что существует такое понятие, как вежливое молчание. Некоторые люди не понимают, что существует такое понятие, как вежливое игнорирование. Некоторые люди вообще не понимают, что существует такое понятие, как вежливость.

Они могут спокойно заговорить с незнакомцем, как будто это их старый приятель. Сделать этому незнакомцу замечание, как будто это их родственник. Причём не просто родственник, а родственник более младший, более зависимый, который должен непременно подчиниться и поблагодарить за оказанную ему честь — за сделанное замечание.

А ведь незнакомцы могут быть очень опасны. Это не старые приятели и уж тем более не младшие родственники. Замечание, сделанное им, может оказаться смертельным замечанием. Смертельным для того, кто его сделал.

Но парень всё-таки, пока, решил помедлить с вынесением окончательного вердикта и дать старику ещё один шанс. Молодой человек принюхался. Нет, запаха алкоголя он не услышал. Значит, перед ним был пожилой человек, не относящийся к виду «Старикус-Выпивокус». Нет, это был другой вид. Намного более гнусный — «Старикус-Я лучше всех всё Знатикус и всем, к месту и не к месту, делаю Замечаникус». Но молодой человек всё равно решил подождать.

Лифт устремился вниз.

На табло высветилась цифра «9».

— Вы что не слышите, что я вам говорю?! — воскликнул старик негодующим тоном.

Молодой человек слегка улыбнулся. Вердикт был вынесен. Осталось только исполнить приговор. Смертельный приговор. Скоро одним ворчливым, занудливым и приставучим стариком на земле станет меньше. Впрочем, почему бы не уделить ему толику внимания, а то он бедный от натуги сейчас лопнет, пытаясь его привлечь.

— Я вызвал только один лифт, — произнёс парень.

— Да? — неуверенно переспросил старик.

— Да, — уверенно ответил парень.

Лифт доехал до шестого этажа и опять остановился. Число «6» вспыхнуло алым на чёрном фоне цифрового табло.

— А кто же тогда вызвал второй? — подал голос пожилой мужчина.

— Понятия не имею, — пожал плечами молодой человек.

Его ответ, казалось, окончательно утихомирил воинственно настроенного пенсионера. Конфликт, вроде бы, был исчерпан, ещё и толком не начавшись, и парень подумал, а не поторопился ли он с вынесением смертельного приговора. С ним такое уже раньше бывало. Неприятности из-за этого, правда, были не у него, а у других. Просто сегодня он никому ничего не хотел делать плохого. Но наши желания, к сожалению, не всегда совпадают с реальностью. Подтверждение этого грустного утверждения сейчас стояло рядом с молодым человеком и недовольно на него косилось.

Старик насупился. Его взгляд принялся бродить по всему первому этажу, но каждый раз он возвращался к парню. Пожилой мужчина смотрел: то на почтовые ящики на стене; то на бетонный пол под ними; то на белую стену, напротив почтовых ящиков; то на кнопки вызова лифтов, которые сейчас горели красным на этой белой стене; то на жёлтые двери лифтов, по бокам от кнопок; то на цифровое табло над жёлтыми дверями.

И каждый раз его глаза снова возвращались к парню. Словно детали окружающей обстановки были свидетелями ужаснейшего преступления, которое посмел совершить молодой человек.

Он вызвал сразу два лифта!

Какой ужас!!

И он ещё смеет в этом не признаваться, а нагло это отрицать!!!

Цифра «6» сменилась на «5».

Лифт продолжил движение вниз.

— А какой лифт вызвали вы? — наконец нашёлся старик.

Улыбка молодого человека стала заметно шире. Нет, с вердиктом на этот раз он не поторопился, а даже несколько помедлил.

Ну какое твоё собачье дело?

Старик продолжал буравить молодого человека глазами.

Сейчас дырку протрёт, блин! Ну хорошо. Раз надо знать, так пожалуйста.

Число «4» загорелось красным над жёлтыми дверями.

— Правый, — ответил парень и указал на цифровое табло над лифтом. — Его табло работает.

Он произнёс последнее предложение чуть ли не по слогам, как будто разговаривал с маленьким глупым ребёнком. Или с умственно отсталым дегенератом.

— А-а-а-а, понятно, — протянул старик и поспешно закивал головой.

«3», «2», «1» — двери лифта раскрылись, выпуская наружу двух симпатичных девушек.

Парень посторонился, чтобы пропустить их. Старик же не сдвинулся с места, окинув девушек презрительным взглядом. Он с осуждением посмотрел на джинсы с заниженной талией, которые были на одной из представительниц прекрасного пола. Но когда он увидел коротенькую юбочку и чёрные колготки в сеточку на другой девушке, его глаза стали метать молнии.

Девушкам пришлось протискиваться между стариком и стеной с почтовыми ящиками. Он специально стал так, чтобы им было неудобно проходить. Возможно, он надеялся, что они зацепятся одеждой за почтовые ящики. Но его надежды не оправдались. Девушки благополучно миновали это препятствие.

Молодой человек направился в правый лифт, когда услышал, как распахнулись створки дверей левого. Он тоже приехал. Парень лишь мельком взглянул в его сторону и зашёл в кабину правого подъёмника. Молодой человек подумал, что старик поедет на другом лифте, и нажал на кнопку нужного этажа — «14». Но пожилой мужчина в последний момент метнулся в кабину подъёмника, и его слегка придавило створками.

— Могли бы и кнопку задержки нажать! — возмущённо бросил он молодому человеку.

Но парень не обратил внимания на его слова. Молодой человек был несколько удивлён. Он уже вынес этому ворчливому старику смертельный приговор, но он не собирался приводить его в исполнение прямо сейчас. Парень планировал позднее выследить пожилого мужчину и разобраться с ним. Но тот сам проявил самоубийственную инициативу.

Что ж, как говорится, на ловца и зверь бежит!

Рука молодого человека опустилась в просторный карман его спортивной куртки и сжала рукоятку ножа, который там лежал.

Лифт начал медленное движение вверх — «1», «2».

Числа загорались красным светом на табло внутри кабины лифта. Оно располагалось прямо над жёлтыми дверями.

Старик недовольно рассматривал молодого человека. Губы пожилого мужчины подёргивались, как будто он проговаривал что-то про себя. Но вот он решительно приблизился к молодому человеку, который старался держаться подальше от него.

— Я знаю, что это сделал ты! — почти прокричал старик парню прямо в лицо.

Видимо он решил, что тесная кабина лифта сближает. Поэтому можно забыть о ещё одном правиле вежливости и перейти на «ты». Хотя он же не имел о вежливости никакого понятия. Что ему какие-то дурацкие правила поведения?

— Что? — молодой человек недоумённо вскинул глаза и встретился со злым взглядом старика.

Лифт в это время продолжал меланхолично отсчитывать этажи — «3», «4».

— Ты специально вызвал два лифта! — крикнул старик.

— Может и так, — пожал плечами молодой человек. — Твоё-то какое дело? Ты что их ремонтируешь, что ли?

— Не смей мне тыкать!

— Ты же мне тыкаешь. Да к тому же ещё и орёшь.

На цифровом табло лифта показалось число «5».

— Да я здесь уже тридцать лет живу!

— И поэтому имеешь право тыкать незнакомым людям и делать им замечания?

— Да! — искренне воскликнул старик. — Это мой дом!

Услышав эти слова, молодой человек усмехнулся.

— Весь? Или тебе принадлежат только твой этаж и лифты? — сквозь усмешку спросил он.

Лифт поднялся ещё на один этаж вверх — «6».

Лицо пожилого мужчины покраснело от гнева. Его щёки затряслись, а губы задрожали. Он уже собирался открыть рот, чтобы разразится громкой и обличающей тирадой, но молодой человек опередил его.

— Я вот живу здесь уже десять лет, — сказал парень и потом сразу спросил. — И знаешь, какое мне это даёт право?

— Какое? — краска отлила от лица старика.

— Чистить этот дом от всякой мрази!!

Нож вылетел из кармана спортивной куртки молодого человека, блеснул в электрическом свете лампочки лифта и воткнулся в горло пожилого мужчины. Тот широко открыл рот, но вместо очередных злых восклицаний оттуда полилась кровь.

Парень продолжил бить старика в горло острой сталью. Пожилой мужчина попытался оттолкнуть молодого человека одной рукой, а другой зажать раненное горло. Но у него ничего не вышло. Парень увернулся от его руки и ударил пожилого мужчину ножом в пах. Старик захрипел, давясь собственной кровью.

А лифт в это время продолжал спокойно отсчитывать этажи — «7», «8», «9», «10».

На каждый этаж приходилось по пять-шесть ударов, которые парень наносил старику ножом. Он бил его не только в пах и в горло, но и в живот, в грудь, в солнечное сплетение. У пожилого мужчины потемнело в глазах. Каждый удар острой стали делал его всё ближе к смерти. А он, несмотря на возраст, не хотел умирать.

Старик попытался остановить лифт. Его руки стали бить по приборной панели с кнопками. Схватив пожилого мужчину за плечо, молодой человек отшвырнул его к стене и продолжил бить ножом. Холодное оружие уже пробило кровавую дорожку от горла до паха старика. И эта дорожка становилась всё более широкой, глубокой и влажной. Влажной от пролитой крови.

«11», «12», «13» — числа сменялись на цифровом табло лифта.

И с каждой сменой числа, скорость и сила ударов ножом всё возрастали. Ещё бы! Ведь сейчас скоро будет «14», и молодому человеку нужно будет выходить.

Вот парень нанёс особенно сильный удар — и нож по рукоятку вошёл в горло старика. Пожилой мужчина громко захрипел и вскинул обе руки к горлу. Он попытался вытащить нож, но тут парень провернул свою сталь в его плоти. Пожилой мужчина задёргался в предсмертных конвульсиях: глаза закатились, а руки безвольно упали вдоль тела.

«14» — створки лифта раскрылись, и парень резко выдернул нож из горла старика.

Труп пожилого мужчины сполз вниз по стене, оставляя за собой кровавый след. Молодой человек выглянул из кабины лифта. На этаже никого не было.

Парень вернулся к мёртвому телу. Он вытер нож и руки об одежду старика. После этого молодой человек осторожно перешагнул через лужу крови, которая натекла из-под мертвеца, и вышел из лифта. Но напоследок он всё же оглянулся на тело убитого им человека.

«Труп пожилого мужчины с многочисленными ножевыми ранениями», как потом хладнокровно констатирует патологоанатом в морге. «Пятьдесят два ранения, если быть точным», немного позднее добавит он, проведя более тщательный осмотр тела.

Но парню сейчас не было никакого дела до количества ранений. Он их никогда не считал. Пусть ранения считают другие — он предпочитает их наносить. Молодой человек просто любил оглядываться на хорошо проделанную работу.

Створки лифта сомкнулись, и он поехал вниз. Взгляд парня перешёл с жёлтых дверей на белую стену. Он усмехнулся и одновременно нажал обе кнопки вызова лифта. Там, на первом этаже, всего лишь несколько минут назад, молодой человек сделал то же самое. Парень отошёл от лифтов и направился домой.

А две кнопки снова горели на стене красным светом.