Сны из ирреальности. "Стальное сердце"

"Стальное Сердце".

Он сидел прямо передо мной, в зоне досягаемости. Достаточно было сделать одно движение рукой. Да, я мог бы его убить любым подручным предметом, которых вокруг хватало с излишеством. Мог бы доставить его в штаб для допроса, держа за орбиту глазницы указательным пальцем, или за карандаш,воткнутый насквозь за кадыком. Но… я не мог. Рука не поднималась. Передо мной во вражеском обличии сидел мой бывший приятель, с которым связывало нечто очень тонкое и незримое, кроме шампанского с черносливом, увлечений взломом компьютерных игр и поставок дорогущего оборудования одному весьма жадному директору.

«Как же так получилось», - думал я, глядя прямо в прозрачные, ничего не выражающие глаза. «Чего ради я тебя трижды спас от неминуемой смерти?». Он был олицетворением спокойствия. Ничто не выдавало в нем хоть какого-то волнения от встречи со мной, с напарником из прошлого века. Меня трясло. Его - нет. С абсолютно холодным выражением лица он пил кофе, деловито поднося чашку к тонкому, резко очерченному рту спокойными, выверенными движениями.

За окном едкими клубами дымила разбитая фабрика. Гарь обволакивала дорогу, сбивая с толку пожарных и скоряков*, суетившихся с носилками и ранеными. Повсюду, на уцелевшей местами крыше беспорядочно валялись ящики и коробки с высыпавшимся из них печеньем. Фабрика чем-то была похожа на труп со вскрытой брюшиной. Циничность ситуации подчеркивал здешний бариста, безразлично делающий кофе редким посетителям, давно привыкшим к хаотичным артударам по городу.

- Ты хоть понимаешь, что ты сделал?- спросил я его наконец.

- Конечно. Уничтожил завод по производству взрывчатки. Где-то на фронте кто-то из наших не умрёт.

- Посмотри. Посмотри, куда попала твоя высокоточка**. Ты убил двух беременных женщин и троих детей. Они все были в том магазине. Они покупали печенье. Домой. К чаю.

- Ну туда же зашел дрон с предупреждением. Я послал робособаку, надо было им бежать, как только они её увидели. Тем более, что пёс разбрасывал взрывпакеты. Если они не отреагировали на предупреждения, сами виноваты.

В его глазах был лёд. Я тщетно пытался высмотреть в них хоть что-то живое. Он достал из уха небольшой синий наушник с кнопкой.

- Вот смотри, я тут вообще ни причём. Я всего лишь передаю координаты, дальше действует оператор. Он же получает данные от объективного контроля до и после. И не только от меня.

Он нажал два раза на кнопку и из наушника раздался тонкий электронный голос, больше похожий на писк:

- Да, Стальное Сердце, принимаем тебя.

- Привет. Прописка харитон: восемнадцать два ноля восемь, ульяна: шестнадцать триста сорок пять***. Подтверждаю поражение цели.

Голос в наушнике репетовал координаты, просипел «принято, спасибо за работу» и отключился.

- Вот и всё. Я просто передаю нужную информацию вовремя. Кстати, точно так же, как и ты.

Передо мной сидел не приятель - враг. Наводчик. Спокойный, уверенный в своей безнаказанности, и самое главное – убеждённый в своей правоте лишать жизни тех, кто может быть даже случайно оказался рядом от цели.

- Скажи мне, когда это произошло? Когда ты перестал быть человеком?

И вот тут уже я попал в цель: его рука с чашкой едва заметна дрогнула. Он выдержал паузу, сделав глоток кофе и, подняв одну бровь, парировал:

- Когда меня ликвидировали. Когда били по пальцам молотком. Когда швырнули в тюрьму к уголовникам.

Похоже, прошлые «подвиги» так и остались незаживающей раной.

- Это же вы меня бросили, не оставив даже шанса выжить среди этих моральных уродов. И когда меня всей камерой…, - он осёкся, поджал и без того тонкие губы и продолжил сыпать обвинениями: - Унижали и добивали меня как личность, где вы – человеки – были в этот момент? И теперь вы ждёте от меня – чего?

- А кто и за что тебе пальцы переломали, напомнить? И за что посадили, тоже забыл? Но я тебе хочу напомнить про другое: про мой свитер, серый такой, крупной вязки, который я с себя снял, чтобы ты не сдох от переохлаждения,пока спал на газетке в подъезде. И помнишь, ты говорил, что ты не имеешь права на существование, а я тебя отговаривал? Забыл? Я же тебя вернул к жизни тогда.

Меня понесло.

- Наверное, если бы тебя тогда закопали в лесу, все эти невинные люди сейчас были бы живы. Посмотри, – я ткнул ему в лицо телефон с открытой картой, - твой дом на соседней улице. Ты убил своих соседей. Ты с ними здоровался каждое утро. Теперь они мертвы. Кому ты мстишь?

- Ни я, ни ты с ними не были знакомы, - в его глазах снова появился лёд. – И для тебя они никто. И это война. И не мне тебе объяснять правила.

Он сделал еще один глоток кофе и поставил чашку на блюдце громче, чем это позволял этикет.

- Всё. Не приходи больше. Иначе следующие координаты будут твои.

Он взял со стула свой дурно пахнущий, но дорогой пиджак и хлопнул дверью кафе. Этот запах давно не стиранной одежды – своего рода маркер, по которому его можно безошибочно вычислить с закрытыми глазами. Я поймал себя на мысли, что захотелось как в кино - посмотреть ему в след и задумчиво закурить. Стереотипы. Навязанное поведение...

Возле пустой кофейной чашки остался лежать синий наушник с большой кнопкой. Я вышел на улицу и увидел вдалеке силуэт своего бывшего приятеля. Предельно уверенный в себе, он шел к себе домой. До того, как он хватится пропажи, было еще минут пять. Мне пришлось пойти за ним и убедиться в том, что он закроет за собой входную дверь. Открыв карту на телефоне, я включил спутник, вставил синий наушник в ухо и два раза нажал на кнопку.

- Привет, Стальное Сердце. Принимаем тебя.

- Привет. Прописка: харитон восемнадцать…

Конечно я успею свинтить до того, как его же чемодан**** прилетит аккурат в форточку этого особняка. В чем он был прав - в том, что это война, и что я знаю правила.

* Скоряки - жаргонное обозначение сотрудников скорой помощи

** Высокоточка - армейский слог, обозначающий высокоточное оружие, как правило, дальнего действия.

*** Прописка "харитон ульяна" - на армейском жаргоне передача координат по системе СК-42

****Чемодан прилетит - жаргонное выражение времён Первой Мировой войны, обозначающие снаряды тяжелой, от 152 мм, артиллерии, которыми обстреливали укреплённые позиции.