Смерть Тайной Службе Короля

«...и мы не смогли выявить всех членов Тайной Службы Короля. Лучшие имперцы не смогли напасть на их след. Одного мы поймали, но он перерезал себе горло заточенной пуговицей. Очень быстро… Проще убить самого короля, чем ловить по одному ТСК…» из донесения Верховному Магистру.

Это был званый обед в честь приезда делегации из Пятипрестолья и Железной Империи. Клайву было неудобно в тесном парадном мундире, плечи и грудь были сдавлены, но он сдержанно улыбался зарубежным послам и другим высокопоставленным лицам. Слушал, пил дорогое сливовое вино и смеялся. Но все время был как натянутая тетива лука. Ожидая диверсии.

«Самое скверное, если среди гостей есть колдуны-взрыватели», - пронеслась у него страшная мысль. «Правда, после войны о них не слышали».

Другие из ТСК так же проходились по залу, играя роль вторых сыновей баронов, дальней родни короля или богатых купцов из Лиги. Их подпустили ко двору, вот они и радуются.

Клайв усмехнулся про себя мыслям про колдунов, но припомнил, как Мика боялся, что делегация Империи прилетит на драконе из Авангарда. Все наши посмеялись, но поставили на крышу дворца еще одну баллисту.

Клайв небрежно протянул свой полупустой бокал (по последней моде Престолов, нельзя было пить вино до дна) в сторону. Его тут же наполнили.

- Вот поэтому я и развелся, - закончил, утирая потный лоб, граф Саттрик Саски, известный в официальных кругах тем, что имел прибыльные угольные шахты и семь бывших жен.

- Да, я вас понимаю, - ответил Клайв, светски содрогаясь.

Улыбка далась ему с трудом: граф был известен еще и тем, что содержал целую армию молодых невольниц и рабов, которых использовал и в шахте, и для игр на Арене. В прошлом месяце Клайв с Ораном и Микой освободили полсотни мужчин и женщин на юге земель графа.

Перед глазами на миг возникли бледные, худые тела. Мешковина вместо одежды. Блеск отчаянных глаз. Дети выглядели стариками.

Клайв пригубил вино и лениво огляделся.

Марен Беркут в черном кафтане с золотым отливом шептал что-то на ухо графине Монтераль (Клайв отметил про себя, что женщина часто касалась его руки и поправляла волосы); Кар Змей – судя по блеску зеленых глаз и грубым жестам – рассказывал какой-то фривольный анекдот бородатым главам Гильдии торговцев шёлком; Барти Овод, надувая губы и медленно кивая, держал серьезный разговор с джафаром Лунного Принца. Оран, второй после Старче, стоял у бара в костюме Буреградского чиновника и лениво перебрасывался фразами с представителями альянса Чернозема. Клайв сглотнул, представляя, какое напряжение скрыто за этим безразличием. Если эти трое хмурых здоровяков с квадратными подбородками дипломаты, то он готов съесть оловянные пуговицы своего мундира. Впрочем, именно такие люди и делали переворот в провинции Крим.

Клайв понимал, почему здесь нет многих его братьев – на задание отправили только тех, кто выглядел, как аристократ, и прекрасно овладел мастерством этикета – не менее сложным, как он теперь думал, чем военное дело.

Все равно жаль, что Старче отправил больше трети людей на дело о Мертвом Принце на западе.

Сбоку от него встал Мика.

- Граф, виконт, - поприветствовал он их небрежно.

- Виконт, - ответил Саттрик, кивая.

Клайв видел, что Мика, молодой Жук, уже устал стоять и притворяться дворянином, что ему уже невтерпеж начать драку за короля или даже разоблачить кого-нибудь на предмет государственной измены. Это у него стало получаться ловко. Мика сбросил воображаемую пылинку с пышного махрового воротника и надменно произнес:

- А вино здесь подают отвратное, сэры… Будто бы разбавленное.

Граф покосился на бокал, нахмурился.

- Вы тоже заметили, виконт? Ужасно. Видимо, их поставщик заслуживает плетей. Вот на моих приемах такого не бывает. – Мужчина с постной миной поставил бокал на поднос подавальщика. – Думаю, что вам, сэры, обязательно надо попробовать моё сухое вино, известное тем…

Клайв терпеливо поправил прическу, склонил голову набок, будто бы внимательно слушая дурака-графа.

«Что случилось? Я занят, выуживаю информацию».

Мика взял бокал в другую руку, почесал кончик острого носа.

«Король уединился в своих покоях с делегацией».

Клайв переступил с ноги на ногу.

«Я знаю».

Мика широко зевнул в кулак и выпил свое вино залпом.

«Мне кажется, нужно последовать за ним. Здесь ничего не происходит».

Клайв кашлянул и поднял ладонь, перебивая графа.

- Нисколько не сомневаюсь в том, что вы, достопочтенный граф, разделяете мое мнение, будто вмешательство правительства Буреграда в виноторговлю Синего Королевства в прошлом году действительно выглядело хамством и не имело на то логического обоснования, - произнес Клайв быстро.

Пока граф, надув пухлые жирные губы, задумчиво наполнял новый бокал светлым яблочным сидром, ответил Мика:

- Мне кажется – если вы позволите выразить мое скромное мнение, виконт, – что Союзу виноделов – безусловно, обладающему лучшей репутацией среди прочих гильдий, но совсем не идеальному, нужно умерить свой пыл и отказаться от политики тотального контроля… - Мика блеснул веселыми ореховыми глазами. – Кто поставил виноделов над остальными торговцами?

- Они занимаются делом и не пытаются строить свое королевство, как Лига Специй.

- По паршивой овце стадо не судят.

- Сейчас у гильдий и Союза есть более важные дела, чем выяснять отношения, - резко сказал Клайв, чувствуя, как краснеют уши. – У них всегда была общая цель.

- Например, служить королю, - отрезал Мика.

- Именно что служить, а не прислуживаться.

- Сэры, сэры, - примирительно подняв руки, сказал граф. – Прошу быть благоразумными. Спор о вине не должен так горячо протекать. Хотя, смею заверить, все мы – патриоты своей страны.

Мика усмехнулся. Клайв едва заметно отрицательно покачал головой.

- Прошу простить меня, виконт. – Он глубоко кивнул. – Был неправ.

- Не более, чем я, виконт, - ответил Клайв. – Я согласен с вами и считаю, что каждый должен быть своем месте.

Мика хотел что-то сказать, но лишь хмыкнул.

- Позвольте мне откланяться, сэры.

- Горячий характер, - неуверенно протянул граф, когда Мика ушел. – Молодость и горячий характер. Я и сам таким был. Помнится…

Клайв рассеянно ответил, оценивая ситуацию. Все на своих постах. Гостей они знает поименно, а Старче распорядился, чтобы Шлима Медведь и Олех Барсук на входе, притворяясь обычной дворцовой охраной, вежливо, но внимательно проверяли всех гостей на предмет оружия. В потайных комнатах на первом и втором этаже ожидает человек тридцать – на случай неожиданностей. Артикус, верный королю до последнего седого волоса на голове, дежурит вместе с Мадленой Шепчущей в подвале дворца, желая пресечь любое колдовство со стороны послов и дворян.

И всё равно Клайву кажется, что король и Старче что-то упустили.

Он сделал глоток вина и кивнул на пустое замечание графа о политике невмешательства Севера.

Тревога не отпускала. А спустя три часа король Синего Королевства был убит.

Нечто на грани слышимости вырвало его из сна. На том месте, где он планировал месть. Кровавую месть.

То, что Клайва хотели убить, было безусловно. Все обстоятельства говорили об этом. Тем не менее сам этот факт не был ему в новинку. Беспокоило другое: количество попыток его сжить со свету резко возросло в последние два месяца – после почти восьмилетнего перерыва.

Мужчина открыл глаза. Кто-то пытался вскрыть его дверь. Работал тихо.

Клайв перестал дышать и прислушался. Нет, ни шепота возможного подельника, ни перебирания разными отмычками, ни, разумеется, сопения. Почти бесшумно. Значит, убийца, как минимум, знает свое дело. Может, даже профессионал из Лиги. С одной стороны, это хорошо: не придется церемониться, если кто-то просто решил ограбить его.

«Ограбить… - подумал Клайв машинально. – Было бы что брать».

С другой, это плохо. Таверну придется покинуть. Скорее всего, и поселок. Двинуться дальше на север, даром что осень.

Он думал машинально, выравнивая дыхание. Шума будет немного, когда обнаружат тело (его или убийцы) – это не далеко не столица.

Замок наконец подался, повернулась металлическая ручка двери. Клайв уже стоял справа от входа. Мышцы напряглись, во рту пересохло.

Фигура – потертый дорожный плащ с широким капюшоном, мягкие ботинки – двинулась к кровати. Застыла, глядя на одеяло, всклокоченное и выпуклое из-за подушки и сумы, которые Клайв забросил вместо себя.

- Ястреб… - сказал негромко убийца.

Клайв решил не ждать. Пинок по обратной стороне колена. Убийца потерял равновесие. Одной рукой Клайв заломил ему руку, вторую – с зажатым в кулаке ножом для масла – поднес к шее ночного гостя.

- Не вынуждай меня выбрать вариант с пытками. Говори. Кто тебя послал и сообщил мой позывной?

Убийца, что удивительно, не сопротивлялся.

- Ястреб, - произнес он негромко. – То, что ты стоишь за дверью с ножом для масла, я понял сразу же, как вошел в комнату. Ты давно мылся?

Мгновенье Клайв все еще не двигался.

- Проклятье, Оран, я чуть не перерезал тебе горло.

- Этой штукой?

Он отпустил мужчину. Тот поднялся с колен и развернулся, потирая руку.

- Прикрой дверь, нам не нужны лишние уши, - сказал он негромко.

- Хорошо… Оран, драть меня на конюшне… Откуда? Я думал, ты в Буреграде.

Оран отрицательно мотнул головой и откинул капюшон. Строгое лицо мужчины за сорок, острые скулы, седые виски. И уставшие карие глаза.

- Я месяц ищу тебя… Тайную службу… - Он продолжил еще тише. – ТСК, всех наших, пытаются убить.

- Заметил, - ответил Клайв и натянул рубаху. – Трижды за два месяца меня пытались отравить, один раз на меня накинулось трое в таверне. И профессионал неделю назад подобрался ко мне очень близко – в лесу. Я едва выжил.

- Порез на груди.

- Да, - поморщился Клайв. – Подпустил его вплотную.

Оран скупо кивнул и сказал:

- Зашит плохо… Барти, Шлима и Рима мертвы. Со мной Мика

Когда король принял в ТСК новый (последний, как оказалось) набор рекрутов, он назвал Мику Жуком. Парень немного обиделся, хоть и попытался скрыть это перед всеми. «Потому что низкий, Ваше Высочество?». «Потому что жужжишь много».

Уже светало, светло-серые полосы расчертили чернильное полотно. Осеннее небо было неприветливо. Холодный воздух сразу же сбил с Клайва остатки сна, он плотнее запахнул полы куртки.

- Что случилось, о, старый Ястреб, поистрепались твои пестрые перышки? Не остры более твои хищные когти и не зорки глаза в темноте? Где скрывается враг твой, о, Ястреб?

- А ты совсем не изменился, Жук, все такой же болтун.

Они пожали руки.

- Как вы нашли меня?

Мика усмехнулся уголками губ и пристально посмотрел на Клайва.

- Это не тот вопрос, Ястреб. Угадай, сколько дают сейчас на рынке Лиги за голову из ТСК?

Клайв неопределенно повел плечами.

- С учетом того, что о ТСК мало кто знал на момент распада, думаю, монет сто.

- Двести сорок стальных имперских циклов, если быть точным. А в Гильдии Убийц стоит отдельная…

- Хватит трепаться. Идем. – Оран пошел первым.

- Как скажешь, вождь, - фыркнул Мика.

В маленьком провинциальном городе было тихо. Они прошли две безлюдные улицы и встали на небольшой площади с кривым деревом и дубовыми скамьями в центре. Тощая собака пробежала мимо них, трусливо и просяще глядя в глаза. Оран сел на скамью и вздохнул.

- Ты заметил? – спросил Клайв.

- Еще бы. Они не сильно скрываются… «Северные братья»?

Мика насторожился.

- О чем это вы?

- Двое идут за нами с постоялого двора. Быстро.

Жук нахмурился.

- Бред. Я следил за улицей.

Клайв снисходительно улыбнулся.

- Дело в том, молодой Жук, что вас Старче не успел научить следить не только за горизонтом, но за вертикалью земли и неба… Они идут по крышам.

- Проклятье.

- «Крючок»? – спросил Оран.

- Тебе решать. Я привык работать один. Для «Петли» нас мало. Если их больше двух, то проблемка.

Оран на миг прикрыл глаза. Его лицо осунулось.

- «Крючок». – Поднялся, провел рукой по волосам. – Час на реализацию. Встреча ближе к “А”.

- Удачи, - бросил Клайв и метнулся в подворотню.

Мика открыл рот, чтобы ответить, но площадь была пустынна.

Он помнил, как его засекли в столице много лет назад.

- Стоять!

- Дорогу! Остановите вора!

Стражники, хэкая и громко дыша, гремели ботинками за три поворота, Мика улыбался. Он всегда улыбался, когда понимал, что убежит.

За конюшней он резко повернул и наскочил на двоих десятников, болтающих с рослым конюхом. Миг, когда на нем сходятся взгляды. Он: потные волосы прилипли ко лбу, дыхание сбилось. Десятники медленно тянутся к дубинкам.

- Там! – изображая ужас на лице и добавив дрожи в голос, крикнул Мика. – Убийца купца! Убийца! Я – свидетель…

Десятники переглянулись.

- Стоять! Задержите преступника! – раздались голоса стражников позади.

- Жди здесь, парень.

Десятники вбежали в переулок. Мика решительно кивнул конюху и в два приема перепрыгнул через забор. Наплечная сумка тяжело билась о бок.

За забором Мика шагнул в неказистую дверь для прислуги. Напялил чью-то соломенную шляпу на голову, прошел мимо женщины с безразличным взглядом за стойкой и нескольких ранних выпивох.

Уже на выходе из рюмочной его за руку схватил толстый вышибала.

- Ты чего через ту дверь, а? Это для тех, кто работает.

Мика состроил невинное лицо подростка.

- Я новый полотер, - негромко произнес он. – Два дня как…

На широком лице толстяка отразилась задумчивость. Руку он не разжал.

- Донни где тогда? Обычно Донни приходит.

Мика снял шляпу, опустил глаза.

- Салом отравился насмерть…

Охранник опешил, отпустил Мику и быстро-быстро заморгал.

- А…

Когда дверь за Микой захлопнулась, он спросил в пустоту:

- А коли полотер, то чего ушел?

Но у него возникли другие заботы в виде пятерых злых и тяжело дышавших стражников.

Мика рыбкой нырнул в разношерстную толпу возвращающихся с работы служащих, напялил какому-то парню своего роста свою шляпу, бросил бездомному свою курточку, выхватил с прилавка красный нашейный платок и повязал. Все это с улыбкой.

Сумку он засунул в бочку с песком на углу главной пекарни.

В парке имени Глики Четвертого сел на скамейку и отдышался. Мика достал из нагрудного кармана папиросу и огниво. Все время он следил за входом.

Сердце предательски стучало. Он ожидал появления десятника или даже констебля, который сообщил бы, что дела его плохи. Вытер пот со лба.

Через несколько минут в парк вошел мужчина средних лет. Неприметное худое лицо, серый плащ, мягкие ботинки. От сердца отлегло.

Мужчина сел на соседнюю скамью, положил руки на колени.

- План был неплох. На рынке ты вел себя неплохо, но совать это в бочку было неразумно. - Он вынул из-за пазухи сверток, с которого сыпались песчинки.

Мика сделал непроницаемое лицо и напрягся.

- Брось, - мужчина улыбнулся. – Вынь руку. Своей бритвой на щепке ты меня не достанешь… Вообще-то сработано неплохо, особенно у конюшни… Если спросишь мое мнение, тебе не хватает планирования. На улице Свеч идёт шествие театра «Браво», ты мог бы затесаться к ним в ряды, если бы озаботился костюмом или маской… Стиль есть. Сколько тебе? Семнадцать?

- Шестнадцать, - машинально ответил Мика и поджал губы.

Мужчина протянул сверток.

- Бочку ты трижды посещал на этой неделе. А десятники могли и не купиться на твое представление… Рисково. Хочешь научиться уловкам посерьезнее?

Так он познакомился с Ораном