Солнце мира богов. Том первый, часть вторая

Стая всадников покинула дворец Владыки через три часа после моего рождения. Да, я была той, кто, как и все Хакгарды, родился в Сахарном домике. Однако, последующую жизнь провёл за его пределами, о чём позаботилась даже не моя мама – само мироздание, посмевшее воплотить меня не в идеально копирующую мать-демоницу среброволосую статную красавицу, а… да.

Начнём по порядку с планирования меня, как сущности. Мою мать избрали Владычицей Танатоса неспроста: ей повезло родиться в высшей ветви демонического правящего рода, а значит и привилегий она имела вдоволь. Её родители обожали дочь, потому позволяли заниматься тем, чем она горела всю свою жизнь – великий Архитектор мира богов, сотворивший в своё время восемь великих строений по всему миру – Анастасия Хакгард. Её жизнь сложилась так, как она хотела, начиная от деятельности, которой она могла заниматься, в отличие от остальных леди во дворце, заканчивая браком. Владыка был женат первый раз, но разведён, что было невероятно для кровной линии демонов. А всё из-за того, что он, по рассказам сплетниц Танатоса, был безумно влюблён в мою мать. Её сложно было не любить, однако разговор сейчас совсем не о том. Потому как я знала правду – он её боялся. Она была сильной женщиной, способной подмять всю его власть под себя. Он и женился на ней, потому как весь род буквально заставлял его это делать, в то время как мама действительно была влюблена. После случилась закономерность – он случайно заделал сына на стороне, она обиделась и… решила отомстить.

Я была мстительным актом хитрого плана, который вышел маме боком, однако, чего хотела, она всё же добилась – до конца своих дней Владыка был привязан к ней не столько ревниво-вспыхнувшим интересом, сколько одной главной задачей – его сын был слабее меня, а значит не мог стать следующим Правящим. И пусть это уже другая история, однако я ненавидела свой статус так же яростно, как кашу на молоке или… например, Варга. Ха! Например.

Вернёмся ко дню моего рождения. Кавалькада всадников тайно двинулась от Сахарного домика в сторону земель Брахманов, под покровом ночи унося с собой тайну моего рождения.

Тут стоит углубиться в биологию и генетику. Мама не просто так зачинала меня сильной - она рассчитала идеальный баланс крови, способный из демонёнка, совмещающего кровь всех рас, сотворить такие пропорции генов, чтобы моя задница продержалась на троне Танатоса весь возможный по её расчетам дохреналлион лет. Вышло? Да, она более десяти лет искала себе идеального донора, который всё никак не находился. Им стали двое братьев Брахманов – дети рода рыжих пьянчуг и воров. Отличный выбор, соглашусь, но что поделать, если мамины расчёты сошлись именно на них?

В конечном итоге у меня было два отца. Оба меня презирали, обожали себя и… мою мать, кто бы сомневался. А Анастасия Хакгард не любила никого, пока не прокосячилась в который раз и не учла свою собственную кровь, которая при первом взгляде на своего ребёнка-демонёнка делает из случившейся мамани любящую львицу, способную убить за одну пролитую слезинку своего малыша.

Её накрыло так отчаянно, что она сама лично отбросила от себя все свои планы, засела в Кхам Камам (замке Брахманов) на долгие три года моей жизни и послала к чёрту свой статус и обязанности Владычицы. Её хобби так же убралось куда-то глубоко, пока мы обе были самой счастливой семьей на свете. Она любила меня настолько сильно, что у меня никогда не было нянь, кормилиц или ещё каких помощников. До трёх лет, конечно же. Однако, уже тогда меня растили с пониманием великого предназначения, крови едва ли не бога и вседозволенностью, какая и не снилась другим детям.

Всё завершилось приездом Владыки, забравшим её у меня и низвергнувшим до простой жизни графини Брахман, которой жили мои старшие брат и сестра уже несколько лет. Вот где была ненависть – Докерэй терпеть меня не мог целый год. Весь Кхам бегал за мной впопыхах, а я продолжала истерить, драться и просить вернуть мне маму, переносящуюся каждый день ко мне на пару часов. Они жили по ночному времени, из-за того, что демоницы не переносят солнца, вот и получалось, что только будущая я смогу спасти их от этой напасти, повесив на небо вторую луну-щит, заграждающий солнце. Ещё одно отступление – «их» подплавливаемость под солнышком я не переняла, как и прочие инстинктов демонов, будто изначально будучи прокажённой для их великого рода.

Вернёмся к брату. Докерэй Брахман меня не переносил, но ничего не мог с этим сделать. Лишь пыхтел за стеной и подговаривал мою сестрицу Гриммиверу подставить свою спину под наказания за очередной мой рёв. Так было целый год, пока мне не исполнилось четыре, и мой младший отец (который сейчас секретарь Ковена) отбыл в замок Владыки, увившись там за мамой. Полную власть в Кхам Камам в этот момент получил мой старший отец, и сладкая жизнь закончилась для всех. Про его жестокость было известно каждому, про глупость и жадность - тем более. Но именно это привело к тому, что мои брат с сестрой приняли меня в свои ряды. В один из алкогольных трипов старший отец поймал недовольную чем-то меня и… я помню этот момент, что странно, если честно. Он бил так отчаянно и сильно, что его собственный наследный сын не выдержал и отослал вестника к моей матери. Она же в свою очередь сперва нашла мне целителя, а после вырвала всё детородное старшему отцу одной своей рукой. Её слова к едва живому отцу Докерэй всегда вспоминал с улыбкой. Она сказала: «Посмеешь ещё раз что-то подобное сотворить, я убью твоих псят, оставив мою дочь наследницей».

Братец любил такие красивые, по его мнению, фразы, записывал себе в какие-то дневники и перечитывал нам не единожды. Как уже стало понятно, Рэй стал моим фактическим опекуном и наставником. С этого момента я перестала быть одна.

Мы всегда были вместе. Втроём. Команда Брахманов, которые стояли друг за друга скалой. Отличные от всех, с привычной для нашего рода придурью, жадностью и харизмой. Мы воспитывались как трава, как самые обычные дворовые дети безразличных родителей. Воры, убийцы и шулеры были нашими идолами, потому как на улицах бродили именно они, а возвращаться домой никто из нас не хотел.

Воровать мне было легко, я имела специфическую внешность крайне милого ребёнка: рыжие крупные кудри, курносый носик и необычайно синие глаза, которые умели в свои нелёгкие пять просить у дядь-продавцов «хоть один мандарин, пожалуйста!», пока Рей и Гримми уносят по ящику. А какими же сладкими были эти чёртовы мандарины, с жадностью поглощаемые на крыше часовни Цикла или на самом верху башни самоубийц Онь-янны! Даже они преграждали мысли подросшей меня, раз за разом спрыгивающей с этого глумливого места на острые камни у её подножия. Но не суть!

Корнеллия Брахман была бандиткой, имея ввиду, что её ближайший предок в этот момент фактически правил миром. Кого бы это смущало, конечно, потому как отношение меня и мамы к происходящему можно было описать замечательной ситуацией.

Мне было почти шесть. Я ждала делегацию с мамой и её дурацким мужем, который должен был увидеть меня в первый раз. Волнения во мне не было – я считала его злодеем только от того, что он посмел украсть у меня самого любимого, кого я знала. Вторым, после мамы, естественно был Рэй. Только он мог сидеть на дереве у обрыва в кроне и петь похабные частушки, пока я перекладывала карты и училась мухлевать, дабы в нашем городском пабе разводить идиотов, умиляющихся всё тем же круглым глазкам безобидной дурочки, разодетой в дорогое платье графской доченьки, и способной просадить в свои глупые шесть много деньжат. Как все поняли, голожопыми уходили из того паба исключительно пьяные недоумевающие дяди.

- Сидит девка на крыльце

С выраженьем на лице

Выражает то лицо -

Чем садятся на крыльцо! – ещё совсем милая версия от Докерэя, а после, - быстрее переворачивай, сестрица, да и рукава тебе надо другие, чтобы сунуть побыстрее.

Я фыркнула:

- Не умничай, я придумала ка снимать защиту с карт на перенос порталом, - ухмыльнулась и показала ему воочию, - плюх! И исчезла. А ещё лучше… король был, да? А теперь смотри?

Гримми расширила глаза.

- Ты как это сделала? Мы плетение крутили со всех сторон, оно не рвётся! – она хмыкнула, - до тебя все сволочи мира пытались убрать, а ты… слушайте, может пойдём наебём кого-нибудь покрупнее?

Рэй болтнул ногой в воздухе:

- Думаю разворошить кошелек того придурка с чёрной бородой, - брат поджал губы, - только надо пролезть в его черепашню так, чтобы ни отец не узнал, ни братки эти не поняли, что это мы были. А это опять Корнэлли перекрашивать и учить её слёзы давить, когда поймают. О! Вспомнил:

На горе стоит береза,

Тонкая и гнутая.

По твоим глазам я вижу,

Что ты ебанутая! – совершеннейше счастливо.

- С волос эта ваша краска ещё неделю не отмывается, а папка визжит и как идиот меня в бочку куряет, - я перевернула очередную карту, - так что себе где хотите красьте, а я к этому чернобородому не полезу, он меня ещё в прошлый раз клялся палкой отхуярить.

Оба они скисли. Больше от скуки, чем от моих слов. Мы так уже два часа тут сидели – естественно нужно было ждать в красивом платье этого дурацкого Владыку. И попробуй уголок замни, старший отец выть будет или палку возьмёт. Он меня теперь ещё больше ненавидит – мама, как говорят, ему не просто всё мужское вырвала, а ещё и заживать долго не давала. Мы со всеми Брахманами гадали, дырочка у него там или как. Интересно было до жути!

- Кто это с той стороны прется? – перелез на более закрытое листвой место Рэй, - Грим, сюда иди. Корни, спрячь карты.

Всё происходило у нас выверено – мне, помимо прочего, нужно было глупый вид сделать и глаза слегка выпучить. Ещё и розовый бант сегодня крупный на голове. А эти воланы на плечах!

- Великий Цикл, какая милая девочка! – воскликнул восхищённый мужской голос над головой.

Они быстро переместились снизу обрыва наверх и очутились прямо перед поправляющей складки рюш мной.

- Это дочь Бра-брахманов, ей нельзя верить, - испуганно жался к ноге старшего парня мальчик.

Этих двоих я знала. Тот, что взрослый – дракон с именем рода Реджинхард. Обедневшие аристократы, не зря этого конкретного отправили работать, вот он и следил за подрастающим даже не наследным лордом. Мальчик же Руттендаль Виватма – какой-то дальний осиротевший родственник нашего соседа по землям. Нахлебник, сирота и испуганный мальчишка. Не интересен мне был в тот момент совсем, однако оба они станут врагами нашей бандитской семейки, потому как мы будем стараться пробраться на их землю, а они - на нашу.

Но главным задирой был не трясущийся Рут и не так и оставшийся безымянным для всех Реджинхард, а никто иной, как:

- Аезелвалф Варг, - представился, плюхнувшись напротив меня, мальчик девяти лет, - и чем же ты такая жуткая, если тебя боится Рут?

Он боялся всего, но меня интересовало другое:

- Почему от тебя воняет мокрой псятиной? – потёрла нос.

От него так сильно несло, что стоило бы его зажать, но я представляло, как бы это выглядело. Если черноглазый, а мальчишка был именно таким, то он был куртом. А если куртом, то априори редко моющимся, живущим в лесу в палатке и туповатым. У волчьей стаи было основное правило развития: физическая сила превалирует над умственной. Потому чем больше был представитель их расы, тем меньше у него в голове помещалось всего нужного для отсутствия слюней на лице.

- Ты ахренела?! – вспылил Айз, - ты не жуткая, а сволочная, поняла?!

Обидно мне не было совершенно.

- Может у неё висталочья кровь есть, вот ты и… - захихикал Реджинхард, - девочка, а ты случайно не имеешь братика такого… тоже рыжего, жирного и агрессивного?

- Ещё бы она крысе чешуйчатой вроде тебя что-то рассказала, - хмыкнул, чем заставил вздрогнуть всех троих, Рэй, - Корни, там трубы прогремели, Анастасия приехала.

- И Владыку привезла с собой, - оскалилась Гримми, - так что сваливайте, псята, пока не огребли.

Враги с места не сдвинулись. Наоборот, Айз разглядывал меня со злостью, а я в ответ придумывала кое-что хитрое:

- Обыграешь меня в «Удачу висталки», я заберу свои слова обратно и извинюсь, - предложила ему, начав тусовать.

Я была уверена, что он согласится. Ещё бы нет, ему предстояло играть с шестилетней девчонкой.

- Да чего с тобой играть, если ты и карты, наверное, в руках первый раз держишь! – хрустнул пальцами он, - тебя из люльки только достали, а ты так о себе мнишь!

Ухмыляться я не стала, потому как и взрослые шулера в баре от этого свой запал теряют. А мне нужно было его самомнение для отработки навыка.

- А если она выиграет, то вы отдадите ей все деньги, которые у вас при себе! – потёр руки Рэй, - или вам слабо?

Братец был любитель давить и смеяться по этому поводу. За это я его и обожала.

Через минуту между нами с Аезелвалфом была горка разномастных монеток, что говорило о таком себе выигрыше – ни одного золотого, что было «так себе» по уровню азарта.

- И клок твоих волос! – добавила хоть что-то интересное, глядя в чёрные глаза противника, - Реджинхард.

Вытянувшееся лицо псового Варга скривилось, а потом потемнело. Выглядело это, как та дурацкая девчачья игрулька, вроде засовывания волос того, кто нравится, в кулон. Однако, у меня была другая идея. Я в одной умной книжке вычитала рецепт очешуенных духов, когда ты пахнешь тем, кому принадлежат волосы, на которых настаиваешь. А значит в скором времени мы влезем с братом и сестрой в какое-нибудь деньгохранилище, а ищейки потом будут искать вора по запаху. Найдут, куда он денется.

- Староват я для тебя буду, рыжая, - фыркнул будущий подозреваемый.

- Самое то! – ухмыльнулась, - не хочешь, не давай, тогда и он останется не отомщённым.

Айз зло поглядел на старшего дракона, который по статусу был ниже, а потому и приказы обязан был выполнять.

- Даст, только давайте быстрее, - пробурчал Рут Виватма, - я домой хочу.

Как они стали друзьями, я так до сих пор и не узнала. Имея ввиду, что с этого момента прошло двадцать лет.

- А мои волосы тебе, значит, не нужны? – Айз обиженно отобрал у меня колоду и начал раздавать, - мне твои тоже не нравятся. Кому вообще могут понравится… рыжие?

Я пожала плечами. Меня манила игра, я уже расплела сетку блокировки на магию вокруг карт.

- Ты же кому-то когда-нибудь понравишься, - схватила розданное мне.

- А ты нет, - хмыкнул он зло, - таких даже замуж не берут.

Я уже тогда понимала, насколько обиженный самоед сидит передо мной.

- Не претендуй, Варг, - разглядывал нашу игру Докерэй, - сестричка Корни уже имеет жениха.

- И это сам сын Владыки, - подтвердила Грим, - принц Танатоса!

Естественно ей было запрещено это говорить. Она поэтому и сказала.

- Чушь, - фыркнул Реджинжард, - Хакгарды женятся только на других членах своего рода. Чего ты тут плетёшь, дура?

Рэй ждать и говорить что-то не стал, рогатка в его руках послала в лоб противника то, что всегда было в карманах брата – шоколадная конфета припечатала так отчаянно, что не ожидавший удара парень взвыл и через пару секунд уже направлялся навстречу дереву и драке наперевес со своим надувающимся красным пятном на лбу.

- Мы не доиграли! – рявкнула на них, - потом подерётесь!

На брата это плохо работало, он начинал баловаться и раздражать дракона тем, что якобы метился, в то время как Реджинхард вернулся на место и начал пыхтеть. За нас могли и высечь, если ему сильно не повезет.

- Глупость какая-то, - буркнул Айз и конечно же проиграл.

Я и карты не подменила, он оказался совсем дурачком.

- Деньги мои, я конфету потратил, - спрыгнул на землю брат, поравнявшись с гордым видом с драконом старше него по развитию – драконы жили дольше, потому и юность у них заканчивалась в сто двадцать лет или чуть раньше.

А Рэю было целых тринадцать, в отличие от Реджинхарда с его семнадцатью на вид.

- Ещё одна игра! – возмутился Айз, - ей повезло.

Я поднялась, поправив платье и едва не махнув всеми слоями юбки по лицу аж отскочившего Варга. Вот пыль от неё его достала и возмутила сильнее.

- Поздно, ты тупее шестилетки, - Рэй схватил дракона за копну.

В его руках блеснул нож.

- Много кто тупее неё, - сползла с дерева Грим, - там Анастасия идет.

Преобразование было мгновенным – брат спрятал срезанные волосы в карман, потянулся за деньгами, не успел, получил по рукам от Гримми и хихикнувшей меня, помогающей сестре носком туфельки.

- Суки бессовестные, - встал между нами в линеечку.

- Ты эту конфету умыкнул у меня, - напомнила ему.

- Ты всё равно отберешь, а так я хоть в руках подержу, - вторила моей ухмылке Грим.

Испуганные остальные поняли, что идёт кто-то важный и взрослый, потому отошли на какое-то расстояние и решили постоять молча. Вплоть до того момента, как по дорожке к нам вышла самая красивая женщина в мире. В этот раз её серебристые локоны не были сокрыты другим цветом, зелёные глаза светились улыбкой, а обтягивающее платье естественно было замарано грифельными пятнами там, где она держала до этого руки. Явно чертила что-то по дороге, а после совсем забыла про грязные пальцы.

- Где мой маленький птенчик прячется? – пропела она, уже заприметив меня за несколько метров отсюда, - где моя… Элли!

Я уже стояла на низком старте, когда она это говорила. Потому, стоило ей открыть объятья и присесть на корточки, как мне не помешало ни пышное платье, ни проклятый огромный бант на волосах, ни собственный визг, который не прекращался вплоть до её крепкого сжимания меня и потискиваний под уже другой писк. Она расцеловывала мои полные щёки, сжимала и трясла меня, пока вставала, поворачивалась и шла, позволяя цепляться пальцами в свои волосы, плечи и лицо. Мы не виделись около недели, поэтому и была такая реакция. Хотя… она делала так всегда по утрам, пытаясь вытащить меня из постели, или когда у неё случалась вспышка эмоций, или когда я просто сказала что-то по её мнению милое. Ее любовь была отчаянно сильной.

Тем неприятнее был отвлекающий нас друг от друга голос Реджинхарда:

- Я прошу прощения, леди. Но ваша дочь обманщица. Мы бы хотели вернуть свои деньги.

Оборачивалась Владычица с присущей ей плавкой металлической возвышенностью. Дракон должен был понимать, что остальные молчат неспроста – обращаться к ней он не смел, как и смотреть сейчас.

- Пошёл нахуй! - выдал мой рот со всей возможной звонкой яростью, которая могла быть у ребенка моего возраста, - не разговаривай с ней.

Она была только моя. Держа меня на руках, расплываясь в ухмылке после того, как умилилась от моего мата и вновь начинала целовать мои щеки.

- Мой ревнивый птенчик! – вновь обернулась она, - кто научил тебя таким словам? Докерэй? – она поманила за собой и его, - такие вы хитрые малыши. Расскажете мне как вы обули этих дурачков, или это ужасный секрет?

Она всегда была за меня. Абсолютно. Ей было плевать на остальных.

- Я теперь умею перенастраивать карты! – счастливо начала я, - мы ночью пойдём обманывать этого придурка с чёрной бородой!

Её глаза сверкнули.

- Где можно записаться на дело? – милая улыбка и теперь моё умиление.

Она была лучше всех.

Мы тогда и в самом деле разнесли всю разбойную группировку чернобородого. В успехе была повинна мама, которая в какой-то момент не смогла сдержать свою демонскую материнскую сущность и разнесла там весь паб. Но это всё равно было весело, особенно если учитывать, что извинялась она потом долго и всегда откупалась тем, что я любила. Однако именно с этого момента старший отец принялся мстить ей через меня. Например, в запрете книг, а я обожала читать, или в попытках сбросить меня со всё той же Онь-янны, или в умывании в уличной бочке, когда мама уезжает, а я храню оставленные ею грифель на щеках. Он давал мне тепло, а эта скотина тёрла и топила меня в воде, пока я едва не захлебывалась. Ему было плевать – у него был он сам, что в какой-то мере отражала всю суть Брахманов. Все здесь были такими. Особенно я, братец и сестрица. Мы старались перетянуть на себя статус самых конченных тварей Кхам Камам.

- Я летела, как могла! – в главную залу проникла тонкая, как струнка, мама с мечом и магией по разные руки, - вы уже справились? Без меня?

Докерэй развалился на троне отца, продолжая жевать свои конфеты и щекотать босоногую меня с длинной спинки кресла, в то время как Гримми успевала хватать из полных цепких пальцев брата сладость. Из нас троих она одна была худой и не такой кудрявой. Её волосы, можно сказать, имели небольшую волну, которой всегда завидовала барашковая я. А ещё она курила вонючий табак, из-за этого часто чистила зубы и хрюкала, когда хохотала – любимые мню вещи в ней. Она казалась мне самой красивой из всех родственников.

- Мы сами молодцы! – я шмякнула брата в лоб пяткой и едва не перевалилась за трон – эти двое оба успели потянуть меня за юбку обратно, - только Рэй не хочет отца убивать, дундук!

За последнее слово он отпустил мою юбку, а я полетела на пол с хохотом, в то время как клок ткани остался у Гримми в руках. С ним она и заглянула за край спинки.

- И в самом деле молодцы, - стучала каблуками мама вплоть до лежащего навзничь с каким-то копьём в груди старшего отца, - это вы его так?

Кровь вокруг трупов смущала её только тем, что прилипала к светлым туфлям.

- Его противники, которые хотели занять власть, - поднялась я, резко вынула руку из-за спины сестры и выхватила у Рэя весь мешок, - говорю же, Докерэйка не хочет садиться на его место!

Мой бег провоцировать их бежать за мной в этот раз не стал. И правильно: тут была мама, которая могла воспринять всё неправильно. Потому понурая я вернула всё на место, забравшись на второй подлокотник.

- Вы всех так покромсали? – она приподняла край юбки, чтобы не замарать окончательно.

Затем обошла старшего отца и рывком вынула из него копьё, разглядывая оружие, как будто оно привлекло её интерес, а не ее полудохлый бывший мужик.

- Я, - признался Рэй, - мы с Корни научились передавать мне её магию, поэтому она не марает руки, а я… балуюсь.

Говорю же, самая сильная из Брахманов. Будущая мамина Владычица, да?

- Ох ты-ж ё-моё! – это в проёме показалась тетушка Серафима, - Михадеон, отмена, не беги. Дети и без нас повеселились.

Её история была такой же веселой, как у меня. Она кровная сестра двух моих отцов. Власть, что было понятно, ей достаться не могла, даже имея ввиду, что она была самой сильной из них троих. Однако их отец и мой дед по брахмановской линии был против наследника женщины и… они её убили. Привязали к каменюге, отправили на дно речное и забыли. Но не учли, что там было поселение русалок. А они в свою очередь любят красивых рыжих (и не только) девушек, помимо того, что прекрасно создают своей магией подводных личей. Умертвие из тётушки Фимы вышло отличное, даже оборот с хвостатой ипостасью получила, однако так тоже не имела прав на власть. Но там так закрутилось, в общем… стала она нечаянно главой русалочьего военизированного общества, замуж вышла за человека, назвалась Королевой русалок. Длинная история, да, может потом расскажу.

Главное, что она своих братьев почти простила, но сейчас копьё у мамы забрала и сверкнула было глазами, желая вонзить в старшего пару разков, но Анастасия помешала:

- И так сейчас помрёт.

- Лучше пусть на нём пар выпустит, а не на мне! – счастливо показался муж тётушки, - ух ты! И это вы скольких так перехерачили?

С ним было проще и сложнее одновременно. Михадеон был свойским. Простым, разбойным в какой-то период своей жизни, а ещё замечательным и понимающим. С ним невозможно не спорить, не шутить и не быть собой. Один из немногочисленных любимых мною родственников. Некоторых из них и перечислять не хотелось, а вот Миха занимал почётное место на пьедестале. Третье или четвёртое, смотря как меня в день оценки выбесила сестрица Гримми.

- Они - несносные дети, - ответила мужу тётушка Фима, - в следующий раз не буду перемещаться и спасать вас.

Несколько лет в военизированном обществе сделали из неё строгую и властную женщину. Поступающую чётко по правилам. Михадеон рассказывал, что раньше она была совсем другой – пусть и не мягкой, однако такой же предприимчивой графиней Брахманов, какой была я или та же Гриммивера. После случилась профдеформация, и сейчас перед нами сканировала пространство пустым взглядом рыбьих плошек-глаз рыжеволосая русалка. Статная и прямая, как натянутая струна – она и платья не носила, заменив их исконно мужскими брюками. Мне было интересно знать, как она проходит оборот и меняет ноги на остроконечный шипастый хвост в такой одежде.

- Живых нет, - отчиталась сама перед собой тётушка, - Докерэй, не используй больше это заклинание, иначе попадёшься как-нибудь на глаза Владыки, и он решит тебя казнить. Это запрещённая техника боя. После подобного не получится создать лича для допроса.

Говорю же – строгая и слегка нудная. Не то что мама:

- Я прикрою, - взмахнула рукой сребровласая высокая женщина, - пусть дети учатся защищать себя любыми способами. Законность не всегда означает благо.

Серафима сверкнула глазами.

- Тогда учи их заметать следы или магичить скрытно, - высказался первым Михадеон, садясь на чистый пол у входа, - по жопе так уж точно можно получить, если открыто разгуливать с мыслью о безнаказанности.

Мамины путы магии в этот момент погружали в пол все следы преступления, впитывая, как она не раз мне говорила, самый сильный компонент живых архитектурных строений – кровь и плоть. Чем сильнее пропитаны ими стены, тем охотнее и податливее становится ответ магического строения на приказ хозяина. Минутка отступления и размышлений: представили, сколько кровищи было впитано в Солнечную Рощу? Да там под потолок залито должно было, потому как ни один другой замок так своему лорду не махал хвостом!

- Не неси чушь, - фыркнула мама, - скрытность делает их разбойниками и убийцами, а открытость означает силу и власть. Для чего делать вид праведности, если пользы от этого никакой нет?

Эта фраза вбилась в моё сознание с особым трепетом. Именно с первого её звучания я поняла, что стыда за свои поступки у меня быть не должно. Я сделала, значит хотела, значит это правильно. Скрывать, что я не такая? Что я подлая, хитрая и злая? Только если для дела. Я была горда тем, что родилась в семье убийц и разбойников. Зверья, бандитов – так нас называли. Могли ли мы вырасти кем-то другим при таких исходных данных? Не жадной до денег, не старающейся показаться выше и не… не той собой, которая видела выгоду во всём и мстила, если что-то не получала.

- Ты растишь никак не будущую владычицу, Анастасия, - встала перед мамой Серафима, - уже сейчас ты сделала всё, чтобы Корнэллия разрушала и била первой. Ты и сама понимаешь, что созидания в её жизни будет мало, и она осознанно погубит Танатос, когда получит эту власть.

Брат ехидно щерился весь их диалог.

- Это неправда, - разнёсся мой голос по залу. Сама я продолжила болтать ногами с тронного подлокотника и думать вопреки их мнению, - смысл хорошего правления не в созидании и разрушении, а в балансе. Вы две крайности, поэтому у вас всё идёт по пизде постоянно, - большой палец подцепил край шёлковой цветастой штанины брата и потянул вверх, смешно дёрнув и отпустив плавно скользящую по воздуху ткань, - а у меня всё понятнее. Я умнее вас.

Лицо тётушки вытянулось, мамино же просияло гордостью и любовью. Их отвлёк лмшь захохотавший Михадеон, который, в отличие от остальных, знал меня с другой стороны – он не раз разговаривал со мной по душам. Поэтому всем и было интересно, что он скажет.

- Вот с одной стороны ты права во всем, мелкая Элли, - продолжил хихикать мужчина, - все мы косячили в своё время так, что отмываемся до сих пор, в то время как ты - маленькая семилетняя девочка, которая поняла это уже сейчас. Однако, - он поднял палец вверх и стал серьёзным, - признаю, что умнее, Элли. Но ты тоже не будешь готова к ошибкам. Какой бы умной и хитрой ты не была, твоя жизнь зависит не столько от тебя, сколько от окружения. И уж прости, но все мы туповаты, чтобы идти чётко по твоим решениям и планам.

Вторая главная идея этого момента, который я, к сожалению, тогда не поняла. Вероятно, будь я действительно умнее тогда, то поняла бы, что опыт Михи умывал меня ещё на подходе к жизни. Ан-нет. Я была самоуверенной и считала, что побеждаю их во всём. Отрицать, что их провалы не повлияли на меня, было бы глупо, однако мои собственные низвергнули так низко, как я и предположить не могла в том возрасте.

- Значит я сделаю так, чтобы вы делали как хочу я, - пожала плечами и добавила, - у меня так не получается только с этим идиотом, - указала на вырубившегося от боли старшего отца, - и только потому, что он непредсказуемый идиот.

Его и в самом деле невозможно было предугадать. Он иногда метафорически срал, не снимая штанов. Естественно мы все терялись от его тупости – он и сейчас, увидев идущих на него с оружием людей, начал орать на них, провоцируя ещё большую ненависть. Как итог - мы слушали его хрипение. С таким количеством кровящих дыр в теле это было забавно, из некоторых смешно булькало.

- Уверена, что так и будет, птенчик, - приблизилась ко мне мама, - пойдём, я отмою твоё личико, - подняла меня на руки, - знала бы ты, как я боюсь не иметь сил носить тебя и дальше. Помимо очевидного, скоро ты перестанешь позволять мне это.

Её путь пролегал наверх, пока привыкшая разбирать и исправлять дерьмо её братьев тётушка Фима отбивалась от шуток своего мужа Михадеона и начинала разгребать очередной провал моего конченного отца.

Они делали так стабильно раз в полтора-два года. Тётушке иногда приходилось призывать своих русалочьих помощниц, лишь бы отбить у восставших власть, принадлежащую нашей ветви крови. Логично, к слову, было бы посчитать наследницей меня, а не Рэя. Магия во мне росла крайне быстро, да всех восьми рас одновременно. Вот только я была выше должности обыкновенной графини по планам мамы. Я возвышалась над ними своим статусом великого бастарда все годы моих детства и юности. В один из них и вышло что-то по обыкновению странное:

- Ты по роже давно не получал, рыжая скотина?! – рявкнул на весь сад Аезелвалф, - я тебе прямо сказал - пошёл нахрен с нашей территории!

- Да! – прятался за лавкой несуразный Виватма.

Снова трясся, бедняга. Мне не было жалко его. Я на тот момент лично бросалась в него грязью дважды, почти отрубила палец отцовским мечом и три раза подряд уронила на него латы в главном зале замка их лорда, за что маленького и непробиваемого Рута пороли. Брат его невзлюбил сильнее и при встрече издевался, выражая одну правдивую и нескромную идею – Руттендаль любил мальчиков. Вернее, одного конкретного – Варга, спасающего его и закрывающего своей спиной ежедневно. Как можно было не давить на это, я не знаю, но брат делал это искусно, пусть и максимально топорно:

- Пидоров не спрашивают, так что захлопнись, пока нормальные разговаривают, - скалился на Виватму брат, имея ввиду, что сам он был ровно таким же, как его оппонент, - слышь ты, шелуха, я тебя спрашивал? – уже к Варгу, - где мне сидеть - ты решать не будешь, понял? – в его руках лежала любимая на тот момент игрушка – увесистый металлический пернач, который он таскал с собой всюду минимум пару недель, - ты вообще тут никто, выродок псовый! Пиздуй в свою палатку к таким же выблядкам, как ты!

У меня сегодня был день вверх ногами, поэтому я висела на лавочке, уронив голову едва ли не к земле. Волосы точно лежали бы на ней, не будь у Гримми жажды рвать их посредством плетения косы сразу в десять прядок. Сосредоточенность её лица периодически вызывала у меня смех, когда я отвлекалась от своего бумажного конструирования. Старший отец вчера сломал мне деревянную версию механической гусеницы, которой мы заставили его визжать тогда утром в постели, поэтому на очереди был бумажный паук – мы ждали, когда он хотя бы обделается спросонок.

- Ты исчезнешь отсюда только потому, что… - начал было Айз, как закрыл рот, услышав своим острым слухом то, что нам пока было не дано – сюда приближались двое моих отцов, медленно ступая по красивой дорожке парка дворца Виватмы.

Вот бы нам такую в Кхам! А то у нас только тропки к злачным местам, где можно заныкаться, а остальное - бурьян и заросли.

- Чего ты пасть прикрыл, м? – усмехнулся Докерэй, - ссыкнул опять?

- Рэй, мальчишку не трожь! – младший отец был более благоразумным.

Его описание должно быть сносным, а не таким коротким и некчёмным, как я составляла портрет старшего. Этого персонажа моей жизни я даже назову. Бисмарк Брахман, самый младший сын моего деда и не такая пупырчатая мразь, как его старший братец. Он и внешне отличался от типичного представителя нашего дома: да, низкий, но не толстый, без кудрей, синих глаз и жестокости. Не назову его мягким и тем более добрым, скорее расчётливым и не тупым. В его арсенале всегда присутствовала логика, в отличие от сумасшедшего главы рода. Я могла выделить в нём и относительную преданность, помимо очевидного – хитрость и изворотливость. Он был бы неплохим главным графом Брахманов, если бы мы были обычными аристократами и не рвали друг друга в клочья при малейшей слабости. Я уверена, что он умер бы в первый же день.

- Сам не лезь к нему, - тяжело шагал, хромая и тряся всём своим жиром старший отец, - он наследник. Ему нужно уметь бить первым, а Варги… - договорить он не смог бы из-за трусости.

Отец Айза был на слуху у всех, помимо того, что считался одним из сильнейших лордов Танатоса. Сказать про него что-то при его же болтливом сынке было бы тупо даже для этой свиньи.

- Он только и делает, что бьёт, - скривился Бисмарк, - когда в его арсенале появятся мозги?

О, тут младший отец был не прав. У Рэя было вдоволь мозгов. Побольше, чем у них вместе взятых. Не зря он молчал и в дискуссию не вступал, потому как знал, что нас отсюда отправят домой при малейшей ошибке, а значит мы не сумеем подслушать о чём договорятся наши с главой Виватмой. Насколько правдивы были слухи, старый лорд запросил договорённость на брак Гримми с каким-то из наследников этого хрыча. Нам от этого выгоды не было, а вот отцы собрались и примчали сюда по первому зову. Суки.

- Что это за дрянь? – вырвал у меня из рук конструируемую игрушку младший отец, - какая дрянь. Эй ты, - на молчащего и низкого по статусу Реджинхарда, - выбрось сейчас же, - он бросил ему моего механического паука, - а ты прекрати лепить всякое непотребство.

Они двинулись мимо, не замечая, как резко мы трое уставились на опасливо держащего моё творение дракона. Он не посмел бы, я уверена. А вот Варг…

- Что это? – он вырвал из рук друга бумажную конструкцию, не заботясь о том, что сминает её, - опять ты делаешь что-то странное, отъехавшая Корни? – он усмехнулся и протянул мне изломанную игрушку, - забирай, это всё равно бесполезная хрень!

Он был горд собой и доволен происходящим ровно до того момента, как я перевернулась, встала и прошла мимо, позвав своих следом:

- Я просканировала воздуховод. Нужная нам комната будет в восточном коридоре через лестничный пролёт на террасу, - стучала каблуками на сапожках.

Мне хотелось думать о том, как красиво нарядил меня сегодня Докерэй, привыкший выбирать мне платья, а не о том, как пылает внутри от ярости к этому пёсьему ублюдку. Да, такому же незаконнорожденному, как и я. И такому же наследнику, которого никто не спрашивал. Не зря он сейчас размышлял, что сотворил такого, что Рэй не готов с ним драться, но и я не ответила язвительно. Его слегка побелевшее лицо выражало понимание, что он дурак, каких поискать.

- Чур в этот раз лезешь туда ты, - фыркнула и догнала меня Гримми, - я в прошлый раз под потолком, подвешенная твоей магией, чуть не… а, погоди, ты же под конец меня скинула! Я запомнила, зараза! – она толкнула меня в плечо и схлопотала подъём за шкирку от Рэя, - пусти, гад!

Это у него в тот момент пубертатно скакала сила магии, а значит и физическая, вот он и мог одной рукой нести сопротивляющуюся худышку Гриммиверу, хохоча и мстя за всё подряд. Это он её ещё перначом не трогал, как меня утром за то, что я отказывалась туфли на каблуках напяливать – он обожал их и то, что меня можно было наряжать, как куклу.

Не знаю, была ли я до сих пор послушной куклой, или же мне самой нравилось так одеваться в детстве. Но эти пышные воланы и рюши делали меня той, кем хотел видеть меня брат. Себе он не мог позволить так одеваться, потому отыгрывался на не сопротивляющейся мне.

- Что вы задумали на этот раз? – первым нас догнал посыльный Реджинхард, отправленный на разведку, как самый не жалкий из всей троицы, - сорвать договорённость о браке? Вы же понимаете, что ничем хорошим это не закончится?

Наши ухмылки были ему ответом. Великий Цикл, какой же он дурачок, если думает, что нам нужно что-то подобное! Тем более сейчас, когда особого сопротивления оказать мы не сможем.

- Информация, - оглядела узкие драконьи зрачки парня.

- Так что не ссысь и своим скажи, что можно не делать жим-жим очком, - отпустил Гримми Рэй, - мы сегодня не лезем в драку.

- Только если драка сама к нам полезет, - хихикнула сестра, - куда идти-то?

Я задрала голову к небу, снова представляя карту комнат перед глазами. Именно из такой позы и указала вправо, начав бормотать:

- Прямо, налево, в фойе, через коридор, потом направо…

- Странная Корни ещё более дебильно… - договорить Варг не успел, Рэй дёрнулся в его сторону, и все мы приготовились к очередной их драке, однако что-то внутри щёкнуло, и я остановила их одной фразой:

- Отдай моего паука.

Теперь они переводили взгляды со сверлящей его глазами меня на него, медленно оседающего и становящегося упрямым и злым на вид. Лицо у него такое было – чуть заострялись черты, как сразу становилось понятно, что он сейчас будет тупить и упираться.

- Про что ты? – он и не делал вид, будто не понял.

В наглую смотрел на меня и лгал. Я ненавидела это в нём и всех людях, подобных ему. Понимание, что я влюблена в него, но боюсь этого, пришло ко мне намного позже. И не зря боялась, нужно было продолжать игнорировать или унижать его.

- Я сказала тебе отдать! – совсем другой тон голоса.

Воспитанный мамой. На него реагировали все, кто знал, кто именно перед ними. Не просто Корнеллия Брахман, а дочь Владычицы и будущая Правящая. Айз не знал, но догадки явно имел, потому и усмехнулся тогда, осознанно наплевав на разумные доводы.

- Я выбросил эту хрень, можешь пойти порыться в мусоре, - продолжал насмешливо лгать, глядя на меня.

Я только и успела, что взмахнуть рукой, прицельно поджигая своё творение у него в кармане, прежде чем Гримми прокомментировала:

- Могла бы и использовать этого влюблённого в тебя дурачка! – то, что не услышал никто из пытающихся потушить Варга.

Они в панике использовали магию, стучали по месту руками и кружили вокруг матерящегося него с опаской. Докерэй хохотал в голос, явно радуясь моему выверту. Он будет вспоминать ещё неделю и хвалить меня, как делал всегда.

- Мне не интересно, - пожала плечами для сестры, - он скучный.

Она не спешила продолжать путь, как сделала я, поэтому догоняли они с братом меня уже бегом. Конечно же обсуждая прожжённую дыру в портках мальчишки.

- Зато ты слишком веселая, - Гримми схватила меня за руку, - я тебе про прямое использование говорю, а ты мне - про то, что хочешь слышать! Корни, он реально пригодился бы, как минимум для того, чтобы лезть туда, куда нам неприятно и иногда больно.

Было ли мне для её слов слишком мало лет, или я тогда жалела его – не припомню, однако это было неважно. Мне совершенно не хотелось подходить к нему и тем более думать о чём-то таком. Любовь в моём понимании существовала только в материнстве и любви к брату, остальное являлось ложью, блажью и выгодой. Сложно было верить в то, чего ты никогда не видела, да? Единственным примером стойкого брака были только Михадеон с тётушкой Фимой, но у них было правило, запрещающее какие-нибудь действия сексуального характера на публике – военные русалки не поняли бы и прикосновения рук, не то что объятия или поцелуя. Подобное я видела от них лишь раз и то случайно: они разговаривали о чём-то интересующем меня, и она потянулась к нему сама. Тогда мне было очевидно, что ей от него что-то нужно. Но вернёмся к настоящему – мы добрались до нужной залы, и пока наши располагались максимально удобно и хитро для быстрого побега в случае опасности, я взяла на себя ответственность быть главным шпионом. Углядела нужный воздуховод с соседней комнатой, где уже сидели лорды, пытаясь договориться. А так как мне нужно было услышать, о чём именно, я рванула по гобелену вверх, надеясь на то, что гардина с ним была прикреплена по всем правилам, а потому выдержит мой вес. Магией при этом подтягивать себя было не так и сложно, а значит через минуту я очутилась в пяти метрах над полом, скинула туфлю, отодвинула магический заслон пальцами ноги, закинула вторую на край деревянного гардиньего шеста и повисла вверх ногами, слушая и вынимая из подпространства с собственным складом бумагу, ножницы и чертёж, который составила вчера ночью, когда пришло вдохновение.

Кто не понял – шестерёнки здесь тоже были бумажными, хрупкими и изворотливыми, поэтому приходилось долго и упорно закреплять их с ювелирной точностью. Всё это было неспроста - у меня не было других материалов, кроме бумаги и дерева, потому как плавка металла тогда мне была запрещена. Увидь меня с чем-то подобным, старший отец утопил бы в бочке с дождевой водой.

- Зачем ты туда залезла? – донеслось от Варга, когда и их тройка очутилась в этой комнате, - у тебя… панталоны видно, ненормальная.

П-ф-ф! Подумаешь, юбка вниз свалилась. Пусть скажет спасибо, что там голых ног не видно из-за чулок из-под исподнего, а то в обморок бы шлёпнулся и смотреть на меня стеснялся бы ещё месяц.

- А ты не смотри, и видно не будет, - Рэй решил мой казус смешком, - ты же поставила заслон от обоюдного подслушивания?

Риторический вопрос от него. Не настолько я и дурочка, он это знал.

- Подслушивания?! – в ужасе переспросил Виватма, - вы с ума сошли? А если кто-то узнает?

Смешной трус.

- Заткнись лучше, - брат на него, - Корни, прибавь звук, ничерта из-за них не слышно.

Я повела пальцами ног внутри полости трубы и продолжила молча клепать свою паучишку из бумаги. Хм… а если вот сюда нити закрепить, то лапки он сможет поднимать выше и даже бить ими с каким-то размахом! Так, крутим жгутики.

- Лорды, вы должны понимать, что этот разговор ни в коем случае не должен дойти до Владычицы, - Виватма, кажется, садился в кресло за стеной старик, - я позвал вас на строго конфиденциальный разговор с… предложением об обоюдных гарантиях. Вы обязаны знать, насколько важно то, что я сейчас скажу.

Варг не выдержал:

- Чтобы он со мной тоже нормально говорил, старикан проклятый! А то задолбало его вечное: «Варг, красивый мальчик, пойдём я тебе что-нибудь интересное из своей спальни подарю!». Почему ему вы - не интересные, а я сразу в центре внимания становлюсь?

О, это было просто. Дед Виватмы, как назвал его Айз, был отъявленным любителем маленьких мальчиков. Красивых и милых, каким казался ему Аезелвалф. Гарем, кстати, дед создал именно по причине того, что скрывал свои пристрастия, делая вид, будто не женится по причине огромного цветника наложниц, и неважно, что все они интересовали его на уровне взрослого и такого себе по внешности Реджинхарда. Вот Варг идеально подходил по вкусам, а потому умело и ловко убегал от предложений сходить «кое-что» показать ему. Не думаю, что деду Виватмы удалось хоть раз пощупать его или сделать что-то, что Айз не оценил бы, потому как, если так, то на нём остался бы запах, а его, помимо меня, ощутил бы и сам Нкемделим Варг, и как хмуробровый папаша, убил бы к чёртовой матери предполагаемого извращенца.

- Меньше надо жопой водить перед кем попало, - фыркнул Докерэй, - может тогда и не обращал бы на тебя внимание никто, пёс.

- Кто бы говорил, рыжая гнида, - усмехнулся Варг, - если судить по твоим словам, то тебя должны были уже всем Кхам Камам нашпиговать.

Их тройка подло захихикала. По уровню мерзости они мало чем от нас отличались, да. Вот только мы их первые не трогали – у нас противники посильнее были в желанных, а вот у них главными злодеями как раз и значились мы.

- …мы поняли вас, лорд Виватма, думаю, что общая суть нам ясна, - выражался младший отец, - однако, я уточню, что за кровью Брахманов леди Анастасия не следит настолько рьяно. Девочка не будет интересовать её.

Тишина пронзила нас интересом. Что-то здесь было не так.

- Разве? – старый Виватма, - она говорила, что прибьет любого, кто косо посмотрит на ребёнка. К-хм… получается, что это неправда? Все эти слухи про неё? Корнэллия не дочь стервы Хакгард?

Тик-так – часы у них на стене. Я, Рэй и Варг дёрнулись одновременно.

- Корнэллия?! – отцы враз. Продолжил старший, хрипя, - мы говорим не о Гриммивере?

Его это удивляло? Меня вот не особо, что-то подобное мелькало в догадках и раньше.

- Для чего мне ваша кровь, если я хотел скрестить и поиметь у себя в роду демонскую? – противно фыркнул дед, - мне донесли, что она кровная дочь. Не зря её магические выходки стали известны за пределами ваших земель. Она лично мне год назад едва не свернула шею, когда я… попытался подойти к ней с разговором.

Как же, сука, обтекаемо он назвал свою попытку посадить меня к себе на колени! А я и не поняла, что мальчиков он периодически перемежал с девочками, только специфическими, какой была я. Рэй его никогда не интересовал.

- У этой дряни талант быть гнилью с самого рождения, - выплюнул старший отец.

Он ненавидел тот факт, что я родилась внешне похожей на него. Знал бы он, что мы в этом солидарны – ненависти в нём копилось бы больше.

- Что это? – среагировал на звук Виватма.

А моё лицо скрывала юбка, так что можно было и объяснить недотёпе:

- Я рыгнула, - потёрла нос, защекоченный тканью.

- А он обосрался, - распластался по диванчику брат, - увалень тупой.

Гримми хихикнула.

- Фу, кто из вас свинья - ещё посмотреть нужно, - конечно же Варг.

- Мешает тебе это любить свинью? – сестра впилась словесными клыками в оппонента, - будь твоя воля, ты бы ходил и облизывал её после туалета!

Я скривилась.

- Я вас презираю, - остудила их грубые извращения.

- А мы тебя, сестрёнка, - был счастлив Рэй.

Стоило продолжить подслушивать, а не перепираться, так что:

- Мы не станем рисковать доверием Анастасии, - младший отец трясся и трепетал при произнесении маминого имени.

- И как нам её обставить в таком случае? – старший отец в свою очередь сманивался легко и быстро.

- Вы так рассуждаете, будто ни единого раза никто не выдавал замуж подобным образом, - дед едва не рычал, - после первой брачной ночи выбора ни у кого не останется! Она будет принадлежать роду, и никто это не опротестует.

Я зевнула.

- Ей восемь лет! – заверещал младший Бисмарк, - к-как это… ночь?

Говорю же – хороший, пусть и странный. Даже я в его возрасте соображала лучше. Когда живёшь в Кхаме, то встретить ночью двух слипшихся идиотов посреди коридора – плёвое дело. Завернёшь в другой коридор, найдешь следующих, да ещё в какой-нибудь совсем неприглядной позе. Ах, а эти улочки города! Гримми неспроста никогда не ходила по ним без кого-то из нас, ей же не повезло в прошлом году, вот и… или в позапрошлом? В общем, не стать взрослой здесь было сложно.

- В прямом значении «ночь», лорд Брахман, - ничего не смущало деда, - я по-вашему с девчонкой не разберусь?

- Ты? – захохотал старший отец, - ой, блять, а я всё думаю, чего ты на неё так таращишься! Ты бы, чёрт старый, и на варговском щенке женился, если бы тебя за это не зачморили в Совете Танатоса! Ёбаный уродец!

Судя по звуку, старшего отца там публично пытались придушить. Это подтвердила и Гримми:

- Хоть бы сдох, а.

- И сама тогда сядешь этими додиками править, - Рэй.

Их перебил вопль младшего отца:

- Хватит, он всё понял! – и отрешенное, - мы вынуждены отказать вам, лорд Виватма. Корнэллия ещё слишком юна, помимо того, что обещана другому.

Дверь в эту залу сперва нырнула ручкой вниз, после магией повернулся замочек, и только после пропустила к нам медленно и лениво оглядевшую меня маму, холодно простучавшую каблуками ровно до места подо мной.

- Я привезла тебе вкусностей, птенчик, - задрала голову она, - но сперва…

Одна её рука одёрнула гобелен, вторая же ударила стену каким-то заклинанием, вынося бетон в недоступную нашему взгляду комнату.

- Добрый день, лорды, - оскалилась она.

И начала конечно же со старшего отца. Его визг вызвал звон в ушах.

В этом было умение мамы явиться в нужный момент. В её арсенале сосуществовали шпионы, друзья и оставшиеся в должниках враги, которыми она вертела как хотела, оставаясь сведущей более остальных. Этому я училась у неё – поиск друзей стал для меня первоочередной задачей, я могла подружиться с кем угодно и за любое время, а если нет, то продавить или обернуть всё в свою сторону. Насколько мне известно, это была не Хакгардовская черта. Демоны обожали подсвечивать своё благородство в каждой удобной и не удобной щели разговора. Но мы и в самом деле отличались от остальных. Особенно я.

Старший отец сломал мне ногу. «Нечаянно», конечно же, потому как в Кхаме был младший отец, а тот вёлся на любую дребедень, которой объяснится эта жирная паскуда. Другое дело, что мне было всё равно – я шибанула его в ответ так сильно, что его впечатало в стену, оставив на той паутинку трещин. Похожая отпечаталась на его костях. Я перестала слушаться и жалеть его сразу после того, как он попытался выкрасть меня для продажи старику Виватме в прошлом году. Прямо из постели, сволочь, достал! Я сперва и не поняла, что это не Рэй меня тащит куда-то в город посреди ночи, а папаша удумал разбогатеть.

К слову об этом. Исторически так сложилось, что Виватма были крайне денежными лордами. Не знаю откуда у них богатства, в отличие от Брахманов – мы получили эту землю хитростью и воровством. Помните тётушку Фиму из русалочьего городка? Так вот – она же была утопленницей, как и все остальные нормальные русалки, а утопили её два моих отца из-за того, что она была сильнее них в магии, а значит могла как-то получить власть. Приколбасить её до конца по какой-то причине не получилось – пришлось ловит её по всем водоёмам Танатоса. Не буду вдаваться в подробности, однако земли наших и Виватмы раньше принадлежали одному лорду. Звали его (и зовут) Михадеон Роттерберг (да – да, тётушкин муж). Земля передалась ему по крови, но и там было много кривого, поэтому владеть полученной землей он не желал. Но желал тётушку Фиму, на которую и обменял все свои земли у моих отцов. Так земля официально попала сперва к Брахманам, а после продана половиной богатым Виватмам. А Миха мне сам признавался, что никогда в жизни не жалел, что бросил эти владения и официально женился на Серафиме. Он её любил, хоть я и не знала всей правды о том, что у них произошло. Я была уверена, что просто так отдать за кого-то власть – дело глупое. Чуть-чуть осуждаемое с моей точки зрения, потому как я бы предпочла и рыбку съесть и… с землицей остаться. Ан-нет, Михе такое не подходило.

К чему эта отсылка? Не знаю, но напомню, что меня в тот раз старший папаша хотел продать тем самым богатеньким Виватмам, дабы получить деньжат. Я отбилась, он разозлился, и всё. С этого момента я поняла, что жалеть его не стоит. М-да, дебри я создала знатные. Я размышляла обо всём этом со сломанной и регенерирующей ногой под любимым деревом у обрыва на границе земель с Виватмами. Слёзы злости тянулись по уже не раз промоченным дорожкам на щеках, боль я свою уже выкричала, а обида и злость остались и давили. Мне оставалось лишь думать о том, что Миха с тётушкой должны прибыть на днях для подготовки моего десятого дня рождения. Мама переместится на него в самый разгар из-за дел, а вот Михадеон обожал учреждать что-то грандиозное, да и меня откровенно любил, очевидно видя во мне не столько племянницу, а рыжего милого ребенка, которого хотел от мёртвой и, следовательно, неспособной к деторождению Серафимы.

В этот день определённо не случилось ничего необычного для той меня, однако я смогла воспринять его верно только с высоты прожитых лет, того опыта и событий с Варгом после. Всё перечисленное дало мне полную картину, которую я осознаю и сейчас.

- Ты? – его голос заставил вздрогнуть отвлёкшуюся на глубокие мысли о себе любимой меня, - странная Корни, ты тут одна?

Он сканировал пространство уже второй волной, когда я думала, стоит ли сбежать с не успевшими срастись костями или сразу скинуть этого паразита с обрыва.

- Рэй уже зашёл в парк, - солгала, придумывая, как бы двинуть ему так, чтобы от волчьего самолюбия не осталось и кусочка, - так что убирайся, пока никто не…

В его руках нашелся булыжник, которым он должен был метиться в меня. Я ждала удара. Готовила барьер.

- Не знал, что ты умеешь лить слёзы, - парень отшвырнул от себя камень, - ты же кукла без души, Корни. Неужели в тебе есть что-то живое?

Снизу от обрыва послышались крики взбирающихся по глине дружков этого курта. Окажись они здесь, схватка будет нечестной. Она и так по правилам магической дуэли была неверной – лорд никогда не позволит себе кинуть клич на битву с женщиной. Будь она многократно сильнее него, как было у нас – это считалось позорным.

- Я отпускаю тебя не побитым в этот раз, пошёл вон, - поджала вторую ногу и отвернулась от него.

Как же плевать было тринадцатилетнему Айзу на то, что я тогда говорила. Он был упрям ещё будучи сперматозоидом, потому и победил в той гонке. Сейчас же парень сел на корточки, наклонил голову набок и прищурился, разглядывая меня.

- Так что заставило тебя реветь? – впился именно в это, - неужели недостаточно уважительно подтирающие за тобой слуги? Или, может, не того цвета платье?

В каком мире он тогда жил? В том, где меня все любили и услужливо готовили пирожные в виде цветов? Вероятно, в его голове так и не сложилось понимание, что я ела что-то не украденное, только когда в Кхам Камам приезжала мама. Остальное время отец кормил только Докерэя, иногда разрешая поесть и Гримми, которую отчаянно пытались сделать куклой без форм и остальных выделяющихся частей тела. Ей запрещено было иметь скелет, не дай Цикл показавшись толще бумажного листа. Именно из-за этого несколько лет я держала над ней иллюзию тростинки, пока она была обычной девушкой. Варг же видел во мне как минимум счастливую принцессу, не замечая очевидного. У него была особая черта характера, запрещающая ему логически мыслить тогда, когда он хотел что-то видеть перед собой. Он до последнего верил своим выдумкам и отгораживался, пока я в свои семнадцать лично не растрепала ему о себе всё, не сдерживая влюблённый порыв. Но об этом позже. Намного позже.

- У меня нога сломана, придурок! – фыркнула для него, - ты слепой или тупой?

Естественно, он оглядел сперва целую и загнутую под зад ногу, прежде чем до него дошло, что я бы её так сложить не сумела. Однако, целительства в курте не было и капли (это я потом узнаю, что он чистокровный вол. В нём вообще не было и капли крови других рас, а значит и магии), и понять, насколько всё плохо, он мог только по запаху, что и продемонстрировал дёрнувшимся кончиком носа.

- Крови нет, тебе больно? – ещё более странный вопрос, пока парень вставал и делал шаг в мою сторону, - упала, да? Я унесу тебя к целителю, если не будешь визжать мне на ухо.

Я от замка просто так, что ли, сюда сбежала? Меня там добьют с немалой такой вероятностью, а он меня на убой планирует отправить? Посмотрите, ещё и на ручках!

- Не трогай меня, - надулись губы, - ты - странный, а не я. Так что не подходи!

Он остановился в метре, снова сел на корточки, поровняв нас и уткнувшись едва ли не нос к носу. По крайней мере моя вытянутая нога оказалась сантиметрах в десяти от его ботинок. Последний раз я позволяла ему так приближаться при первом знакомстве, когда мне нужно было надурить его. Что происходило в тот момент, не укладывалось у меня в голове.

- Дура, тебе же надо как-то вылечить твою ногу, - он внимательно оглядел край кружева у моей коленки, - помрёшь же.

Я вздернула нос.

- Тебя это касается, – брови сошлись в одну линию.

Варг странно разглядывал меня. Острые черты лица разгладились ещё на подходе, а лицо выражало что-то вроде обеспокоенного испуга, может трепета, или вроде того. Я плохо помню сейчас, но могу сказать, что тогда и двинуться не могла, не понимая, что со мной происходит.

- Зачем тебе столько рыжих точек на лице? – разлепил заветренные губы парень.

Я скривилась.

- Не нравится - не смотри! – хотела было толкнуть его, но не дотянулась. Лишь ощутила боль в ещё не зажившей ноге и зашипела.

Это отвлекло его, позволив протянуть руку в мою сторону.

- Я не говорил, что не нравится, - Варг ещё и пальцы растопырил, - хватайся. Если не хочешь, чтобы касался я, то держись сама.

Мне хватило минуты, прежде чем мысли начали собираться в голове. Всё это время мы так и сидели, не обращая внимания на то, что и Виватма с Реджинхардом появились над краем обрыва, и Рэй кривился и подслушивал с тропинки рядом.

- Ну, ты долго ещё тянуть будешь? – парень видимо устал держать ладонь, - я же сейчас, как сначала хотел, подниму и…

Его сбило вспышкой света из ладони брата, уронило на двух своих друзей, и если их сбросило кувырком по глине вниз, то курт успел ухватиться за торчащий сверху корень и повис, удерживаясь над десятью метрами крутого ската.

- Идиот дебильный, - резво шагнул ко мне Докерэй, - до меня не сразу маячок долетел. Я от него ещё отмахивался, думал, что ты опять балуешься.

Гримми в этот момент поочёредно разжимала пальцы Варга и хихикала. Ей было забавно увидеть, как он свалится и сломает себе пару частей тела. Она такое любила.

- Рывком скинь его и всё, - думал, как поднять меня на руки, брат, - и сюда иди быстрее. Поможешь.

А я вообще вставать не хотела. Но признаваться Рэю, что мне жалко Варжонка, было бы неправильно. Но он ведь хотел помочь! Вроде бы. Странно для него, но всё же…

- Прекрати, дура! – Айз всё ещё цеплялся за корень.

Сказать или...?

- Щас, погоди, - выпрямился брат, - чёрт бы тебя побрал, садистка! – к сестре, - любишь ты упиваться чьим-то страхом и болью. Иди, давай. Ну что, псина, готов к грандиозному падению?

Он занёс ногу для удара. Гримми громко закатилась, хлопая в ладоши. А я:

- Рэй, отстань от него, пойдём быстрее, - и весомое, - мне больно. И я хочу спокойствия.

Брат развернулся ко мне, кивнул, сделал пару шагов и подхватил рывком, понимая, что приятно мне в любом случае не будет. Пришлось прижиматься к нему и виснуть, благо на животе сидеть было удобно и мягко.

- Ты как подушечка, - уместила голову на его плече и закрыла глаза.

- Грим, чёрт возьми, за нами иди! – брат остановил продолжившую издеваться девушку, - потом наиграешься, - он открыл портал, вытягивая из моего источника магию, - пешком пойдёшь.

Только последнее остановило её. Поэтому Айз так и остался висеть, а мы пропали в переходе, проходя по длинному чёрному коридору до светлой точки впереди.

- Учись отвечать всем, а не только тем, кто бесит, Корни, - наставительно говорил Рэй, - твоя задача - бить со всей силы, если тебе угрожает опасность, и так, чтобы не убить, если просто хочешь драки. Остальное не важно. Шибанула бы сперва по отцу, а после по этому ублюдку. И всё бы нормально было. Чего мяться-то?

Мы вышли в закоулке у целительского кабинета. Братец знал куда шёл.

- Он предлагал отнести меня сюда же, - пробормотала я.

- А унёс бы к ним в логово. Знаем мы его, ага, - скрипнул зубами поднимающийся по ступеням Докерэй, - Корни, ты же самая умная из нас. Подумай теперь, что сможет с тобой сделать тот, кто влюбился в тебя, но не получил того, что хотел? – его глаза сверкнули, пока он ссаживал меня на кресло в первом помещении, - не будешь бить, станешь такой же зарёванной, побитой и оттраханной до крови клушей, как Гримми в прошлый раз. Ей хватило одного раза, а тебе и слов будет достаточно.

Это вернуло меня на землю. Самое поганое, что могло быть в жизни той, кто умеет выживать в подобном мире, это наличие этого мира. Того, в котором добра просто так не существует. Здесь были такие же люди, как мы, а значит не испугавшаяся я должна была стать злее. Ведь если есть кто-то злее нас, то мы могли не просто проиграть – погибнуть.

Жестокость была нормальным спутником в нашем понимании. На кону всегда стояло что-то вроде уверенности, что жить мы обязаны лучше других – отобрать кусок еды из пасти врага было любимым занятием, потому как оно несло за собой понимание силы. Осознание, что я буду во главе этой бойни ещё какое-то время, пока на нашем пути не возникнут ещё более сильные и изощрённые враги. Не наебёшь – не проживешь, да. Однако, у судьбы были свои планы и в тринадцать лет меня с братом и сестрой отправили покорять Сахарный домик Хакгардов. Для того, что происходило там, нужна отдельная история, а потому я пропущу сразу два года и вернусь в Кхам Камам девушкой пятнадцати лет, умудрённой опытом власти, иерархии и аристократического поведения.

От девушки пахло сладким вином, какими-то фруктами и самокруткой с ушатывающими до потери сознания травами, а на вкус… горький язык и протяжный стон в мои губы, пока пальцы пробираются под неряшливую ткань платья.

- Госпожа, вы… - её шёпот срывался ещё до того, как мои пальцы коснулись завязок на её неприлично коротких панталонах.

Остановил меня довольный и пьяный вдрызг хохот Рэя, дёрнувшего меня за руку от удивительно прекрасной подавальщицы кабака, в котором мы находились.

- Потом потрахаешься! Нам пизда, Корни! – брат был счастлив, - я отрубил руку этому чушке!

Понятно теперь отчего доволен. Они с хозяином заведения выясняли отношения всё то время, что меня не было дома. Рэй уехал и нередко приезжал в замок Владыки, а вот я только слышала о появлении новых врагов моей семьи. Справлялись с ними без меня, да и Рэй на этот момент понял, что одним нам шляться - идея тупая. Поэтому собрал вокруг себя банду таких же отбитых, если не хуже. Вот они сейчас и бились, судя по звукам на первом этаже, пока мы бежали куда-то по коридору, как оказалось, неспроста. Гримми пришлось вытаскивать из-под какого-то идиота, вроде из наших. Сам идиот получил по роже от брата, пока сестра надевала трусы и слушала про себя и меня заодно:

- Вот потаскухи две! Я вас чему учил? Такое проворачивать надо только в безопасном месте и с теми, кому доверяешь! А вы? – резкий поворот за угол, - понахватают себе кого попало, а я их собирай ходи! Всё, пиздуйте!

Он сперва вытолкнул в окно Гримми, а после попытался меня. Но я впилась в подоконник руками и ногами, да и вообще приняла форму звезды, потому и выпихалась с трудом.

- Да ёб твою мать, Корни! – рявкнул брат, - я тебя спасаю от получения по твоей же роже, а ты… вот чего тебе опять не так?

Хм. То, например, что я из нас единственная была трезвой? Не любительница я терять разум в такой обстановке, он прав. Так и до проблем добраться несложно. В прошлый раз, например, какого-то мужика за руку схватила, решив попробовать что-то оригинальное. Хорошо, что от него воняло, и я передумала. А девушки гадко не пахнут!

- Я с тобой вниз, - оскалилась и резко откинула упирающуюся тушу брата подальше, не забывая зарядить нападающему на нас противнику в лоб, с размаху оттолкнувшись от подоконника, - ух ты! Давно я никого не била!

Три года точно! В Сахарном домике был только мой женишок Омиллон из тех, кого хотелось прибить, но его мама и пальцем трогать запретила. До поры до времени. А то как я должна была Владычицей стать, если не через брак с ним?

- Нахер, я сказал! – Рэй всё же вытолкнул меня из окна на крышу, - наигралась, теперь иди Гримми на улице сторожи!

Ага, сейчас. Зацепилась пальцами за край окна сверху и подтянула себя магией кувырком назад. Плюх! И я на крыше. Единственное - штаны любимые зацепила, теперь придётся затяжку от гвоздя вытаскивать! Дурацкий день.

Оставалось только наблюдать за тем, как Реджинхард поднимает Гримми из лужи, пока шагаю по крыше и мурчу себе под нос смешную песенку. Пошлую, но кто услышит и накажет, если мы настолько далеко от замка Владыки?

- Фу! Ты зачем меня коснулся?! – сестра взвизгнула и отпрянула от дракона, шаря пьяными затвердевшими пальцами по собственным карманам, - да где эта дрянь?

Она пошатнулась, вновь свалилась попой в лужу и вытянула рогатку брата резинкой назад. Потянувшийся поднять снова её Реджинхард взвыл от удара меж глаз и принял решение больше не подходить к хохочущей в грязи и довольной от этого Гриммивере.

- Вернулась? – долетело до меня ветром оттуда же с земли, только голосом Варга.

Высоким и откровенно поломанным. Очевидно, поздний пубертат его погубил настолько, что красное от прыщей лицо, обращённое ко мне, вызывало искривлённую усмешку.

- Ещё бы её кто-то вынес в замке Владыки, - пробурчал младший Виватма, - растолстела в два раза точно. Как только крыша под ней держится?

Думали, что не слышу? М-да. Но сейчас не до них - нужно найти что-то потяжелее и встать в нужное место. Если присмотреться внимательнее, то живые точки на первом этаже двигались совсем не хаотично при сканировании. Рэя теснили к выходу, а потому схватившая за край трухлявой балки я подтянула её к груди, спрыгнула с ней на крышу навеса перед входом и приготовилась. Три…

- Два… - одними губами понявшая идею сестра.

Один!

Успевший выскочить брат был пойман за шкирку разбойником, занёсшим нож для удара. Вот по нему моя балка и ударила, свалившись с двух с половиной метров и прижав к земле поломанные косточки.

- Дура, - сощурил глаза при взгляде на меня Рэй.

- Зато точная дура, - усмехнулась и нашла-таки несносную затяжку на брюках.

Не развалятся, поди, на мне за эту ночь.

- А ты чего разлеглась? – брат нашёл Гримми, - вставай, ненормальная! Писька зачихает опять!

Он снимал с подбитого нами мужика кольца. Я же думала спрыгивать мне прямо так или попытаться слезть по свалке мусора?

- Я нашла любимую лужу! – скалилась сестра, - тёпленькая.

Брезгливая я выбрала первый способ спуска. Не зря от меня шарахнулись все, кто выходил, из наших бандитов – дверь они тоже вынесли, к счастью вовнутрь.

- Всех баб перещупала? – кто-то хмыкнул на меня, - могла бы и нам оставить.

- Тогда зачем ты перерезал половину? – я шагала к брату, - от тебя пахнет их кровью сильнее обычного.

Он гадко заржал и поймал смешки остальных. А до меня дошло:

- М. Так ты не убивал, - протянула руку Гримми и подняла её на ноги, - ловил момент?

Как же угрюмо косились на нас Варг с приспешниками. Неспроста они приняли решение сидеть от нас подальше. Рядом с нами было слишком много отъявленных сволочей.

- Я, может, и насильник, но ты извращенка, графиня, - затянул в себя дым тот же мужчина, - скрывала бы хоть, какая ты конченная.

Улыбка расплывалась по моему лицу с гадким привкусом издевательства. Я уставилась в глаза говорившему и пропела:

- Любить женщин для тебя извращение? – с намёком на то, что Рэем от него пахло не слабее, чем от моих пальцев какой-то счастливой дамой.

- Да иди ты, - он отвернулся, - ничего тебе сказать нельзя.

- Так и не говори, - фыркнула и пошла дальше по улице.

Судя по всему, Рэй пойдёт сперва в ломбард, а после в своё логово под часовой башней на главной площади. Он там сотворил идеальное убежище для себя и своих людей – ковры на стенах, отсутствие не мягкой мебели и разное наворованное, особенно золото и агерат на полу. Милое местечко, почти как дома, только без папашиного шабаша и его извечного визга без повода.

- И где же ты оставила своего жениха, сумасшедшая Корни? – донеслось вслед от полуразрушенного фонтана, на бортике которого сидели варговские придурки – говорил, естественно, он.

Интересный факт - Реджинхард идеально вписался в их подросшее сборище, что по уровню развития, что по дебильным идеям. Рэй рассказывал, что Варг перестал быть у них заводилой, сменившись идиотией задумок одного конкретного дракона.

- Когда вы уже повзрослеете, - буркнула, вспоминая о затяжке на штанах.

Наверное, я в них выглядела странно в Кхаме – только в столице Танатоса леди могли позволить себе не пышные платья в десять подъюбников и одни несносные штаны, когда нужно заняться делом, а не строить из себя аристократичную кокетку. Другое дело, что и в Сахарном домике просто так никто не разгуливал в мужской одежде, прикрывая зад накидкой с открытым видом лишь спереди. Мне же было так плевать, что если бы условный Варг, разглядывающий меня ниже спины, знал, насколько мне всё равно на его мнение, то он бы зарыдал.

- Растрепать тебе секрет? – Гримми пьяно приплясывала за мной, тоже не особо заботясь о внешнем виде – все и так знали, что она завидная невеста, побывавшая замужем и родившая сына, - ходят слухи, что малыш Аезелвалф за твоё отсутствие перетрахал всех полных рыжих шлюх в округе!

Я остановилась и, глядя ей в глаза, возмутилась:

- Значит, эта сука опережает меня?!

Следующие за нами подбитыши из шайки брата загоготали. В какой-то мере я привыкала к такой команде поддержки. Докерэй заставлял их подыгрывать мне в любой ситуации. Я взяла на вооружение и это, когда в будущем оказалась в висталочьем Ковене. Но сейчас:

- Идём пить к нам! – под нестройный рад нетрезвых мужских голосов.

Вероятно, наша вольная счастливая жизнь должна была быстро закончиться. Однако, это всё никак не случалось. С каждым годом более сломленной и запертой становилась лишь Гриммивера. Если меня нельзя было выдавать замуж по приказу мамы, то Гримми пришлось несладко, но не так, как у обычных графинь и остальных представителей средней аристократии.

- Брат опять уехал обворовывать кого-то на тракте, - потянулась я, почёсываясь от плотной ткани закрытого платья.

Гаремное платье Виватмов, что ещё я могла надеть в их замке, если пробралась сюда к своей новой подруге? Ну как… подруге.

- Поговорим в общей комнате – сегодня день почтения предков лордов, а значит слишком много ушей под каждым цветочным горшком, - важно вела меня по коридору Эсмилитрис Виватма – единственная жена деда Виватмы.

Она официально заведовала лишь гаремом, однако все мы знали, что сильные женщины не любят сидеть без дела длительное время. Вот и Эми играла роль прилежной жены, имея право гладить по голове этого старикана, лежать рядом каждую третью ночь месяца, пока он спит или несёт чушь, и на всяческих мероприятиях делать вид несносной бесплодной женщины, в которую на самом деле ни разу никто не пытался засунуть член. Нет, я подходила к ней с другими продолговатыми предметами и у нас всё удавалось, но вот, простите за подробности, дряхлых писек рода Виватма мы обе не видели. Хотя у меня была возможность пару раз.

- Да кто тут может ходить, прости Цикл? – я шлёпала смешными тапочками с помпонами по каменному полу, - разве что, твой муж пробежит, думая где ему какого-нибудь мальчика холёненького схватить, а так - тишь да гладь! Все у склепов с прахом столпились и нюхают платки.

Эми честно попыталась не хихикать. С её возрастом это выглядело комично – на вид ей было чуть больше тридцати. По факту чуть меньше, чем деду. Девять сотен, может немного больше. Плюс-минус сотня лет.

- «Нюхать платки» - это твой новый способ говорить «плачут»? – она не сдержалась и протянула мне руку.

Я повисла на ней сию секунду.

- Терпеть не могу это слово, - подтвердила я, - и раз уж ты передумала топать молча, то продолжу про Рэя. Они место удачное на тракте нашли – говорит, что купит мне агератовые горы через год-другой. Вот тебе такое нужно? Вот и я думаю, что к чёрту все эти горы, если можно просто спокойно жить, не влезая в неприятности такого масштаба. Понимаешь же, что найди кто-то закономерность нападений, то здесь будет весь воинский гарнизон Владыки? Переловят всех наших, чужих и ещё лишком захватят, а братец уползёт зализывать раны, всех подряд проклиная!

Эми довольно щурилась и качала нашими сцепленными руками, прислушиваясь в пол уха к моим рассуждениям.

- Вот у Гримми всё по старинке, - решила и дальше ей жаловаться, как обычно, - она беременная вчера в Кхам вернулась, - я зевнула, - два месяца замужем покуковала, а после сдалась и… нож в глотку с утра воткнула мужу своему. Говорит, что он храпел. Мы с братом полдня хихикали. Не в том диапазоне её прошлый муж похоже храпел, потому что первый дольше прожил и вкусы Гримми успевал ловить. Того она нечаянно из окна выбросила, когда он служанку зажимал в их же спальне. Обидчивая она, знаешь ли.

Эми дёрнула щекой. Не любила она жестокость, тем более такую. Однако, удивила меня ответом:

- И чего она ждала от мужчины? – сверкнула глазами, - любить они не способны, это факт. А я совсем не могу понять причину желания вонзиться в кого-то, кого ты не любишь, имея ввиду, что ты влюблён в кого-то другого.

Я закивала часто-часто. Не зря Докерэй на меня тогда ругался – мимолётные увлечения ни к чему хорошему так и не привели. И я решила стать обязательным партнёром. Вон… две недели уже ни на кого другого не смотрела!

- Она и не ждала, а просто теплила надежду, вот и шла его убивать целенаправленно, - хмыкнула я, - и сейчас уверенно говорит, кстати, что ребёнок не его. Да и не похож ни на него, ни на неё. Светленький. Как тот паж, которому она тогда улыбалась и пальчиками махала.

Обе мы резко приняли позы покорных гаремных девушек, опустив глаза к полу и засеменив друг за другом в полупреклонных позах. Это нужно для того, чтобы пролетевший мимо нас с безразличием Виватмовский дед не решил поинтересоваться, что делают две гаремных дамы посреди его дворца, имея ввиду, что мы должны находиться в другой его части. Однако, в этот раз главе рода было так глубоко насрать, что он бурчал себе под нос рычащее:

- Где этот мальчишка?! Ищи его теперь где попало… Варг! Ну где же ты, мальчик…

Комичности ситуации добавляло то, что объект поисков в это мгновение сидел на подоконнике в двух метрах от ищущего и делил с Реджинхардом бутылку с каким-то креплёным вином. О! Так не просто вином, а священным - для умываний перед сжиганием! Забавно, да.

- В эту бутылку ссыпали прах бедняков, - ухмыльнулась Эми, - как и во все подобные церковные глиняные сосуды. Это часть освящения.

Она тоже их не любила. Вернее, одного конкретного Рута, переминающегося с ноги на ногу и готового к язвительной конкуренции. Его же объявили второй кандидатурой на наследство деда, сразу после нерождённого и невозможного сына Эсмиритрис.

- Они знают об этом, миледи, - прогнусавил Руттендаль.

- В этом и смысл, леди! – Реджинхард протянул руку и промахнулся мимо бутыля, - если выпить минимум половину, такое перед глазами мерещится…

Он сделал глоток и едва не свалился из открытой створки в сад. Варга в этот момент волновало другое:

- Я так упился, что у меня уже тайные фантазии попёрли? – он поймал спиртное до того, как мешок с драконьим говном, которого именовали его другом, завалился набок и стёк по стене на травку.

Виватма младший тоже разглядывал меня в гаремном костюме. Строгое облегающее чёрное платье под горло и в пол. Особенностью было разделение полос ткани сперва от воротника сзади по пробору к макушке, располагая волосы с двух сторон, а после в две линии по овалу лица. Спутать этот наряд нельзя было ни с чем, и Варг таращился на меня своим мутным взглядом, без стыда треплясь своими обычными гнусными мыслями.

- Может мечты ваши и совпали с реальностью, однако напомню, что гарем принадлежит не вам, лорд Варг, - Эми свысока оглядела оставшихся двоих видимых парней, - потому как он мой.

Я сверкнула глазами и дёрнула женщину за рукав:

- О, моя госпожа и властительница, а мы сегодня пойдём купаться голышом в ваш бассейн? Если так, то можно мне тех пончиков, которые вы в прошлый раз потопили?

Легко было подыгрывать Эми. Она была доброй, но строгой и властной. Повелевать кем-то она обожала – это тешило её самые потаённые мысли.

- Это потому что ты сумасшедшая шлюха, Корни, - вынул нас из ореола влечения голос Айза.

Реджинхард из-под окна принялся выть. Я тоже не особо восприняла такой выпад, имея ввиду, что так этот конкретный курт обо мне никогда не отзывался.

- Он пьян, не ругайся, - буркнул себе под нос Рут, - не слышит, что говорит, вот и…

- Вас троих ждёт разговор с лордом Виватмой сегодня вечером, - Эми жалела, что выпороть их аристократичные зады - не входит в её полномочия, - всех, кроме Руттендаля. Ты идёшь собирать мне ягоду на колючий остров.

А вот это было хорошо. Потому как две пьянчуги точно не бросят своего друга, а значит и вернуться в галлюциногенных шипах с подранными телами и одеждой.

- Н-но сегодня праздник, леди! – вспыхнул Рут Виватма.

Поздно. Мы уже ехидно шагали у первой арки этого коридора, то есть примерно в шести метрах от злополучного окна.

- Он смеет со мной спорить? – надула губы Эми.

- Да пофиг, главное, что если смешать любое вино и те колючки с острова, то тебя будет полоскать зелёной жижей из всех отверстий часа три, - осклабилась я, - так что я отомщена за всех сумасшедших шлюх в мире.

Бровка Эми подлетела на лоб в вопросе.

- Нет, я знаю не потому, что сама пила, а потому что кто-то из наемников Рэя рассказывал, - оправдалась, - не так уж я и отшиблена, чтобы пить вино с прахом. Морали во мне мало, но брезгливости – уйма.

Вот в чём была разница в общении с ней и родственниками. Она никогда бы не приняла моего прошлого. И я блевала бы от чёртового праха. Это мерзко даже для меня и Рэя.

А то, что эта троица таким занимается, говорит о многом. Напомню, что Варг на тот момент был девятнадцатилетним волчонком, хоть и отставал в развитии от всех, кто когда-либо жил на Танатосе. Но думалось мне совсем не об этом, потому как мы добрались до нужного коридора, уставленного в честь праздника целым рядом начищенных лат с потными мужчинами внутри – жарко на улице, а у них под этими самыми железяками тёплые кофты, чтобы ничего праздничного не натёрлось, особенно меня смущали железные «чулки» под самый зад. А всё, что болтается, каким образом меж пластин себя самоощущает? Прищемить яйцо вероятно не так уж и сложно в подобном наряде. Как же хорошо, что я не мужчина и маг! Физическая сила на этот момент меня не интересовала – её развитие для меня началось в Ковене, как и желание учиться всему подряд. Скука делает жуткие вещи с ленивыми людьми.

- Миледи, лорд отдал приказ тщательно досматривать всех, кто входит в гарем, - преградил нам путь ехидный мужичок лет сорока, - я не могу пропустить вас без тщательной проверки.

Как он до своего возраста при обычных условиях жизни дворцовой стражи дожил? Они же пьют постоянно, ночами не спят, поголовно болеют сифилисом из-за пристрастий к самым дешёвым дамам сердца, а ещё дерутся между собой до смерти на дуэлях с мечами! Этот индивид скорее всего был трусом, крысой и мылся иногда, потому как не перебивал своей вонью крепкие запахи сослуживцев. Однако, его посыл…

- Ты сдурел, чернявый? – махнула рукой с порывом силовой волны Эми, - совсем уже с ума сошли, извращенцы.

Я подхихикивала, переступая ноги завалившегося набок стражника:

- Не просто миледи, а леди Виватма, олух, - пришлось прыгать с юбкой в руках, - ты свою же главную госпожу хотел к стенке прижать? Да и вообще… Эми, кто их сюда поставил, если глава гарема ты?

Женщина снизошла до того, чтобы самостоятельно отворить себе двери, презрительно поджала губы и направилась в сторону основного балкона, опоясывающего комнаты девушек.

- Сами встали. Либо глава стражи, которому я отрежу всё мешающее этим же вечером, - она строго стучала невысокими устойчивыми каблуками, - где все? Нужно пересчитать вас, иначе мне совершенно не нравится эта не кастрированная толпа за дверью.

Попрятавшиеся было по своим комнатам девушки поспешно высыпались в главную залу. Я же потопала в направлении лестницы на следующий этаж, попутно разглядывая невероятную красоту стен этого крыла. Всё здесь было взаимосвязано – каждую бумажную фигурку, каждый яркий мазок кистью на стене и каждый цветок в стазисе находились здесь не бесцельно. Изначально гарем был создан для обычного мужского баловства, но как стало понятно после – для сокрытия гнилой натуры деда Виватмы, секреты которого и так знал каждый встречный. Странно он скрывался, да, но кто его за это мог осудить? Ну кроме всех. Смешно, угу. В общем, мы дошли до сути моей мысленной болтовни: гарем был бесполезен и в какой-то мере бесхозен, пока Эми не решила взять бедных девчуль под своё крылышко. Вот и придумывала чем их занять каждую неделю, потому как уже несколько лет гаремные красотки вырезали, клеили, высаживали цветы, учились рисовать, петь и играть на музыкальных инструментах, красиво говорить, вышивать и… вы догадались уже, да? Эсмиритрис клепала из них идеальных леди и в обход старика-мужа продавала аристократам среднего звена, то есть графьям и всяким виконтам, в которых я не разбиралась. Тщательный подбор клиентов делал дело прибыльным и гениальным, потому как сидеть в четырёх стенах девушкам не особо нравилось, а их в большинстве случаев из-за красоты брали сразу замуж, дабы выглядеть выше своего среднего статуса. Схема была отлажена: дед с помощью своей секретной службы искал самых красивых девушек, Эми готовила их к жизни и продавала. Все оставались счастливы, а Эми - ещё и с деньгами. В итоге я ходила в новом купленном ею браслетике за много денег, а главный лорд Виватма ничего не знал и знать не хотел – по бумагам Эми «убивала» всех, кого сбагривала в счастливую жизнь.

Не знаю как, но в моей жизни друзьями становились только дельцы и хитрожопые суки. Может, как раз от того, что сама я была такой, или жила в уверенности, что только умные люди будут искать способ извернуться вместо оправданий. В любом случае Эми во многом повлияла на моё мировоззрение, потому я и любила её, как никого другого. Она совместила в себе те черты, которые я желала видеть в себе.

- Медленно идёшь. Я успела посчитать всех и распределить по комнатам, а ты только поднялась, - сжала мои пальцы Эми, - о чём думаешь? Ты всегда копаешься в своей голове, когда так хмуришь брови.

Говорить правду с ней нужно было выборочно. Но шутки она воспринимала любые, так что:

- О том, что гаремное платье придумывал извращенец! Кто захочет носить трусы на голове? Хотя, знаешь, я скорее согласна тут, чем если бы они были пришиты в нужном месте к платью. Представь, что ты не смогла бы поправить их, и они ровно держались бы чуть ниже талии. Впивались бы явно, но хоть при одевании комфортно – одна одежка на всю меня!

Эми закатила глаза и тайно дёрнула уголками губ вверх.

- Если так, то ни одна падла не сняла бы с меня бельё, пока не расшнуровала верхние слои ткани, - она повернула себя и меня за угол, обходя общие комнаты и погружаясь во вторые свои покои.

Дверей здесь пока не было, однако в открытый коридор заходить кому-либо без личного дозволения хозяйки было запрещено. Магии здесь понавешано столько, что вопрос о тайнах этой самой хозяйки напрашивался сам собой. И не зря, она тут вела кое-какую документацию, деньги и книги. Вот одну из них я и схватила с полки сразу, как вошла в первую гостиную с диванами и высокими окнами в пол, которые открывались словно створки балконов с возможностью сорваться и очутиться на мощёной тропинке сада внизу в виде лепёшечки. Мило, конечно, но…

- Есть захотелось, - я распласталась по ближнему дивану, заранее зная, что она скажет:

- Потерпи полчаса. Спустимся ко остальным, они тоже голодные с утра.

Ничего удивительного. Строгая Эми, которая в какой-то мере тоже немного рехнулась из-за своего возраста. Все, кто жил больше положенного его расе, сходил с ума. Эсмиритрис часто вела себя как наставительная бабушка, или… моя мама. Её желание быть доминантом в любых отношениях делало меня хитрее – я юлила и кривила, лишь бы добиться своего. Забавно, что в будущем я стану такой же, как она, только жёстче и бескомпромисснее. Прогибаться придётся лишь с одним человеком, которого я встречу намного позже – с Виктором Кери. Но сейчас я не знала своей любви к нему, одновременно не подозревая, что последний камень в гроб моей мягкости забьёт именно Варг.

- Если хочешь, то я отправлю кого-нибудь за сладким, - женщина округлила глаза, когда садилась рядом с моими заброшенными на спинку дивана ногами, - ты надула губы. Мне сложно представить, как я смогла обидеть тебя так сильно.

Надо же. Не угадала, Эми. Я в этот момент вспоминала на чём остановилась в прошлый раз в чтении, припоминая лишь, что книга показалась мне вычурной.

- Подожду полчаса, как ты и сказала, - я зевнула, прежде чем обратить внимание на подозрительность Эми, - о чём будет разговор?

Просто так она не стала бы отвлекаться на наблюдение за моими эмоциями. Тем более так часто спрашивать: «Всё ли в порядке?». Мы обе были более снисходительны к такому. Не доверять ей было бы невозможно.

- Всё то ты знаешь, - её пальцы принялись тереть меж собой край моей верхней юбки, шершаво поскрипывающей в мерзком диапазоне, - у меня появилась идея… как оставить вечно пропадающую тебя мне.

Вот как? Две недели нашего тесного общения всё же привели её к желанию прикарманить себе рыжую кудрявую куклу. Это было закономерно – найти бы в этом мире того, кто отрёкся от подобной зверушки, интересной и сдерживающей характер, потому как ещё влюблённой. Все, кому я когда-либо клялась в любви дольше двух дней, начинали говорить на серьёзные темы и пристально ждали от меня ответной реакции. Другое дело, что с Эми я бы выпустила в ответ всех розовокрылых бабочек из живота, если бы не было одного лживого «но», о котором леди не догадывалась – я не графиня Брахман, которую можно умыкнуть из-под носа папаши. Я наполовину Хакгард - венценосный и недостижимый. Поэтому заныкаться даже в самом надёжном схроне у меня не получится – мама порвёт задницу каждого из её слуг, лишь бы моя была под её присмотром. Естественно властная Эсмиритрис Виватма не должна была знать про это – она могла пойти против Анастасии Хакгард, а Владычица совсем не та, против кого стоило идти войной.

- Я настрою мужа выкупить тебя, как жену, - Эми сказала нечто не такое уж и хитрое, - даже если что-то произойдет, вроде его попытки первой супружеской ночи, то…

Мне вспомнился очевидный вопрос, который мучал меня уже какоё-то время:

- А как вы подтвердили брачные метки, если он не стал в тебя входить? – это было обязательным условие консумации, потому как иным способом метки бы не почернели.

Женщина прикрыла глаза, стопоря меня, явно зря перебивающую её – разговор был чересчур важен для неё. Поэтому пришлось выпрямиться и сесть ближе.

- Метки - примитивная магия, Элли, - теперь Эми качала головой, - их и снять не так сложно, как все думают, вот только… подтверждением является буквально любая часть тела, находящаяся в любом моём отверстии на достаточной глубине и с достаточным посылом.

Палец в ухо? Нога в жоп…

- Прости, но никто не позволит мне выйти замуж за ненормального деда, - забросила ногу на ногу я, - и не потому, что он – это он. А потому что у меня уже есть жених, и он по закону не имеет права взять в жены леди, бывавшую в браке.

Она догадалась сразу же:

- Он Хакгард? Правящий род, Элли?! Как так вышло? – в её глазах был страх, помимо непонимания.

Правильно, ведь демоны кусаются по слухам – человечков едят, извращения соответствующие в постели практикуют. Но я тоже носитель этой крови, потому и пахнуть буду для любого Хакгарда вкусно только со стороны размножения.

- Долгая история, хоть я и не против, - подпёрла голову локтем, - ты предлагала сладкое.

Нужно было разгрести эту кучу говна до того, как она начнёт смердить.

- Я требую от тебя подробной и обстоятельной правды, Элли, - схватила меня за руку женщина, - сейчас. А позже мы начнём отталкиваться от неё и думать, как поступить дальше. Начинай.

Эми была той, кто назвал меня именно «Элли». Так уж повелось, что во время детства и юности у меня таких людей было немного. В Ковене нужно было придумать себе новое имя, вот я и стала Эллой. Но и это перестало быть чем-то важным, забившись под тяжестью тех месяцев, что я посвятила своей первой юношеской любви. Эми не смела разрывать то, что было, потому до настоящего времени и всегда мы оставались с ней лучшими подругами, нередко вызволяющими друг друга из западни. Кем мы были - я не знала, но дорожила каждым её словом, даже когда она была зла или плаксива. Время отдалило нас и привело каждую к своему – её история закончится не в этот раз и даже не в эту эпоху. Однако, мы ещё вернёмся к общению с ней.

Перейдём к последнему событию этой арки воспоминаний. Я обязательно к ней в будущем, но сейчас наше приключение закончится обыкновенной западней, в которую попали едва выросшие представители шайки Брахманов. Одни из последних в виде нас троих – после, как уже стало понятно, наши пути разошлись, сменив детское баловство в реальную жизнь, каждый в своё русло.

Мы залезли в самый дорогой сад нашего материка. Так уж вышло, что лорды Райдеры, с которыми у нас была общая граница, имели наглость продавать на аристократический рынок яблоки наивысшего сорта, качества и цены. Финансов, чтобы попробовать подобное, у нас естественно не было, да и жаба душила от понимания, что за одно голимое яблоко можно отдать сразу двадцать золотых монет, на которые можно купить одну попытку убийства недоброжелателя у банды Докерэя, все двадцать книг для меня и… Гриммиверу на одну ночь (она сама так сказала, я не виновата).

Вот мы и скакали целых полдня, переместившись одним порталом из нашей столицы в их захолустье. Расстояние между замками было грандиозным, потому пришлось оставить запыхавшихся лошадей в таверне под Магистратом – главным городом рода Райдер. С садом было сложнее, потому как он расположился вокруг их замка, естественно охраняемого и запертого в кольцо высокого забора. Если бы нам помешало и это, когда три вора, хихикая, проникли по забору в нужную часть к деревьям и сидя на ветках, хрустели теми самыми золотыми, поглощая за минуту сразу по двадцать обычных на вкус золотых.

- Херня! – Рэй запулил огрызок под соседнее дерево, - вкусные только от того, что спизженные.

Отрицать его правду было сложно. Не зря Райдеры считались хорошими дельцами, а не садоводами. Чего они там обещали? Сладость мёда? Нежность молока? Получилось только хрусткость яблок, блять. И только потому, что они и есть яблоки!

- Может себе семечек украсть, посадить у себя и тоже продавать под их именем? – зевнула я.

Сегодня мне стукнуло семнадцать, и брат решил сделать мне такой подарок – попробовать эти яблоки было моим желанием, уж точно не его. Рэй любил мясо, а не овощи или фрукты, Гримми - шоколад, а я… любила поесть.

- Да ну, маяться с ними ещё, - буркнула сестра и продолжила лениво болтать ногой, - набирайте себе и поехали домой, терпеть не могу сидеть где-то не у нас.

И в самом деле тут было не по-нашему. Аристократы любили всё усложнять, при этом создавая вокруг себя не привычную роскошь, как у нас со вкраплением золота в пол, а вот именно классический неброский интерьер. Пара картин на залу, никаких ковров и полное отсутствие позолоты. Скучно! Оригинальностью страдали только Брахманы, потому именно у нас было уютно и красиво. Помимо того, что наши гости знали, какой у нас богатый отец! Уберём из внимания, что он нищий и такой же любитель воровать, как и его дети.

- Ещё немного, дай Корни подышать воздухом не нашей деревни, - спрыгнул на землю Рэй, - ей скоро замуж в Сахарный домик, а ты ей насладиться последний годик не даёшь! Кто её оттуда выпустит потом, а? Она и сама не сможет сбежать.

Не устаёт он мне об этом напоминать! Будто… хочет, чтобы я отказалась от брака с Танатосским принцем демонов и осталась в шайке брата, живя свободно, но не меняя статус. Вероятно, это было неплохим исходом, понять бы только чего хотела я. Трон нашего мира меня не привлекал, это точно, однако и сидеть здесь мне наскучило, затмившись стремлениями быть свободной, но в какой-то другой части света – может в той же мировой столице, только вот чем мне там заниматься? Строить механизмы? А кто их будет покупать?

- Вы за нами следите, или как? – заставил нас вздрогнуть голос Варга со стены в нескольких метрах от нашего местоположения, - чего вы здесь забыли?

- Не всех переубивали на тракте? – неуверенно забрался следом за своим волчьим другом Виватма-младший, - или вас окончательно изловили?

Рэй расплылся в гадкой улыбке, поднёс руку-козырек ребром ко лбу и радостно выдал:

- А ты всё мечтаешь увидеть меня в кандалах, сладкий Рутти? – пропел брат, - давай устроим без поимки меня. Я свободен в ближайшее время!

Варга едва не вывернуло от такого - он безуспешно попытался скрыть позывы.

- Он пошутил! – округлил глаза и поспешно выдал Руттендаль, - только шутка, говорю же!

Варг спрыгнул на траву с забора, отряхнул свои как обычно пыльные брюки и направился к нам, наперевес с его шурудящими по карманам руками. Естественно все мы напряглись! Он как минимум искал какой-нибудь складной кинжал, максимум решил неожиданно вынуть из кармана кулак и вмазать нам по первое число. Брахманы начали поспешно перебирать конечностями, тараканясь от неожиданной опасности. Все, кроме меня – я успела натренировать точность магического удара за последнюю крупную попойку старшего отца.

Забавно, что ко мне Варг и приблизился, выудив из закромов ничто иное, как… яблоко. На него всё внимание замерших нас и перетекло.

- Ты дурак? – протянул брат, - мы в саду, если не понял. И сами можем…

- Заткнись, - вполне спокойно фыркнул Айз, - с днём рождения, Корни. Знаю, что в ваших землях такое не празднуют, но в стае мы за любую попойку, поэтому… вот.

И ещё раз мотнул перед моим носом самым обыкновенным яблоком.

- Нет, он конечно умом не отличается, но Корни, - хихикала Грим, - может хоть разок ему дашь? Смотри как по-щенячьи смотрит, бедненький! Я бы дала.

Теперь мы трое кривили губы на неё.

- Это не обычное яблоко, а то дорогущее, до которого вы так и не дошли, - закатил глаза и сунул мне в руку свой подарок Айз, - семь слоев охраны, и вы у трёх волшебных яблонь.

- Мы там пол ночи плутали, - поддакнул Рут, - Редж до сих пор летит где-то в небе с полным задом стрел!

Словно в ответ ему на забор свалился обернувшийся в воздухе дракон, распластавшись так, будто его не стрелами покоцали, а магией погоняли. Дышал он в лучшем случае тяжело.

- Чтоб ещё раз я повёлся на твоё это дебильное «Да у нее же праздник, а кто кроме меня этой дуре рыжей что подарит?!». Пошёл в пень, понял? Я больше на это не поведусь! Ты каждый год так ноешь, а она тебе в лицо швыряет эти твои подарки! На кой чёрт этим заниматься, если… – на этом моменте Рут пнул Реджинхарда в ребро, дракон понял, что что-то не так, и поднял голову, - ой.

Я хрустнула принесённым подарком и… нет, оно было такое же обыкновенное. Никакого волшебства.

- Придурок, - буркнул Айз, - и как? – это уже мне.

Все теперь ждали как минимум «М-м-м!», как максимум:

- Херня, - передала брату укусить следующим, - но спасибо. Буду рада, если ты прекратишь делать то, что он сказал, - на дракона, - это жутко.

Рэй передал обруганное яблоко Гримми.

- И странно, - подтвердил брат, - ну кто так за девушкой ухаживает, Варг? Скинь её с дерева, будь ты мужиком!

Я закатила глаза. Знаток женщин, посмотрите.

- Не-е, - протянула сестра, - чтобы впечатлить Корни, нужно чтобы ты был умным, как она. У тебя так не получится, вообще никак. Не её формат. Да и достаточно умных мужиков мы ещё не встречали ни разу.

Что есть, то есть.

- А таких, вон, гурьба целая ходит по улицам! – усмехнулся Реджинхард, - ты так до смерти будешь себе идеального искать! А сама-то… не понимаю, чего так в тебя Айз впился, если ты… настолько странная.

Звучало, как комплимент. Впервые из его уст не лилась гниль, а лишь сквозила пыль.

- Так в этом и смысл, ты, чепух! – первым ответил брат, - она уникальная, и мужик у неё будет уникальный, - Рэй фыркнул, а после понял, - хотя про что вы вообще говорите? Какой ещё мужик?

Я подтвердила:

- Вокруг невероятное количество умных женщин, - ухмылка наползла на губы и осталась там ещё надолго, - разве я говорила…

- Ты ещё не пробовала нормального парня, вот и отказываешься, - перебил меня Варг, - этот… эксперимент можно устроить и проверить.

Я скривилась и взглянула в его глаза, пытаясь понять, осознает он то, что морозит, или у него сперва слова, потом мысль. Осознавал, судя по надежде в глазах и тому, что отступать от висящей на ветке меня он не планировал – так и мялся в метре, и шагу не делая в отдаление. Это раздражало.

- Глупость, - дернула щёкой, - эксперимент – действие с заведомо непредсказуемым результатом. Тут я уверена в выводах.

Айз закатил глаза не до конца – не успел, потому как его отнесло силовой волной от меня так резво, что я только и успела наклониться вместе со своей яблоней, впиваясь всеми конечностями в гибкий ствол. Привычка держаться на месте досталась мне в наследство от прошлых драк совместно с бандой Докерэя, однако тут было что-то другое. Противник сильнее, злее и аристократичнее – первый удар он состроил не сильный, иначе убил бы к чёртовой матери. Ан-нет, тут была нужна к-хм… вежливость, которой не было ни у кого из нас, мы обожали бить исподтишка. Вот и молодой лорд Райдер не посмел бы прослыть негодяем, а потому лишь показал Варгу и остальным, что он их настиг и планирует побить. К слову, когда я думала о «молодом Райдера», я имела ввиду не старика главу рода, а вот этого конкретного тридцатилетнего дяденьку, размахнувшегося второй раз, дабы попытаться снести и меня. Не вышло, только волосы разлетелись по плечам, а сама я прикрылась всеми возможными слоями защиты, продолжив разглядывать медленно и удивлённо шагающего в мою сторону лорда. Весь его облик говорил о том, что он сейчас примеряется для удара. Сильного ли? Уж точно не сильнее меня.

- Тикаем! – Рэй дёрнул меня за руку, - Корни, бежим! Он же сейчас башку тебе оторвёт!

Я, было, развернулась спиной к предполагаемому врагу, однако в эту самую секунду мимо на полном ходу пролетел Варг, отправляя в высшего, мать его, лорда какую-то безвредную шипучку. Что ещё мог сделать этот… пёсик, действительно. Особенно вставая в прямую схватку с магом на десяток уровней выше.

- Корни, не смей! – рявкнул брат, понимая, на что именно я пока не решилась, - ублюдское яблочко того не стоит! Сам влез, пусть сам и разгребает! Корнэллия, чёрт бы тебя побрал!

Три, два… развернулась и прицельно ударила! Варга задеть не смогло бы, он уже барахтался под очередной яблонькой, отлетев от прошлого удара лорда Райдера. Первый мой магический бросок особого действия не возымел – мужчина его отбил, не напрягаясь. А вот второй, нацеленный на расслабление противника, отнёс его так сильно, что прокопанная траншея остудила пыл всех присутствующих. Тишина была гробовой. Бегущие замерли, упавшие решили пока не подниматься, а я ждала, пока волосы, наэлектризованные ударом, осядут на плечи, а не будут вихриться как надоевшее солнышко. Ха! Я солнышко?

- Да, блять! – первым отмер конечно же Рэй, - Варг, жопу свою уноси отсюда, видишь какая у меня сестрица тупая и оберегающая! Корни, пиздуй домой!

Командовать он умел, это правда. Но мы слушаться – нет, поэтому и остались на своих местах, даже когда хозяин этих земель резко поднялся и принял решение бить именно по Варгу! Ставить блоки, слава Циклу, последний умел, пусть и делал это криво, пропуская покалывающие искорки заклинаний – вся его одежда оказалась покрыта прожжёнными зазубринами дырочек.

- Переговоры! – едва отбил моё нападение лорд, - леди, я согласен говорить с вами!

Ага, ещё чего? Все мужчины сперва бьют, а после начинают говорить о перемирии, когда ты готовишься к победе! Нет уж! Ещё пара атак, и он не сможет держать барьер, судя по его лицу. Не мог же он замыслить подлость там, где я прави… бух! По голове ударило что-то тяжёлое, и сознание померкло, впервые выставив такую сильную и непоколебимую меня в проигрыше. Что поделать, если я на тот момент и в самом деле не владела физической силой лордов? Незачем было её развивать, у меня ведь была магия! Ну-ну. Это сейчас меня хоть пять раз так стукни, только позлишь, а тогда…

Очнулась я, лежа на диванчике, пока тёплые мамины пальцы перебирали обагрённые пряди на макушке, стирая с них запекшуюся кровь и грязь. Упала я, очевидно, на землю.

- …вы уверены? – мужской старческий неизвестный мне голос, - девушка имеет великолепный потенциал! Её источник может принести много пользы, если она станет женой кого-то из глав великих родов.

Мама хмыкнула, не скрывая омерзения.

- Потому вы предлагаете ей себя, лорд Райдер? Я правильно поняла? – Анастасия пока терпела.

Но уже была на грани. Всегда, когда кто-либо смел ей говорить, что меня надо отдать замуж, её терпения хватало ненадолго.

- Сына, Владычица, - без каких-то заискиваний качал головой лорд, - вы вероятно поняли, что я буду стар для неё, да и ни к чему мне брак в таком возрасте. Я пекусь лишь о процветании своих земель и счастье моих детей. Потому предлагаю вам не сделку, а лишь формальность – попытку знакомства и общения между двумя молодыми людьми.

Это сватанье надоело и мне. Представлять, насколько сильно сейчас у мамы дёргается глаз, не нужно – я могла видеть нервозность всех частей её лица попеременно, особенно выделяя уголок губ и всё тот же глаз.

- Он тоже стар для неё, помимо того, что неприятен, - она не дала ему опротестовать фразой, - вы сами сказали мне, что Элли била по нему чем-то магическим в момент её «задержания». Получается, друзьями они не были. Предлагаете нам стравить их ещё раз?

Какая же она была понимающая! Сватать меня к тридцатилетним лордам, которыми я прокопала сад какое-то время назад – и в самом деле не лучшая идея.

- Ваша протеже находилась в компании малолетних воров в моём саду, перепутать и отнести её к этой категории личностей было единственной мыслью в тот момент! – не оправдывался, а скорее уточнял старик Райдер, - полагаю, в более спокойной обстановке их общение раскроется с других граней.

- Я непонятно выразилась, лорд Райдер? – сдалась мама, - Элли не просто разменная монета, как вам показалось. Брак с высшим лордом не станет её обязанностью никогда, - возвышенный тон и правда, - её место Правящей уже подготовлено и ждёт. В этом году будет объявлено о помолвке, а в следующем - свадьба. Ваши предложения принижают будущую леди Хакгард, - усмешка, - моя «протеже» не способна унизиться связью с простым лордом вашего дома.

Вот это было хлестко. Высшие аристократы обожали себя, лелеяли свой статус и считали себя на одной линии с родом демонов. Правящий же род высказывал обратное мнение – все были ниже них, слабее и грязнее по крови, ведь Хакгарды женятся лишь на своих.

- Вы планируете смешать кровь? – вот и Райдер был удивлен, мягко говоря.

За столько лет никто не посмел нарушить законы чистоты Правящих, а тут рыжая я влезаю в стройный ряд сереброволосых красавцев. Это мы ещё на весь Танатос не объявили, что ими впервые будет править какая-то наглая Брахман. Не учитываем то, что сама эта Брахман к власти не стремится – мама, будь у неё моё согласие, ещё два года назад посадила бы меня на трон, всех подвинув, подчистив кого нужно и усмирив возможные возмущения.

- Вроде того, вдаваться в подробности я не стану, - сделала глоток чая мама, - как и раскрывать наши карты. Вы ещё желаете задерживать меня, лорд Райдер? Нам необходимо вернуться до заката и вернуть всех «разбойников», как вы их назвали, по домам.

Властная женщина, говорю же. По сравнению с ней, я была милой и пушистой. Правда, мне много кто говорил, что я сама по себе милая, так что… но это на вид.

- Я отдам приказ выпустить всех ваших сопровождающих, однако… - старый Райдер покачал головой, - я выношу предупреждение. Если кого-то из них ещё раз поймают на моей территории, то последствия будут более внушительные. Для кого бы то ни было.

Я только сейчас села, оглядела двух мужчин, сидящих напротив нас, и отчеканила:

- Не поймают, - встала.

Оба они, что отец, что сын, разглядывали меня всё более заинтересованно. Я же ощущала тянущую боль там, где мерзко регенерировала ударенная голова. Хорошо же этот старик меня приложил, если я не просто вырубилась, а именно слегка истекала кровью.

- Что не так с твоей магией? – первым очнулся именно сын Райдера, - ты не просто маг.

Во мне были все восемь видов. Естественно, я неосознанно использовала минимум по два. Отбивать то, чего у тебя физически нет, остальные не могли, а я уже на тот момент додумалась сканировать противника и бить чем-то ему недоступным. Вернее, не так – все умели отбивать чистый удар, а не комбинацию чего-то.

- Нам пора, - мама поднялась с помощью моей руки, - не забывайтесь со своими угрозами, лорд Райдер. При ещё одной попытке нападения на Элли, тем более подобного масштаба, я брошу дуэльный клич. Вам, вашему сыну, вашим внукам и жёнам.

Звучало действенно, как по мне.

- Вероятно, так и будет, Правящая, - не смел показывать страха или наоборот – усмешки, старик, - вам должны были подготовить лошадей.

Так и вышло - после молчаливого блуждания в неизвестных мне (но не маме) стенах мы оказались на улице, где прислуга ожидала нас вместе с лошадьми и хмурыми переругивающимися парнями. Гримми спокойно болтала ногой на ступенях, бросая искристые взгляды на какого-то пажа.

- До портала едем вместе, после я возвращаюсь во дворец Владыки, - Владычица рукой отмахнула от себя слуг и парней, - не знаю, чья была идея, но вам стоило бы в следующий раз пораскинуть мозгами, прежде чем устраивать что-то подобное!

Резонно. Но только для виду – надо же ей кого-то обвинить, дабы Райдеры не обозлились окончательно. Вроде как пара слов не только для невиновных, но и для виноватых.

- Мы мозгом и поняли, что нам сюда надо, - зевнула я, запрыгнув в седло.

Но была сбита неожиданно шагнувшим ко мне с протянутой рукой сыном Райдера. В ней нашлись сразу три яблока, гармонирующих со светлой улыбкой мужчины и его вполне себе теплыми словами:

- Простите за вашу травму, леди, - он подал мне фрукты под фырки Варга и Рэя, после чего учтиво попятился к ступеням спиной, не снимая с меня улыбчивого внимания, - мы желали бы загладить вину приглашением вас на чайный вечер в эту пятницу. Приглашение вам пошлю лично я… если соизволите разрешить мне отправку вам вестника.

Я открыла было рот, мама напряглась, а высказался… Айз, кто же ещё?

- Сказано же, что она занята, - максимально ревниво, - вот и незачем ей писать.

Забавно, что именно они находились на одном уровне власти. Оба лорды, в то время как я лишь не отрицала и не спорила, если так обращались ко мне. Я была графиней, не высшей аристократкой. Мама прятала меня не столько в статусе, сколько в отдалении от себя. Хорошо получилось внешне – никто и не подумал бы, что я - её дочь.

- А вы претендуете, лорд Варг? – ядовито усмехнулся младший Райдер, - не менее бессмысленно, чем я, предполагаю.

Это спровоцировало Варга фыркнуть и податься рысцой, подогнав этим остальных его друзей. Мы же дожидались, пока Гриммиверу взгромоздят в седло и покрепче прикрепят все её юбки.

- Мальчик к тебе небезразличен, - мама первой дёрнула поводья, - надо же, как ему не повезло – со всех сторон пытается подступиться.

- Доброго пути, леди, - так и не дождался моего разрешения младший Райдер, - пусть Цикл вас пощадит.

Я в этот момент раздавала несчастные яблоки брату, сестре и маме, сама двигаясь вперёд с пустыми руками. Ну не любитель я подобного! Оказалась. Вот подари он мне кусок мяска, я бы оказалась впечатлена настолько, что согласилась бы на переписку, не то, что приглашение. Поболтать ни о чём я горазда, как все заметили.

- Варжонок всё слюни пускает о кое-чьей девственности, которая ему мерещится, - ухмыльнулся Рэй, - на запах же сестрица никем не пахнет. Не пахнет мужчиной, то есть. Вот волчьему засранцу и хочется на что-то надеяться.

Он хрустнул яблоком, пересекая первый крепостные ворота вокруг центра сада.

- Откуда ты это знаешь? – поинтересовалась у брата.

Ухмылка с его лица не просто не сползла – разрослась и стала кривой. Докерэй точно знал, о чём будет говорить.

- Он сам еще года два назад пьяный про эту свою идею кому-то в кабаке протрепался, - Рэй скривился, - видела бы ты его мечтательную рожу, когда он ещё не увидел, что я стою прямо над ними и готовлюсь харкнуть в его пасть.

Мама залилась звенящим смехом. Она обожала слушать наши своеобразные диалоги. Видимо, по этой причине и ехала сейчас с нами. Не охраняла же нас? Это было бы как минимум на неё не похоже, как максимум странно. Ей всегда нравилось узнавать, что я кого-то победила или одурачила – в ней просыпалась гордость только от самого факта, и плевать, что некоторый процент этих рассказов был ложью для получения поглаживаний по макушке.

- А ты девственница? – мама попала с вопросом ровно на тот момент, когда мы поравнялись с троицей во главе с Варгом.

Он замечательно слышал и вопрос, и ответ.

- Нет, конечно же, - лениво протянула я, - а у тебя были сомнения?

Мама так же медленно кивнула, сощурив на меня глаза.

- И кому же так повезло? И с кем не повезло тебе, если ты больше никого к себе не подпускаешь? – она едва заметно напряглась.

Это ощущение сквозило во всём – в её повороте головы, в деланно расслабленных пальцах с поводьями, в слегка сгорбленной осанке. Во всём её теле.

- Вот этим самым пальцам повезло, - подняла для неё обе пятерни в воздух, - если ты спрашивала именно про физический факт. Девственной плевы у меня нет давно.

Это ей понравилось. Ответ в смысле, а не информация. Он её удовлетворил, обезвредил и утихомирил. Мы обе знали, что условные магические рефлексы посчитают меня женщиной только в момент первой близости с кем-то мужского пола. Не зря я стала висталкой только после того, как это произошло. Оборот пришёл именно в таком ключе. Видимо, оттого, что нужен именно жидкий компонент секса с мужчиной, а не как при подтверждении брачной метки – тебе не обязательно быть девственницей, чтобы стать женой, но обязательно лишиться этой дряни с кем-то, чтобы пройти оборот в висталку.

Далее мы отвлеклись на то, с каким облегчением вздохнул Варг, однако тот спор совсем не стоит воспоминаний.

Их стоит произошедшее после. Последней историей в этой арке станет моё совершеннолетие. Бал, на котором должна была объявиться дата моей свадьбы с Омиллоном Хакгард. Свадьба пошла под откос. Потому как я поверила подлецу, приняв его протянутую мне руку, просящую танца.

В тот день я стала женщиной по всем правилам. В тот день Аезелвалф Варг испортил мою жизнь.