Соседский кот и его мир

ㅤ

В редкий погожий день дождливой осенью солнце задорно играло в оставшихся на зелени каплях. Столь же игриво выбежала на улицу светленькая девушка-студентка в белом платье, лёгкой чёрной курточке и чёрных полусапожках. В руках крепко сжимала игрушку из поблёскивающего фантика-бантика на верёвочке. Души не чаяла в друзьях своих кошачьих, забывая с ними о возрасте и всех мирских невзгодах. Особенно в гладкошёрстном чёрном коте. Элегантном, словно благородный принц. Неприступном и гордом, подпускающим только её, чем тешил самолюбие милой Милы. И, наверное, хозяина.

Сам хозяин никогда не выходил, лишь издали поглядывал за прохожими, нередко задерживая взгляд на Миле, выискивая рядом с ней своего кота. Мила всегда чувствовала его взгляд, улыбалась в ответ лучезарно и приветственно махала рукой. Хозяин тут же смущённо прятался. Такой же странный, как и посеревший покосившийся старый домик в один этаж. Сооружение плохо вписывалось среди аккуратных домов элитного района, чуть ли не полностью состоящего из разных мастей высоких заборов. Но жалобы о выселении и сносе уходили в никуда. В итоге соседи смирились, начав воспринимать раритет в качестве местной музейно-экспонатной изюминки.

Чудо-кот ждал на скамеечке, сидел и спокойно наблюдал за окружающими, двигая только глазами. То и дело дёргал ушами, реагируя на звуки. Голову соизволил повернуть только в сторону Милы, вставая на все четыре, ловко вильнув хвостом. Янтарные глаза загорелись жизнью и озорством, которых не хватало при изучении мира в удручённом жизнью коте.

— Привет-привет, милый! Я так по тебе скучала!

Бесцеремонно Мила взяла кота на руки, закружилась с ним, обнимая и нежась щекой о нежную шёрстку. Кот ни капли не сопротивлялся, только мявкнул что-то своё. Мила каждый раз его мяуканье интерпретировала по-своему и в свою пользу.

— И я тоже тебя люблю! Очень-очень!

Отпустив кота, Мила распутала игрушку.

— Готов к кардио?

Кот напрягся, навострил уши и сконцентрировался на фантике. Хвост нервно задёргался. Зрачок расширился.

Мила опустила игрушку на достижимую высоту. Замерла. Затем дёрнула.

— Начали!

Прыжок — кот едва задел фантик лапой. Совместный бег с препятствиями по максимально кривой траектории. Попытки обмануть и запутать друг друга. Оба «противника» тяжело дышали, испытывая искренний восторг. Подлый приём — Мила провела игрушкой по скамейке, резко одёрнула назад, из-за чего коту пришлось совершить неожиданное и очень грациозное сальто.

Лай!

Мила и кот замерли, глядя друг на друга.

— Мр-рау! — первым начал действовать кот, будто кивком головы показывая следовать за ним.

Кот бежал к дому. Мила за ним. «Тренировка» неплохо разогрела их, потому тело, заряженное адреналином, реагировало быстро, выдавало максимум своих возможностей. Кот юрко прошмыгнул в маленькую кошачью дверку.

Маяться с вопросом «Что же делать дальше?» Миле не пришлось: дверь тут же открылась, а хозяин затащил девушку внутрь. Так неожиданно и резко, что она упала. Закружилась голова, цветные пятна заиграли перед глазами. И всё стало таким странным… Таким большим. И краски словно бы поблёкли. Совсем немного, но заметно. Зато запахи стали ярче.

«Перенапряглась, пока бежала?» — предположила Мила.

Стала осматриваться по сторонам в поисках кота, но так его и не нашла. Зато обнаружила две двери и ноги высокого человека. Очень высокого. От страха сердце ёкнуло и дёрнулся белый хвост. Мила ме-едленно на него покосилась. Попыталась пошевелить — задёргался. Клыкастая пасть отвисла, началась из-за волнения аритмия.

«Я кошка…»

Человек — прекрасный юноша, чьи чёрные волосы отблёскивали атласом — взял Милу на руки, стал успокаивающе гладить.

— Всё хорошо, не бойся. Всё будет в порядке.

«Какое в порядке?! — пыталась возмутиться Мила. — Я кошка!»

Однако всё, что выходило из её пасти, это шипение и противное мяуканье а-ля мартовский кот.

— Извини, я тебя в таком виде не понимаю.

Мила попыталась вырваться, царапаясь и дёргаясь в разные стороны. Юноша держал её крепко, гладил нежно.

— Тише, — нашёптывал он, — тише. Это же я, Марсель. Понимаю, тебе сложно признать меня в этом облике…

Наконец Мила замерла, заглянула в янтарные глаза юноши.

«Марсель… Так вот как тебя зовут», — скромно мяукнула она.

Ей не доводилось общаться с хозяином кота: он никогда не выходил из дома. А когда видел Милу, преисполнялся волнением и прятался. Зато после ей всегда навстречу выходил кот, дружелюбно мяукая.

— Всё? Успокоилась? — со всей заботой спросил Марсель, поглаживая чёрно-белую кошечку.

Шерсть Милы вторила одежде: чёрным сапожкам и курточке, белой юбке и светлой голове. И за острыми ушками на этой голове приятно почёсывал Марсель. Мила непроизвольно замурчала, щуря глаза.

— Когда ты выйдешь за дверь, ты вернёшься к привычному облику, так что почему бы тебе пока не насладиться немного жизнью кошки? — добродушно улыбнулся Марсель.

Его лицо было воистину прекрасно. Аристократичные черты лица обрамляли удивительно чёрные длинные волосы, необычные глаза добавляли шарма. Он не был худым или излишне плечистым. Идеальные пропорции с точки зрения Милы. Под шёлковой рубашкой лапками она чувствовала рельеф мышц.

«Да он же мой идеал!»

Будь возможность видеть на кошачьих румянец, свои мысли и чувства Мила выдала бы сразу. А так учащённое сердцебиение Марсель воспринял как не до конца унявшееся волнение, продолжая поглаживать пушистую шёрстку.

— Не хочешь попробовать?

Марсель достал игрушку Милы, стал чутка покачивать перед кошачьими глазами, маня. Его очаровательной улыбке сложно было отказать. Неосторожно Мила коснулась фантика носиком, принюхиваясь. Толкнула лапкой. Глаза удивительным образом реагировали на движение и отблески.

Кошачье тело не чувствовалось чужим, Мила двигалась естественно. С энтузиазмом прыгнула в безуспешной попытке поймать игрушку налету. Марсель приятно рассмеялся, вставая. Теперь он водил. И наслаждался процессом полностью. Отдавался ему! И ей…

Мила выглядела счастливой. Она была счастливой! Притягивать к себе подцепленный за нитку фантик, кататься по полу в неге, испытывать тёплые прикосновения к самым чувствительным кошачьим местам — вот оно чудо! Вот оно — сокровенное незагаданное желание!

Но в наслаждение время течёт слишком быстро… Дела не ждали, обычный мир продолжал существовать. Дома волновались родители, билеты к экзаменам оставались неизученными. Очень неохотно Мила выходила из волшебного домика, опустив голову.

Марсель поймал её за руку, едва Мила вышла за дверь. Смотрел на неё с неумолимой тоской, не смея высказать давно таившиеся чувства. Столько времени он наблюдал за жизнерадостной студенткой. Столько часов провёл рядом с ней, а она даже не знала о нём настоящем. Только здесь, на пороге, они могли быть собой. Оба.

Ещё немного — и Марсель бы потянулся к Миле в надежде украсть поцелуй. Опомнился. Отстранился.

— Почему? — невольно спросила Мила. Она ждала этот поцелуй. Она была готова.

— Таковы мы и наши миры. Ты в моём не можешь быть человеком, а я в твоём могу быть только котом.

День за днём, при любой возможности, больше не завися от погоды, Мила встречалась с «котом». Иногда будучи сама кошкой — глоток волшебства посреди унылого ничего. Она не знала, что делать со своим будущим. У неё не было планов или стремлений. Избалованная знаниями и редкостями она мало что ценила. Разве что кошки дома были под запретом из-за аллергии матери. А тут ещё влюбиться без памяти умудрилась… Заведомо несчастно.

Каждый раз стоя у порога, она чувствовала, как к глазам подступали слёзы, а в горле душил ком. Боялась обернуться: не выдержит и бросится на шею, вновь обернувшись кошкой.

День за днём. Месяц за месяцем…

— Готова ли ты проститься со всем, что знала раньше? Открыть дверь за моей спиной, ведущей к самому моему сердцу? — заговорил Марсель, прежде чем Мила успела уйти далеко. — За ней находится мой настоящий мир. И ты можешь стать частью него, можешь стать моей женой.

Марсель протянул Миле руку, приглашая.

В груди разгорелся огонь. Мила хотела. Очень хотела согласиться не раздумывая. Но её мир… Она обернулась, глядя на серую скучную улицу. Дизайнерские дома все были огорожены. Одни только стены. В тот момент обыденность особенно сильно тянула тоской, отчего ещё желаннее казался вариант согласиться. Мила глянула на крышу своего дома. Будто бы в последний раз.

«Мама… Ничего, если я стану кошкой?»

— Ты дашь мне время, — поворачивая голову, спросила она, — объяснить всё родителям и друзьям? Я не могу просто так исчезнуть. Они ведь даже не будут знать, где меня теперь искать.

Объяснить… Нелепо. Мама бы ни за что не поверила бы и не одобрила. Но нужно было попрощаться. Лучше с прошлым, чем с любимым.

— Я буду ждать тебя.

Марсель провожал её с улыбкой.

* * *

«Что за чушь?! — до сих пор звенел крик матери в ушах. — Кошкой?! Ничего умнее не придумала?! Из дома решила сбежать?! Знай, мы тебя из-под земли достанем и за шиворот приволочём обратно! Чего удумала, а!»

«Не нужно меня искать: я уже сказала, где меня можно будет найти, — с горечью тихо отвечала Мила, придавленная эмоциями матери. — Захочешь, придёшь и узнаешь правду».

Но она всё равно нашла в себе силы улыбнуться, надевая простенькое белое платье. Вместо свадебного. Она шла, гордо смотря перед собой. Прощалась с неприглядным миром, не подарившем ей ничего, кроме скуки и нервных срывов родителей. Одна она всегда умудрялась надеяться на лучшее. И лучшим в её жизни стал кот, к которому она направлялась.

Марсель встретил её на пороге. Подал руку. Надел кольцо. Потянул на себя, прежде чем Мила успела превратиться на улице в кошку.

В доме. Вместе. Люди. Улыбаясь друг другу. Особенно восторженной чувствовала себя Мила: Марсель привык сдерживаться. Но уголки его губ всё равно дрогнули непривычно, что-то мимолётно изменилось во взгляде. Мила даже не заметила.

Открывая дверь в мир мужа, Мила не знала, чего ей ждать. Чего-то невероятного? Или обыденного? Она была готова к разочарованию: точно такому же миру, из которого она сбежала, погрязшему в ежедневном однообразии. Сон, учёба, работа, краткий миг вместе и снова сон. Зато с ним. С милым сердцу. Мила посмотрела на мужа, влюблённо улыбаясь: мелочи не имели значения.

Однако выйдя за неизведанный порог, она замерла. Огрызок земли с маленьким покошенным домиком висел посреди лазурного ничего. Редкие облака текли по всепоглощающему небу, окружающему со всем сторон.

Мила была слишком ошарашена, чтобы что-то сказать. Ослаблена и податлива, чем воспользовался Марсель, закружив девушку в танце, наклоняя назад, вынуждая прогнуться. Затем прижал к себе, жадно целуя. Его сердце в кои-то веки трепетало. Впервые за сотни лет. И радости этой он не сдержал.

— Этот остров — вечен. И ты теперь тоже вечна. И мы будем вечно любить друг друга.

Марсель продолжал вальсировать, кружа за собой ничего не понимающую Милу. Она ещё не понимала, что попала в сети проклятого колдуна, изгнанного из человеческого мира. И она добровольно согласилась разделить с ним это проклятие.

ㅤ

ㅤ

Примечание автора:

У меня была идея с другой концовкой. Разочаровывающей. Где героиня в итоге попала бы в точно такой же мир, из какого сбежала. Зато там она была бы с любимым человеком.

ㅤ