Сосед снизу.

Не успел Василий прийти с работы домой, как раздался звонок в дверь.

- Кого еще там принесла нечистая, - промямлила Клава, она же по совместительству Васина жена.

- Не знаю! - пожал плечами Вася.

Пройдя на кухню, он включил видеомонитор. За дверью стояла женщина в годах. Когда она приблизила свое лицо к видеоглазку, думая, что это обычный глазок и в него можно что-то увидеть, ее картофельный нос вообще стал устрашающих размеров. Своим видом она напоминала какую-то "старую генеральшу".

Василий прошел в коридор и открыл дверь. Перед ним стояла эта самая "старая генеральша" в сине-зеленом комбинезоне с серенькими и красненькими вставочками и надписью "скорая помощь".

- Мужчина, помогите вашего соседа в машину скорой помощи отнести. А то мы с напарницей не осилим, а сам он не в состоянии передвигаться.

- Какого соседа?

- Снизу.

- Ну пойдемте, коль такое дело, - Вася надел куртку и вышел вслед за "старой генеральшей", застегиваясь на ходу.

- Вась, тебе что, больше всех надо? - крикнула Клавдия.

- Да ладно тебе, сосед все-таки.

- Только тяжелое не поднимай. У тебя и так спина больная.

Они спустились на два этажа ниже. В одной из квартир дверь была открыта. Рядом стояла напарница «старой генеральши» в таком же комбинезоне, немного помоложе и покрепче. За "прапорщика" сойдет.

- Носилки есть? - спросил Василий, заходя в квартиру.

- Сейчас принесу, - сказала "старая генеральша" и поковыляла вниз, — а по пути еще кого-нибудь позову на помощь.

Пока она ходила вниз, Вася зашел в квартиру и поморщился. Запах пота, дешевого табака и перегара ударили в нос. На диване под грязным пледом лежал худощавый мужичок. На вид — как будто только вчера откинулся из зоны.

Через несколько минут вернулась "генеральша" с чем-то, напоминающим носилки, и невзрачного вида помощником, который то и дело разводил руками и показывал врачихе, где и как у него болит. Этим "помощником" оказался сосед с последнего этажа. Закончив рассказывать про свои болячки, он извинился, сел в лифт и был таков.

- Тоже мне помощник, - буркнул Василий.

- Ну, бывает. Нельзя ему тяжелое поднимать, - вступилась за "помощника" "прапорщик". - Больной человек все-таки.

- О, а давайте я соседа по этажу позову? Он врач по образованию, да и два сына у него уже взрослые. Помогут.

- Зовите, - откликнулась "генеральша".

Только Вася хотел подниматься за соседом, как дверь лифта открылась и из него вышел мужчина в спортивном костюме. "Генеральша", не долго думая, схватила его за руку.

- Мужчина, помогите, пожалуйста, тут рядом.

- Извините, я очень занят. Я журналист, мне еще сегодня очередной номер газеты сдавать.

- Мужик, да это минутное дело, - вмешался Василий. - Помочь врачам спустить больного на носилках.

- Ну раз такое дело, тогда давайте поможем, - сказал журналист, поставив свой дипломат около стенки.

- Ну вот, нас уже четверо, - Вася потер руки, а про себя подумал: "Только вот реальных носильщиков двое. Да ничего, и врачихи где-то приложатся".

Все вчетвером зашли в квартиру. "Прапор" зычным таким голосом, готовым поднять покойника, громко сказала больному:

- А ну-ка вставай, япона мать, приподнимайся. Ложись на носилки.

- Дык я... Щас... - промямлил мужичок.

- Давай быстрей. Тебя никакой хрен ждать не будет. Бардак в квартире развел, не проити не проехать.

Все произошло так быстро, что Василий и журналист не успели и глазом моргнуть. Больной даже не сопротивлялся "прапорщику". "Так она его на матюгах и до самой скорой может довести" - подумал Вася.

Мужчины взялись за боковые ручки этих, так сказать, "носилок", а "генеральша" - за две рукояти в головах. Так волоком и потащили.

У плечей ручка "носилок" была пришита петлей, а в районе поясницы эта петля разорвалась. Широкую черную тесьму приходилось наматывать на руку.

- Петля разорвана, нести неудобно, - ворчал Василий. - Ручку пришить бы надо.

За ручки в ногах ухватилась "прапорщик".

- Быстрее... Тут перехватись... Да не падай ты, ёкарный бабай, как пьяный, - надрывалась она. - Ручка ему оторвалась, блин. Терпи. Тащи давай.

В дверях Вася чуть не упал на больного. Ему удалось удержаться за косяк. "Носилки" так и не удалось поднять. Пришлось бедолагу тащить волоком. Кое как добрались до лифта. Журналист, бедолага, выдохся, тяжело дышал, глаза его округлились.

Не успели они нажать на кнопку вызова, как двери лифта открылись. Внутри стояли какая-то брюнетка и молодой армянчик.

- Заноси, - рявкнула "прапор", затем посмотрела на брюнетку. - Ты где, ядрёна вошь, шляешься? Тебя куда послали? У тебя тут мужик при смерти, а ты свалила куда-то. Жена называется.

Брюнетка смотрела на нее, раскрыв рот, и не знала, что ответить. Постояв так несколько секунд, опомнилась и стала помогать.

Кое как затащили бедолагу в лифт. Хорошо хоть лифт был большой и мог вместить много народу. Нажали кнопку первого этажа. Спустились.

- Быстрее выноси и разворачивай, - крикнула "прапорщик", посмотрела на армянчика и рявкнула: - А ты вот тут берись.

Пока "прапорщик" с помощниками выносили больного из лифта, "генеральша" пошла открывать дверь в подъезд. Увидев водителя, стоявшего около машины и смачно курившего сигарету, крикнула:

- Ну что ты опять как баран встал? Как мы заносить будем? Боковую открывай.

- Так вперед ногами получится. А это плохая примета, - сказал журналист.

- Тут уже без разницы, он итак уже серый. Как я его довезу? На капельнице? Так, черновласка, - крикнула "генеральша" брюнетке, - садись, помогать будешь, рубашку расстегивай.

Черновласка села в машину. "Прапор" закрыла дверь и крикнула водителю:

- Толян, врубай сирену и вперед по встречке, по газону, по тротуарам, едиху мать, чтоб…

Скорая сорвалась с места и помчалась. Мимо прохожих. Обгоняя другие машины…

Спасать жизнь русского человека.