Сокрушая Небеса II. Путешествие на запад

Где-то в неизвестном месте.

Комната была темна. Не так чтобы полностью, но человек, только что вошедший в нее, не смог бы рассмотреть ничего внутри. Если бы его глаза привыкли достаточно или он имел при себе какой-либо источник света, он смог бы разглядеть высокую фигуру в плаще с капюшоном, а также висящий на стене огромный экран.

Без всяких предупреждений экран вдруг зажегся, осветив аскетичную обстановку внутри комнаты, где не было вообще ничего лишнего. Впрочем, неяркий свет освещал лишь часть ее, человек, скрывающийся в глубинах, так и остался в тени.

На экране появилось изображение высокого худого мужчины, чья кожа имела неестественно серый оттенок.

— Как ситуация, Шекли? Ты выполнил то, что тебе поручено? — спросила темнота.

Мужчина на экране склонился в глубоком поклоне.

— Докладываю Повелителю: операция может считаться частично завершенной!

— Частично? — от исходящего из темноты голоса названный Шекли почувствовал, как у него немеет затылок.

— Цзянь Хуан бежал, но получил удар той вещью. Он не сможет продержаться долго. Однако в плане появилась другая переменная. Цзянь Фен оказался полностью бесполезен и погиб от рук женщины, которой хотел завладеть. Он даже не успел использовать данный нами козырь…

Темнота молчала. Шекли продолжал проклинать про себя этого бесполезного ублюдка, на которого они возлагали надежды. Он с самого начала не был высокого мнения о Цзянь Фене, однако характер первого принца делал его отличной кандидатурой. Кто бы мог подумать, что он погибнет настолько нелепо?

— Что насчет других потомков Цзянь Хуана? — наконец раздалось из темноты.

— Психотип Цзянь Ханя не соответствует нашим целям. Остальные прямые потомки Цзянь Хуана слишком слабы и не обладают достаточным талантом либо слишком малы. Будет довольно расточительно ждать, пока они вырастут. Кроме того… — Шекли запнулся, не уверенный, что стоит продолжать.

— Что?

— Цзяньсюэ Мошэн… довольно властолюбив. Я слышал, что он изъявил желание лично занять Крылатый Трон.

Вопреки опасениям Шекли, скрытый в тени Повелитель не разозлился.

— Как этот человек соответствует продвижению наших планов? — спросил он вместо этого.

— Как нельзя лучше. Он еще более беспринципен, чем погибший Цзянь Фен, и готов на все ради силы и власти.

— Раз так, помоги ему стать Императором.

— Но… Действительно ли мы хотим отказаться от прямой ветви наследования? — неуверенно спросил Шекли.

— Разве не ты говорил, что там не осталось подходящих кандидатов?

— Это так, но… Будет исполнено, Повелитель!

Шекли вовремя вспомнил, с кем разговаривает. Повелитель уже высказал свое мнение. Продолжая сомневаться в нем, Шекли сомневался в Повелителе. Сомнение в Повелителе… Этот Повелитель был довольно терпимым, он не убьет Шекли сразу, однако это мгновенно переместило бы мужчину в категорию разменных фигур. Тех, которыми жертвуют в первую очередь.

— Хорошо, что ты знаешь свое место, — хмыкнула темнота. — Есть что-то еще, о чем мне следует знать?

— Да, первый принц Империи Штормового Тигра очень недоволен укреплением позиций своего брата…

После не слишком продолжительного доклада экран погас, и в комнате вновь воцарилась темнота.

***

— Отдайте принца Сюаня и можете проваливать! — произнес высокий мускулистый мужчина, преграждая группе Гу Хо дорогу.

Мужчина находился на средней ступени Небесного Водоворота и, судя по внешнему виду, также был из редких людей, достигших определенных успехов в закаливании тела. Он был не один. Чуть позади находились несколько человек ступени Небесного Моря, готовые перехватить беглецов, если кто-то из них избежит внимания предводителя.

Гу Хо не нужно было оборачиваться, чтобы знать: путь назад тоже перекрыт. Оттуда с группой более слабых подчиненных приближался другой мужчина, внешне чем-то похожий на первого. Только если тот, что преграждал дорогу вперед, был просто мускулистым, сзади надвигалась настоящая гора мышц.

Этот человек находился только на пике Небесного Моря, но впечатление, которое он производил на Гу Хо, было ничуть не меньше, чем от его родственника. Похоже, достижения амбала в закалке тела даже превзошли его совершенствование ци. Вот только… Гу Хо скривился. Техника закаливания, которую выбрал этот парень, явно не учитывала эстетическую составляющую. Для примера, хотя Гу Хо развивал «Великое Искусство Колокола и Барабана», он практически не изменился внешне. Многие другие техники закаливания также не сильно изменяли облик практикующего.

Просто их было относительно сложнее практиковать. Напротив, техники закаливания, которые существенно изменяли внешний облик, были более просты в освоении, а скорость их развития обычно была выше. Минусом являлось то, что большинство подобных техник обладало меньшим потенциалом. К примеру, человек, освоивший седьмой слой «Великого Искусства Колокола и Барабана», не должен уступать по силам практикующему Небесной Звезды. Техника же мускулистого амбала… Хорошо, если при максимальном развитии она коснется порога Небесного Острова.

— Смеете преграждать нам дорогу такими жалкими силами? — насмешливо спросил Мин Хоу, который являлся заместителем капитана охраны поместья Лань Сяожоу. Гу Хо встретил его и еще несколько охранников по пути из города. Мин Хоу и остальные тут же изъявили желание сопроводить принца Сюаня в безопасное место. У Гу Хо не было причин отказываться.

Мин Хоу находился только на начальной ступени Небесного Водоворота. Хотя до средней ему оставался лишь один небольшой шаг, этот шаг все еще предстояло совершить. По сравнению с загородившим дорогу человеком на средней ступени, который, к тому же, совершенствовал и тело, и энергию, Мин Хоу был только хуже. Причина, по которой он мог громко говорить, заключалась не в нем самом, а в другом обладателе ступени Небесного Водоворота в этой группе.

На первый взгляд старик Лу находился только на средней ступени. В ситуации, когда ему противостоял практик того же уровня и еще один человек, чья сила, предположительно, не уступала, он и Мин Хоу должны оказаться в невыгодном положении. В лучшем случае силы будут равны. Что придавало Мин Хоу смелости — это была не первая группа, пытавшаяся их перехватить...

— Ты переоцениваешь себя, если думаешь, что чего-то стоишь. Только что я предложил выдать принца только потому, что не хочу тратить лишние силы. Если я начну действовать, кто-то вроде тебя не продержится и трех ходов. Даю последний шанс: вы отдаете мне Цзянь Сюаня и уходите, либо остаетесь здесь навсегда! — сказал громила.

— Тогда нападай, и я посмотрю, чего стоят твои слова на деле!

— Постой. Перед тем как они умрут, я хотел бы кое-что спросить, — остановил Гу Хо схватившегося за оружие заместителя капитана и, не дожидаясь ответа, обратился к противнику:

— Вас тоже послал этот предатель? Это правда, что он назначил высокую награду за любых прямых потомков Цзянь Хуана?

— Иначе зачем мы здесь? Или неспособный к совершенствованию мальчишка думает, что он что-то особенное? — с усмешкой ответил мускулистый мужчина.

— Тогда, может, ты знаешь, как много из них уже погибло?

— Большая часть из тех, что находились в столице. Даже Цзянь Хань и его сын уже мертвы.

— И вас не смущает работать на предателя и убивать законных наследников?

— Предатель он или нет, мне без разницы. Если так говорить, Цзяньсюэ Мошэн никого не предавал. Цзянь Хуан был первым, кто заточил его в тюрьму. Не знаю уж, что они там не поделили, и знать не хочу. Все что мне нужно — это награда за твою голову, маленький мальчик. Так что, будь добр, отдай ее этому дяде!

Мускулистый мужчина резко атаковал. Не Мин Хоу и не старика Лу — сорвавшаяся с лезвия сабли энергетическая атака ударила точно туда, где только что стоял Гу Хо. Мужчина решил, что, быстро убив принца, он сможет избежать дальнейшего боя, который мог стать непредсказуем. В конце концов, они напали не на какого-то безымянного крестьянина, а на принца империи. Кто знает, какие козыри могут быть в руках его охраны? Однако, если Цзянь Сюань погибнет, вряд ли эти люди будут ценить труп выше, чем собственные жизни.

Кто бы мог представить, что едва он начал атаку, Гу Хо уже сместился в сторону. Даже если бы никто не остановил саблю мужчины, она поразила бы только воздух или, возможно, несколько стоявших далее людей. За исключением Ли’эр и Ло Пин’эр, Гу Хо не слишком заботился о жизнях этих людей, но на их счастье практики Небесного Водоворота на стороне «Цзянь Сюаня» среагировали вовремя.

Мин Хоу только готовился встретить атаку мускулистого мужчины своей, когда сорвавшаяся с рук алхимика огненная птица полностью уничтожила ее, а затем устремилась прямо к врагу.

— Задержи того, что сзади, с этим я разберусь сам, — скомандовал престарелый практик. Мин Хоу поспешил выполнить его распоряжение.

Мин Хоу не имел склонности к какой-либо стихии. Как и многие другие последователи императорской семьи, он сосредоточился на пути меча. Искусства меча рода Цзянь, даже те, которым обучали посторонних, отнюдь не были слабыми. Мин Хоу нанес ряд рубящих ударов, посылая в надвигающегося сзади бугая множество лезвий ци. Хотя каждая из этих атак по отдельности не могла угрожать кому-то на средней ступени Небесного Водоворота, их сочетания было достаточно, чтобы обычный практик этой ступени относился к Мин Хоу серьезно.

К сожалению, его противник не был обычным. Взревев, он просто принял атаки грудью. Ожидаемой картины, в которой амбала разрезает на несколько частей, не произошло. Несколько обручей на теле мужчины слабо засветились, и на его коже осталось лишь несколько незначительных царапин. В то же время, амбал значительно продвинулся вперед.

Мгновение спустя он оказался всего в нескольких метрах от Мин Хоу, преграждающего путь к остальной группе.

Заместитель капитана растерялся. Он знал, что в противостоянии с практиками закалки тела ни в коем случае нельзя подпускать их близко к себе. В большинстве случаев это означало смерть. Просто Мин Хоу не был готов, что через его стену лезвий прорвутся так легко.

Удар. Молот практика тела смял вскинутый в защитном жесте меч, и Мин Хоу отбросило в сторону. Не мешкая, враг вновь оказался рядом с ним. Молот взлетел, и Мин Хоу остро осознал, что не сможет избежать этого удара…

— Застынь! — прозвучал вдруг голос Гу Хо, и смертельного удара не последовало.

— А ты чего застыл? Бей в глаз, живо! — скомандовал он оторопевшему Мин Хоу.

Тот сразу же выполнил приказ. Преодолев сопротивление, меч достиг мозга мужчины и оборвал его жизнь. Примерно в то же время противник старика Лу не смог больше противостоять огненной птице и пал, а остальные спешно кинулись врассыпную. Напрасно. Несколько огненных игл быстро оборвали их жизни.

— Благодарю, молодой господин! — Мин Хоу поклонился Гу Хо. В отличие от многих прошлых раз, искренне. До этого он подчинялся «Цзянь Сюаню» только из-за его статуса. В это время, если бы не старик Лу, кто знает, захотел бы Мин Хоу вообще сопровождать его или польстился бы на высокую награду и выдал мальчика Цзяньсюэ Мошэну. Прямо сейчас Гу Хо действительно заслужил его уважение и благодарность. Мин Хоу чувствовал, что маленький парень перед ним просто не может быть оценен с точки зрения здравого смысла.

— Тебе повезло, что он практик тела. Будь его развитие ци на ступени Небесного Водоворота, не уверен, что сумел бы помочь, — небрежно ответил Гу Хо.

Хотя сила амбала считалась хорошей даже на средней ступени Небесного Водоворота, практики тела обычно обладали намного более низкой силой души. Сила души этого человека недалеко ушла от пика ступени Небесного Моря. По сравнению с практиками ци уровня Небесного Водоворота, ее заметно не хватало.

Только что Гу Хо и Йи Йи действовали вместе, чтобы остановить амбала. Гу Хо предполагал, что смог бы сделать это самостоятельно, но малейшая ошибка могла стоить Мин Хоу жизни. Не желая терять ценного последователя, Гу Хо воздержался от экспериментов и действовал надежно. Он сам не знал, какого уровня достигло его мастерство, и сможет ли совместная с Йи Йи атака остановить кого-то на ступени Небесного Водоворота.

После боя настал черед распределять трофеи. Всех врагов, за исключением совместно сраженного Гу Хо и Мин Хоу, убил старик Лу, но себе он забрал только небольшую часть добычи. Остальное он передал во владение Гу Хо.

Подобное случалось не в первый раз, и осиротевший принц знал, что не стоит быть жадным. Часть из этого он раздал воинам. Остальная, хотя и находилась при нем, была ему недоступна. То есть так думали окружающие. Две бездонные сумки на поясе Гу Хо, одна из которых обладала высоким, а вторая высочайшим качеством, выглядели насмешкой для тех, кто знал ситуацию с совершенствованием мальчика. Для тех, кто не знал — тоже. Достаточно только внешнего вида. Мог ли в своем возрасте он находиться на ступени Небесного Водоворота? Ответ на этот вопрос очевиден.

На самом деле ситуация была несколько иной. Гу Хо действительно не мог взять и открыть сумку, так как для этого нужно либо также обладать ци, либо его сила души должна достигнуть уровня воздействия на материальные объекты, что обычно возможно только на ступени Небесной Звезды. Гу Хо пока не достиг этого уровня. Однако идеи, как открыть сумку без посторонней помощи, если в этом возникнет необходимость, у него были. Конечно, он не стал бы проверять их при посторонних.

Это была уже четвертая группа с практиками Небесного Водоворота, которая пыталась их перехватить. Одна из них случайно, просто наживаясь в хаотической ситуации вокруг столицы, три остальные — намеренно, охотясь непосредственно за Цзянь Сюанем и другими сбежавшими членами императорской семьи.

Происходящее не было секретом, и уже от первой такой группы Гу Хо узнал, что происходит. Цзяньсюэ Мошэн и его помощники серьезно ранили Цзянь Хуана. Было неизвестно, жив он или мертв. Хотя прямого подтверждения второго не было, вырвавшийся из тюрьмы заключенный вел себя слишком нагло и властно. Очевидно, он не испытывал ни малейших опасений на случай возвращения Цзянь Хуана.

Он даже объявил себя Императором.

Пока что это было только название, без признания Крылатого Трона его власть не была легитимной, однако Цзяньсюэ Мошэн делал уверенные шаги, чтобы имя соответствовало сущности.

Главным тут была даже не законность власти, а прирост силы, который получал каждый Император, прошедший церемонию.

Будь то власть или сила, Цзяньсюэ Мошэн пошел на всё, чтобы добиться их. Сейчас Крылатый Трон не признавал его и не мог признать. Было известно, что его мог занять только прямой потомок предыдущего императора. Но если прямых потомков не останется… Любой член императорской семьи, носил он фамилию Цзянь, Цзяньсюэ или Цзяньди, мог занять его. Даже потомки женщин, отданных в другие рода, и носившие другую фамилию имели это право, если только кровь не успела разбавиться слишком сильно. Крылатый Трон фиксировался в первую очередь на текущем императоре и его потомках, а во вторую — на любом носителе крови Предка Небесного Крыла.

Ключевым условием к тому, чтобы Цзяньсюэ Мошэн смог занять Крылатый Трон, было полное истребление кровной линии Цзянь Хуана. Не должно остаться даже одного потомка!

Гу Хо находил этот способ наследования глупым и тираническим, особенно учитывая, что Цзянь Сюань как раз был одним из потомков Цзянь Хуана, но кто он такой, чтобы судить предка, основавшего огромную империю? Даже если он не был согласен, он ничего не мог сделать.

Впервые услышав о целях Цзяньсюэ Мошэна и охоте на принцев и принцесс империи, Гу Хо несколько растерялся. Старик Лу сопровождал его к родственникам матери — роду Лань. Теперь, когда могущественный практик Небесной Звезды объявил его своей целью, ехать туда больше не было хорошей идеей. Даже если они захотят его защитить, то не смогут. В роду Лань осталось всего два практика Небесного Острова, на начальной и средней ступенях. Цзяньсюэ Мошэну даже не нужно будет приходить за Гу Хо самому, достаточно послать трех или четырех практиков Небесного Острова. Или одного — на поздней ступени.

Маршрут пришлось менять. Лучшим выбором было покинуть страну. Только Гу Хо не был уверен, захочет ли старик Лу сопровождать его в настолько длительном путешествии. Из всей «свиты» он мог доверять только Ли’эр и ему. Что касается охранников, у Гу Хо не было уверенности в их лояльности. Останься он с ними наедине, будет хорошо, если они не попытаются тут же выслужиться перед Цзяньсюэ Мошэном и не передадут беглого принца ему. На защиту в случае столкновения с сильным врагом Гу Хо практически не надеялся.

К счастью, старик Лу, казалось, не имел никаких привязанностей в Империи Небесного Крыла. Когда Гу Хо высказал свои мысли, алхимик сам вызвался его сопровождать. А вот его ученик был недоволен, но если его мнение не волновало старика Лу, Гу Хо оно заботило еще меньше.

Из четырех других великих империй Империя Небесного Крыла граничила с двумя. От третьей ее отделяла черная зона, где, по слухам, обитал духовный зверь пика шестой категории опасности. Слухи, скорее всего, были правдой — просто так зону черной объявлять бы не стали. Из двух граничащих империй отношения с одной были в целом нейтральными, а с другой — Империей Штормового Тигра — довольно теплыми. В частности, одна из дочерей Цзянь Хуана была выдана за принца этой страны.

Это моментально делало Империю Штормового Тигра очень привлекательной для Гу Хо. Хотя он никогда не видел эту свою тётю и не знал её характер, она тоже была потомком Цзянь Хуана. Гу Хо и Цзянь Иньси оказались в одной лодке. Если Цзяньсюэ Мошэн хочет занять Крылатый Трон, он просто обязан устранить и Иньси тоже. Зная об этом, естественно, она будет защищаться. А вместе с тем защитит и племянника. Гу Хо слышал, что принц, за которого Цзянь Иньси вышла замуж, пользовался большим влиянием в империи и был одним из самых вероятных претендентов на престол, а его отношения с женой были очень хорошими. Находиться рядом с Цзянь Иньси было самым безопасным, что Гу Хо мог придумать. Хотя это сделает из них двоих одну большую мишень, это будет хорошо защищенная мишень.

С другой стороны, Гу Хо мог скрыться под фальшивым именем, но он не осмеливался недооценивать поисковые способности Цзяньсюэ Мошэна. Даже если у него нет никаких специальных способов, одна только Йи Йи была очень хорошей приметой, а расставаться с ней Гу Хо не желал.

Определившись с маршрутом, Гу Хо повел остальных в сторону юго-запада — там находилась граница соседней империи. К сожалению, охотники за принцами, похоже, раскусили его планы. В этом направлении было довольно много поисковых групп, и то, что группа Гу Хо столкнулась только с четырьмя из них, полностью оказалось заслугой его самого. Регулярно исследуя местность при помощи духовного восприятия, Гу Хо мог заранее обнаружить охотников на него. При желании он мог и вовсе избегать их, но для этого пришлось бы совершать много ненужных движений, что существенно замедлило бы дорогу. В итоге, если в группе противника было не больше двух практиков Небесного Водоворота и ни один из них не находился на поздней ступени, Гу Хо предпочитал сразиться. Старик Лу оказался совсем не таким простым, как просто практик середины Небесного Водоворота, возможно, он мог бы даже победить кого-то на поздней ступени, однако Гу Хо не хотел рисковать понапрасну.

Разумеется, он не говорил другим, что уже владеет духовным восприятием. Вместо этого Гу Хо сказал о чувстве опасности. Один из стражников, который был с ним в то время, как «Цзянь Сюань» искал тайник Хуэй Ло, подтвердил, что чувства маленького принца очень острые — только благодаря им он тогда смог избежать ловушки возле собачьей конуры. Другой, который последовал за Гу Хо, когда тот бросился спасать Ли’эр, сказал, что он обладает странным предчувствием. Сама девушка непроизвольно кивнула, подтверждая это. Она не хотела выдавать секреты Гу Хо, но это было очевидно. Она и сама не знала, почему молодой господин последовал за ней именно в тот момент. Также все знали, что Гу Хо не доверял Цзянь Фэну. Неожиданно оказалось, что тот действительно стал предателем и напал на Лань Сяожоу. В итоге, хотя люди не понимали, как это возможно, они решили довериться таинственному чутью принца и следовать за ним. В этом мире существовало множество странных и загадочных вещей, не все из которых были им известны.

После распределения трофеев группа вновь двинулась на юго-запад, однако они не успели уйти далеко, прежде чем выражение лица Гу Хо резко изменилось.

Когда он в очередной раз распространял духовное восприятие, то неожиданно столкнулся с другим духовным восприятием! Его обладатель приближался к месту, где не так давно произошел бой. Гу Хо не страдал манией величия, но он был практически уверен: этот практик Небесного Острова здесь по его душу.