Солнце заходит на востоке

Мягкое течение озера приятно ударяет по телу. Дилан немного приседает к кромке воды, отпивая её с противным прихлёбыванием. Его подруга Стефани морщится.

- Ты уверен, что её можно пить? – девушка запускает в него волну, заливаясь смехом.

- Мы все её глотаем, какая разница, в каком количестве, - Уорлан задорно принимает правила их небольшого боя. Стефани визжит и бежит к берегу.

На календаре тридцать первое августа, вода едва тёплая. Даже листва уже принимает причудливые цвета, готовясь отмирать. Из их небольшой компании лишь Дилан и Стефани не побоялись искупаться. Мартин и Ларри предпочли наблюдать за ними с суши, оставаясь сухими.

Стефани прячется за спиной своего лучшего друга, пока Дилан брызгает в неё капли воды с ладоней. Ларри отмахивается от них веером. Чёрно-белые полосы украшены рисунком журавлей, подражая восточному стилю.

- Хочешь, подарю? Ты так на него заглядываешься, - Ларри складывает веер и протягивает Дилану.

- А, нет. Красивый просто, - Уорлан неловко улыбается, падая между Мартином и Стефани. Девушка бросает на них странные взгляды. Будто бы она ревнует. Дилан хмыкает от собственной мысли. Какая же глупость.

Ларри надоедает сидеть на одном месте. Он бежит к велосипедам, бросив какое-то странное условие в стиле, кто последний, тот первую неделю оплачивает обеды. Но остальная компания остаётся сидеть на узкой линии песка. Стефи блаженно раскидывается, вода едва касается её ног.

- В этом году мы уже выпускники. Знаете, кем станете в будущем? – Дилан вымученно вздыхает. Вновь эти вопросы.

- Давай оставим подобные размышления для начала учёбы.

- Фи, какой ты скучный!

- Будто бы он когда-то был интересным, - кажется, Мартин впервые за их купание что-то произносит.

- Раз вы оба ужасно скучные, то хотя бы я дам себе обещание. В этом году я признаюсь Ларри.

- Ты говорила также в прошлый День Святого Валентина, - замечает погрустневший Мартин.

- А вот в этот раз я точно сделаю ему самую красивую открытку. Вот увидите, - девушка отряхивает руки от песка и бежит к своему велосипеду. Мартин прожигает её спину потерянным взглядом. Чем ему нужно стать, чтобы она обратила на него внимание? Как заслужить самую красивую открытку от девушки, в которую ты влюблён

===

Сборы в школу всегда похожи друг на друга. Особенно когда повторяются в последний, одиннадцатый раз. Дальше только колледж и весёлая жизнь среднестатистического молодого парня. Дилан не выделяется умом и сообразительностью. В его маленьком городке этого и не требовалось.

Уорланы не всегда жили в двухэтажном домике в Сантбэе. Дилан провёл здесь лишь пять лет своей жизни с отцом. По решению суда он остался с ним после долгого развода родителей, что было невероятным счастьем. Виола Уорлан всё время устраивала скандалы и обвиняла каждого в своих бедах. А папа такого отношения не заслуживал.

Дилан спустился по деревянным ступеням. Его шаги эхом раздавались по первому этажу. Снова пусто. Николаса не было дома. Наверняка с самого утра ушёл искать вдохновение для новых статей.

Дилан грустно включает чайник, отвечая друзьям в общем чате. Никто не хочет начинать учиться сегодня. Школа снова распахнёт свои унылые двери, и их жизнь закрутится в привычный вихрь. Дилан мечтает вырваться из него, изменить хоть что-нибудь. Будущее кажется слишком туманным и статичным.

Уорлан заваривает чай и плетётся в ванную. Чтобы не было слишком мрачно и тихо, он включает музыку. Вода и песни помогают прийти в себя и смириться с мыслью, что начался новый учебный год.

===

Дилан с гордостью выкатывает свой любимый велосипед. Отец подарил его летом после переезда. И в Сантбэе он пригождался куда чаще, чем в Колчестре. Здесь оказалось в разы интереснее, чем в суматохе целого города. Это был их собственный неизведанный мир, по которому они колесили с компанией. Дилану нравится отпускать руль, раскидывая руки. Тело пронизывает ветер, волосы развеваются, и он вне пространства и времени. Вместе с этой шалостью его покидают все страхи и тревоги серых будней.

Иногда он успешно сваливается с велосипеда. Но позже о подобной свободе напоминают лишь новая ссадина на теле и заплатка на одежде. Кому вообще нужны цельные вещи?

На одном из перекрёстков его нагоняет Ларри.

- Я думал, ты начнёшь прогуливать с первого же дня в выпускном классе, - голос Ларри всегда тихий, как бы он ни старался говорить громче. Из-за этого приходится вставать ближе к нему или подъезжать.

- Хочу увезти отца отсюда, а для этого нужно найти нормальную работу.

- Думаешь, из нашей деревни есть выход? Мы здесь застряли на десятилетия. Сначала мои бабушка и дедушка, затем родители, а теперь и я. Эта местность обгладывает кости поколений.

Дилан кривится. Говорить с утра о трупах совсем не хочется. Он сворачивает на тропу, которая уходит в лес, а затем снова выходит на дорогу через несколько сотен метров. Деревья уже приобретают новые цвета, грозясь атаковать ими случайных путников. Когда они ходят здесь пешком, Дилан часто достаёт листки из пшеничных волос Ларри. Они будто пытаются заменить его редкие пряди, чтобы причёска смотрелась объёмнее.

Дилан оглядывает стволы деревьев и замечает движение. Показалось? Но нет, кто-то перебегает от одного к другому, точно прячась, преследуя. Быстрее крутить педали кажется логичным, но здесь живёт всего несколько семей, и все прекрасно знают друг друга. Дилан спешивается с велосипеда, аккуратно укладывая его рядом. В конце концов, это может быть просто заплутавший ребёнок. Или дети, решившие поиграть в лесу перед школой. Кто так в детстве не делал?

Уорлан подходит ближе, стараясь всё же остаться на тропинке. Страх присущ любому живому существу, которое знает о смерти.

Совсем рядом раздаётся треск сломавшейся ветки. Дилан резко оборачивается, прижимаясь спиной к коре. На него пристально смотрит незнакомец. В изношенном свитере, в котором можно сосчитать даже нитки. Его зелёные глаза бегают по Дилану, словно не знают, за что именно зацепиться. Он ищет слабое место? Уорлан бросается к велосипеду, но не слышит за собой погони. Незнакомец спокойно доходит до того места, где только что стоял сам Дилан. Они смотрят друг на друга. Высокий мужчина средних лет и юный подросток. Во взгляде незнакомца плещется странное тепло, и Дилан уже ставит ногу на педаль, готовый поехать.

- Дилан, постой, - Уорлан замирает. Нога соскальзывает, и он неприятно ударяется о велосипед.

- Откуда вы знаете моё имя? – речь Дилана быстрая от волнения. Язык словно присох к нёбу, а лёгкие отказывают в работе. Он слишком часто выдыхает в жалкой попытке подавить панику. Что он сделает против взрослого человека, пускай этот мужчина и худой?

- Совсем скоро многое начнёт происходить. И я прошу тебя: не твори глупостей, - Дилан лишь сильнее ёжится, стараясь снова найти педаль.

- О чём вы? – его голос сдавлен и жалок. Уорлан не знал, что способен быть настолько слабым, трясущимся и уязвимым. Он скользит взглядом по стоящему мужчине. Тот не двигается, лишь устало прислоняется к стволу дерева. Дилан бешено его осматривает. Словно испуганный зверь пытается оторваться от хищника. Дилан вглядывается в черты лица незнакомца. Круглое лицо, широко посаженные зелёные глаза, маленький прямой нос, вздёрнутый кверху. Уорлану всегда говорили, что он миловидный.

- Как вас зовут? – уже увереннее произнёс Дилан.

- Я всегда был догадливым ребёнком, - незнакомец дружелюбно улыбается. Солнце отражается в его взгляде, и Дилан окончательно теряется.

- Не морочь мне голову. Ты не можешь быть мной. Мне восемнадцать лет, а ты уже будто половину жизни пережил, - Дилан сильнее сжимает руки на руле, пытаясь прийти в себя. По крайней мере, так он сможет узнать больше об этом человеке.

- Всё начнётся сегодня. И я прошу тебя, сделай то, чего я не смог. Я хочу, чтобы ты и я, мы были счастливы. Поэтому я и вернулся. На твоём месте я ошибся. Но теперь я могу наставить тебя туда, куда нужно, - мужчина протягивает руку и делает несколько шагов вперёд. Его глаза маниакально блестят.

- Заткнись, чёртов придурок, - парень наступает на педаль и, наконец, резво заезжает в гору, на тропинку. Он оборачивается. Мужчина продолжает смотреть ему вслед. Он странно улыбается: неестественно, криво и сумасшедше.

Дилан слышит только как ветер гонит кровь к ушам. Его юное сердце отбивает немыслимый ритм. Утренний чай будто желает вылиться обратно, и Уорлан уже жалеет, что пил его. Отчаяние подкатывает к горлу, и он жалеет обо всём своём существовании. Дилан резко поворачивает руль и выкатывает из леса. Он останавливается и тяжело дышит, опираясь согнутыми в локте руками на руль.

К нему осторожно подъезжает Ларри.

- Эй, ты чего так долго? Чёрт… С тобой всё в порядке? Ты так дышишь, Дилан, - взволнованный голос Ларри ещё тише его обычного. Но за годы дружбы Уорлан научился улавливать каждый децибел. Дилану становится немного стыдно. Он явно пугает Ричердсона своим состоянием.

- Извини, просто упал там в канаву. Неудачно задумался. Ладно, взбирайся обратно на борт, мы уже опаздываем, - Ларри бездумно кивает головой, вглядываясь в идеально чистые штаны друга. Это как он так чисто упал в период осенней грязи? И всё же Ричердсон не решается задавать ещё вопросы. Дилан явно раздражён и… напуган? О да, это наверняка страх. Ларри чувствует узкий ряд мурашек, проходящий по тонкой коже шеи. Уорлана тяжело взволновать. Дилан обычно спокойный. Он всегда знает, что делать и как себя повести. У него есть выход из любой ситуации.

Ларри скользит рядом, в пределе видимости. Он вглядывается в задумчивый профиль своего друга. Ричердсону хочется остановить их, оставить велосипеды на земле, взять его за плечи и прижать к себе в неловкой попытке успокоить. И Ларри не может сказать кого именно.

===

Солнце уже отвоевало своё право на существование. И Дилан обычно ему рад, но внутренний холод сжимает его изнутри. Он скомкано здоровается с их компанией и проводит остаток дня как призрак. И он чувствует этот жалостливый взгляд лучшего друга, который больше не пытается с ним заговорить. Ларри прав. Уорлан и под дулом пистолета не расскажет о своей галлюцинации.

Дилан немного рассеян на уроках, но учителя считают это нормальным для начала учебного года. Будто бы Дилан никогда и не подавал больших надежд. К тому же, они и сами такие. Пытаются что-то вспомнить, как-то заставить себя работать, хотя в воспоминаниях они всё ещё в отпуске, подальше от всех надоевших детей и их очередных глупостей. Уорлан уверен: учитель географии находит его глупым. Дилану совершенно плевать на мир за окном, что и где производится или какая завтра будет погода. И если – это глупость, то парень согласен с таким убеждением. Он не хочет быть собственным адвокатом. Примириться всегда казалось легче.

- Без Стефи как-то грустно. Она говорила, что придёт.

Мартин Эйнвокс грустно вздыхает, перечитывая сообщения подруги. Стефани Лойс никогда не нарушала своих обещаний.

- Возможно, мама снова увезла её в большой город. И она забыла про компанию ущербных подростков где-то в Сантбэе. Я не могу её винить, я бы сделал также, - Дилан пожимает плечами.

Их уменьшенная компания обедает за самым последним столиком, в перекрёстке стен. Они надеются, что так они остаются в тени. Мартин поднимает на него тяжёлый взгляд, ударяя вилкой по тарелке.

- Ты бы не оставил здесь Ларри. Он и дня не проживёт здесь без тебя. С чего ты вообще взял, что город – это сразу лучше? Мне кажется, такому нюне как ты везде будет плохо и тошно, - Эйнвокс хватает поднос и через несколько секунд вылетает за дверь.

- Зря ты так с ним, - шепчет Ларри.

- А он поступил со мной просто прекрасно? Хотите оставаться в Сантбэе – да, пожалуйста. Его мать здесь при хорошей должности, его жизнь устроена. А меня тошнит от этого места. И, да, я мечтаю уехать. Но не от вас, а из этого… - Дилан не может найти подходящего слова, пару раз взмахивает рукой и сбегает.

Ларри грустно смотрит ему вслед, затем себе в тарелку. Аппетит совсем пропал, но он продолжает сидеть, сжав кулаки. Его друзья просто придурки. Мартин волнуется за девушку, которая ему нравится, с Диланом произошло что-то странное в лесу. А плохим почему-то себя чувствует Ларри. Он относит оба подноса на мойку и не возвращается в класс. Он не хочет снова встречаться со всей недосказанностью.

===

После ухода Ларри день проходит в разы быстрее. И скучнее. Дилан долго думает об их разговоре и жалеет. Он не должен был так срываться. Это слишком жестоко по отношению к Ричердсону. Просто Мартин его взбесил своими причитаниями о Стефани, словно ей есть до него дело. Уорлан всё прекрасно видит. Её покрасневшее личико рядом с Ларри, её попытки быть ближе к его лучшему другу и вечные обещания прийти. Именно их Мартин трактует как желание увидеться с ним. Но Стефи думает, что Эйвонксу вообще не нравятся девушки. Он никогда не говорил и не заботился ни об одной из них. Дилан скромно считает идиотами всю их компанию.

Дома его встречает отец и пытается расспросить о том, как прошёл день его любимого ребёнка. На самом деле он пытается найти вдохновение в подростковых буднях, но жизнь собственного сына каждый раз его не удовлетворяет. И каждый раз он уходит настолько расстроенным, словно он породил самое жалкое существо во всей галактике.

Дилан ставит посуду в раковину и поднимается в комнату. В этом ужасном дне остаётся ещё домашняя работа, но он слишком устал от сегодняшних потрясений. Он включает свой старый ноутбук, у которого в разы больше силы воли, чем у своего обладателя, раз он всё ещё работает.

Дилан просматривает сотни постов, включает какое-то видео на фон и честно старается вчитываться в историю Англии. Он удивлён, что с таким рвением к познанию дисциплин, фамилия Уорлан до сих пор числится в учениках школы.

Его отвлекают бесконечно приходящие уведомления. Первым делом он заходит в общий чат с друзьями. Одно голосовое от Мартина. Дилан включает его в надежде на извинения. Голос друга сиплый и подавленный, его перебивает шум успевшей опасть листвы и чьи-то голоса на фоне.

- Стефани нашли. В лесу. У неё вспорота шея, - в конце Эйнвокс срывается на всхлип.

Дилан отбрасывает телефон подальше от себя. Он тяжело дышит и не может поверить в услышанное. Их яркая и обворожительная Стефи не может лежать мёртвой в холодном лесу. Её ждёт невероятная карьера актрисы с множеством ролей и международным сотрудничеством. Ждала бы.

Дилан подтягивает колени к груди и обнимает их. Его мелко трясёт. Уорлан никогда не желал подруге смерти. Он просто хотел, чтобы она отцепилась от Ларри. Чтобы она обратила все свои мечтательные настроения на Мартина и ненадолго пропадала из жизни его лучшего друга. А не чтобы она покинула их навсегда. Больше никогда не споткнулась где-нибудь на дороге, не уронила все вилки и ножи в столовой, не прыгнула первой в озеро летом. Внезапная тоска затапливает тело парня. Ещё утром он завидовал Стефи, подкалывал её за то, что она стремится к своей мечте. И у Лойс были поддержка и средства, о которых Дилану оставалось только мечтать и ехидничать.

Уорлан подтягивается к телефону и бездумно пролистывает чат класса. Все скорбят по «глупой дурочке», как её называли за спиной. И Стефи об этом знала. Она считала это просто подростковым бунтом или страхом и продолжала быть дружелюбной со всеми. В классе всегда знали, к кому можно обратиться за безвозмездной помощью.

Одинокая слеза скатывается по щеке Дилана. Она не заслуживала такой смерти. И Уорлан бы понял, если бы Ларри выбрал её. Он бы не смог конкурировать с такой, как Стефи.

Дилан захлопывает учебник, слова из которого теперь кажутся бессмысленными. Он думает, что около леса сейчас наверняка мигалки, а отец Ларри собирает первые улики. Да и видеть труп подруги – это последнее, чего он хочет. Уорлану нужно сбежать. Он заворачивает в сторону озера. Дорога от его дома длинная, и он жалеет, что забыл велосипед. Он снова обдумывает прошедший день. Мысли беспощадно бьют по воспалённому сознанию, и Дилан старается не сосредотачиваться ни на одной из них.

Уорлан останавливается перед деревом у берега. В воде отражается ещё один молчаливый силуэт. Мартин вспоминает свои счастливые моменты с девушкой, в которую он влюблён. Дилану кажется, что появиться сейчас рядом – это грубое вмешательство в душу человека. Он отходит от дерева и просто бродит по городку. Уорлан падает на лавочку, которая служит автобусной остановкой. Через пару мгновений к нему подсаживаются. Дилан чувствует, как к горлу подкатывает тошнота.

Уорлан оборачивается и встречается взглядом с незнакомцем. Мужчина вскакивает вслед за ним и начинает преследование. Они вместе медленным шагом идут обратно.

- Папа снова работает? Всё ещё в том журнале, но однажды он выпустит книгу…

Дилан старается не слушать. Все его внутренние органы напряжены и сжаты.

- Почему ты мне не сказал, что её убьют?! Ты же говорил, что мне нужно исправить твоё… наше прошлое. Ты жалеешь о чём-то. А я сейчас жалею только о том, что Стефани больше нет!

Мужчина лишь качает головой, цокая. Дилану хочется его ударить, закричать во всё горло, исцарапать его лицо. Всё стало хуже, когда он появился. Это должен был быть обычный учебный день, похожий на сотню предыдущих.

- Тогда ты бы не исполнил наше предназначение. Ты бы испугался и сбежал слишком рано, - Дилан валится на ствол дерева позади. В его глазах стоят жаркие слёзы.

- Это ты её убил! Вот почему ты появился в лесу! – незнакомец приближается. Его тело изгибается под неестественными углами, словно он кукла на шарнирах. Дилану становится плохо только от одного вида. На него надвигается опасность, чья-то дикая, злая энергетика. Дыхание сбивается. Поток воздуха встаёт в горле. Уорлан не понимает, чего именно он хочет. Вдохнуть или выдохнуть. Кажется, будто его организм пытается исполнить его сокровенную мечту – отправиться за Стефани.

Вся его зависть снова выплывает наружу. Она затапливает сознание, поглощая любое хорошее воспоминание о совместном юношестве. Стефани всегда была на шаг впереди, ей всё легко давалась. И Стефани его явно ненавидела. Ларри нравилось, что его слушает именно Дилан, он предпочитал проводить время со своим лучшим другом. И первым человеком, про которого думал Ричердсон был именно Уорлан. И в их компании это определённо не нравилось только ей.

Дилан приходил в экстаз от мысли, что у него есть то, чего Стефани Лойс – их прекрасная миниатюрная кареглазая подруга с тёмно-коричневыми кудрями и хрупкой шеей – никак не может получить.

- Это ТЫ убил её, - произносит мужчина с растянувшейся во всё лицо улыбкой. – Зачем же ещё ты свернул тогда в лес? Ты увидел там её и побоялся, что она снова попробует подобраться к Ларри. И ведь в один день она смогла бы его забрать. Стефани бы получила своё, как и всегда. А мы бы остались здесь совсем одни. Никому ненужные и всеми позабытые. Поэтому нам захотелось вспороть её нутро и увидеть: что же в ней может посоревноваться с нами?

Дилан дышит всхлипами. Тело прошибает испарина, его начинает трясти. Он не убийца. Безусловно, он знает, что помимо Ларри Стефани нравился лес, и она старалась ходить этой тропой как можно чаще. Она даже просыпалась раньше, чтобы не торопиться и насладиться пейзажем. Но он не убийца. А ещё у него есть явный мотив. И он был в лесу сегодня. Возможно, во время убийства подруги.

- Эй! Сколько ты там ещё будешь на меня пялиться? – с берега на него идёт Мартин. Дилан оглядывается, пытаясь понять, как снова оказался здесь.

- И чего ты молчишь? – Эйнвокс кричит, его голос срывается на хрипы. Парни не отличались друг от друга комплекцией, но ярость в глазах друга, заставляет чувствовать себя меньше. Мартин с лёгкостью поднимает его с холодной земли.

- Понравилось наблюдать за мной?! Ты наверняка рад, что её больше нет. Стефи никогда тебя не нравилась! Ты её ненавидел. Ты всегда был завистливой дрянью. Ларри уделяет тебя слишком много внимания. А на неё он будто бы и не смотрел вовсе. Она заслуживала быть счастливой, а не мёртвой! Мелкий ты убийца, - Мартин едва ли разделяет слова, его губы дрожат от холода. Но хватка у него крепкая.

Дилан больно ударяется спиной о дерево. Слёзы в глазах друга пугают. Его пустой взгляд затуманен. И Уорлан чувствует первый удар. Шея резко поворачивается вправо, а щёку прожигает боль. Он вздыхает, но тут же смыкает губы.

- Десять минут неотрывно смотрел на меня, а затемсмеялся. Нравилось, как я страдаю?! Ненавижу тебя. Ненавижу за неё. Стефани никогда бы этого не сделала, но теперь её нет! – Мартин грубо бросает Дилана обратно на землю.

Уорлан сдаётся под градом ударов. Затылок жжёт холод всей планеты под ними. А по телу рассыпаются искры чужой печали от потери. Эйнвокс над ним тяжело дышит и бьёт, куда попадает. Тело Дилана отвечает на насилие лёгкими толчками в ответ. Давление в организме невыносимое, боль вымывает все остальные чувства. Уорлан не закрывает глаз, но и не смотрит на своего друга. Его взгляд направлен в пустоту, в бесконечное небо. Бестелесные звёзды отражаются в воде, которая раньше смывала все детские тревоги. Они бездушно наблюдают за ними, словно вся эта сцена лишь логическое продолжение множества их созвездий.

Правой рукой Дилан нащупывает камень. Но что он сделает? Пробьёт им висок Мартина? Он никогда не сможет этого сделать, он слабый и безвольный, даже если его избивать. Уорлан и не пытается защищаться. Слёзы выступают от мыслей о собственной беспомощности. Он замечает отблеск усмешки Эйнвокса. Дилан чувствует, как кровь заливает рот. Хочется выплюнуть её, откашлять, но ему сложно сделать и вздоха. Уорлан лишь надеется, что Мартин не задел ничего важного. Хоть бы не внутреннее кровотечение. Денег едва ли хватает на жизнь. Отец не потянет лечение собственного ребёнка. Дилан любит своего папу. Но он для него лишь обуза. Как и для матери. Он должен был спасти их брак и никогда не родиться.

Наконец, Эйнвокс удивлённо вздыхает. Он смотрит на десятки кровоподтёков, на истерзанное тело другого человека. Он резко слезает и чудом удерживается на ногах. Его грудная клетка ходит табуном под слоем одежды. Что он наделал? И зачем? Мартин медленно отступает. Вид избитого друга пугает его настолько, что, отвернувшись, он продолжает видеть его. Он жмурится до боли в глазах, стараясь вытравить образ из головы.

Дилан лежит на земле. Одна его нога согнута в колене и приподнята, руки безвольно повисли вдоль туловища. Он даже не пытался прикрыться. Из уголка его рта виднеется тонкая струйка красной жидкости. Глаза посинели и будто бы впали глубже. Он хрипит, вырывая из себя дыхание. Возможно, он ненавидит себя за эту последнюю борьбу.

Мартин глубоко вдыхает свежий колючий воздух и сбегает. Ноги уносят его от проклятого места, от запаха крови, от собственной безутешности.

===

Всё тело болит. И кажется, что от боли уже невозможно уйти. Словно вся жизнь вела его к этому мгновению, где он распластан на земле, безнадёжно всхлипывая от обиды. А в голове мельтешит только один вопрос. Он убитый или убийца?

===

Дорога до дома ощущается унизительной. Звёздное небо освещает его путь, но оно такое холодное, что слёзы сами вытекают из глаз. Он плачет лишь после, едва переставляя ноги. Нутро прожигают гадкие чувства. Дилан хотел, чтобы его избили. Он надеялся, что после этого не придётся подниматься.

Отец в это время всегда в кабинете. Либо работает, либо спит. У него невыносимый график. Он сам же его себе и установил.

Дилан забирается по лестнице на второй этаж. Он не тратит время на промывание ран. Уорлан валялся в грязи, да и руки Мартина не были чистыми. На его теле запеклась кровь, перемешанная с гноем земли. Возможно, природа возьмёт своё и в нём. Возможно, внутри его мерзкого тела что-то ещё сможет процвести.

Дилан лишь сбрасывает одежду и недолго держит руки пот тёплой водой в ванной. Часы показывают глубокую ночь. А завтрашний школьный день обещает быть чересчур длинным. Уорлан уже заранее не хочет ничего из этого. Мартин, кажется, выбил из него душу. И теперь она, уставшая и израненная, не хочет возвращаться в организм и служить своему обладателю.

Дилан хочет переставить будильник, чтобы завтра опоздать. На экране уведомлений висит несколько пропущенных от Ларри. И двенадцать сообщений. Лучший друг надеялся, что Уорлан просто спит, из-за чего не может ответить. И Дилан очень бы хотел закрыть глаза несколько минут назад, и больше никогда их не раскрыть. Ни от шока, ни от радости, ни от ужаса. Он просто хотел, чтобы всё закончилось. Даже здесь, в этом всеми забытом месте, которое он ненавидит с самого переезда. Ларри ещё спрашивал, как он после всех новостей, писал что-то об отце. Но Уорлан пропустил остальное мимо глаз. Рёбра начинали болеть, и он решил уснуть.

===

Дилан понимает, что ненавидит будильники. Сегодня ему хуже, чем обычно. В будние школьные дни его тело не ломит. Кажется, что все кости его тела хотят прорваться сквозь кожу и соединиться с землёй. Уорлан потирает глаза, щурясь от боли.

Он проводит в душе стандартные пятнадцать минут. Только теперь он гадает, добралась ли какая из инфекций до его кровотока. И поможет ли ему сейчас обычная вода? Шанс может быть не упущен.

На кухне его ждёт сюрприз. За маленьким обеденным столом сидит Ларри. Он иногда отпивает уже сотню раз остывший чай и бездумно листает видео в телефоне. Ричердсон поднимает голову, ненадолго улыбаясь.

- Кто это с тобой сотворил? Такое не может произойти от падения, не пытайся соврать, – его голос звучит неожиданно громко, из-за чего Дилан дёргается. Он знает, что Ларри просто обеспокоен, а не ругает его. Но органы внутри него сжимаются от предчувствия чего-то плохого.

- Да это неважно. Ты сам как? Это первый день в мире вообще без неё, - эмоции на лице друга меняются с нечеловеческой скоростью.

- Не прикрывайся её смертью. Вчера ведь что-то случилось там, в лесу? Ты так и не рассказал… - Ричердсон не умеет злиться. У него эта функция отключена. Он лишь обеспокоен состоянием Дилана. Но у Уорлана земля уходит из-под ног от вопроса.

- Я просто упал с велосипеда у обрыва. Знаешь, потом долго вставал, снова его поднимал и выкатывал. Я уже даже думал, что ты не станешь меня ждать. А как ты вообще попал ко мне в дом? – по лицу Ларри было тяжело понять, верит ли он ему. Но он узнал, что ничего не добьётся вопросами напрямую.

- Твой папа выходил и впустил меня. Я решил дождаться, пока ты проснёшься и поехать вместе. Вчера ты даже не прочитал мои сообщения, и я переживал.

- А как там Мартин?

- Он тоже молчит. Но он потерял Стефани. Если бы я потерял тебя, я бы тоже ни с кем не хотел общаться. А ты вчера целый день ходил какой-то странный. Я уже и не знал, что думать, - Ларри вздрагивает так, словно собственные слова пугают его.

Дилан задумывается, смог бы его лучший друг избить Мартина. Бил бы он его также яростно, пока в голове проносятся обрывки общих воспоминаний? А затем собственное посиневшее тело, которое не подаёт признаков жизни. И представить себя на месте Стефани Дилану оказалось совсем не страшно.

- Разговаривай со мной, пожалуйста. Я не хочу потом плакать у твоего гроба и думать, что я мог многое изменить. А я ведь могу сейчас что-нибудь сделать. Только если бы ты рассказывал, что с тобой происходит, - дыхание подводит Ларри, и он сбивчиво шепчет слова себе под нос. Словно он читает заклинание. Дилан чувствует, как к горлу подступают слёзы.

- Прости, что не сказал тебе раньше. Но сейчас всё в порядке. Я со всем разберусь. Только ты не переживай, пожалуйста.

- Помни, что вместе мы всё и всех переживём, - Дилан улыбается. Они придумали это в детстве, когда Мартин по уши погряз в Стефи.

- Никогда не забывал.

Ларри качает головой. Затем Уорлан отмирает и наливает им обоим нормальный чай.

- Прогуливаем уже второй урок… - притворно грустно вздыхает Ричердсон. Дилан не может сдержать смех, выплёвывая чай обратно в кружку.

- Хоть бы постыдился.

- Ну, у нас есть оправдание. Впервые я бы хотел от него избавиться. Может, заедем за Мартином? – от упоминания друга синяки на лице закололи.

- Он же хочет побыть в одиночестве… - Дилан старается ответить как можно уклончивее. Словно они не виделись ночью, и ничего не произошло. Он уже и сам почти верит в это.

Ларри бездумно кивает, покусывая нижнюю губу. Странная привычка, которую Уорлан всё время подмечает.

- Я подожду, пока ты оденешься, - Ричердсон прислоняет тыльную сторону ладони к губам, говоря через неё. Его мозг загружен мыслями, и почти каждую секунду перед глазами возникает разная ошибка. Словно ему не хватает серого вещества, чтобы вырыть верную догадку.

- Стой! Ди, ты ведь не промыл раны? – Ларри тяжело вздыхает, потирая глаза. Дилан виновато опускает взгляд и шипит отрицательный ответ.

- Идиот! Слышал что-нибудь про сепсис?! Или тебе вообще всё равно, что о тебе волнуются люди? – Ларри даже кричит тихо. Его голос лишь дрожит и срывается в особо чувствительные моменты.

Вместо школы они заезжают в местную больницу. Хотя тяжело назвать небольшое помещение с одним лишь терапевтом таким масштабным словом. Но их старенькая медработница промывает Дилану раны и лепит на них лейкопластырь. От их количества по всему телу Уорлан чувствует себя слабой пародией на мумию.

- Доволен? Мы теперь можем пойти на занятия? – Ларри улыбается, кивает и протягивает ему шоколадный батончик. Дилан с чувством вгрызается в него, мягкая карамель висит между его ртом и сладостью, прежде чем запачкать его руки. Уголки губ Ричердсона ползут ещё дальше. Он не сдерживает насмешливого кашля. Дилан пихает его локтём и выходит первым.

===

Атмосфера в школе подавляет с первой секунды. Мир будто бы стал серее за несколько часов. Дилану тяжело даже вдохнуть. На часах уже половина двенадцатого. Они прогуляли большую часть занятий.

- Отец приедет через полчаса. Собирается опросить каждого. Нас в особенности, - Уорлан останавливается. Его мутит, мир перед глазами расплывается. Он теряет равновесие и прислоняется к стене.

- Ди! Тебе плохо? – Ларри придерживает его за локоть, обеспокоенно оглядывая.

- Всё в порядке. Просто спал плохо, - Стефани ведь не могли убить в той же части леса, где был он. Он не мог оставить там следа от обуви. Никто и не узнает, что он там был, пока он сам не проболтается. Нужно просто держать рот на замке.

- Эй, мой папа не изверг. Он же всего лишь задаст несколько вопросов, а не устроит пытки. Мы же её ближайшие люди после семьи, - Ларри сглатывает и моргает несколько раз, прогоняя слёзы. Не время и не место.

Они решают не идти на урок и просто ждать мистера Ричердсона. Парни сидят на лавочке в самом дальнем коридоре. Дилан клюёт носом и едва ли не падает на пол. Ларри цокает и укладывает его голову себе на плечо.

===

Минуты пролетают катастрофически быстро. Школьников собирают в спортзале. Дилан множество раз встречался с отцом Ларри. Но с детективом Ричердсоном он встречается впервые. Допрос ведётся один на один – в кабинете учителя физкультуры.

Дилан от волнения трясёт ногой. Парень не знает, куда себя деть. Ларри приносит ему стакан воды и смотрит с подозрением. То, что нужно. Уорлан сходит с ума от волнения. Люди выходят и заходят чуть ли не друг за другом. Очередь Дилана наступает слишком быстро. Какой-то старшеклассник толкает его к двери.

- Дилан, здравствуй, - в его голосе нет привычной искренней приветливости. Уорлан тяжело сглатывает, садясь на стул.

- Я близко знал Стефи, - Дилан начинает говорить сам. Детектив поднимает на него глаза, отрываясь от бумаг. От цепкого взгляда по спине бегут мурашки. Каждое его слово будет зафиксировано и не раз осмысленно. Они будут использованы против него. А как иначе? Кто ещё пойдётв лес утром? От бессилия что-либо изменить дрожит голос.

- Мы были неплохими друзьями. Хотя вы знаете.

- Кто это сделал? – внезапный вопрос заставляет Уорлана тряхнуть головой. Ах да, его опухшее и посиневшее лицо. На секунду ему кажется, что отец Ларри выходит из себя. В его голосе промелькнуло нечто нежное, та самая искренняя заинтересованность взрослого.

- Это не имеет отношения к делу.

- Мартин? – Дилан издаёт удивлённый вздох, и соврать уже не получится. Он униженно опускает голову. Теперь ему точно не будут верить. Обо всём уже известно. По щёкам течёт несколько слёз. Кажется, будто это ноет всё его тело.

- Почему ты не сказал мне честно? Он тебя запугал? Смерть подруги – это не оправдание насилию, - губы дрожат настолько, что Дилан и слова не может сказать. В кабинет заходит Ларри. Он быстро осматривает помещение и кладёт ладонь на плечо друга.

- Что ты с ним сделал?! – на мгновение Дилану кажется, что Ричердсон кричит. Что он раздражён поведением собственного отца.

Уорлана тянут в сторону, и он плетётся за Ларри, едва успевая вытирать слёзы, которых лучше никому не видеть.

===

Ричердсон едет вместе с ним до дома. Он оставляет свой велосипед у стены и слабо улыбается, подходя к двери. Ветер колышет его волосы. Пряди переливаются подобно летним ласковым лучам.

- Почему ты не уезжаешь? – искренне не понимает Дилан.

- А почему должен? – Ларри мягко улыбается в ожидании приглашения войти.

- Ты видимо не слышал, о чём мы с папой говорили. Он не думал, что у тебя будет такая сильная реакция. Нельзя было продолжать допрос в таком состоянии. Я не хочу оставлять тебя одного сейчас, ведь ты ничего не расскажешь мистеру Уорлану. И я не хочу приводить тебя к себе. Думаю, аура папы будет слишком сильно давить.

И почему он только такой хороший? Дилан качает головой, словно марионетка. Он не выражает ни одной эмоции, лишь реагирует на состояние окружающей среды, надеясь не выдать своего.

Опомнившись, Уорлан проходит в дом и бросает кофту на диван в гостиной. Он всегда делает так осенью. Они поднимаются к нему в комнату, где творится небольшой бардак. Но Ларри не осуждает. Последние сутки были сплошным ужасом.

- Ты ведь рассказал отцу про драку? – Ричердсон падает на кровать так, будто она принадлежит ему. В отличие от своего отца он сразу же смотрит в глаза.

- Он тебе уже доложил? – Дилану это совершенно не нравится. Подросток боится, что ему навредят.

- Нет, о чём ты? Несложно догадаться какое событие вызвало у тебя такой отклик. Я тебя с переезда знаю, но впервые столкнулся с подобным. Тебе будто смертный приговор подписали…

- Лучше б так и было, - Дилан отводит взгляд к окну.

- Замолкни!

Ларри цепляется за его шею, издавая тихие всхлипы. Импульс длится недолго, и уже через несколько минут ему становится стыдно. Уорлан всё такой же неподвижный, и Ричердсон хочет его придушить. Он чувствует, как вслед за подругой теряет кого-то гораздо значимее. Но его попытки повлиять на ситуацию – это лишь жалкие объятия, которые никому не приносят облегчения.

Ларри осматривает комнату. На столе лежат потёртые альбомы. Дилан так давно не говорит о бабочках. Хотя когда-то Мартин и Стефани специально убегали от очередной его лекции.

- Я уже не собираю коллекцию, - подаёт голос Уорлан. Ларри шмыгает носом. В голове пусто, хотя нужно что-нибудь говорить. Жаль, что он совсем ничего не запоминал про бабочек. Он лишь внимательно слушал, но информация словно проходила мимо. Возможно, он просто плохой друг.

- Я не хочу, чтобы так было, - печально говорит Ричердсон. Его страшно назойливый ночной кошмар сбывается.

- Просто собирать бабочек стало слишком дорого. На самом деле отцу стало на меня плевать, но он придумал легенду с деньгами. Родители готовы тратить деньги на твои увлечения только когда ты совсем маленький. Дальше это уже не их зона ответственности.

Ларри непонимающе мычит.

- Я про нашу компанию. Всё рушится, Ди…

Уорлан нервно смеётся, закрывая лицо руками.

- А мы когда-то были цельными? Сколько нас помню, Мартин всё время меня ненавидел. Да что уж там: я общался с ними только потому, что они – твои друзья.

Ларри хочется закрыть уши и проснуться. Жизнь стала напоминать ему безграничную катастрофу. Он хочет оправдать всё обычными эмоциями, общей усталостью, но не может. Они смотрят друг на друга с горящей в глазах обидой.

- Почему тогда ты лгал мне? Ты мог быть только моим другом.

Вопрос ставит Дилана в тупик. Он никогда не думал о подобном развитии событий. Разве кто-то заставлял его выбирать? Он лишь боялся остаться один после переезда. А Ларри был ему действительно интересен. Ричердсон был в разы живее его.

- Ты всегда был моей сатурнией луной, Дилан. Но теперь я не знаю, могу ли я тебе доверять. Знали ли мы друг друга вообще?

Ларри тяжело вздыхает и сползает с кровати. Несколько коротких шажков по лестнице, и он оказывается на кухне.

Дилану ужасно холодно. Он выгребает из шкафа кофту, которая первой попалась на глаза. Остальные вещи бесформенной кучей валяются на полу или свисают с полки. Парень натягивает её на себя и бросает взгляд на окно. У него есть ещё немного времени, перед тем, как Ларри вернётся.

Дилан уверенно залезает на подоконник и открывает створку. Он вылезает на улицу. Солнце зашло, не оставив после себя и следа. Уорлан вдыхает прохладный воздух полной грудью. Он расставляет руки, чувствуя приятный ветер. Его мокрое лицо стынет под короткими завываниями, которые слышит только он.

Он ходит между знакомыми улицами города. Куда бы он ни завернул, путь выведет его в точку начала. Он останавливается, не видя смысла продолжать движение. Озеро, школа, дома друзей, небольшой магазин.

Из ночной темноты слышатся громкие шаги, его зовут по имени. Слишком громко. Дилан бежит без разбора. Всё вокруг расплывается. Ноги подкашиваются. Колени касаются земли, он выставляет руки, чтобы смягчить падение. По инерции тело катится кубарем.

Грудь вздымается несколько раз под воздействием кашля. Уорлан хрипит, лицо неприятно саднит. Он лежит в гуще листьев. Красные, жёлтые, оранжевые кучки лежат вокруг, но цвета дорисовывает за него лишь память. В темноте они все одинаковые. Такие же, как распустились весной на деревьях.

Парень открывает глаза. Может, ему судьбой предписано смотреть в небо и испытывать агонию в душе каждый вечер.

В голове боль. Сколько он уже не спит, как давно ел в последний раз. Он вспоминает нож в своей руке. Была ли на нём хоть раз кровь?

У его головы останавливается высокая, покоцанная фигура. Его взрослая часть хочет заговорить с ним. Но Дилан теряет сознание.

===

Чувства возвращаются мутным облаком. Уорлан шепчет сквозь иссохшие губы. Он в комнате Ларри. Друг спит в кресле напротив. Укрытый пледом сидит в неудобной позе. Уорлан поднимается через ломоту в теле.

Он знает дом Ричердсонов как собственный. Небольшая кухня находится справа от личной комнаты единственного ребёнка.

Яркое солнце слепит глаза. В спальне шторы были закрыты, поэтому день за окном никак не мешал. Отец Ларри сидит за столом, просматривая папку с делом. Под его глазами такие же мешки как и у Дилана.

- Вчера ты сбежал из дома, Ди. Папа переживал за тебя, - Уорлан хмыкает. Он понимает, что вызывает сейчас жалость. Но он уже достаточно взрослый, чтобы отличать ложь от правды. Отец ничего не замечает. Все родители одинаковы. Все они уверены: их ребёнок всегда будет на поводке. Вот только со временем толстая и прочная нить истончается, и ребёнок, сильно потянувший за ошейник, обретает подобие свободы.

- Я просто вышел прогуляться. Многое происходит в жизни.

- Нужно было подумать? – Джеймс Ричердсон подобен изваянию. Палач не может быть бездвижным.

Дилан наливает себе стакан воды и садится напротив. В пижаме Ларри, в которой он ночевал здесь не один раз. Но теперь она кажется инородной.

- Мартину ведь грозит срок? Не думаю, что он хотел это сделать.

- Но он сделал, - Джеймс вздыхает, намекая, что дома он не хочет говорить о работе. Здесь его семья, а не сотня трупов города.

Дилан послушно сидит рядом безжизненной куклой. Его гниющему телу тесно в чересчур человеческой одежде. Отец Ларри молчит, Уорлан предполагает, о чём думает мужчина. Каково это сидеть в одной комнате с убийцей? Допускать к нему собственного сына? Частично воспитать?

Сам сын, словно призванный силой мысли, весело прошмыгивает в дверь. Ларри улыбается, и Дилан вздрагивает. Как же давно этого не происходило.

- Па, какие планы на выходные? – его голос снова шелестит, преображая пространство вокруг. Уорлану чудится, будто бы вид из окна проник в комнату. Оранжевые, жёлтые, красные листья летают в переливах звуков, исходящих из тонкой шеи его друга. Они вдвоём пьют чай на террасе, встречая очередной день в своей квартирке неподалёку от центра. Снизу гудят машины, толпы прохожих спешат по своим делам. Но в их четырёх стенах гуляет ветер, щекоча ноги и заставляя забрасывать их на стулья. Ларри ловко накрывает на стол, уворачиваясь от холодных порывов, подхватывая его ритм.

- Работа, милый, работа. Не смогу отдыхать, пока убивают людей в нашем городке, - Ларри понимающе кивает. Парень ласково кладёт руку на спину Дилану, меж лопаток.

- Я рад, что ты вчера не пострадал. Я так испугался, когда вернулся, а ты ушёл. Затем встретил папу, ещё одно убийство недалеко от озера… Ты даже телефон с собой не взял!

Дилан давится воздухом и закашливается. Ричердсон тут же меняется в лице и осторожно похлопывает его спину.

- Ты не заболел? Столько пролежал на холодной земле, - Джеймс встаёт, чтобы найти аптечку. Жена хранит несколько упаковок таблеток на всякий случай.

- Просто мой папа обычный писатель, не каждый день за завтраком слышу о смерти реального человека, - он снова был там, где-то рядом. Точно ли Дилан бежал от кого-то? Возможно, за кем-то, просто подменил своё воспоминание.

Ларри виновато отворачивается. Тёплая ладонь медленно стекает, прикосновение уходит. Ричердсон открывает холодильник, всё же никто ещё ничего не ел. Его тихий голосок раздаётся из-за спины.

- Помнишь мистера Кларка? Ему тоже свернули шею, - как бы между делом говорит друг. – Так ещё и изрезали всего. Ужасная жестокость, - добавляет Ларри ещё тише. Детектив поднимает на него глаза.

- А вот этого я тебе этого не рассказывал, - холодно замечает отец.

- Подсмотрел в папке, - без тени смущения отвечает Ларри. Словно это нормальная практика в их доме. Словно он делает так постоянно. Он в курсе всех расследований, что ведёт его папа. Никакой лжи, никаких сокрытий правды или недомолвок. На столе перед ним все фотографии, все отчёты, все вскрытия. Дилан лишь немного завидует.

- Ты можешь остаться у нас, Дилан. Ларри даст тебе всё необходимое, - Джеймс уходит на работу, оставляя парней одних в доме.

Едят в тишине, каждый в своих мыслях. Уорлан прокручивает в голове прошедшие дни. Всё происходило слишком быстро. Он действует наверняка? Но зачем Дилану убивать обычного фермера, который часто угощал их фруктами и ягодами с собственного участка? Он был так зол на Мартина за каждую рану, за каждое слово об их дружбе, за чистую ложь.

Ларри замечает уже знакомую дрожь, но он, кажется, слишком устал. Он уходит обратно к себе в комнату. Наверняка радостно занимает свою кровать. Ему надоело показушное гостеприимство.

Дилан уже чувствует шаги рядом. Тело опускается на соседний стул, впериваясь в парня. Уорлан ничего не спрашивает. Сколько уже можно сопротивляться. Незнакомец возбуждённо потирает ладони друг от друга. Его вытянутые руки выпрямляются, взгляд становится лихорадочным. Он снова жутко улыбается, уголки губ вжимаются в щёки. Незнакомец тянется к его шее. Словно выбравшись из пелены, Дилан шепчет.

- Пожалуйста, не надо! Я сделаю это ещё раз, только подожди. Не трогай меня… Не трогай!

Холодные руки сжимают подростковое горло. Уорлан не предпринимает попыток их разомкнуть. Он лишь смотрит в глаза своего мучителя.

- Эй, Ди, объяснишь мне тему по математике? Я там вообще ничего не понял, - голос Ларри вновь раздаётся в ушах. Парень появляется перед ним будто бы из ниоткуда. Ричердсон переоделся в свою будничную одежду, его пшеничные волосы всё также мягко обрамляли лицо.

- Ты чего, плачешь? – Ларри осторожно обнимает его, позволяя повиснуть на своём теле. Он и вправду забывает, сколько всего переживает Дилан. Он успел оказаться рядом с маньяком уже целых два раза. Николас говорит, что не узнаёт его. С каждым днём он чувствует, как сын становится всё дальше от него. Поэтому он и попросил Ричердсонов присмотреть за ним. Он подумал, что так будет лучше для всех.

===

Дилан возвращается домой через два дня. Ему всегда нравились ночёвки у Ларри. Особенно когда они были только вдвоём. Они, не стесняясь, смотрели фильмы про супергероев и спорили кто сильнее. Ричердсон упорно убеждал, что чувства превзойдут грубую силу. Мы никогда не сможем уйти от этого аспекта природы.

Отец встречает его скудным объятием и осторожно гладит по голове. Будто он маленький. Уорлан выворачивается и забегает к себе в комнату. Учёбу никто не отменял. Ларри пытался объяснять ему программу, что они проходили уже неделю, но всё внимание будто бы рассеивалось. Дилан мог думать только об убийствах. Прошло уже пять дней. И сам Уорлан всегда был в толпе.

На месте Мартина теперь красовалась пустота. Когда-то Уорлан мечтал остаться с Ричердсоном наедине любой ценой. Оказалось, что такую он не был готов заплатить. Вся школа знала об избиении. У Мартина и до этого случались небольшие стычки с другими детьми. Ему даже рекомендовали обратиться к психологу и начать контролировать свою агрессию. Скорее всего, Стефани была его последней точкой опоры.

Коридоры школы теперь заполнены шепотками и теориями детей, а улицы – взрослых. Куда бы Дилан ни пошёл, он везде наткнётся на одну и ту же тему. Кто следующий? Каков мотив? И почему сейчас? Люди верили в лунные календари, высчитывали матрицы судьбы, искали кармические хвосты. Все точно сошли с ума в ожидании следующей крови.

Следствие без новых деталей постепенно зашло в тупик. Под арест попал только подросток за жестокое избиение. Иллюзия кропотливой работы была соблюдена, и все с нетерпением смотрели на разворачивающиеся в их городке события. Отец приехал сюда в поиске тишины после измены матери. Но Дилан чувствует лишь то, как эта тишина разваливает их семью. Он часами бродит по лесу в поисках искупления, в поисках памяти. Кажется, будто бы парень слился с каждым дуновением ветра здесь, стал частью чего-то большего. Его тело пробирают мурашки. Он чувствует на себе постоянный взгляд. Может ему пора перестать всех мучить и просто сознаться? Тогда у него бы появилось время помириться с Мартином.

Его жизнь стала одним днём, растянутым в бесконечность. Будто бы время остановилось вовсе. Школьные проекты едва ли его интересовали. Экзамены, будущее – есть ли во всём этом смысл, когда ты убиваешь?

Лишь Ларри остаётся рядом всё той же тенью. Их небольшая компания резко стала дуэтом. Словно годы усилий могут в моменте превратиться в самую обычную труху времени. И больше никто не придёт на озеро поплескаться летом в воде. Ничей смех не разбудит отдыхающих неподалёку птиц. Но поймут ли летающие пташки, почему их больше ничего не пугает?

===

Неделя – это большой срок между убийствами. Но серии могут затягиваться вплоть до десятилетий. Городок затих. Какая связь между девочкой и взрослым мужчиной? И кто из местных разгуливает с ножом? Доверие друг к другу становилось всё тоньше. Родители сопровождали детей в школу, люди соблюдали комендантский час. Попасть под лезвие какому-то сумасшедшему и потешить его самолюбие – последнее чего хочется в жизни.

Он пообещал детективу не покидать дом без острой необходимости. Николас наблюдает за ним, Дилан чувствует его рядом почти всё время. Губы отца шевелятся, но подросток не обращает внимания на беззвучные сотрясения воздуха.

===

В их доме недавно появился третий человек. Вернее, он всегда существовал. Дилан чувствовал его ещё во время развода родителей. Он встречался с ним на уроках истории. Он преследовал его во время ошибок в командных играх. Этот человек постепенно поглощал его и теперь готовился унести с собой. Огромная лавина чувств, которая выходила наружу вместе с жалкими слезами.

Дилан знал имя мужчины, с которым мама изменяла отцу. Он множество раз прикрывал её. Да, ненадолго вышли с мамой прогуляться. Эти серёжки у неё уже давно, ты видимо никогда не замечал. Тот мужчина был милым. Он ничего не имел против мальчика и, кажется, даже пытался с ним подружиться. Но мама смотрела с ненавистью на своего… Она смотрела на своё отродье. Она вспоминала всю муку, что притащило в её жизнь это существо. Каждую бессонную ночь, каждый глупый вопрос, каждую ошибку, каждый провал. Ему не нужно было позволить родиться. Но она его пожалела. А он не оправдал её надежд. Не вызвал ни одного гормона счастья, ни одного нежного чувства. Он лишь пил из неё, постепенно сводя её жизнь к концу. От него нужно было избавиться. И она отбросила его от себя, разорвав свои колкие объятия.

===

Прохладный вечер. Солнце как всегда заходит на востоке. Дилан никогда не приходит в лес утром. Именно тогда Стефани покинула мир. И вряд ли она хочет встречать там Уорлана. Сумасшедшего, завистливого, мерзкого, жалкого. Кто с лёгкостью получил то, для чего она так старалась. Старалась понимать их шутки, смотреть их фильмы, любить то же, что и они. Но в их микро вселенной не было для неё места.

Он слышит зловонное дыхание, как шуршит позади листва. Они снова вдвоём. Дилан никогда не сможет побыть один. Он смиренно ждёт, когда же сомкнутся на его шее дряхлые, изрезанные руки. Но вместо этого его пронзает холодом где-то под рёбрами. От боли подростковое тело валится на землю.

Уорлан чувствует, как толкается его диафрагма. Из раны медленно течёт кровь. За спиной раздаются крики, слышится выстрел. Дилан хватает ртом воздух. Спине ужасно холодно от грязи их планеты. Торчащий нож не даёт ей затечь в рану. Где-то под слоями пыли, сотней химических элементов и отходов жизнедеятельности пылает горячая магма, и исправно искрит ядро.

Чья-то трясущаяся рука прижимается к его ране. Его приподнимают, позволяя лечь, опираясь на чужое плечо.

- Ди! Ди, не умирай, пожалуйста, - голос Ларри дрожит. Горячие слёзы парня падают на лицо Уорлана. Он ничего не видит под дымкой боли.

- Ди, не оставляй меня одного! Не позволь этому сумасшедшему культисту забрать тебя. Почему ты всё время попадался ему на глаза? Кто просил тебя оказываться рядом с местом убийств? - Ричердсон прижимается своим лбом к его.

- О чём ты? – Дилан кашляет, хрипя. Он дышит всё тяжелее. Его опора трясётся.

- Папа нашёл убийцу, мы поэтому и приехали сюда. Прости, что я не успел, милый, - Ларри кладёт ладонь ему на щёку, мягко выводя круги большим пальцем. Дилан расслабляется, напряжение постепенно уходит из мышц.

- Я рад, что ты вообще нашёл меня, - Дилан слабо улыбается, прикрывая глаза.

- Конечно же, я тебя нашёл. Я ведь твоя сатурния луна, Ди, - Ларри осторожно качает его, ожидая отца. Почему он так долго возится с преступником?!

- Спасибо, что именно твой образ я смог представить в конце, - держать Дилана становится тяжелее. Ричердсон пугается.

- Папа! Пап! Он не отвечает! Прошу: не дай ему умереть! Ди, Ди, держись, поговори со мной. Не уходи, останься ещё ненадолго. Мы же вместе переживём всё и всех. Вместе, слышишь меня?!