Сомнамбула

— Сегодня ты просто смотришь, — сказал Арчи, не поворачивая головы.

Мы стоим в тени, в углу чужого сна. Вход был вязким, как медленное падение. Сначала сгустился воздух, затем исчезли цвета, и вот мы уже здесь. Чужой сюжет. Чужие страхи.

Сны обычных людей не держат структуру. Они дрожат, как ртуть. То сгущаются, то расползаются. Но яркие образы остаются. Особенно те, что болят.

Я вижу её, женщину в строгом чёрном костюме. Она сидит за столом, поигрывая ручкой. Кабинет без окон, лампы сверху давят светом. Всё в ней — контроль. Холод. Власть.

— Судья, — бросает Арчи. В его голосе презрение и удовольствие. — Она вынесла приговор, даже не взглянув в глаза. Значит, заслужила.

Он особенно любит играть судью. Любит менять местами роли. Всё в одном. Всё под его контролем.

Я молчу. Я должна быть послушной ученицей.

Пространство содрогается. Кабинет исчезает.

Теперь она на скамье подсудимых. Стены, будто построены из её вины. На каждой висят портреты тех, кого она не услышала. Скамьи пусты, но взглядов больше, чем она может вынести.

Арчи идёт медленно, будто наслаждаясь каждым шагом. Его голос ровный и бесстрастный:

— За то, что ты прятала жестокость за формулировками. За то, что называла это "буквой закона", лишала детей отцов. За то, что тебе было всё равно.

Ты не судья. Ты палач, который прячется за чужими приговорами. И я вынесу свой.

Он подходит ближе и произносит с особым удовольствием:

— Пожизненное. Без права забыть. Без надежды проснуться.

Женщина съёживается. Слёзы выступают мгновенно. Она что-то говорит, потом замирает, как будто голос сломался. Ручка падает из дрожащих пальцев.

Но это уже не её мир. Это его сцена.

Арчи не колеблется. Он вырывает из её сознания страх, словно нить из ткани. Не тюрьма. Не смерть. Нет.

Больше всего она боялась потерять власть. Оказаться никем.

Сцены скачут, как сломанная плёнка. В кабинете дверь дрожит от стука. В зале суда её слова тонут в шуме. Дома голос, холодный и отрешённый: — Ты мне больше не мать!

И снова. И снова.

Мы уйдём, но кошмары останутся. Они будут грызть её изнутри. До конца. Пока она не падёт окончательно. Каждую ночь, как на повторе.

А я?

Я должна научиться. Я должна стать сильной. Сильнее его!

Только… почему мне так холодно, если всё идёт по плану?