Согнутые колени

Вода в ванне набиралась медленно. Слишком медленно. Илья с досадой попытался устроиться поудобнее, но это был дохлый номер - с его ростом метр девяносто комфортно разместиться в стандартной ванне не смог бы и Гудини. Он попытался лечь спиной на дно, чтобы теплая вода как можно скорее закрыла живот, и колени привычно заныли. Осторожно вытянув одну ногу, Илья сшиб с края на пол, как кегли, сразу несколько Машкиных флаконов.

- У тебя там всё нормально? - крикнула Маша из кухни.

- Всё норм, - Илья вздрогнул и почувствовал, как тело покрывается гусиной кожей. Ныли сбитые костяшки пальцев. Его знобило. Почему вода так медленно течет?

Он услышал, как Маша вышла из кухни, встала за дверью и осторожно постучала пальцем.

- Маш, тебе срочно?.. - крикнул он сквозь звук льющейся воды. - Я только залез.

Она не ответила.

- Маш?

Молчание жены раздражало его. Он стукнул по крану рукой, ушибив мизинец. Поток оборвался, и ванну заполонила неуютная тишина.

- Маш, ты чего молчишь? - крикнул он.

В ответ снова постучали. Тук-тук-тук.

Илья разозлился. В кои-то веки он решил залезть в ванну и наконец-то согреться - теплая вода всегда успокаивала - как ей приспичило.

- Маш, да заходи ты, мне всё ра...

Свет в ванне внезапно погас.

- Слышишь, мальчик, тук-тук-тук, - пропела за дверью в темноте Маша. - Открывается сундук...

На этот раз Илья не просто покрылся гусиной кожей. Вода в ванне как будто стала ледяной - сердце невпопад стукнуло в ритм песенке, и замерло.

- В сундуке сидит секрет... Очень много-много...

Илья заорал и проснулся – все еще в полной темноте. Шумела вода. Он дернул ногами и пребольно ударился о стенку ванны - Машкины флаконы полетели вниз - опять. Свет вспыхнул, и, прежде чем он зажмурил глаза, успел увидеть - горячая вода хлестала через край и заливала пол.

Дверь в ванну отворилась. Маша в распахнутом халате шагнула вперед и взвизгнула, когда вода полилась ей под ноги.

- Да блин! - непроизвольно заорала она. - Что ты тут устроил?

- А ты чего свет выключила? - в ответ закричал он.

- Да я случайно выключатель задела, на пару секунд! - она хлопнула рукой по смесителю и прекратила потоп. - Илья! Опять в ванне уснул? Ну сколько можно?

- Сколько можно что? - с вызовом спросил он, почему-то непроизвольно подтягивая колени к груди. Его нагота перед одетой женой заставляла почувствовать себя беззащитным - ощущение это ему не нравилось. Совсем.

Маша медленно выдохнула и потянулась за тряпкой.

- Ничего. Извини, я не хотела.

- Я тоже не хотел. Я... - Илья беспомощно всплеснул руками по воде. - Наверно, мне действительно нужна помощь.

Маша выронила мокрую тряпку, наклонилась и обняла его.

- Ты халат намочишь! - он попытался ее отстранить и вдруг расхохотался - настолько комично выглядела вся эта сцена со стороны. Смеяться оказалось хорошо. Уж получше, чем кричать в темноте.

Когда решение принято, сразу становится легче.

***

Кресло было удобным. Просторным. Илья вытянул ноги, прислушиваясь к ощущениям. Хорошо!

Психолог в кресле напротив поправил очки, деликатно кашлянул и перевернул лист блокнота, привлекая его внимание.

- Простите, что вы сказали? - Илья почувствовал себя неловко.

- Ничего страшного, не нервничайте, - психолог говорил мягко и уверенно, со спокойными утвердительными интонациями. - Вы на приеме впервые?

Илья кивнул.

- Что у вас с руками? - спросил психолог.

Илья посмотрел на сбитые в кровь костяшки кулаков и ничего не ответил.

В кабинете повисла тишина - на столике между ними еле слышно тикали часы.

- Вы снова это делаете, - произнес психолог. - Понимаете, о чем я?

Илья отрицательно покачал головой.

- Вы подгибаете колени.

Илья взглянул на свои ноги, словно те стали чужими. Они были не просто подогнуты - он практически прижимал колени к груди, забившись в самую глубину кресла. С усилием воли он опустил ступни на пол - сначала одну, потом вторую.

- С моим ростом нигде нельзя ноги выпрямить, - отшутился он. - Ни в театре, ни в самолете. Привычка.

- Скорее, это поза эмбриона, - парировал психолог. - Защитная реакция в ответ на стресс. Поверьте, вам ничего сейчас не угрожает. Итак... о чем бы вы хотели поговорить?

Илья собрался с мыслями:

- О сундуке, - сказал он.

***

- Илюх, может, домой пойдем? - полноватый Олежа привстал на цыпочки и в который раз посмотрел внутрь дома сквозь заколоченное окно.

- И что пацанам скажем? Что зассали? - Илья сплюнул. - Тебя никто за язык не тянул. Перед Машкой покрасоваться решил?

Олежа густо покраснел и ничего не ответил.

Илья еще раз окинул взглядом старый двухэтажный дом - точь-в-точь как в той страшной песне про мертвеца, которого заживо заколотили соседи. Делов-то - залезть внутрь, оторвав пару досок, подняться на второй этаж, где, судя по школьным байкам, по ночам зажигается свет и раздаются жуткие голоса. Но то ночью, а сейчас яркий воскресный день. Снять видос на телефон и выложить в сеть. Ачивка и профит в виде восхищения Маши из параллельного пятого «А».

Его однокашник и лучший друг Олег сам бы в жизни на такое не пошел. Да и Илюхе это, мягко говоря, одному было бы взападло. А вот вдвоем - другое дело.

- Давай, - скомандовал Илья. - Полезли. Всё норм!

Нижняя доска поддалась легко - так, словно гвозди ее и не держали. Илья уверенно влез в окно первым и, высунувшись наружу, помог забраться пыхтящему Олегу.

Мальчики осмотрелись. Илья вспомнил про телефон - включил запись и начал по-блогерски вещать.

- Итак, мы проникли в Черный дом! Ну и кто зассал, а? - он повернул камеру, чтобы Олег попал в кадр. – Скажи чего-нибудь!

- Не снимай меня! - возмутился Олежа. - Мне проблем с родаками хватает.

- А как ты еще докажешь, что мы тут были? - хмыкнул Илья.

Он переключился на фронтальную камеру и подмигнул своему изображению на смартфоне.

- На первом этаже ничего! - деловито доложил он, поворачиваясь вместе с телефоном. - Мусор, тряпки какие-то грязные. Тут бомжи, наверно, спят, а никакие не колдуны.

- Илюха, может уже всё? - робко спросил Олежа.

- Уговор был со второго этажа снять вид из окна, - ответил Илья. - Идем.

Лестница скрипела. С каждой ступенькой самоуверенность Ильи угасала - но само присутствие Олежи, пристроившегося сзади трусливым хвостом, придавало ему сил. Кроме того, тушеваться в кадре было взападло.

- Тут тоже ничего! - сообщил он в камеру. - Кажется, здесь даже бомжи не ходят.

Они встали у деревянной двери. Илья осторожно постучал пальцем.

- Есть тут кто? - нарочито бодро спросил он.

Олег за его спиной резко выдохнул.

- Да не бойся ты! Нет никого!

Илья толкнул дверь, и та со скрипом отворилась.

В центре комнаты стоял сундук. Массивный, метра полтора в длину, кованный, как из сказочных иллюстраций про царские богатства. У заколоченного окна ютился покосившийся стол, рядом колченогий табурет да пустой шкаф. На столе стояла оплавленная свеча.

- Тут кто-то недавно был, - тихо сказал Олежа. Его голос стал тоненьким и плаксивым. - Илюх, давай уже...

- Да ты что! - глаза у Ильи загорелись. - Ты смотри, какой сундук! Вдруг там клад или чего-нибудь такое?

Он тщательно задокументировал находку на камеру.

- Давай откроем! Я снимаю!

Он поставил телефон на стол, выбрав удобный ракурс, и схватился двумя руками за крышку. Олежа взялся с другой стороны.

Тяжелая крышка сундука распахнулась, и друзья заглянули внутрь.

В сундуке не было ничего. Абсолютно.

Скрипнула старая лестница. Кто-то поднимался на второй этаж.

Сердце у Ильи забилось, как будто он без подготовки пробежал стометровку. Он толкнул остолбеневшего друга.

- Олежа! Быстрее! Прячься!

- Куда?

- Лезь в сундук!

- Я т-туда не полезу! - Олег побледнел.

- Тогда я в сундук, а ты в шкаф. Живо!

Илья сел на край сундука, перебросил ноги и подцепил крышку изнутри. Он хотел закрыть ее мягко и осторожно, но впопыхах просто дернул на себя. Она захлопнулась с грохотом, как крышка гроба, отрезая солнечный свет и сделав внешние звуки далекими и ненастоящими. Илья услышал, как Олег пробежал через комнату и хлопнул дверью шкафа.

Илья вдруг отчетливо вспомнил похороны деда в прошлом году. Он стоял с матерью у разрытой могилы, а работяги неаккуратно и торопливо опускали гроб. Один из них резко опустил нижнюю часть гроба вниз так, что ящик перекосило, и Илья живо представил себе, как тело в парадном костюме сползает, упирается в стенку гроба, колени деда сгибаются... Гроб выровняли и опустили на дно могилы, а Илья никак не мог выбросить из головы мысль, что теперь дед лежит там, в гробу, с согнутыми коленями, и будет так лежать до скончания времен.

В комнате было тихо. Только скрипели ступеньки. Одна за другой.

Тот, кто поднимался по лестнице и что-то говорил. Точнее, пел. Будто мурлыкал себе под нос.

- Слышишь, мальчик, тук-тук-тук!.. Открывается сундук...

Услышав это, Илья хотел было перепрятаться, но крышка сундука не поддавалась, словно припаянная. Он успел подумать про звонок в полицию, и только сейчас вспомнил, что его включенный телефон остался на столе.

Дверь в комнату медленно отворилась, и кто-то вошел. Походка была шаркающей, неспешной.

- В сундуке сидит секрет... Очень много-много лет...

По крышке стукнули - Илья инстинктивно прижал колени к груди, постарался съежиться, стать незаметным, исчезнуть. Чьи-то пальцы царапали крышку сундука, стараясь открыть.

Но та не пошевелилась.

Илья боялся вдохнуть, скрючившись на дне. Он слышал глухие шаги, как кто-то прошелся взад-вперед по комнате.

- В сундуке сижу не я, - пропел голос. - В сундуке сидит...

***

Илья замолчал. Психолог что-то убористо писал в блокнот карандашом и смотрел на пациента сквозь темнеющие стекла очков.

- Я лежал неподвижно столь долго, как только мог, - сказал Илья. - Не мог выпрямить ноги. Ужасное ощущение... До сих пор его чувствую.

Он вытянул ноги и молча уставился на носки.

- Что было дальше? - спросил психолог.

- Дальше? - Илья пожал плечами. - Кажется, я отключился там. Потерял сознание от страха или уснул. Так или иначе, я проснулся, когда услышал звонок телефона. Моего телефона. Я все еще был в сундуке, а телефон звонил где-то снаружи. На этот раз я смог поднять крышку и вылезти. За окном - ночь, и никого в комнате не было... Ни того человека... ни Олежи... Мой телефон так и стоял на столе. А по телефону звонила мама. Меня искали...

- А ваш друг? - спросил психолог.

Илья покачал головой.

- Его не нашли. Так и не нашли.

Они помолчали.

- Вы вините себя за то, что случилось, - сказал психолог всё с той же утвердительной интонацией. - И наказываете себя, сбивая кулаки в кровь о стены.

Илья кивнул и вновь обнаружил, что сидит в кресле скрючившись, прижав колени к груди. На этот раз он даже не попытался выпрямиться.

- Потому что потащили его в этот дом, - сказал психолог. – Но вы были детьми. Вы...

- Мы бы не поместились в сундук вдвоем, - тихо объяснил Илья. - Места мало.

- Но ваш друг сам решил спрятаться в шкафу, - напомнил психолог и замолк.

Илья продолжал сидеть, скрючившись, методично раскачиваясь взад-вперед.

- Все было не совсем так, как вы рассказали, верно? - спросил психолог.

- Я первый сказал, что спрячусь в сундуке! - выпалил Илья. - Я не виноват! Я...

Он решил рассказать. Когда решение принято, сразу становится легче.

***

- Олежа! Быстрее! Прячься!

- Куда?

- Я в сундук, а ты в шкаф.

- Я тоже хочу в сундук! - Олег неуклюже попытался залезть в него, навалившись телом на стенку, но Илья оттолкнул друга и забрался в сундук первым.

- Я сказал, иди в шкаф! - прошипел он.

Олег отшатнулся - его всегда румяное лицо побледнело, на глаза навернулись слезы.

- Мы поместимся вдвоем... - начал он, но Илья уже потянул крышку на себя - та с грохотом опустилась.

Он слышал, как Олег прятался в шкафу. Слышал, как кто-то, напевая жуткую песенку, вошел в комнату. Слышал, как он пробовал открыть крышку сундука, а потом пошел к шкафу. Как кричал Олег. Как он перестал кричать.

- В сундуке сижу не я... - сказал голос. - В сундуке сидит...

***

- Свинья я паршивая... - прошептал он. - Если бы я дал ему спрятаться со мной...

- ...То похититель мог бы забрать вас обоих, - сказал психолог. - Что вы чувствуете сейчас, когда признались, а?

- Не знаю. - Илья пожал плечами. - Полегче. Мне нужно было это рассказать рано или поздно...

- А ваш телефон что-то записал?

Илья обхватил колени руками.

- Я стер ту запись.

- Ай-ай-ай, потому что на ней было видно, как вы отталкиваете друга? Вы успели увидеть похитителя?

Илья медленно покачал головой.

- Это был... не человек.

Психолог наморщил лоб. Его очки стали еще более темными.

- В каком смысле?

- Это было... - Илья попытался подобрать слова. - Как темное пятно. Пустота в форме человека.

Психолог продолжал быстро писать, словно не поспевал за пациентом. Его карандаш отчаянно скреб по бумаге. Грифель сломался, и он остановился. Психолог развернул блокнот и показал его Илье.

- Он выглядел вот так?

На листе, местами протертом до дыр, было нарисовано одно сплошное черное пятно.

Илья открыл рот, чтобы что-то сказать, и не смог.

- А вас не удивляет, что вы не могли выпрямиться в сундуке? - спросил психолог. Его голос растерял утвердительные интонации и стал вопрошающе-игривым. - Вам было двенадцать лет. Сундук длиной полтора метра. Вроде поместились бы.

Илья пытался что-то ответить, и не мог. Колени отказывались разгибаться, словно упирались в стенку. Стало трудно дышать.

Свет в кабинете мигнул и погас, будто черный рисунок на листе разросся во всю комнату. В заштрихованной тьме психолог вдруг напел:

- Слышишь, мальчик, тук-тук-тук!

- Нет! - прошептал Илья. - Пожалуйста.

- Открывается сундук...

Илья заскулил.

- В сундуке сидит секрет...

- Очень много-много лет, - закончил Илья.

Он резко попытался выпрямиться и ударился головой о крышку сундука.

Он снова был внутри. Он всегда был внутри.

Извне что-то загремело. Крышка распахнулась, и обнаженный Илья сощурился, спрятав лицо в космы длинных волос.

- Я знал, что найду тебя! - сказал здоровяк, нависая над ним. Крупный, румяный, усатый мужчина. И все же Илья узнал его. Это был Олег.

***

- Мама, наполни мне ванну, - сказал Илья.

Он часто просил ее об этом. Вода успокаивала, смывала пустое черное прошлое, в котором он столько лет провел в сундуке, похищенный незнакомцем. Столько лет тишины, отчаяния, безумия и сбитых в кровь о стены сундука костяшек. Похититель не говорил с ним, не объяснял свои мотивы. Только сон позволял Илье спасаться из ловушки, представляя себе, как он проживает другую жизнь, заканчивает школу, женится на Машке, переживает за потерянного друга, ходит по врачам. Эти сны повторялись, путались, громоздились один на другой. Когда он просыпался, в сундуке рядом с ним была еда и вода в бутылке, дерьмо убрано. Он ел в темноте, рос в темноте, испражнялся в темноте, всегда лежа, снова засыпал, и так продолжалось до тех пор, пока Олег все-таки не нашел и не вытащил его. Олег, который спасся тогда, в детстве, потому что спрятался в шкафу, а не в сундуке. И никогда не прекратил его искать.

Мама, полностью поседевшая за эти годы, налила ему ванную теплой воды и взбила пушистую пену. Илья подкатил к краю ванны на коляске – атрофированные мышцы ног он так и не чувствовал. Мама помогла ему привстать и перебраться через край.

Он лежал на дне ванны, скрюченный и обнаженный, и слушал, как мама кипятит на кухне чайник.

Его колени дрогнули и чуть-чуть разогнулись. Еще сантиметр. И еще.

- Мам! - вскрикнул Илья, боясь спугнуть удачу.

Его ноги медленно распрямлялись... но быстро уткнулись в стенку ванны. С его нынешним ростом метр девяносто - ростом, к которому он после долгих лет в горизонтальном положении, так и не сумел привыкнуть - разместиться в стандартной ванне не смог бы никакой Гудини. Никакой черный маг. Никакой колдун.

- Слышишь, мальчик, тук-тук-тук! - тихонько запела на кухне мама. - Открывается сундук...

Илья заплакал. Слезы стекали в теплую воду, смешивались с мыльной пеной, и он ничего не мог с собой поделать.

- В сундуке сидит секрет... Очень много-много лет, - продолжала мама за дверью.

Свет в ванной мигнул и погас.

Илья постарался сохранить в памяти ощущение теплой воды. Неизвестно, когда еще раз повторится этот сон. Такие мечты надо помнить и беречь. Так и нужно. Пусть всё так и будет. Когда решение принято, сразу становится легче.

- В сундуке сижу не я, - пропел похититель.

И его узник закончил в темноте:

- В сундуке сидит Илья.