Смысл заменил ничто

Холод. Снегом присыпало улицы, присыпало и заледеневшие лужи, предвещая что-то нехорошее.

Тьма. Продолжительность дня уменьшается, уменьшается и время, когда можно не оглядываться.

Смерть. В новостях и газетах, которые теперь мало кто читает, продолжают писать о пропажах людей. Список растёт, но ни один из них не был найден. Череда исчезновений началась ещё в прошлую среду, пропало шесть человек. Сегодня среда.

— По одному человеку на день… Сегодня кто-то умрёт. Буду ли это я?

Один официант в не слишком престижном ресторане витал в облаках, пока его бессознательное тело выполняло работу. Он думал и о том, на что потратит зарплату: «Так-с… нужно заплатить за квартиру, пока хозяйка не вышвырнула, потом… куплю заварной лапши, колбасу. Хотел бы я чего-то повкуснее, но думаю, мне этого хватит. Эх, если бы управляющий разрешил брать еду с собой, то было бы, конечно, проще. Так на чём я… а, жильё, еда… И на себя останется всего ничего… как всегда». Так он жил около трёх лет, но не потому, что ему это нравится, а всё оттого, что, поглощённый проблемами, он не замечал, как стоял на месте во всех смыслах.

Придя в небольшую квартиру-студию, И́нквит оставил еду на столе на кухне и, сделав два шага, прилёг на кровать, перед которой на стене висел телевизор, оставленный хозяйкой. Он ясно понимал, на что потратит законные четыре часа отдыха. Посмотрев не одну передачу со словами: «Не то…», пустой официант наткнулся на канал новостей родного края.

«Полиция опросила свидетелей, осмотрела камеры и, наконец, показала фоторобот подозреваемого в шести исчезновениях. Как видите, это молодой человек лет двадцати со светлыми и волнистыми волосами, прикрывающими уши, но не доходящие до шеи; улыбающимися глазами, невинным чуть веснушчатым лицом, карими глазами. Рост около ста девяноста сантиметров. Убедительная просьба сообщать о любой информации по данному человеку в полицию! Будьте осторожны! С вами бы…» — ведущая новостей не успела договорить, как Инквит выключил телевизор, чтобы выспаться перед работой.

«Ну что же, никто сегодня не исчез… Вот и закончилась жажда крови у того маньяка. Как он там выглядел? Светлые, волнистые, длинные волосы? Кажись, я его сегодня видел. А видел ли он меня? Каково это… пропа́сть? Каково это… заставить кого-то пропа́сть?» — было в голове Инквита, пока он не уснул от усталости.

На утро официант нащупал в потёмках чайник, чтобы к моменту, как он умоется, уже закипела вода для лапши и кофе. Поев, Инквит, наконец, взбодрился, но не от тонизирующего эффекта кофе, а от его ужасного вкуса.

Напялив старую чёрную куртку с отчётливыми потёртостями, купленную в секонд хенде и сшитую явно не для зимы, накинув серый шарф и надев чёрную шапку, он пошёл на работу.

«Ещё чуть-чуть, тут н-недалеко идти» — дрожащим от холода голосом проговаривал Инквит на протяжении пятнадцати минут пути.

«Я в-выжил. П-после работы останется только п-пройти так ещё раз об-братно… Ха, но это уже проблемы б-будущего меня» — думал он, пока оттаивал в помещении для сотрудников.

И вот, работа началась. Зазвенел колокольчик, оповещающий о клиентах, загремела посуда, заработала кухня, зазвучали голоса поваров, официантов, посетителей, и всё превратилось в обыкновенный гам. Задачей Инквита было лишь одно: разносить блюда к нужным столикам. Управляющий понимал, что он слишком стеснительный, чтобы спрашивать заказ или приносить счёт, но от этого и урезал зарплату.

— И долго ты будешь ворон считать? — в шутку спросил управляющий, когда заметил, как тот необщительный официант стоит у бара и ничего не делает.

— Ещё ничего не готово. Мне нечего подавать… — неловко и тихо ответил тот.

— Ну так иди, помоги поварам: помой посуду, нарежь овощи, почисти картошку. Можешь полы помыть. Если хорошо постараешься, Инквит, то я выпишу за это премию, — подмигнул он.

— Хорошо — прозвучало ещё тише, чуть ли не шёпотом, но управляющий услышал и подбадривающе кивнул, затем осмотрел вид сотрудника, сожалеюще покачал головой и вернулся в офис.

Протирая пол в седьмой раз, Инквит исподлобья украдкой осматривал посетителей. И взгляд его упал на человека, сидящего спиной к залу в самом углу. Тот ёрзал и не находил себе места — ждал официанта. Его волосы были, как из описания виновника исчезновений, а плащ… Что это вообще за материал? Но официант знал, что делать. Впервые за три года Инквит подошёл к клиенту.

— Здравствуйте, что будете заказывать? — спросил официант, подавив в себе неуверенность.

— Не знаю, а что можете предложить? Меня пока не заинтересовало ни одно блюдо — сказал таинственный клиент и посмотрел в глаза Инквиту.

Это был он. Точно фоторобот из новостей ожил и сидит сейчас в этом самом ресторане.

— Я б-бы посоветовал вам взять… тартар: сырая говядина с желтком, а каперсы и лук добавят туда горчинки и вкуса…

Официантом овладели два чувства: гордость за себя и за то, что впервые поговорил с клиентом, пусть он пока и не принял предложение; и волнение, вызванное тем, что перед ним настоящий убийца.

— Хм, интересно… А, вот оно! — убийца ткнул пальцем в меню — Да-да-да, давайте! Только можно побольше хлеба? Я бы хотел насытиться перед важным делом — бодро и… жизнерадостно произнёс виновный в таинственных исчезновениях.

Мир пошатнулся. Кое-как дойдя до кухни и передав заказ, Инквит заметил на себе одобрительный взгляд остального персонала и управляющего. Последний особенно смотрел так, как будто это его собственный сын делает первые шажки. Но официанту было не до этого. У него дико колотилось сердце и мысли были заполнены вопросами: «Почему никто ещё не заметил убийцу!? Он за кем-то следит? Что, если из-за того, что я подошёл, он начнёт охоту на меня? Но я только-только подавил стеснительность! И кем оказался мой первый клиент? Душегубом! Так… А если никто не кричит и не вызывает полицию, то это значит, что он и не тот, кто мне привиделся? Тогда это всё объясняет. Тогда я и вправду обслужил обычного посетителя! Тогда и зарплата станет больше! Тогда и куртка потеплее будет».

Инквит уже позабыл, что такое печаль и что такое витать в облаках. Одна маленькая победа, а он уже загорелся и решил взять ношу проблем будущего себя на себя настоящего.

На радостях он остался ещё на два часа после ухода последнего посетителя, чтобы прибраться за дополнительную плату. Отчитавшись перед управляющим, который работал с бумагами, Инквит поспешил домой, если эту небольшую квартиру-студию без обоев и какой-либо мебели, кроме телевизора, вообще можно назвать домом.

И вот он пришёл. Холодный пол чувствовался через дырявые носки, но всё, чего хотел Инквит, было лишь «поспать». Однако прокручивая этот день у себя в голове, он вспомнил о чувстве, что за ним кто-то следит. Его пробрало до мурашек, но он завернулся в одеяло посильнее и, наконец, уснул.