Собрание рассказов об устроении королевства Юканим

Милостью Держащих мир и неусыпными стараниями правителей королевство Юканим гораздо больше соседних государств и занимает едва ли не половину материка, остальная часть которого приходится на Тамирган и Черхат. После магической войны, приведшей к смене династии, сие хранимое богами место также именуют «Второе королевство».

Большая часть Юканима покрыта густыми лесами, но хватает в нём и чистых озёр, и быстрых рек, и даже высокие неприступные горы есть: Ярула и Старая Ярула на севере и Поднебесные зубья на юго-востоке.

Высочайшей горой считается Яуссе в Яруле. Там же, в Старой Яруле находятся Изумрудные пещеры, о которых северяне говорят, будто изумрудов там не найдётся, зато запросто можно пересечь кромку мира и выйти на его Изнанку.

Самым большим озером называют Веспрем на западе — некоторые учёные знатоки даже записывают его в моря, опираясь на значительные размеры и удивительную солоноватость воды. Странствующий народ норгэли, невзирая на отдалённость озера от северных границ, называет оное младшим братом Стального моря и на его берегах проводит свои таинственные обряды.

Самая большая река королевства — Великий Айн, что берёт начало на холодных плоскогорьях Тамиргана и несёт свои воды через весь Юканим до самого Веспрема. Почти на всём течении по её берегам пролегает Айнский тракт, и этому соседству придворный поэт Тирато Улагарский посвятил свою знаменитую поэму «Две нити».

На юго-востоке, рядом с Поднебесными зубьями, находятся Маковые степи и Колючая пустынька, протянувшаяся до самой границы с Тамирганом.

Северная граница Юканима проходит по землям, где народ лаами пасёт своих оленей, и обрывается на берегах Стального моря. Лаами рассказывают, что, если идти ещё дальше на север, то начнутся вечно заснеженные Незнаемые земли, на которых живут нитхе-аал — «белые люди», и будто бы у тех людей головы, как у северянских псов, и могут они колдовать, не зная тувара.

С юга благословенные берега королевства омывает Бирюзовое море, за которым лежит жаркий Доэрган, приходящийся Юканиму давним другом. Доэрган славится тканями и сталью. Вот уже четвёртое поколение юканимских королей выбирает себе жён из доэрганских принцесс.

Западной границей Юканима служат неспокойные воды Крайнего моря. За ним раскинулось государство Сирракос, о котором с достоверностью утверждать ничего нельзя. Все посольства вернулись ни с чем, и представляется, что следует радоваться хотя бы их возвращению.

С восточной стороны Юканим подпирает Тамирган — ближайший сосед и заклятый друг. Тамирская граница переменчива, как полоса прибоя: раз в несколько лет полудикие племена, живущие по обе её стороны, сталкиваются между собой, но король в бесконечной мудрости своей предпочитает не расточать драгоценное внимание на подобные мелочи.

Вот уже более столетия Юканимом справедливо и спокойно правит династия Вранов, на чьём гербе чёрный ворон раскинул свои крылья над красным древом.

Чтобы сосчитать население Юканима, пришлось бы две тысячи раз сложить по тысяче. В самых больших городах живут по двадцать-сорок тысяч человек, и на особом счету прекрасная столица — славный город Мирр, равных которому нет в сопредельных государствах.

Прочий Юканим делится на одиннадцать медье и пять вольных городов. Торговый Аспин обладает свободой из-за близости к Аспинскому проливу, Церах принадлежит магической Обители, а стальная Танова богата золотом и оружием, которое она куёт для всего королевства. Атмир, добывающий соль, получил свой голос как северный форпост Юканима, а холодный Регенар до сих пор зовут столицей Альфхёльма.

Среди всех медье отдельного упоминания заслуживает Альфхёльм — Северная провинция. Это медье выделяется и своим размером, и особенным положением. Говорят, путешественник может объехать все страны, но нигде не найдёт обычаев, более чуждых, чем альфхёльмские.

На протяжении столетий Альфхёльм был отдельным государством, и лишь сто восемьдесят лет назад он принял власть Юканима. Однако свой суровый и неприступный нрав северяне сохранили, а потому все юканимские законы в Альфхёльме обретают особую окраску.

Альфхёльм славен отвратительными дорогами, сырым летом и беспощадно-холодной зимой, а также обилием комаров. Ко всему перечисленному следует прибавить искажения магических воздействий и своеобразную веру альфхёльмцев в нечисть и Шестого.

Касаемо здешних причуд магии многоуважаемый Лакаст Церахский в своих трудах сообщает следующее. Среди представителей Объединённого Ордена бытует мнение, что в Альфхёльме ослаблено действие магии; причиной называются горы Ярулы. Некоторые даже утверждают, будто на севере дети с магическим даром рождаются реже, чем в остальной части королевства.

Также высказывается предположение, что причина нарушений, связанных с колдовством, заключена в Тамге — городе, некогда заброшенном загадочным народом Высоких. Сторонники этой теории полагают, что Церах и Тамга строились в противовес друг другу: Церах должен был притягивать и сосредотачивать квельт, Тамга — напротив, уменьшать насыщенность источников.

Но сам же Лакаст признаёт, что достоверных доказательств в пользу описанных мнений не имеется. В Ордене не так уж много магов, которые жаждали бы исследовать искажения Альфхёльма, сопряжённые с колдовством. Единственной значимой колдуньей, сумевшей обустроиться там, считается Иннре Мьеле, но вероятно, причина кроется в том, что замок её древнего рода стоит на северных землях ещё с тех времён, когда провинция не принадлежала Юканиму, и, следовательно, в самой крови Мьеле содержится нечто, противостоящее вышеописанным воздействиям.

Альфхёльм населён значительным числом мелких народцев, которых юканимцы именуют просто северянами. У них есть собственное наречие — алем. Алем есть не что иное как сплав языков всех этих народов. Звучит он протяжно, и звучание его не может быть понятно остальным жителям королевства. Что касается письменности, то, хоть она была заимствована из всеобщего рутина, однако без особого навыка разобрать её нельзя. Впрочем, алем постепенно забывается, и ныне не всякий северянин сумеет что-то сказать на нём, и уж подавно — написать или прочесть.

Рассуждая об Альфхёльме, нельзя не отметить свободу нравов этого медье. Проистекает она из истории провинции — большое число малых племён были вынуждены жить бок о бок, и потому быстро выучились договариваться и не чинить соседям неприятностей. Позднее сие странное общество начало обогащаться теми, кто не сумел обустроиться в более благополучных частях Юканима. Большое число чужаков с различными взглядами в конце концов привело к тому, альфхёльмцы отменно умеют быть терпеливыми и часто смотрят сквозь пальцы на события, которые непременно возмутили бы благочестивых жителей прочих медье.

Отчасти сей особенности способствует и отдалённость провинции. Королевская власть здесь слабее. В случае напастей вроде разбойников северяне не склонны ждать помощи от королевской гвардии и предпочитают защищаться самостоятельно.