Смытые улики

- Жертву сбросили с крыши сутки назад, около полуночи. Почерк Толкателя, - сказал мой напарник и тут же записал это в блокнот.

Дурацкая привычка. И солнцезащитные очки у него дурацкие. Что он в них вообще видит ночью?

- Оторвись от блокнота. Смотри вокруг! - говорю я поучительно.

Как обычно, он делает вид, что не замечает меня. Весь из себя самостоятельный и независимый. Сопляк. Поживи и поработай с моё... Может и увидишь, что вижу я...

Я подхожу к краю крыши и вижу далеко внизу очерченный белым контур. Место, куда упало тело.

Такие, как мой напарник, не увидят улик, даже если ткнуть в них носом. Пока не очертишь упущенную деталь красным маркером на фото, или пока не обведешь доказательство мелом на асфальте - и внимания не обратит. Впрочем, не его вина, что он не видит дальше собственного носа с очками.

Просто иногда я вижу то, чего не видят другие. Не отпечатки подошв. Скорее, следы эмоций. Смытые улики прошлого.

Налетает порыв ветра, вдалеке гремит гром. Я отступаю назад, прищуриваюсь и вижу на краю крыши, два силуэта. Расплывчатые, так что моргни - и больше не увидишь. Но они там. Один крупный и приземистый, второй - худой и высокий.

Я вспоминаю, как выглядело тело внизу. Санитары еле подняли его на носилках, чтобы запихнуть в труповозку. Крупный. Значит убийца - это тот, второй. Толкатель.

- Видимо, еще один висяк. Шел дождь и смыл все улики, - продолжает бормотать напарник и строчит в своем блокноте. - Без шансов.

- Намекаешь, что всё опять должен делать я? - ухмыляюсь, но он пропускает мою иронию мимо ушей. Корчит из себя главного. Нет уж. Только через мой труп.

Ну давай же, небо! Подай мне знак!

Словно в ответ, крышу освещает вспышка молнии, и гром грохочет так близко, что мой напарник роняет блокнот.

- Смотри, чтобы тебя не сдуло, доходяга! - смеюсь я.

На крышу падают первые капли дождя.

Теперь я вижу четче. Это не просто силуэты. С каждой упавшей с небес каплей они становятся объемнее, словно вода не может просочиться сквозь их призрачные тела. Я вижу, как брызги барабанят по их головам, плечам, стекают по спине, вижу, как в лужах появляются и исчезают отпечатки их подошв. Теперь эти фигуры обтекаемые. Водонепроницаемые. Видимые.

Вот оно!

Тощий показывает крупному что-то. Держит в руках, тычет мокрым пальцем. Что это? Планшет? Книга?

- Мы закончили, - говорит мой напарник, который ни черта этого не видит, и направляется к лестнице, чтобы спуститься вниз. Ненавижу лестницы. Даже странно, как я сюда забрался - с моим-то весом.

- Мы закончим, когда я скажу! - глухо отвечаю я.

Ну давай же, дождь! Еще чуть-чуть!

Ливень обрушивается на крышу - такой же беспощадный, как прошлой ночью. Теперь я вижу этих двоих так же отчетливо, как себя и напарника. Будто дождь соткал из воздуха фигуры почище 3D-принтера.

Тощий силуэт поворачивает голову, и я вижу, что он в очках. Больших очках - таких же, как солнцезащитные очки моего напарника. А в руках у него... блокнот?

Я вижу, как тощий заходит крупному за спину и толкает его. Тот рассыпается в дожде и исчезает.

- Так это был ты, ублюдок! - кричу я и оборачиваюсь, чтобы схватить сукина сына за горло. Этого тощего сопляка-напарника. Толкателя.

Все ушли. Они даже не заметили моего присутствия. Я на крыше один.

Только дождь струится по моим плечам.

Говорят, у дождя нет памяти. Но память есть у людей. У тех, кто был людьми. У меня.

Наверно, со стороны я сам выгляжу, как темный силуэт. Как пустая фигура, очерченная по контуру ливнем.

А потом вода с небес проникает внутрь меня, и я исчезаю.

И остается только дождь.