Соседи вне очереди

Антон проснулся от плохого предчувствия. Тело ломило, простыня стала сырой и холодной. Он вспомнил, о чем был его сон - как плыл совершенно один в бесконечной черной пустоте. Антон в панике протянул руку в сторону - и непроизвольно ткнул жену в теплый бок.

- Ну что такое?.. - сонно пробормотала Вера.

- Ничего... Приснилось.

Он поморгал, попытался уснуть, но не вышло. Его снова кольнула тревога. Что-то с сыном?

- Вера... - прошептал он. - А Мишка где?

- Да тут... Под боком у меня. Спи давай.

Значит, всё в порядке. Мишке уже семь, но он иногда по ночам все еще приходил в родительскую кровать. К отцу под бок не лез - знал, что отправят восвояси. А вот Вера давала поблажки.

Какой сегодня день недели? Может, уже на работу проспал? Который час?

Антон резко встал с кровати - голова закружилась. Добрел до туалета и только начал облегчаться, как в дверь позвонили. Прерваться он не смог, и целую минуту слушал надрывную трель звонка.

Накинув на себя халат, Антон распахнул дверь, настроенный высказать, все что он думает по поводу таких ранних визитов.

За дверью стояли двое: бородатый мужчина лет пятидесяти в сером спортивном костюме и женщина вдвое моложе, тоже в чем-то обтягивающем - она буквально висела у него на руке.

- Здрасьте, соседи дорогие! - радушно пробасил бородач. - Проснулись уже? А мы ваши соседи новые! Въехали только что!

- Вот решили сразу зайти, познакомиться! - в тон ему заладила спутница.

- Вы хоть в курсе, который час? - от такого напора гнев Антона улетучился, оставив осадок головной боли, как при похмелье.

- А вы сами-то - знаете? - парировал бородатый. - Я Клим, а это жена моя - Жанна!

Женщина ловко переступила через порог.

- Как у вас тут уютно! Настоящее семейное гнездышко! Комната одна? А детишки есть? А сколько лет?

- Слушайте... - Антон с трудом подбирал слова. - Давайте мы... в другой раз как-нибудь... пообщается... Мои еще спят, и...

- Дорогой, кто это? - в прихожую вышла Вера - тоже в халате. Она тщетно пыталась привести волосы в порядок. За ней брел осоловевший Мишка в одних трусах.

- Ой какой хорошенький! - заверещала Жанна, опускаясь на колено. - Какой сладенький малыш! А зовут-то как?

Мишка благоразумно спрятался за спину матери.

- Жанка, да что ты лезешь сразу с расспросами, не видишь, люди только проснулись! - бородатый Клим схватил ее за руку и потащил назад из квартиры. - Ой, такая компанейская, везде как своя, за это и люблю!

Он хохотнул и выпалил уже с лестничной площадки:

- Раз вы не работаете сегодня, то заходите к нам - приглашаем соседей дорогих.

- Очень ждем! - Жанна послала им воздушный поцелуй. - Прямо сейчас и приходите!

Они скрылись из виду, и Антон захлопнул дверь. В голове крутилась какая-то мысль, но он никак не мог ухватиться за нее, и все ускользало.

- Это что такое было? - спросила Вера.

- Соседи... - он пожал плечами. - Шибанутые какие-то. В гости пригласили.

- Прямо сейчас? А времени-то сколько?

Антон не знал.

- Мам, я есть хочу! - напомнил о себе Мишка.

Еды в доме не оказалось. Супруги стояли у открытого холодильника и смотрели то друг на друга, то на пустые полки.

- Это... как? - спросил Антон. - Даже колбасы ни кусочка.

- Ма-а-ам! - канючил Мишка. - Я голо-о-одны-ы-ый!

- Ну что? - Антон почесал затылок. - Может, к соседям в гости?

Кое-как они привели себя в порядок - вещей в гардеробе оказалось совсем мало: Антон ума не мог приложить, куда все подевалось: Вера вроде не страдала приверженностью к минимализму. Он натянул старые джинсы и потрепанную футболку с логотипом «Звездного ковчега». Жена кое-как привела в порядок волосы, оделась сама и одела Мишку.

- Ничего, что мы в гости с пустыми руками идем? - спросила Вера.

- А ничего, что они нас разбудили ни свет ни заря? - парировал Антон.

Он до сих пор не понимал, ни который час, ни даже какой сейчас день недели, но голодный желудок и Мишкино нытье не давали сосредоточиться на этих мыслях.

Они вышли в тапочках на площадку и поежились от холода.

- Ну и какая у них квартира? - спросила Вера.

Антон понятия не имел. На лестничную клетку кроме двери их квартиры выходило несколько дверей - одинаковых, черных, металлических и без номеров. Звонков не обнаружилось. Он постучал в правую, потом в левую: та распахнулась.

- А вот и гости дорогие! - Клим широко улыбался, за его спиной маячила Жанна. - Проходите скорее, не мерзнете.

Переминаясь с ноги на ногу, Антон с семьей прошли внутрь.

«А вот эти точно любят минимализм» - подумал Антон.

Квартира была абсолютно пуста - стены белые, ни одежды в прихожей, ни вешалки, ни зубных щеток и шампуней в ванной.

- Да я ж говорю, мы только что въехали! - словно уловив его мысли, ответил Клим. - Лишнее барахло нам ни к чему, правда, Жанка?

И он игриво ущипнул жену - та кокетливо взвизгнула.

- Да не стойте вы, проходите к столу!

Формально это было верно - в абсолютно пустой комнате с белыми стенами стоял не менее пустой стол на коротких ножках. И никаких стульев.

- Мебель еще не завезли, да и не нужно нам лишнего хлама, верно? - засуетилась хозяйка. - Да вы садитесь прямо так, у нас полы с подогревом!

Мишка радостно плюхнулся на пол у пустого стола. Антон и Вера, переглянувшись, кое-как устроились рядом - пол действительно был теплый и, кажется, едва слышно вибрировал.

Клим уселся напротив, изящно сложив ноги по-турецки.

- Вот и славно! А то нынче живем каждый в своем отсеке, соседей не знаем, не общаемся, а...

- В отсеке? - переспросил Антон.

- Как в отсеке! - продолжил Клим. - Отсекаем друг друга! Ну, дорогая, неси угощение!

Жанна вплыла в комнату, держа в руках большое блюдо. На нем колыхалось что-то вроде большого куска черного желе.

- Повидло! - радостно закричал Мишка.

- Это... что? - тихо спросила Вера. - Пудинг?

- А вот и приборы! - Жанна извлекла откуда-то пять одинаковых пластиковых ложек. - Ну, налетайте, не стесняйтесь!

Словно желая подать пример, она зачерпнула небольшой кусок желе и отправила себе в рот. Клим сделал то же самое, запачкав бороду.

- Э... - Антон неуверенно поковырял ложкой угощение. - Мы как-то...

- Хочу повидло! - заорал прожорливый Мишка и проворно сунул в рот ложку с черной жижей. - Ммм... вкуснятина!

Он поспешно затолкал в рот вторую ложку, а за ней третью.

- Миша, веди себя прилично! - робко сказала Вера.

- А что тут такого? Дитё хочет кушать, это же нормально! - подбодрила ее Жанна. - А вы что же сами не едите?

Антон неуверенно зачерпнул ложкой желе и лизнул. Вкус был сладкий - и правда похоже на повидло. Он сам не заметил, как съел три ложки - по телу разлилось тепло, а живот наполнился приятной сытостью.

- Дорогой, у тебя щеки... в этой... еде... - ткнула его в бок Вера.

Антон непроизвольно провел по подбородку - на пальцах осталась липкая субстанция. Он покрутил головой - ни салфеток, ни полотенец вокруг не оказалось - и украдкой вытер пальцы о футболку.

- Ой, я сейчас, - засуетилась Жанна, но Клим одернул ее:

- Еще рано!

- Что рано? - не понял Антон.

Вопрос повис в воздухе - возникла неловкая пауза.

- Очень... необычно, - деликатно похвалила хозяйку Вера. - А что это?

- Особый рецепт для дорогих гостей! - защебетала Жанна. - И главное блюдо, и десерт! Вот малыш как уплетает.

Мишка уже облизал ложку и привалился к матери, явно намереваясь снова вздремнуть.

- А где вы работаете? - попробовала поддержать разговор Вера.

- А вы где? - парировала Жанна.

- Я... - Вера растерялась. - Я... мы...

Она растерянно посмотрела на мужа.

Антон не мог ей ничем помочь. Одновременно с сытостью в желудке в голове возникла словно черная дыра, всасывающая память и воспоминания. Найти ответ на самый простой вопрос оказалось невозможно, будто он снова студент и изучал учебники об устройстве космических кораблей, путаясь в формулах, параметрах и расчетах.

Космические корабли... Звездный ковчег!..

Правильная мысль вспыхнула в мозгу сверхновой, и тут же погасла.

Его глаза слипались, словно веки были густо намазаны липким повидлом. Он неловко облокотился на Веру - она обмякла во встречном движении.

- Вот теперь пора! - услышал он словно издалека голос Клима.

Жанна с ловкостью циркачки убрала со стола блюдо, стол перевернулся на невидимой оси и превратился в спальное место на двоих - словно капсула в углублении пола.

- Вот тут можно поспать... - хлопотала вокруг Жанна. - Отдохните... Время-то уже позднее, небось. Вот так.

Антон чувствовал, как валится набок. Он пробовал позвать жену или сына - и не мог издать ни звука.

Клим подхватил его за ноги, развернул - и Антон скользнул в спальную капсулу. Рядом положили Веру.

- Дорогой! - услышал он затухающим сознанием голос Жанны. - Может быть, оставим мальчика? Он такой милый!

- И что он скажет следующей семье через год? - голос Климы утратил панибратские дружеские нотки и стал холодным, как простыни после разморозки. - Дядя и тетя украли меня у родителей?

- Скажем ему, что они в командировке! Он привыкнет! Ну пожа-а-алуйста!

- Своих заведем, - отрезал Клим. — Это мы с тобой - семья будущего. Единственная настоящая семья на Ковчеге.

Он говорил что-то еще, но слов было уже не разобрать. Только образы. И собственные воспоминания Антона - полученные еще до «Звездного ковчега».

Кто-то склонился над ним - ухо защекотала борода:

- Мы летим в пустоту, - услышал он голос Клима.

Извернувшись, он схватил наглого соседа за бороду и дернул. В глазах потемнело, на пальцах осталась только липкая черная субстанция – словно растаявший пепел превратился в желе.

Антон встал – его шатало и мутило – попытался растолкать Веру и Мишку – те крепко спали. Ладно. Он вернется к ним, когда... Когда разберется со всем этим.

Ни Клима, ни Жанны в комнате уже не было. Антон медленно прошел до двери, дернул на себя. Та открылась.

Коридор изменился. Черные двери остались, но их стало гораздо больше, и они шли полукругом, теряясь в бесконечном коридоре справа и слева. На стене напротив он увидел логотип «Звёздного ковчега» - прямо как у него на футболке. И указатели. Направо – «Жилые отсеки». Налево – «Капитанский мостик».

Как он мог забыть? Экспедиция «Звездный ковчег»... Замороженные жилые отсеки. Замороженные семьи, призванные перенести культуру землян в новые миры.

Как он мог принять космический корабль за свою квартиру на Земле? Или это нормальный процесс адаптации?

Антон ринулся в соседнюю дверь, откуда они пришли совсем недавно – хотя кажется, прошли долгие часы. Никого. В комнате еще витал едва уловимый запах – его семья раньше была здесь. Но ни холодильника, ни унитаза – ничего. Только спальное место в полу и смятые холодные простыни.

Здесь они очнулись. Он вспомнил про график разморозки – по одной семье в земной год, чтобы сэкономить ресурсы. В каждый момент времени на корабле должны быть проснувшиеся, обученные люди. Был их черед проснуться. А черед Клима и Жанны был уснуть вместо них? Но эти ублюдки решили...

Антон глухо зарычал, выбежал в коридор, сбросил тяжелый халат у двери, чтобы найти потом семью и устремился по стрелке «Капитанский мостик».

Коридор тянулся бесконечно. Тысячи семей за дверями в криогенном сне. А значит - тысячи лет полета. Пробуждающаяся память подбрасывала все новую и новую информацию – Антону хотелось отвернуться от нее, задержать, но тщетно. «Звездный ковчег» направлялся к далекой планете - Новой Земле, пригодной для жизни. А значит его родная Земля умирала. А к настоящему моменту уже точно была мертва.

Погрузившись в воспоминания, он чуть не ударился лицом о раздвижные двери – коридор закончился. Створки бесшумно разъехались.

За огромным панорамным окном раскинулся бесконечный черный космос. А над пультом управления склонились Клим и Жанна.

Он услышал, как они хихикают – мерзко, как отрицательные персонажи детского мультфильма.

- Они спят, и не знают... – басил Клим.

- Не знают, что никакой Новой Земли больше... – пищала Жанна.

Не успев ничего придумать и спланировать, Андрей бросился на Клима, ударил его лицом о пульт управления. Что-то хрустнуло, тревожно замигали красные кнопки. Клим медленно сполз на пол – его черная борода, насквозь пропитавшаяся черным желе, оставила жирный след на панели.

Жанна закричала и склонилась к Климу – Антон отшвырнул ее одним ударом. Она взлетела – и не опустилась на пол – только сейчас он понял, что гравитация больше не действует. Видимо, он что-то сделал, ударив соперника о панель управления.

Клим медленно всплывал вверх – как утопленник поднимался со дна на поверхность. Его глаза были полностью черными, а капли крови срывались с разбитого лба и висели в воздухе, как красная смородина.

Клим открыл рот и произнес:

- Новой Земли больше нет. Я как узнал, так и решил... раз ресурсов за годовой цикл хватает на одну семью, значит... – его голос слабел и затихал. – ...Значит, жить будем только мы. Здесь и сейчас. Вне очереди.

Чувствуя, как пол уходит из-под ног, Антон схватил Клима за бороду и подтащил к себе.

- Это неправда! – закричал он. – Этого не может быть!

- Может... – тихо проговорил Клим. – Мы летим в пустоту. Мы летим в пустоту... Мы летим...

Его голос эхом улетел в бесконечные коридоры «Звёздного ковчега», и Антон понял, что все еще лежит в спальном отсеке и держит Клима за бороду. Что Вера все еще лежит рядом. Что он видел сны наяву, а его сознание пыталось придумать победный сценарий так же, как галлюцинации после разморозки привязывали обстановку корабля к земным воспоминаниям. Он не выходил из этой комнаты. И не выйдет.

Клим и Жанна втиснули Мишку между Антоном и Верой. Малыш уютно свернулся клубочком, сунул большой палец в рот и засопел, прижавшись лицом к телу матери.

Раздались удаляющиеся шаги. Хлопнула дверь.

Стало холодно. Очень холодно.

Навсегда проваливаясь в сон, Антон протянул руку и обнял свою семью.