Смерть начало

В жизни происходят негативные события, и однажды человек попадает в тупик. И понимает: реальность совсем не такая радужная, как ему втирали в школе. Уверен на все сто, каждый из нас, когда совсем прижмет, хоть раз да думал: "Да ну его, пошло всё". А некоторые уже и веревку намыливали.

Я раньше искал единомышленников, поскольку понимал, что живу в очень странном, необыкновенном мире, и чувствовал себя инопланетянином. Как я ни старался донести своё видение вселенной в оживлённых беседах и жарких спорах, всё было тщетно.

И однажды это случилось. Зимой две тысячи девятнадцатого, в феврале. Я включил на ноутбуке YouTube, и мне попалось видео схиархимандрита Илия, духовника Оптиной братии. Согбенный седой старец полушепотом рассказывал фрагменты из детства. В Великую Отечественную он был еще маленьким мальчиком. Перед войной его семья переехала в новую деревню. Отец построил избушку. И все удивлялись, почему он взялся за строительство конюшни, хотя лошадей они не держали. Началась война. Пришли немцы, которые завели в конюшню лошадей.

Отец Илия шел по дороге домой. На развилке он решил пойти не тем маршрутом, которым ходил обычно, а вдоль рельс. Он увидел, как на повороте у легковой машины открывается дверь и из неё выпадает планшет. Отец Илия подбежал, а автомобиль уехал. В планшете оказались документы и карты предстоящего немецкого наступления под Курском. Мальчик взял планшет и принес домой. Только он зашел в избушку, как туда заскочил пленный солдат, который работал на немцев, следил за лошадьми. Он увидел планшет с картами, сел на коня и ускакал к своим. История кажется невероятной, напоминает абсурд. Я поверил отцу Илию, поскольку моя жизнь тоже состояла из таких странных фрагментов, будто судьба человека заранее подстроена кем-то и согласована.

Отец Илий в том видео сказал, что для Бога нет времени. Раньше я не встречался с таким знанием. Мы привыкли к линейному течению времени и к тому, что нельзя повернуть настоящее и вернуться в прошлое. А тут возникла сногсшибательная идея, которая переворачивает целый мир.

Через несколько дней после обеда мы втроем: я, Пряник и Витамин поехали копать могилу в Платово. Нас встретили заказчики и показали место под раскидистой елью, под которым выглядывала черная земля без снега. Мы подхоранивали бабушку к дедушке, который, судя по табличке, скончался двадцать лет назад. Его могилу окружал высокий забор, сваренный из арматуры, и у ног стоял прямоугольный железный памятник, украшенный красной звездой. Нам сказали копать рядом с дедом, ровно в том месте, где заканчивалась оградка. Мы разобрали её и прошли метровую мерзлоту.

На второй день похорон стоял сильный мороз. Я с Пряником грелся у костра, а Витамин копал могилу и наткнулся на череп. Он позвал меня. Я спустился в могилу, увидел, как на меня смотрят пустые глазницы сквозь песок. Полагалось убрать кости, докопать могилу, затем, сделав на дне углубление, закопать там останки. Чтобы избежать конфликтов, я решил так поступить. Уже собрался убрать кости, как меня насторожило то, что череп был наклонен в мою сторону под странным углом, будто человек лежал в постели и, повернув слегка голову, смотрел на меня. Я остановился. После нескольких раздумий пришел к выводу, что мне не стоит трогать усопшего, а родственники наверняка приедут и ничего не заметят. Всё обойдется, будто всё так и задумано. Я засыпал останки землей, разровнял дно и успокоил совесть.

Когда приехала похоронная процессия, мы втроем спустились вниз к полянке. Гроб поставили на табуретки. Бабушка была закутана в красный, расшитый узорами платочек. Подошла женщина и поправила ей голову.

Мы закрыли гроб крышкой, понесли его к месту последнего упокоения, бережно опустили и закопали. Собрав лопаты, я спускался вниз, как меня догнал Витамин. "Ты видел?" - выпалил он. "У старушки голова-то, оказывается, влево завалилась!"

Тогда меня осенило: двадцать лет назад дедушка умер, и с течением времени его голова наклонилась вправо, а теперь бабушка, перед смертью, голову влево повернула в сторону дедушки. И меня охватило невероятное чувство умиления, словно любовь способна преодолеть даже смерть.

В следующую ночь мне приснился сон: на поляне на табуретках стояло два гроба - бабушки и дедушки. Священник, окутанный дымом ладана, обходил их, вознося молитвы об упокоении их душ. И тогда я догадался: они умерли в один миг. Двадцать лет – лишь иллюзия, для Всевышнего всё происходит в вечном сейчас. Со смертью человека гаснет целый мир. Но это не конец, а лишь перерождение из одной формы бытия в другую.